Поиск авторов по алфавиту

Автор:Ювеналий (Поярков), митрополит

Ювеналий (Поярков), митр., Жизнь в Церкви

 

 

Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий

 

ЖИЗНЬ В ЦЕРКВИ

Москва, изд. Московской Епархии, 2008

 

 

К читателю

Каждый человек оставляет о себе некое воспоминание в сердцах людей. В связи с этим вспоминаются строчки поэта Леонида Мартынова:

Скажи:
Какой ты след оставишь?

След,
Чтоб вытерли паркет

И посмотрели косо вслед,

Или
Незримый прочный след

В чужой душе на много лет?

Я всегда восхищался писателями, которые создали замечательные произведения, оставив их последующим поколениям.

Моя жизнь сложилась так, что не удалось осуществить юношеские мечты: ни стать сельским священником, ни заняться преподавательской деятельностью, к которой меня готовил в Ленинградской Духовной Академии преподаватель греческого языка Михаил Филаретович Русаков. Вступив на путь послушания Церкви, я отправился в «длительное плавание», а руководителем моим был приснопоминаемый митрополит Никодим (Ротов). Многие годы прошли в занятиях, связанных с внешними связями Русской Православной Церкви. Много сил отдано епархиальной работе. Особая страница — работа в Священном Синоде, деятельность которого является коллективной или, как мы говорим, соборной. В таких жизненных обстоятельствах у меня просто не было реальной возможности взяться за перо.

Однако в последние годы, когда в изменяющемся мире стали пересматриваться (и порой необъективно) оценки некоторых событий и личностей, я взял на себя инициативу собрать свидетельства о своем духовном отце и выдающемся иерархе Русской Православной Церкви Владыке Никодиме. Тогда появилась книга «Человек Церкви», второе издание которой появилось в 1999 году. Несколько позже, в 2002 году, по настоянию некоторых моих братьев сопастырей, я издал книгу «От сердца к сердцу», поделившись в ней и мыслями о пережитом и опытом проповедничества.

С тех пор мне думалось, что на «писательской деятельности» можно поставить точку. Но вот однажды наместник Московского Сретенского монастыря архимандрит Тихон (Шевкунов) спросил меня о возможности дать пространное интервью, впоследствии подтвердив это предложение письмом, содержавшим перечень вопросов. И тогда в перерывах между текущими занятиями я начал размышлять над ответами на поставленные вопросы, что побудило меня не только рассуждать на заданные темы, но и покопаться в своем фотоархиве. Занятие это оказалось довольно увлекательным, поскольку вызвало в сознании картины давно минувшего прошлого. И в ходе своих изысканий я вместе с пушкинским Пименом мог говорить: «На старости я сызнова живу». Из разрозненных заметок стало видно, что собирается довольно обширный материал, который можно опубликовать. Вот так родилась книга, которую вы держите в своих руках.

Я назвал ее «Жизнь в Церкви». Здесь я вижу сразу несколько смыслов. Во-первых, вся моя жизнь, с самого раннего детства, когда мать привела меня в храм, и до сегодняшнего дня проходила и проходит в Церкви. Поэтому все автобиографические заметки неизбежно связаны именно с Церковью. Это для меня самое главное и самое дорогое. Во-вторых, я касаюсь многих вопросов церковного устройства, управления, деятельности Священного Синода, епархиального управления, служения епископата и духовенства. Здесь мои суждения проистекают не только из личного опыта: я говорю о том, какова жизнь Церкви сегодня, какие я вижу достижения, какие трудности и проблемы. Речь уже идет о жизни в Церкви в широком смысле слова. Наконец, у избранного заглавия есть и высшее, я бы сказал, призывное звучание. Господь сказал: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6). Церковь как Тело Христово открывает перед каждым путь к истинной и вечной жизни. И моя молитва о том, чтобы как можно больше наших соотечественников обрели настоящую, единственно истинную жизнь в Церкви.

+Ювеналий,
митрополит Крутицкий и Коломенский

 

 

Жизнь в Церкви

1. Епископ — в переводе с греческого управитель, надзиратель, блюститель. Но в Церкви это управитель не только и не столько административный, сколько духовный, ведущий и пастырей, и паству крестным путем в Царство Небесное. Ничего подобного, конечно же, у мирских руководителей нет. Можно ли услышать от Вас, не из словарей и книг, а от человека, который более четырех десятилетий несет это высокое послушание Церкви, что такое епископское служение?

Когда меня хиротонисали во епископа, один церковный деятель сказал мне: «Несчастный Вы человек: теперь никто не будет Вам в мире говорить правды и Вы не прочтете ни одной новой книги». Конечно, эти слова своего рода гипербола, но они имеют определенное отношение к сути дела.

Многие наивно полагают, что епископ лишь только время от времени совершает торжественные богослужения и принимает почести от духовенства и мирян. В таком подходе огромная доля упрощения. Как будто Преосвященный архипастырь — это тщеславная кукла. Забывают о главном — об ответственности епископа перед Богом и людьми. Напомню, что говорит о вступающих на путь епископского служения апостол Павел: доброе это дело, но для осуществления его требуется непорочность, трезвенность, благочиние, честность, страннолюбие, учительность. Епископ должен быть «не пьяница, не бийца, не сварлив, не корыстолюбив, но тих, миролюбив, не сребролюбив… Надлежит ему также иметь доброе свидетельство от внешних» (1 Тим. 3: 1–7). Как видите, к епископу предъявляется апостольским преданием множество требований, которые не для каждого подъемлемы.

Слова управитель, надзиратель многими воспринимаются в их светском значении, как понятия, связанные с насилием и администрированием, между тем, по-моему, главным в служении епископа является ответственность любви. Об этом всегда замечательно говорит при вручении архиерейского жезла новопоставленным епископам Святейший Патриарх Алексий II. Если обратиться именно в этом плане к гомилетическому творчеству нашего Первосвятителя, можно увидеть, какова необыкновенная ответственность и сложность архипастырского служения.

Одним из символов архиерейского сана является омофор, который символизирует паству, находящуюся на плечах пастыря, несущего ее ко спасению. Это не только прекрасный библейский образ, но и, как мне удалось испытать за годы моего служения, непосильная ноша, от которой подчас даже физически изнемогаешь. Как бы ни распределил обязанности Правящий архиерей среди своих соработников, все равно, что бы ни случилось, какое бы событие ни произошло, — никто не скажет: виноват такой-то секретарь или такой-то батюшка, но каждый скажет: во всем виноват Владыка. И это будет совершенная правда, ибо в епархии за все отвечает управляющий ею.

Мне многое довелось повидать за прошедшие десятилетия: и годы унижения Церкви, когда ее пытались любыми способами уничтожить, и период возрождения Святого Православия в нашем Отечестве, и время нынешнего относительно стабильного развития церковной жизни. Менялись обстоятельства политической, экономической, социальной и культурной жизни… А Церковь всегда оставалась тем, что она есть. Конечно, были многие трудности, бытие церковное было исполнено глубокого трагизма, но главное было и остается неизменным: тáинственная жизнь Церкви как Тела Христова. И в горе, и в радости с верующими должен быть епископ, для которого стояние перед Богом выше всяких почестей человеческих и несравнимо с ответственностью перед властями земными…

Многое в жизни епископа скрыто от мирского взора. И это должно бы быть понятно, потому что архиерей не только управляет епархией, имея в связи с этим множество обязанностей, но еще и является монахом, имея свой, особый уклад жизни. А человеческое любопытство, не получая удовлетворения, начинает много примысливать. Отсюда обилие всяких домыслов и выдумок.

2. В настоящее время на территории Московской области более тысячи храмов и монастырей, их число неуклонно растет. Как Вы управляете столь многочисленной паствой?

Никакие искусственные построения не дадут правильного алгоритма управления вертоградом Божиим, кроме как действие Святого Духа, Который проявляется реально через внутренние потребности членов Церкви Христовой. Именно поэтому структура управления Московской епархией, ее храмами и монастырями организовывалась мною не как умственное построение человека, сидящего «в башне из слоновой кости», но как ответ на реальные и необходимые чаяния народа Божия. Без сонма помощников: преосвященных викариев, благочинных, председателей епархиальных отделов, секретарей епархиальных комиссий, духовников, настоятелей и других ответственных лиц, конечно же, воля архипастыря и контроль за проведением ее в жизнь не могла бы быть реализована. Но в том и реальность действия Духа Святого, что огнедохновенная Его сила делает немощных сильными, а то, что кажется невозможным, — реальностью.

Должен сказать, что наша эпоха требует поиска новых решений для возникающих проблем. Никаких учебников по церковному управлению в условиях современности вы не найдете.

Например, на начальной стадии переходного периода мне пришлось встать на защиту наших святынь, чтобы они не оказались приватизированными частными лицами или коммерческими организациями. Тогда по моей просьбе глава администрации Московской области А.С. Тяжлов издал постановление ¹ 257 от 15 декабря 1993 года. В нем говорилось о запрете продажи и аренды культовых зданий.

«В соответствии с Законом Российской Федерации “О свободе вероисповеданий” от 25.10.90, “Об охране и использовании памятников истории и культуры” от 15.12.78, Постановлением Верховного Совета Российской Федерации “О неотложных мерах по сохранению национального, культурного и природного наследия народов РСФСР” от 25.12.90, Распоряжением Президента Российской Федерации “О передаче религиозным организациям культовых зданий и иного имущества” от 23.04.93 постановляю:

Запретить продажу, передачу в аренду и другие виды пользования культовых зданий, ранее принадлежавших Церкви, как состоящих на учете, так и вновь выявленных памятников истории и культуры и предназначенных к использованию по их первоначальному назначению».

Это предотвратило варварское расхищение нашего церковного наследия. Хотя и были неприятные прецеденты: в Стрелково (Подольский район) при попустительстве областного Министерства культуры Никольский храм XVI века был продан и оборудован под ресторан. Тогда я принял решение подать в суд. В результате храм был возвращен верующим. Он сейчас полностью отреставрирован. Я всегда сравниваю его с невестой в белоснежных одеждах. Так смотрится он в чистом поле.

Во многих городах, особенно новых, совсем не было храмов. А в крупнейшем городе области, Подольске, — только один собор… Помню, как на церемонии вступления в должность нового главы города Н. И. Пестова я обратился к нему с просьбой помочь решить проблему: людям нужны храмы. Уже сегодня в Подольске возведено два новых храма, близится завершение третьего и планируется строительство четвертого. В Подольском районе практически завершено строительство семи храмов, подходит к концу строительство восьмого и заложен девятый, возведено две часовни.

Такая динамика храмоздательской деятельности в Подмосковье является повсеместной. За последние годы в епархии построено 253 храма и 162 часовни. Не говоря уже о реставрации древних святынь… Всего на 2007-й год в епархии насчитывается 1271 храм, но Церкви до сих пор не возвращено 101 церковное здание из находящихся на территории Подмосковья.

3. Есть ли вообще у Вас некая система управления, сформировалась ли она за эти годы, или в каждом конкретном случае это новое, живое творчество? Какие принципы Вы полагаете в основу своей духовно-административной работы?

Как мы и исповедуем в Символе веры, наша Церковь является соборной. Никакое внешнее насилие не может дать реальных плодов — невозможно заставить человека насильно веровать, насильно надеяться, насильно любить. Образ и подобие Божие в человеке — это внутренняя его свобода, которую в полной мере раскрыл пришедший в мир Спаситель, Богочеловек, Господь Иисус Христос. Поэтому словосочетание «духовно-административный», вероятно, не может адекватно отвечать определению того служения, которое осуществляется сонмом священнослужителей Московской епархии для возрождения духовной жизни во всей ее полноте. Основа всего — вера наших священников, наших прихожан, наших благотворителей, которые приносят деятельное покаяние за богоборчество своих отцов и дедов; это надежда наших гражданских руководителей, которые ищут и находят опору национальной идеи именно в Святом Православии, это стремление широких слоев общества вернуться к твердым основам, данным Самим Законоположителем Господом Иисусом Христом. Это также любовь, я бы сказал, на генетическом уровне наших русских людей к своей тысячелетней культуре, к ее могучим традициям, к ее прекрасной эстетике, к ее неисчерпаемым глубинам, касающимся буквально всего: живописи, музыки, архитектуры... Это любовь матерей к своим детям, желающих, чтобы они были воспитаны достойными людьми, умеющими ценить и заповеди Божии, и законы человеческие.

Если говорить о практике, то мне в деятельности Правящего архиерея помогают мои викарии: архиепископ Можайский Григорий, епископы Видновский Тихон и Серпуховский Роман, работники Московского Епархиального управления во главе с секретарем протоиереем Александром Ганабой, благочинные церковных округов и председатели епархиальных отделов. Епархия у нас большая, поэтому стараюсь распределять ответственность среди этих лиц и стремлюсь при этом сохранять высокий уровень централизованного контроля. При многочисленности молодого и деятельного духовенства можно говорить о достойной смене поколений. Есть возможность ротации кадров, если наблюдается изнеможение кого-либо «под тяжестью креста» или наступает очевидное охлаждение в усердии.

4. Конечно же, иногда Вам приходится делать выговоры, иногда наказывать. Какими принципами в этих неприятных случаях Вы руководствуетесь?

Наказание направлено на поступок, а не против человека. Налагается ради пользы церковной, но при этом, за исключением канонически тупиковых ситуаций, провинившемуся дается шанс исправиться.

Психология человека имеет одним из своих свойств оправдывать любые свои действия. Христианская нравственность предлагает человеку неукоснительно соотносить не только свои поступки, но и мысли, чувства и намерения с великим законом Христовым. Я думаю, задача епископа, ответственного за пастырей, внушать своим собратьям, что они не имеют права в течение суток забывать о том, что являются посланниками Божиими. Можно наблюдать, как бывает несчастен человек, который каким-то образом умудрился стать пастырем без призвания. Впрочем, Промысел Божий сам отсекает таковые сухие ветви от вечно живого древа Церкви Христовой.

В своих решениях всегда стремлюсь к тому, чтобы народ был избавлен от соблазна и поругания веры со стороны нерадивых служителей алтаря Господня, вспоминая слова пророка: «…горе пастырям… которые пасли себя самих! не стадо ли должны пасти пастыри?» (Иез. 34: 2).

Кстати, все мои кадровые решения, как поощрения, так и взыскания, становятся немедленно достоянием гласности через наш епархиальный интернет-сайт.

5. А какие способы поощрения Вы считаете самыми лучшими?

Образцовый пастырь — это человек, увлеченный своим призванием и готовый все силы отдать служению Церкви. Значит, нужно ему дать возможность как можно более полно реализовать себя, увеличивая ему новые послушания. Кроме того, есть, конечно, церковные награды…

Православная аскетика рассматривает несколько вариантов человеческого доброделания. Первый: когда человек старается быть добродетельным из-за страха, чтобы не подлежать наказанию Божию, — этот путь иногда именуется «рабским». Второе: когда человек стремится быть хорошим, чтобы попасть в рай, наследовать Царствие Небесное, — этот путь иногда именуется «наемническим». И наконец, есть третий, по словам святых отцов, царский путь, когда человек любит Господа и, руководствуясь этой любовью, следует за Ним, не из страха наказания и не ища себе награды. Это путь «сынов Божиих». В реальности, чтобы провести человека по всем этим путям, конечно же, нашей Матерью-Церковью предлагаются всевозможные способы поощрения, начиная от священнических богослужебных наград и завершая церковными орденами и медалями. Но я убежден и сердцем своим чувствую, что те достижения десятков и сотен священнослужителей Московской епархии, которые были отмечены всевозможными наградами и поощрениями, совершены ими не ради их получения, но ради любви к Господу и Его Святой Церкви. В этом моя великая радость.

6. Кто для Вас является образцом архипас­тыря?

Я прожил большую жизнь и на каждом ее этапе встречал людей, которые являлись для меня примером. В раннем возрасте были церковные служители, которые привлекали мое внимание и воздействовали на меня косвенно, тем самым научая жизни в Церкви. В детстве я много слышал от мамы о ее духовном отце епископе Варлааме (Ряшенцеве). Тогда я еще в полной мере не осознавал той ситуации, которая сложилась в стране для верующих, но слышал о пребывании владыки в заточении и его подвиге мученика. Мать говорила, что охрана использовала чайную кружку святителя для отправления нужды, а он, смиренно перекрестив, продолжал ею пользоваться. Владыка был очень целомудрен, он как-то сказал просившейся к нему на руки девочке-младенцу одной из своих прихожанок: «Хоть ты так прекрасна, но не имею права взять тебя на руки».

Помимо добрых пастырей, с которыми я общался в Ярославле с детства, в моей жизни появилась череда таких наставников, оставивших глубокий след в душе, как епископ Угличский Исаия, схиархиепископ Лазарь (Градусов).

Через всю мою жизнь прошло доброе влияние митрополита Ленинградского и Ладожского Никодима (Ротова). Он как будто за руку провел меня через многие важнейшие этапы моего служения Церкви и жизни моей, сформировав во мне ответственность перед служением Церкви и Отечеству.

И вот уже почти два десятилетия я вдохновляюсь служением Святейшего Патриарха Алексия II. Ни возраст, ни болезни, ни естественно встречающиеся на его пути трудности не отражаются на его лице. Он приветлив, внимателен и неутомим в исполнении своего первосвятительского долга, будь то патриаршее богослужение, заседание Священного Синода или просто личное общение. Меня поражает, что я никогда не видел лицо Его Святейшества искаженным гневом, хотя возникающие порой в храме непорядки или нетактичное поведение священнослужителей дают для этого повод. Наш Святейший Патриарх всегда ровен и доброжелателен. Это напоминает мне слова святого апостола Павла, что епископ должен быть не дерзок, не гневлив, благочестив, воздержан (см.: Тит. 1: 7–9).

7. Какие советы по управлению давал Вам митрополит Никодим, другие Ваши учителя?

Мудрые наставления Владыки Никодима всегда были очень простыми и жизненными. Он учил никогда не критиковать своих предшественников и плохо не говорить о них. Этот совет для меня впервые был весьма актуален при вступлении на Тульскую кафедру. При первых же попытках наушничества я сказал: «Чтобы я никогда из уст ваших не слышал ничего плохого о моем предшественнике». Этот совет помогал мне и в дальнейшем. Ведь жизнь такова, что твоим преемникам эти же самые люди будут злословить и тебя.

Еще Владыка говорил, что при вступлении в новую должность ничего не нужно менять в течение хотя бы года, а необходимо вникать в суть происходящего и внимательно изучать, приглядываться к людям и заслужить уважение окружающих. Иллюстрацией противоположного подхода стало одно событие из моего детства. На Ярославскую кафедру в 1944 году был назначен новый архиерей — архиепископ Алексий (Сергеев), который сразу распорядился поменять местами Распятия с предстоящими в верхнем и в нижнем храмах Феодоровской церкви. Это действие, совершенное без видимой необходимости, вызвало бурю негодования верующих, привыкших к ранее установленному порядку, и породило конфликт на пустом месте с первых дней управления Владыки Алексия.

Думаю, что самое главное, чему меня научил митрополит Никодим, — это не говорить и не думать плохо о людях. Он считал, что в каждом человеке сочетаются положительные и отрицательные черты, нужно же увидеть хорошее и по нему судить о человеке. И он был прав. Жизнь будет невыносимой, если все видеть только в мрачных, угнетающих тонах.

8. Насколько известно, Вы первым в нашей Церкви сделали особенный упор при управлении епархией на благочинных и наделили их большими полномочиями. Среди Ваших благочинных достаточно много молодых священнослужителей. Прошли годы: оправдала ли себя такая практика?

Еще апостол Павел просил христиан не презирать за молодость посланных от Господа служителей, говоря своему ученику: «Никто да не пренебрегает юностью твоею; но будь образцом для верных в слове, в житии, в любви, в духе, в вере, в чистоте» (Тим. 4: 12). В Ветхом Завете символически и прообразовательно именно молодой ягненок был образом чистой и непорочной жертвы. И я рад, что в настоящее время именно молодые священнослужители показывают пример жертвенного служения Богу и людям. Они буквально на пепелище возрождают все: само здание храма, его благоустройство, порядок богослужения, пение, религиозное образование детей, благотворительное попечение над неимущими, работу с молодежью, взаимодействие с военнослужащими, посещение находящихся в заключении. Действительно, нужно иметь очень много энергии, в том числе и физической. И я считаю правильным, что именно молодые люди приносят плоды своих трудов к ногам Спасителя и Его Святой Церкви. Практика назначения молодых, энергичных, горящих верой и любовью священнослужителей, во множестве являющихся выпускниками Коломенской духовной семинарии, не только оправдала себя, но и является в высшей степени перспективной. Благочинный в нашем современном понимании — это не персона «honoris causa», но первый труженик среди равных собратий, который хотя и обладает правами, данными им мною, фактически равными правам хорепископов в Древней Церкви, но одновременно являющийся ответственным за все происходящее в подведомственных ему приходах, но не властвуя, а с любовью исправляя и направляя все ко благу. Главное достижение последних пятнадцати лет жизни Московской епархии, как мне представляется, — ушедшая в прошлое практика внешнего представительства благочинных; на ее же место пришла новая: подлинные заботы и радение благочинных о вверенных их попечению приходах.

9. За годы архиерейства Вы рукоположили сотни священнослужителей, многим семинаристам вручили дипломы об окончании духовных учебных заведений. Происходят ли на Ваших глазах изменения в подходе к духовной жизни молодых поколений священнослужителей?

Духовная жизнь не может быть измерена никакими внешними критериями, нет и не может быть никаких приборов или аппаратов, которые бы «объективно» показали какие-то изменения в подходах к этому вопросу. Основы духовной жизни изложены в Священном Писании, Священном Предании. И каких-либо новаций здесь быть не может, но живая жизнь Церкви лишь раскрывает вневременную ценность того камня, на котором Господь создал Свою Церковь. Поэтому можно говорить о том, как люди усваивают для себя вечно живое святое Православие, предполагая, что во все времена были и хорошие ученики, усваивающие все на «пять», то есть святые, и те, которые усваивали все на «единицу», то есть грешники, но окончательный суд о сем принадлежит только Господу. Скажу, что в своем подходе к подбору священнослужителей я в первую очередь стараюсь выявить наличие призвания, ибо священник — это не профессия, а священнослужение — это не занятие. Быть священником — это быть последователем Христа всегда и везде, на каждом месте. И от этого не может быть отдыха, не должно быть перерывов. Мне кажется, что большинство наших молодых священнослужителей Московской епархии идут именно этим путем в своей жизни.

В то же время скажу, что жизнь меняет людей. В советский период в большинстве шли в духовные школы люди твердые в своем выборе, закаленные в вере. Они становились пастырями-молитвенниками, другого ведь не могли делать: всякая общественная деятельность уголовно преследовалась в соответствии с постановлением ВЦИК и Совнаркома РСФСР от 1929 года «О религиозных объединениях». Не думайте, что я идеализирую духовенство того периода. Были и слабые, и случайные люди, были и те, которые из-за страха человеческого становились отреченцами. Что касается современного периода, то тут тоже есть и поистине героические стороны, и определенные слабости. Меня восхищает полная самоотдача священнослужителей при восстановлении церковной жизни в самом широком смысле этого слова. Мы возвращаемся к традициям общественного служения, имеющим тысячелетнюю историю. Начнем хотя бы с восстановления порушенных святынь и строительства новых храмов. Средств на это нет, и каждый священник должен искать поддержку и для храма, и для своего личного существования. Тут настает общение с благотворителями разных уровней, что может духовно расхолаживать, отрывать от непрестанного молитвенного подвига и слишком приближать к «миру». В целом же повторю: современное духовенство в своем подавляющем большинстве подвижническое, возрождающее в народе веру и духовность.

Если при советской власти пытались воздвигнуть стену между Церковью и обществом, то сейчас Церковь получила возможность идти в народ.

Если в дни моей юности представителям духовенства и дозволяли участвовать в каких-то общественных событиях, то телевидение показывало только их затылки, что само по себе уже считалось большим достижением, то теперь каждый может и должен, по апостолу Петру, дать отчет в своем уповании (см.: 1 Пет. 3: 15) не только в церкви, но и в средствах массовой информации. А для этого требуется глубокая богословская подготовка, несокрушимая вера и полная отданность служению Церкви.

10. Не секрет, что и в священнической среде иногда бывают раздоры, зависть и неприязнь. Как Вам удается поддерживать мир во вверенной Вам епархии?

Церковь состоит из людей, поэтому вполне возможно, хотя и нежелательно, проявление различных негативных явлений. Своим епископским девизом я в свое время избрал слова: «Единство и мир». И стремлюсь личным примером показывать жизненность этих принципов. Если же кто коснеет в неподобающем поведении, следует суровое вразумление.

Среди двенадцати апостолов был и Иуда. Увы, таковых мне приходится запрещать в священнослужении. Но и апостол Петр, отрекшись от Христа, в покаянии был снова принят Господом. И я принимаю покаяние согрешивших священнослужителей, на которых ранее налагал канонические прещения, вновь восстанавливая их в прежнем достоинстве. Поэтому мне кажется, что когда светская журналистика пытается в этих вопросах поживиться жареными фактами, это весьма напоминает описанное в книге Бытия действие небезызвестного Хама (см.: Быт. 9: 20–27). Что же касается разномыслия, конечно, и апостолы Иоанн и Иаков просили у Христа посидеть справа и слева от Него в Царствии Божием, но евангельский ответ Спасителя нашего показывает, каким же образом нам надо разрешать «раздоры, зависть, неприязнь»: «…кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом. Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мк. 10: 44–45).

11. В миру административная деятельность сопряжена с хлопотами, суетой и многопопечительностью. Как церковному человеку хранить мир душевный при подобной деятельности?

Правильное планирование времени, организация труда; обязательно должно быть время, когда человек остается один для молитвы… Любой человек, сознательно относящийся к своей деятельности, обязан выстроить иерархию ценностей. И когда эта иерархия становится доминантой его жизни, то никакие «хлопоты, суета, и многопопечительность» не могут омрачить духовный мир человека, потому что, по словам Спасителя, он прежде всего ищет Царствия Божия, а все остальное к этому прилагается (см.: Мф. 6: 33).

12. КакВыизбираетекандидатовдлясвященства? Можно ли сегодня говорить об участии народа Божия в выборе своего пастыря?

От народа Божия и идут ко мне кандидаты… При массовом открытии церквей брал с приходов без образования, но благочестивых и приобретших определенный церковный опыт… Для проверки их способности овладевать практикой служения я ввел аттестацию на Епархиальном совете. В помощь людям семейным и лицам среднего возраста создано заочное отделение в Коломенской Духовной семинарии.

Когда появилась возможность возвращения храмов для богослужения, мною было дано благословение не отказываться ни от чего, даже если нам предлагали лишь фундамент от разрушенного храма. Благочестивые люди буквально ринулись требовать возвращения им святынь, но мало получить от властей документы, разрешающие пользоваться разрушенным храмом, нужен ведь священник, который бы возглавлял молитву и совершал таинства церковные. Я считаю, что период 1990–2000-х годов был воистину первоапостольским. Именно благодаря кандидатам от народа, избранным из его среды, хотя и не имевшим фундаментального богословского образования, но стремившимся принести свое горящее верой сердце на алтарь служения Церкви Христовой, нам удалось из епархии, имевшей в 1988 году 130 храмов, прийти в 2007 году к 1271. Можно сказать, что народ Божий дал Церкви Христовой достойных кандидатов для пастырского служения. Я лишь с ответственностью их отбирал.

13. Как Вы оцениваете вцелом участие правящего архиерея в общественных организациях, движениях? Не отрывает ли архипастыря такого рода «нагрузка» от его основного церковного дела?

Каждый служитель Церкви, когда дает присягу перед Крестом и Евангелием при посвящении в сан, обещает не принимать участие ни в каких политических организациях или акциях. Поэтому я в самой постановке вопроса вижу некое несовершенство. Мы не принимаем участие в общественных организациях или движениях, но сотрудничаем со всеми людьми, которые направляют свою волю к совершению добрых дел в этом мире. И роль Церкви — воцерковить, одухотворить, я бы сказал, неосознанное стремление к добру всевозможных партий, организаций и движений, ни в коем случае не входя в их структуру и тем более в какое-либо подчинение. Поэтому слово «нагрузка», указанное в кавычках, я воспринимаю как некую иронию, никак не относящуюся ни ко мне, ни тем более к нашей Святой Православной Церкви.

14. Вы состоите постоянным членом Священного Синода Русской Православной Церквис 1972 года. Что Вы могли бы рассказать о своей работе в Синоде? Какие решения Священного Синода за этот исторический период Вы считаете наиболее значимыми для жизни РПЦ?

Я хотел бы указать на самое важное. Это преемственность в соборной жизни нашей Церкви. Каждый член Священного Синода приносит опыт работы на местах, а Предстоятель Церкви координирует ее. Исходя из многолетнего участия в жизни Церкви, вновь и вновь убеждаюсь в необоримости ее вратами ада (см.: Мф. 16:18).

В работе Священного Синода важным является не только управление, но и благодатное действие в избрании епископата, которое в Первосвятительство Святейшего Алексия II стало особенно демократичным. Члены Синода не только обсуждают представленные кандидатуры, но и могут отвергнуть их, что и бывало.

Имея возможность многое сравнивать, я хочу сказать, что сейчас наиболее динамичный состав Священного Синода, поскольку его постоянные члены имеют всесторонний опыт служения и в ХХ, и в XXI веках, а временные члены вливают «новую кровь», привнося опыт современной жизни в различных епархиях.

Святейший Патриарх Алексий II всесторонне изучает и готовит вопросы для обсуждения, включая их в повестку дня. Он обладает непререкаемым авторитетом и опытом в управлении Церковью.

Все это вместе взятое способствует плавному и беспреткновенному поступательному движению церковной жизни.

Мне врезалось в память обсуждение вопроса о так называемых «екатеринбургских останках». Невооруженным взглядом было видно, что гражданские власти хотели поставить определенную точку в истории, связывая это с официальным перезахоронением «царских останков» в Петропавловской крепости. Имелась известная переписка между Святейшим Патриархом Алексием II и президентом Борисом Николаевичем Ельциным. И в результате была создана правительственная комиссия, куда я вошел как представитель Церкви и в работе которой два с половиной года участвовал. Я обращал внимание на взгляды некоторых ученых и церковного народа, препятствовавшие признанию тех останков царскими. Видимо, учитывая мою несговорчивость, высокие представители тогдашнего правительства сделали личный доклад о работе комиссии Святейшему Патриарху. Затем состоялась встреча на заседании Священного Синода с полным составом этой комиссии. Потом, уже без гостей, Синод имел обсуждение проблемы и возобладала моя позиция, расходившаяся с той, которую занимало большинство членов государственной комиссии. По этому поводу было принято соответствующее постановление Священного Синода от 26 февраля 1998 года.

По этой причине в захоронении 17 июля 1998 года в Петропавловской крепости участвовал президент, а епархиальное духовенство при совершении богослужения молилось об упокоении «тех, чьи имена известны только Богу». В тот же день, когда исполнилось 80 лет гибели членов царской семьи, Святейший Патриарх и члены Священного Синода совершили по ним панихиду в Троице-Сергиевой Лавре. Заупокойные службы прошли и во всех православных храмах России.

Говоря о важнейших событиях, связанных с деятельностью Священного Синода, хочу указать такие поворотные исторические события, как празднование 1000-летия Крещения Руси и 2000-летия Рождества Христова, когда на Юбилейном Архиерейском Соборе состоялась канонизация Собора новомучеников и исповедников Российских ХХ века.

Самым великим чудом можно назвать уврачевание разделения в Русской Церкви, состоявшееся 17 мая 2007 года. Трудно даже дать адекватную оценку происшедшего. Значение его, как сказали и Святейший Патриарх Алексий, и Президент России, выходит за церковные рамки.

Я благодарен доверию к своей деятельности со стороны Святейшего Патриарха и Священного Синода и в вопросе моего участия в деятельности Синодальной Комиссии по канонизации святых, и во Всероссийском организационном комитете по проведению Дней славянской письменности и культуры.

Участие в празднике, который в России является единственным церковно-государственным, служит вкладом Церкви в духовно-нравственное возрождение нашего народа. И я особенно убедился в этом в 2007 году в Коломне: мало того, что буквально преобразился древний город, но и свет торжества, я убежден, коснулся тысяч и тысяч коломенцев и жителей Подмосковья. А это самое ценное для меня как церковного человека.

15. Сегодня многие храмы, монастыри строятся на спонсорские пожертвования. Должен ли Правящий архиерей проверять, что это за средства, не получены ли они преступным или безнравственным путем?

Любовь всему верит (см.: 1 Кор. 13:4–7), и Церковь — не прокуратура. Конечно, долг того, кто получает помощь благотворителя, объяснить ему, что если деньги нажиты преступным путем, то их и взять нельзя, и жертва такая Богу не угодна. В то же время важно понять, что жертвователь может стать спонсором в момент своего обращения на путь благочестивой жизни. Мы ведь знаем о разбойниках, ставших святыми. Если есть прецедент, почему не учитывать его?

Когда Вы идете исповедоваться, устраиваете ли Вы предварительный суд над духовником: достоин он или нет принять мою исповедь? Вправе ли он определять мне епитимию? Достаточно ли он свят, чтобы дать мне духовный совет? А может быть, он грешнее меня?

Господь сказал о вдовице, принесшей лепту, что она пожертвовала больше всех (см.: Мк. 12: 43). Можем ли мы кому-либо отказывать в праве приносить свою жертву Богу? И поставил ли нас кто-либо судьями над теми, кто жертвует? Всеведущ один Господь. Мне неизвестно ни одного случая, когда бы человек пришел и сказал: «Я ограбил и от своего прибытка, полученного преступным путем, жертвую, предположим, 10%». Мне кажется, что рассуждения о «преступных» спонсорских средствах — недоброжелательный журналистский штамп.

В то же время отмечу, что, когда начались перемены в нашей стране и наметились контуры возможного взаимодействия между Церковью и предпринимателями, я всем существом почувствовал, что нельзя допустить, чтобы в моей епархии кто-то из них или политических деятелей, помогая нам, использовал Церковь в своих корыстных интересах. Эта осторожность оправдала себя. Но в то же время могу со всем смирением сказать, что наше православное Подмосковье никак не отстало от других епархий в деле возрождения порушенных святынь и строительства новых храмов. С жертвователями у нас сложилась такая модель отношений: в знак покаяния за богоборческий грех отцов и дедов сыновья и внуки их должны своими руками и на свои средства восстановить порушенное и сделать это безвозмездно.

16. Владыка, Вы мудро управляете Московской епархией, решаете многие важные вопросы в тесном взаимодействии с администрацией Московской области. Чему Вы придаете особое значение в отношениях архиерея с представителями государственной власти?

Мне пришлось за время своего священнослужения испытать разные подходы государственной власти к Церкви. И милостивый Господь дал мне возможность убедиться в правоте апостольско-святоотеческого отношения к власти. Господь Иисус Христос в Своей благой вести людям не принес никакой политической модели человеческого устройства, хотя как Бог, конечно, мог бы это сделать, если бы это было нужно. Он принес истину о том, что подлинная модель и формула счастья находится внутри человека: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17: 21). Если же говорить о внешних обстоятельствах существования Церкви, то мы всегда находили и будем находить максимально действенные формы свидетельства об Истине.

Что же касается современного положения Московской епархии, то я благодарю Господа за достигнутое. Нынешний губернатор Московской области Борис Всеволодович Громов сам прекрасно понимает, как мне кажется, значение Русской Православной Церкви в жизни народа и общества, а также их нераздельное единство. Силами своих соработников наш губернатор делает очень многое для духовного возрождения Подмосковья.

Моделью моего взаимодействия с руководством Московской области является принцип объединения усилий в служении людям при полном невмешательстве в дела друг друга. Не могу не сказать, что наглядным примером такого сотрудничества оказалась подготовка к проведению в Коломне Дней славянской письменности и культуры. Здесь можно упомянуть и совместную с Министерством образования Московской области просветительскую деятельность, и реставрацию порушенных святынь, осуществлявшуюся при непосредственном участии подмосковного Министерства культуры, и, что очень важно, личное, всестороннее участие губернатора в подготовке всей программы праздника.

17. Ваше Высокопреосвященство, Вы проходили долгий путь служения Святой Церкви Христовой, исполняя многие ответственные послушания как в России, так и зарубежом. Каким духовным настроением руководствовались Вы в Ваших трудах на благо Матери-Церкви?

Отвечая на этот вопрос, нужно сказать, что в жизни моей было два этапа. Имея призвание к пастырскому служению, я поступил в Духовную семинарию и, готовясь стать священником, мечтал о деревенском приходе в глубинке России. Именно так начинал свой путь Владыка Никодим. Мне даже думалось попасть на тот же приход в Ярославской области.

Когда же я готовился к монашескому постригу, Владыка Никодим мне напоминал, что главное — это послушание, о котором святые отцы говорили, что оно «паче поста и молитвы». Я запомнил это на всю жизнь и воспринял всем своим существом. Первым испытанием стало назначение после окончания Духовной Академии в Берлин на должность редактора журнала «Голос Православия». И я по-человечески в беседе с митрополитом Никодимом буквально протестовал против этого, приводя, как мне казалось, убедительные доводы. Я ведь готовился к священническому служению, а не к работе журналиста, да и не знал достаточно хорошо немецкий язык. Ответ был суров: это твое первое послушание как монаха. Должен исполнять.

Потом мне было дано новое послушание: Святейший Патриарх Алексий I и Священный Синод назначили меня начальником Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. Приходилось совершать богослужения в пустых храмах, но зато ощущалась близость величайших святынь. Когда мне довелось первый раз поклониться Гробу Господню, я в душе сам себе сказал, что большего счастья на земле уже не смогу испытать.

Отправляя меня в Иерусалим, митрополит Никодим напутствовал, говоря о трех обязанностях, которые мне надлежало свято исполнять: хранить материальное достояние Церкви в Святой Земле, быть молитвенным предстателем за Русскую землю и народ, быть послом Русской Православной Церкви при Иерусалимском Патриаршем престоле. Благодарю Господа, что вседушевно исполнил это послушание в тот период моей жизни.

С завершением моего постоянного пребывания за границей начался период активного участия в сфере внешнецерковных связей. И как заместитель председателя, и как Председатель Отдела внешних церковных сношений, я чувствовал особую ответственность и за родную Церковь, и за Святое Православие. Внутри страны положение Церкви было нелегким, а на международной арене наступил период активного осмысления и дискуссий между братскими Православными Церквами их роли в современном мире. И в эти годы я всегда чувствовал себя, как на фронте.

В то время внутри России атеистические силы предрекали крах Русской Православной Церкви, говорили, что это «Церковь бабушек». Как-то, оказавшись на собеседовании в одном из американских университетов, я услышал вопрос: что будет с Русской Церковью, когда все бабушки умрут? И я ответил: наши бабушки бессмертны!

Вторым, не менее счастливым периодом моей жизни является время, когда я смог сосредоточиться на внутренних вопросах церковной жизни. В 2007 году исполнилось 35 лет моего постоянного членства в Священном Синоде и 30 лет (это самая дорогая для моего сердца дата) управления Московской епархией в сане митрополита Крутицкого и Коломенского. В эти годы я получил возможность, используя приобретенный опыт, безраздельно отдаться делу церковного возрождения, когда уже для этого не было никаких внешних препятствий.

18. Важнейший вопрос для христианина и монаха — об управлении самим собой. Чем Вы здесь можете поделиться из своего опыта?

Оглядываясь на пройденный жизненный путь, я могу сказать, что продолжаю руководствоваться тем, что мне в сердце заложил духовный отец, митрополит Никодим. Он в моем монашестве поставил главный акцент на послушании и лично мне заповедовал ни к чему не стремиться (в смысле ничего по-человечески не домогаться) и ни от чего не отказываться. Этот завет я пронес через всю жизнь. Когда по немощи человеческой хочется полениться и от чего-то отойти, совесть сжигает, и я не переступаю этот порог.

19. Расскажите, пожалуйста, насколько это возможно, о монашеской жизни архиерея.

В своей жизни много-кратно задавался этим вопросом, и когда в детстве паломничал в Троице-Сергиеву и Киево-Печерскую Лавру, где с трепетом получил благословение от схимника, которого, как сейчас помню, звали Кукшей, и когда учился в духовных школах.

По-разному складывается служение разных архиереев, и жизнь каждого из них говорит сама за себя. Я же всегда держу в уме, что архипастырь — это и епископ, и монах. Он должен быть независим и ни в чем не иметь нужды. Не имеет права увлекаться окружающей его обстановкой, пребывая духовно в келии своей души. Нужно, чтобы его личные дни, юбилеи, приемы, по необходимости посещаемые, не нарушали его внутреннего духовного состояния. Всегда помню изречение, что «от каждой пирушки ладаном пахнет»…

Я очень болезненно реагирую на то, когда личные поступки священнослужителя вносят соблазн среди людей. Опасаюсь допустить смущение, помня слова Господа: «…кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской» (Мф. 18: 6).

Обладая установленной для епископов церковно-канонической властью над духовенством и мирянами и чувствуя ответственность перед Богом и людьми, стараюсь взвешенно и обдуманно принимать то или иное решение.

20. Несколько слово Вашем обычном распорядке дня.

В последние годы меня ду-ховно уравновешивает и настраивает, когда я в начале дня после обычных молитвословий повторяю молитву последних Оптинских старцев:

«Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне настоящий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей святой. На всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня. Какие бы я ни получил известия в течение дня, научи принять их со спокойной душой и твердым убеждением, что на все святая воля Твоя. Во всех моих делах и словах руководи моими мыслями и чувствами. Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобой. Научи меня прямо и разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не огорчая, никого не смущая. Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и все события в течение его. Руководи моею волею и научи меня молиться, надеяться, верить, любить, терпеть и прощать. Аминь».

В последнее время стал практически с шести утра начинать свой день (увеличилась деловая нагрузка). С утра молюсь у святынь Новодевичьего монастыря — Смоленского образа Божией Матери и иконы святителя Николая с частицей его святых мощей. Затем рассматриваю новости и текущие дела.

В целом могу сказать, что каждый мой день ритмичен и однообразен. Вряд ли кому-нибудь может он показаться интересным и поучительным. Ведь в наше время люди ищут чего-то необычного, хотя так, наверное, всегда было.

С утра я погружаюсь во все многообразие епархиальной жизни. Завершая рабочий день, стараюсь уже дома рассмотреть непрочитанные деловые бумаги, но порой это оказывается не под силу. Ежедневно стараюсь полностью читать обзоры церковных и светских новостей, чтобы быть в курсе происходящего.

Конечно, особое место занимают богослужения, как в Новодевичьем монастыре, так и в храмах и монастырях епархии. В последние годы часто освящаю восстановленные или новосооруженные храмы.

Вечером, когда заканчивается день, я мысленно возвращаюсь к тому, что было сделано мной, и даю сам себе нравственную оценку своих поступков.

В течение года для отдыха не езжу за пределы своей епархии. Святейший Патриарх благословляет, когда я нахожу небольшие «окошки» поддерживать свои силы в подмосковном санатории. Там одновременно с медицинскими процедурами занимаюсь текущими делами, в том числе и творческими. Так готовил вышедшие книги «Человек Церкви», «От сердца к сердцу», «Монастыри и храмы Московской епархии», очередные выпуски «Московских епархиальных ведомостей». Да и это интервью смог закончить тоже на отдыхе.

21. На своем жизненном пути Вы встреча ли многих духовников, людей высокой духовной жизни. Кто Вам особенно запомнился, оставил след в душе?

Коли так поставлен вопрос, то могу вспомнить очень яркий момент своей жизни, когда я возглавил первое после революции паломничество на Святую Гору Афон и к святыням Ближнего Востока. Это было в 1964 году. На меня глубокое впечатление произвел настоятель Свято-Пантелеимонова монастыря схиархимандрит Илиан (Сорокин, + 1971). После всенощного бдения, не сговариваясь с ним, я пришел в его келью и просил принять мою исповедь. Это была незабываемая исповедь, которая не оставила не исповеданным ни одного уголка моей души. А передо мной был немощный, но добрый и святой старец, которому нельзя было не открыть душу!

22. Вы приняли монашеский постриг от рук архимандрита Никодима (Ротова) почти полвека тому назад. Затем долгие годы трудились под его началом. Расскажите, пожалуйста, о Владыке Никодиме как Вашем духовном наставнике.

Примером своей жизни он зажигал сердца окружающих людей. Многих постригал в монашество, руководил их духовной жизнью и был для них отцом. Отцом суровым, когда люди грешили, и очень милостивым, когда они каялись и исправлялись. И, что было характерно, когда человек исправлялся, Владыка Никодим восстанавливал к нему теплое, доброе отношение и никогда уже не вспоминал о его падениях. Это созидало высокий уровень доверительности в его взаимоотношениях с духовными чадами.

Несмотря на свое высокое положение и огромную занятость общецерковными вопросами, Владыка митрополит уделял очень много внимания воспитанию молодежи и возрождению монашества. Тогда в отличие от нынешнего времени нельзя было открывать монастыри. Но ему, тем не менее, удавалось возжигать сердца молодых людей к принятию монашества. Он убеждал их, что в монашеском звании священнослужитель может полнее отдавать себя служению Церкви.

Для многих людей беседы с Владыкой Никодимом остались в памяти как незабываемое событие жизни. Он был широко эрудирован и мудр! Очень внимательный к людям, Владыка ничего не считал второстепенным в делах церковных.

Один такой случай я запомнил на всю жизнь. Как его заместитель в Отделе внешних церковных сношений, я должен был однажды подписать некое удостоверение и сделал это в его присутствии. Вдруг он меня остановил и обратил внимание на мою неразборчивую и поспешную подпись. В горячности митрополит Никодим высказал мне такое видение ситуации: «Это, может быть, у человека будет первый церковный документ, который он будет хранить всю свою жизнь, а небрежная подпись в таком случае равна личному оскорблению. В Церкви нет ничего малозначимого, все следует делать с усердием и прилежанием», — заключил он.

23. Запечатлелись ли в Вашей памяти какие-либо архипастырские напутствия, духовные советы митрополита Никодима, сохранившие в новых исторических условиях жизни Церкви свою значимость для тех, кому вверено управление стадом Христовым?

Всецелое посвящение себя делу Божию — это самый важный его завет, который актуален и для меня, и для всех, кто служит Святой Церкви сегодня. Действенно то наставление, которое советующий сам всецело исполняет. Жизнь Владыки Никодима, отданная Богу, Церкви и людям, делает его слова святым руководством для нас…

24. Какие Ваши любимые святоотеческие авторы? Каково значение святых отцов сегодня? Что из святоотеческой литературы Вы бы могли посоветовать новоначальным?

В начале своего пастырского пути я прибегал к имевшимся у меня книгам для подготовки к очередной проповеди. Мне всегда хотелось привести что-то авторитетное от святых отцов для своих современников. И тогда я открыл для себя бездонный колодец святоотеческого богатства. Что меня, в частности, буквально потрясло в творениях свт. Иоанна Златоуста, так это простота, доступность, убедительность и, что самое важное, «современность», актуальность. Взять, к примеру, его слово на Богоявление, где он говорит о причащающихся: «…приступают не с трепетом, но с давкой, ударяя других, пылая гневом, крича, злословя, толкая ближних, полные смятения… Не нелепо ли, что там… где призывает к Себе Христос, бывает великий шум?» (Слово в день Богоявления. Творения. Т. 2. С. 412). Ведь это своего рода картина сегодняшнего дня! Сколько ни говорим мы в слове перед тем, как освященная вода будет разбираться верующими, увещевая их с благоговением и спокойствием это делать, мгновенно, сразу же после этого назидания, поднимается шум, толкотня, слышен звон посуды. Люди, значит, остаются одними и теми же во все времена. Кстати, на богослужении в Сочельник и на Богоявление я перестал в своих проповедях поднимать эту тему, а говорю лишь о значении для нас святой воды. А при ее раздаче блюстители порядка так регулируют потоки людей, что не допускается шум и не создается неблагоговейная обстановка.

В современных книжных магазинах полки просто ломятся от книг по религиозным вопросам. К сожалению, часто это «духовная литература» в кавычках. Люди нечистоплотные подчас пытаются использовать вывеску христианства, Православия для проповеди лжеучений, своих узкокорыстных и тщеславных устремлений, никакого отношения к истинной вере не имеющих. Считаю, что человеку надо начинать с освоения Нового Завета, в первую очередь Святого Евангелия, затем посланий святых апостолов. Далее можно обращаться и к иной сопутствующей литературе, и в частности к изучению творений святых отцов. Как я только что сказал, для меня со времени обучения в Духовной семинарии настольной книгой остаются творения святителя Иоанна Златоуста.

Если же говорить об изучении Ветхого Завета, для уяснения непонятных мест до сих пор не утратила своего богословско-экзегетического значения Толковая Библия. К счастью, эта книга ныне доступна всем.

Не могу не обратить внимания и на то, что наши предки воспитывались на чтении житий святых. Это ведь живой пример, ответ на то, как можно в повседневной жизни, в любых условиях воплощать заповеди Христовы. А подвиг новомучеников и исповедников Российских! Более жизненного свидетельства о любви ко Христу в наше время трудно представить! Следует почаще читать об их жизни, трудах и страданиях: это придаст силы и уяснит смысл человеческого существования!

25. Как Вы оцениваете роль русской литературы в духовном формировании личности? Какие Ваши любимые светские писатели?

Советское время было периодом беспрецедентного духовного голода. Люди искали любую возможность, чтобы узнать что-нибудь о вере. Парадоксально, но факт, что некоторые пытались что-то узнать даже из журнала «Наука и религия», о котором один профессор Ленинградской Духовной Академии говорил нам на уроках, что там не найдешь ни науки, ни религии.

Среди ученых и писателей прошлого было очень много верующих людей. В своих произведениях они неизбежно с той или иной стороны затрагивали вопросы, касающиеся религиозного осмысления бытия мира. Их книги в условиях гонений выполняли порой роль педагога, подводящего человека к постижению глубоких истин веры.

Мне повезло, что в школе моя преподавательница русского языка и литературы, Валентина Михайловна Забусова, верующий, интеллигентный человек, Царство ей Небесное, привила мне любовь к своему предмету. Для меня было истинным наслаждением знакомство с творчеством Пушкина и Лермонтова, я всегда восхищался языком Чехова, мне был понятен и близок Федор Михайлович Достоевский.

26. Вы общаетесь с молодыми священниками, студентами. Какими Вы видите современных молодых христиан? На что, по-вашему, им необходимо обратить особое внимание в духовной, да и в повседневной жизни? Отличается чем-либо нынешнее поколение христианской молодежи от Вашего поколения?

Начну с последней части Вашего вопроса. Каждое поколение обычно говорит: «Вот в наше время…», то есть пожилые люди критикуют современную молодежь и вспоминают, какими добрыми они сами были. Я размышлял над этой проблемой… Например, в дни моей юности среди людей можно было видеть и богоборчество, и геройство (последнее и в повседневной церковной жизни, и на фронте во время войны).

Специфика современного обращения молодежи ко Христу, в отличие от того опыта, который пришлось пережить мне, вероятно, заключается в нескольких факторах, вызванных не внутренним содержанием христианства или психологии веры, но внешними факторами жизненного устройства. Первое: в отличие от времен моей молодости, никто сейчас не препятствует молодым людям приходить в Церковь. Второе: никаких «поражений в правах» принадлежность к Православной Церкви не вызывает. Третье: возможность получить информацию о вероучении Святой Церкви, ее богослужении и внутренней жизни сейчас поистине безгранична. Это наиболее заметное положительное отличие. В то же время утратилась бывшая ранее возможность непосредственного общения, если можно так выразиться, с живыми носителями еще дореволюционного Православия, исчезло острое чувство некоего исповедничества и жертвенности, а также, увы, притупилась пытливость ума и сердца в постижении великих истин.

Совершенно ясно, что одна психология была у христиан во время гонений I–III века, другая — у христиан золотого века, третья — у христиан средневековья, и, естественно, сейчас зарождается новая психология христиан ХХI века, которая, по моему мнению, должна вместить в себя все достижения христиан, их мысли, достижения их духа за предыдущий исторический период. Я радуюсь, когда вижу молодых людей на богослужениях, когда они приносят своих детей для причащения Святых Таин, когда они участвуют в делах милосердия и социального служения, и скорблю, когда у некоторых вижу определенную рутину, описанную в «Очерках бурсы» Помяловского.

Мое поколение священнослужителей внешним видом очевидно выделялось из общества, будучи более традиционным. И, я убежден, это внутренне удерживало их в личном поведении от каких-либо отклонений и вольности. Сейчас многие священнослужители и выглядят традиционно, и имеют ревность ходить в духовной одежде, но есть и такие, которые хотят как бы раствориться в обществе, по их внешнему виду не скажешь, кто они. Такая кажущаяся им анонимность обманчива: старая русская поговорка напоминает о том, что в любой одежде узнаешь священника.

Продолжая говорить о различиях между поколениями, отмечу, что у современной православной молодежи больше возможности проявить себя в тех новых условиях, в которых находится сегодня Церковь. Но надо и удерживаться от соблазнов, которыми наполнен современный мир. Один человек мне рассказывал о своем удивлении и некотором смущении от беседы со священником, который профессионально делился с ним своими мирскими увлечениями, видимо, желая показать свою современность. Не нужно подделываться под светскую моду. От священнослужителя ждут другого: чтобы он доступным языком и примером личной жизни раскрывал людям красоту русской святости и православной духовности. Это будет в нем наиболее привлекательным! В этом очень нуждаются наши люди.

27. Какие советы, которые Вам пригодились в жизни, Вы сейчас можете посоветовать молодым людям?

Беречь честь смолоду и помнить слова премудрого: «Веселись, юноша, в юности твоей, и да вкушает сердце твое радости во дни юности твоей, и ходи по путям сердца твоего и по видению очей твоих; только знай, что за все это Бог приведет тебя на суд» (Еккл. 11:9).

С возрастом человек начинает забывать, что делал вчера, но яркими и ясными всплывают воспоминания детства и юности. Это бывает и своего рода суд совести. Помните слова Бориса Годунова у А.С. Пушкина: «Жалок тот, в ком совесть нечиста». Берегите себя с молодых лет!

28. Главная истина, убеждение, к которому Вы пришли за прожитые годы?

Счастье для человека всей душой и сердцем познать слова Спасителя: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6).

29. Что бы Вы могли посоветовать из личного опыта для воспитания в себе отвращения к лени, желания трудиться, любви к благочестию?

Воспитывать в себе обостренное личное чувство ответственности перед Богом и людьми за исполнение избранного тобою пути.

30. Молитва. Каковы могут быть причины охлаждения к молитве, равнодушия к духовной жизни?

Молитва согревает сердце, дает возможность укрепляться в любых жизненных обстоятельствах в сознании близости Бога к человеку и Его беспредельного милосердия.

Охлаждение к молитве наступает в результате грехопадений, отступления от Бога в личной жизни и пренебрежения церковными уставами и традициями.

31. Как Вам удается сохранять в новооткрытых монастырях преемство монашеской традиции?

Основа жизни в монастыре — это молитва и послушание. Настоящим подвигом для современного человека является решение оставить светскую жизнь и принять монашеский постриг. Когда будущие монахи и монахини поселяются в обители, они видят, что ничего не изменилось в предназначении насельников по сравнению с предшествующими временами: перед ними стоит та же задача, что и прежде — собственного спасения и спасения окружающего мира. Нужда в подвиге монашествующих велика.

Вспоминаю, как мы открывали первый в Московской епархии женский монастырь в Коломне. Нам не сразу дали разрешение. Руководители города даже завели в местной газете рубрику, в которой жители высказывались за или против открытия обители. В одном из номеров газеты было написано, что горожане не допустят, чтобы в стенах древнего кремля женщин заставляли жить за железной решеткой. Зато тот, кто сегодня соприкасается с жизнью Свято-Троицкого Ново-Голутвина монастыря, может только улыбнуться моему рассказу. Здесь мы видим примеры истинно монашеского подвига и свидетельство о вере через активное служение обществу. Как это случилось? Как к этому пришли? Так помог нам Господь!

32. Как на монастырь влияет окружение, в частности городская жизнь?

Конечно, опыт каждого монаха индивидуален. Но можно с уверенностью сказать, что монастыри играют исключительную роль в жизни города. Это своего рода духовные маяки в бушующем житейском море. Мне приходилось часто слышать от светских людей: будет отпуск, поеду в монастырь душу лечить. А у городского жителя, который может быстро добраться до обители, есть в этом большое преимущество.

В целом надо сказать: где бы человек ни находился, в городе или на селе, в путешествии ли по воде или по воздуху, от себя он никуда не скроется. Все зависит от внутреннего состояния души, которая или оживотворяется и одухотворяется верой, или охлаждается и обедняется отступлением от Бога и оскверняется грехом.

33. Церковный устав, Типикон, которым мы пользуемся, написан много веков тому назад. В наше время люди стали более немощные и порой жалуются, что им тяжело все записанное там понести. Есть ли какой-то минимум правил, придерживаясь которых можно считаться православным христианином, какие-то универсальные принципы?

Думаю, что в этом вопросе соединено несколько проблем, каждая из которых должна иметь свое разрешение и развитие. Любой мало-мальски церковно образованный человек прекрасно знает, что Типикон уже очень давно не может исполняться в реальной приходской, да порой и монастырской жизни. Классическим является пример, когда в дореволюционной Санкт-Петербургской Духовной Академии в течение 3–4 месяцев готовились к совершению службы дословно по Типикону и потом всю ночь ее пытались совершать. Мы являемся свидетелями развития богослужебных традиций. Все знают, например, что в Типиконе нет ни чина выноса Плащаницы в Великую Пятницу, ни чина погребения в Великую Субботу, ни иных многих близких нашему верующему сердцу служб, без которых сегодня невозможно представить русское православное благочестие. Несомненно, новое поколение православных христиан, верных Священному Преданию и любви к богослужебной сокровищнице нашей Церкви, со временем, вероятно, просто обязано создать Типикон Русской Православной Церкви, включающий в себя службы Новомученикам Российским, формирующий новые правила соединения этих служб с греческими и другими вселенскими святыми, дающий пояснения, как следует составлять богослужения трем-четырем, а может быть, и более святым, так как нынешний Типикон сопряжения более чем трех служб не предполагает. Но ведь это было в IX веке. А слава Богу, святые умножаются, и не совершать им служб нельзя. Но все, о чем мы ведем речь, следует делать благочестивой рукой и без ошибочной «исторической» практики, которая в прошлом влекла за собой смущение и разделения.

34. Вы часто посещаете монастыри. Что Вас порадовало в этих посещениях и что вызвало неприятие, огорчение?

Монастыри моей епархии — это мои дети. Хотя, в отличие от правящих архиереев других епархий, нигде я не являюсь настоятелем, и все настоятели мужских монастырей являются не наместниками, а собственно настоятелями. Воссоздание и возрождение монашеской жизни для меня лично сердечная потребность и духовная необходимость, ибо, как неоднократно говорил приснопамятный митрополит Никодим, «монашество есть скелет Церкви». Задач в отношении монастырской жизни сегодня много. За время отсутствия ее реального действия в мире возникли мифы и легенды о ней как положительного, так и отрицательного свойства, но ни тем, ни другим тенденциям не должны соответствовать наши воскрешенные святые обители. Радость же меня наполняет, когда я вижу, как дух евангельский виден всем тем, кто имеет очи. Так, Коломенский женский Ново-Голутвин монастырь стал средоточием культурной, духовной и нравственной жизни города. Списанные некогда гражданскими властями как не подлежащие восстановлению Спасо-Влахернский и Бобренев Богородицерождественский монастыри и подобные им ныне являют величие своего архитектурного образа, славящего Господа. Больные, находящиеся на излечении рядом с Гуслицким Спасо-Преображенским мужским монастырем, получают воистину духовное утешение и отраду в своих тяжелых психических заболеваниях. В последние годы меня особенно радует жертвенное служение сестер Казанского монастыря в Егорьевске, окормляющих пациентов психиатрических больниц и социальных учреждений.

Да и не перечислить всех радостей, которые возникают в сердце Правящего архиерея, когда уже 24 монастыря Московской епархии возвращено к жизни. Ведь то, что нам казалось недостижимым еще каких-то 15 лет назад, — стало повседневной реальностью сегодня.

35. О социальном служении Церкви. Святейший Патриарх не раз отмечал пассивность многих прихожан в делах милосердия. Читая евангельскую притчу о милосердном самаритянине, мы узнаем себя в священнике и левите, тогда как должны были бы узнавать в самаритянине. Пытаетесь ли Вы привлекать молодых людей к этому служению?

Говоря о благотворительности, я всегда вспоминаю одну мою знакомую прихожанку, которая жила на пенсию и находила возможность от этих незначительных средств выделять помощь для неимущих.

XX век явился временем небывалого научно-технического прогресса человечества. Многочисленные научные открытия, исследования самым ярким образом свидетельствуют о его стремительном развитии. Наука все силы направила на то, чтобы облегчить труд и жизнь человека. Казалось бы, все делается для человека и ради человека. Но, наверное, еще никогда последний не чувствовал себя таким одиноким и брошенным. Наверное, никогда еще, даже в самые мрачные периоды мировой истории, не была так обесценена человеческая жизнь, как в XX веке.

Резкий скачок стремительно перенес человека в будущее, оборвав все связи с прошлым, с духовными корнями, разорвав связь и преемственность поколений. Современное общество начинает забывать такие святые для наших предков понятия, как милостыня, сострадание, любовь. Не потому, что они становятся все менее и менее востребованными из-за того, что в мире наступило общее социальное благоденствие и равенство, а потому, что человек становится эгоистичным, не способным к сопереживанию, к принятию чужого горя как своего. В сформировавшемся обществе потребления ко всему начинают подходить с точки зрения материальной или личной выгоды: «А что мне это даст? Что из этого я буду иметь?» Поистине современный человек все более и более превращается в того сказочного Дровосека, который был «рожден железным» и «мог бы стать полезным», но которому, к сожалению, не хватало «сердечной теплоты». Наряду с высочайшим уровнем технического прогресса наблюдательный человек, способный к анализу, может увидеть такой же высокий уровень духовной и нравственной деградации.

Все эти проблемы остро встали перед современным обществом. Многие люди оказались в трудном положении, нуждаются в поддержке и помощи, в «сердечной теплоте», но, к несчастью, зачастую оказываются их лишены.

Меж тем Спаситель сказал: «...будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд. ...Давайте, и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какою мерою мерите, такою же отмерится и вам» (Лк. 6: 36–38). Православная Церковь считала и считает благотворительность и служение ближним своей святой обязанностью, одним из способов деятельной проповеди веры Христовой. Проходят века, возникают и исчезают государства, меняются люди. Неизменной остается лишь Церковь Православная, потому что неизменен ее Глава — Христос, Который «вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13: 8). Поэтому и в XX, и в XXI веках она продолжает нести свое спасительное служение, помогать страждущим, утешать обездоленных, помогать им в меру своих возможностей.

Социальная деятельность Московской епархии многогранна. Можно долго говорить о тех бесчисленных видах благотворительности и милосердия, которые она воплощает в жизнь. В первую очередь она стремится помочь тем людям, которые находятся на грани нищеты и отчаяния. Зачастую для человека, оказавшегося в затруднительном положении, Церковь является последней инстанцией, где он надеется найти помощь.

Сейчас как никогда раньше современно звучат слова евангельской притчи о милосердном самарянине (см. Лк. 10:30–37), который проявил бескорыстную заботу о совершенно незнакомом ему человеке, «впавшем в разбойники». Господь призывает всех нас: «Иди и ты поступай так же». К сожалению, современный человек больше похож на тех приточных ветхозаветных священника и левита, которые «проходят мимо» чужого несчастья, нужды, спешат дальше по своим делам. И здесь вся проблема не в том, что жизнь такая, на что любят часто сегодня ссылаться, а в том, что человек такой, таким он себя и окружающий его мир создает.

Очень важно поэтому сегодня привлекать прихожан храмов к широкой благотворительной деятельности. Не только призывать их к заочному участию в осуществлении того или иного благотворительного мероприятия, но, прежде всего, к личному участию в делах милосердия. В этом нет ничего нового. Если мы обратимся к истории нашей родной Руси, то увидим, что более всего в ней ценилась именно личная милостыня, как способ духовно-нравственного совершенствования. «Целительная сила милостыни, — писал В.О. Ключевский, — полагалась не столько в том, чтобы утереть слезы страждущему, уделяя ему часть своего имущества, сколько в том, чтобы, смотря на его слезы и страдания, самому спострадать с ним, пережить то чувство, которое называется человеколюбием». Человек должен был сам лично оказать милость страждущему, чтобы не только сделать доброе дело, но и получить от этого пользу для своей души. «Когда встречались две древнерусские руки, — продолжает В.О. Ключевский, — одна с просьбой Христа ради, другая с подаянием во имя Христово, трудно было сказать, которая из них больше подавала милостыни другой: нужда одной и помощь другой сливались во взаимодействии братской любви обеих».

Первые опыты непосредственного участия верующих в делах милосердия в Московской епархии уже есть. Часто перед Великим постом настоятель призывает прихожан взять на себя труд ответить на одно или несколько из тех многочисленных писем, которые приходят в храмы из мест лишения свободы. И многие берутся за это, отсылают посылки с вещами, медикаментами, книгами духовного содержания. При многих храмах организуются братства и сестричества, которые помогают в больницах, детских домах, ухаживают за престарелыми людьми и т. д. На самом деле человек, приходящий в храм, желает более активного участия в церковной жизни, а не только того, чтобы быть лишь пассивным слушателем богослужения. Необходимо умело организовать это участие. Ведь один настоятель не в силах лично все это объять.

Важным преимуществом социального служения Московской епархии является то, что здесь налажено очень тесное сотрудничество с Министерством социальной защиты населения правительства Московской области, как на уровне всей епархии, так и отдельных благочиний. Это сотрудничество помогает более эффективно осуществлять благотворительную деятельность, взаимно обогащает, нравственно возвышает, объединяет усилия Церкви и государства, направленные к единой цели.

Христианин должен стремиться к осуществлению двух заповедей — любви к Богу и ближнему. Любовь и милосердие неразрывно связаны, потому что служение ближним, благотворительность помогают человеку стяжать эту желанную «царицу добродетелей», на которой «утверждается весь закон и пророки» (Мф. 22: 40), вернуть себе человеческий облик и образ Божий. В то же время любовь — это самопожертвование, вплоть до смерти, ради другого человека. Очень своевременно именно сейчас вспомнить слова апостола Павла: «А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1 Кор. 13:13).

36. Что Вы, на основании Вашего многолетнего опыта международной церковной работы, могли бы сказать о перспективах экуменического движения?

Я не хочу делать громогласных заявлений о том, что мир катится к катастрофе. Но мне вполне очевидно, что, исходя из своих религиозных взглядов, перед лицом бедствий и страданий люди будут обязаны теснее сотрудничать друг с другом ради разделенного и страждущего человечества. Разные формы такого соработничества возможны и необходимы.

Что же касается исполнения первосвященнической молитвы Спасителя: «да будут все едино» (Ин. 17: 21), она не может не исполниться! Но о путях, ведущих к этому единству, ведомо единому Богу. Согласитесь, что совсем недавно мы не могли даже представить себе восстановление канонического единства с Русской Зарубежной Церковью. А Господь сотворил чудо, и мы были его участниками. Можно лишь воспеть, всем сердцем славя Господа: «Кто Бог велий, яко Бог наш, Ты еси Бог, творяй чудеса» (Пс. 76: 14–15).

37. Какие направления, методы миссионерской и катехизаторской работы показали себя наиболее эффективными в Московской епархии?

Разнообразная работа с детьми, возрожденные формы социального служения и, конечно же, воодушевленное, жертвенное восстановление порушенных святынь и строительство храмов.

38. Расскажите, пожалуйста, о Вашем учас­­тии в процессе примирения со Старообрядческими Церквами.

По отцовской линии мои родственники являются старообрядцами. И я с детства соприкасался с их взглядами и благочестием. А в дни моей юности в родном Ярославле встречался и со старообрядческим духовенством, что дало мне возможность понять и трагедию разделения, и его последствия. В годы моих трудов в сфере внешнецерковной деятельности у меня были широкие контакты со старообрядцами различных направлений. Я видел и стремление митрополита Никодима внести свой вклад в процесс примирения и разделял его мысли, связанные со снятием клятв, происшедшем на Поместном Соборе 1971 года.

Я с вниманием отнесся к возрождению единоверия в Московской епархии. Любой интересующийся этим вопросом может, например, посетить Михаило-Архангельский храм в Михайловой Слободе и увидеть ту атмосферу, в которой существуют ныне единоверцы моей епархии.

Радуюсь, что у меня сложились и добрые отношения с нынешним главой Русской Православной Старообрядческой Церкви митрополитом Корнилием.

Я часто думаю о том, что один неосторожный шаг может привести к разделению, но как трудно, а порой и невозможно найти путь к его преодолению. Это должен помнить каждый человек, не только церковный деятель. Ведь разделение недопустимо ни в государстве, ни в обществе, ни в семье.

39. Каковы наиболее распространенные духовные болезни нашего времени?

За все время человеческой истории ничего нового враг рода человеческого не мог придумать, да и не может, ибо он личность не творческая. Бог — творец. Диавол — разрушитель. И все болезни духовные, вызванные следованием этому обманщику, прекрасно известны и описаны в нашем святоотеческом аскетическом предании. Так что речь может идти не о какой-то новизне, но о какой-то определенной типичности. Может быть, наиболее характерным явлением в настоящее время является равнодушие, к сожалению, проявляющееся не только в жизни людей неверующих, но и считающих себя христианами. Невольно вспоминаются слова из Откровения: «О, если бы ты был холоден или горяч!» (Откр. 3:15).

40. Можно ли сформулировать главные проблемы, стоящие сегодня перед Русской Церковью, перед Россией?

И наша Церковь, и наше Отечество до сих пор переживают тяжелые последствия событий ХХ века, периода страшных катаклизмов, затронувших все наше общество. В конце прошлого столетия мы вступили на путь возрождения, в первую очередь духовного и нравственного. И важнейшее значение в связи с этим имеет деятельность Русской Православной Церкви, которая, в буквальном смысле слова, восстала из руин и в небывало краткие сроки стала влиятельнейшей силой общественного развития.

Наша Церковь является неотъемлемой частью народа. И вполне естественно, что она реагирует на все актуальные проблемы современности, что находит отражение и в выступлениях Святейшего Патриарха, и в деяниях Архиерейских Соборов, и в определениях Священного Синода. Все эти документы хорошо известны.

Обобщая сказанное, хочу отметить, что ни одну проблему невозможно будет решить, если нарушатся мир и согласие.

Сегодня в первую очередь должно заботиться о том, чтобы наши пожилые люди имели счастливую и обеспеченную старость. Обращаясь в будущее, видим, что главное — это здоровье, хорошее образование и воспитание детей.

Прямое предназначение Церкви не в политической деятельности или социально-экономическом регулировании, а в том, чтобы найти пути и средства приближения человека к Богу. Пока еще мы наблюдаем достаточно печальный нравственный облик нашего общества. Значит, от нас, людей церковных, требуются неустанные труды на благо ближнего. Надо мобилизоваться, стремиться к всесторонней реализации всех возможных направлений нашего служения, честно исполнять свой долг перед Господом и людьми.

41. В чем Вы видите основные достижения церковной жизни за последние 20 лет? Что, на Ваш взгляд, нами упущено?

Мы с вами много говорили о развитии Московской епархии в последние годы. Это является яркой иллюстрацией того, насколько поразительны те изменения в церковной жизни, которые произошли у нас на глазах. В нескольких словах обо всем не скажешь.

А если конспективно перечислять…

Восстановлены храмы и монастыри, создана общецерковная система духовного образования и подготовки священнослужителей, небывалых масштабов достигла издательская деятельность, вызывает радость положительный отклик людей на просветительские инициативы Церкви и ее образовательные проекты, все заметнее становится православное социальное служение, работа в Вооруженных силах, молодежное движение. Наверняка я не сказал здесь обо всем.

Рассуждения о том, что могло бы быть, как мне кажется, занятие неблагодарное. Сослагательное наклонение уводит в мечтательность. А всякая реальная деятельность должна оцениваться с учетом конкретных обстоятельств и возможностей, предоставляемых временем. Здесь и смирение нужно проявлять. Вспомните Книгу Товита: «Благословляй Господа Бога во всякое время и проси у Него, чтобы пути твои были правы и все дела и намерения твои благоуспешны, ибо ни один народ не властен в успехе начинаний, но Сам Господь ниспосылает все благое и, кого хочет, уничижает по Своей воле» (Тов. 4:19).

Если же говорить о моем поколении, то мы сделали то, что могли. Всегда последующие поколения критикуют своих предшественников за то, что упущено. Пусть они постараются сделать столько же или лучше нас.

42. Как Вы считаете, почему в современном мире наблюдается особенное оскудение милосердия, любви?

Бог есть любовь. И если, по мнению некоторых, в современном мире наблюдается особенное оскудение любви, то это можно объяснить только лишь жизнью без Бога. Как священнослужитель, анализируя поступки людей, которые не сдерживают себя моральными принципами, я объяснил бы это охлаждением веры или ее отсутствием.

43. Чем из опыта приходской жизни Вы могли бы поделиться?

Невольно напрашивается пословица о священнике и приходе и их сходстве. И это самое главное. В Церкви повсюду одни и те же Таинства совершаются, исповедуется одна и та же вера, но там, где служит добрый пастырь, — крепкая община, много прихожан, церковная жизнь налажена и процветает, а нерадивый пастырь в равных условиях ничего подобного не имеет. Поэтому я в своей практике епархиального управления меняю настоятелей, когда вижу, что приходская жизнь не развивается так, как хотелось бы. И результат не заставляет себя ждать.

Бог благоустраивает жизнь людей и руками заботливых пастырей.

44. Ваше Высокопреосвященство, Вы являетесь Председателем Синодальной Комиссии по канонизации святых. Какими основными критериями руководствуется комиссия при канонизации того или иного лица? Также многих православных христиан интересует вопрос: почему ныне обретение святых мощей угодников Божиих не из числа новомучеников случается значительно чаще, чем это было в дореволюционное время?

Сегодня, когда совсем недавно произошло восстановление канонического единства между Русской Православной Церковью и Русской Православной Церковью Заграницей, многие склонны рассматривать процесс канонизации новомучеников и исповедников ХХ века как некий конъюнктурный акт с нашей стороны. Конечно, работа, проделанная в сфере канонизации святых, сыграла свою роль в нашем сближении, но смысл происшедшего гораздо глубже и шире. В ХХ веке все в Советском Союзе были подвержены атеистическому воспитанию, и в плоть и кровь обычного советского человека пропагандой было заложено представление о святителе Тихоне, Патриархе Всероссийском, или о святом праведном Иоанне Кронштадтском как о врагах народа и личностях анекдотических, достойных лишь насмешки и злобного обличения. Нам же предстояло доказать людям, что это — великие угодники Божии. И приходилось проводить работу сродни труду реставратора, который слой за слоем снимает краску до тех пор, пока не обнажится подлинник.

Нашей Комиссии по канонизации святых не только нужно было проделать бумажную работу, но и разъяснить обществу причины и критерии нашей деятельности. И это в условиях идеологической монополии атеистов!

Вся работа наша началась с празднования 1000-летия Крещения Руси. Церковь еще в декабре 1980 года выступила с заявлением о начале подготовки к торжествам. Тогда-то и началась моя деятельность в области канонизации.

Надо сказать, что атеисты восприняли идею юбилея в штыки. Насмешки сыпались со всех сторон, не было, мол, ни Христа, ни Крещения Руси. Полемизировать открыто мы не могли, это еще не дозволялось, но подготовительную работу вели. Существенную роль сыграла 24-я сессия Генеральной конференции ЮНЕСКО в ноябре 1987 года, на которой была принята предложенная советской делегацией резолюция о всемирном праздновании 1000-летия Крещения Руси. Впервые в истории этой международной организации советский проект резолюции прошел единогласно. Я тогда выступал с докладом в его поддержку. После того как международное сообщество продемонстрировало свое дружественное отношение, позиция советской прессы тоже стала потихоньку меняться, появились исторические статьи о роли христианства в истории России.

Важный импульс к расширению подготовительной работы дала встреча с генеральным секретарем ЦК КПСС М.С. Горбачевым в Кремле в конце апреля 1988 года. Помню эту картину: я быстро прошел к месту встречи и приветствовал Михаила Сергеевича, объяснив, что Святейший Патриарх Пимен имел проблемы со здоровьем. В это время Его Святейшество с трудом, медленно преодолевал длинные кремлевские коридоры. Вышло так, что хозяину пришлось ждать у входа. Видя мое беспокойство, Михаил Сергеевич великодушно сказал: «Не волнуйтесь, это ведь встреча формальная. Не долго будем сидеть». На деле вышло иначе: после обмена подготовленными приветствиями между М.С. Горбачевым и Святейшим Патриархом Пименом состоялся долгий деловой разговор. Члены Синода попеременно выкладывали на стол переговоров весь груз проблем в отношениях между Церковью и государством, о чем уже можно было свободно говорить. И каждый из сопровождавших Святейшего Патриарха излагал и суть имеющихся трудностей, и свое видение путей их преодоления в условиях нарождающейся свободы.

Когда 23 декабря 1980 года была создана Юбилейная комиссия, в ее рамках возникло несколько рабочих групп. Историко-каноническую благословили вести мне. И именно тогда мы начали подготовку первых канонизаций девяти святых угодников.

Уже после торжеств постановлением Священного Синода от 11 апреля 1989 года была создана Синодальная Комиссия по канонизации святых, и я ее возглавил. С тех пор процесс изучения русской святости идет постоянно. Мы коснулись самого важного — эпохи гонений. Не удалось бы квалифицированно, научно изучить этот период в истории Церкви, если бы в нашем обществе не произошли перемены. Нам дали доступ, как мы это называем в церковной терминологии, к мученическим актам, на юридическом языке это следственные дела. В советское время сотни тысяч, миллионы верующих были репрессированы, во множестве расстреляны как враги советской власти и Советского Союза. Не имея документов, мы не могли убедиться в том, были ли они мучениками за веру. Мученик — это свидетель, кристально чистый, к нему обращаются с молитвой, и он является примером для подражания. Может быть, не всем понятно, почему не всех пострадавших причислили к лику святых. Потому что мы очень тщательно работаем, изучаем весь жизненный путь человека до расстрела или кончины, изучаем всеми доступными средствами движения его мысли и души. Не всегда эту работу просто делать, многие архивы до сих пор закрыты. В некоторых епархиях не могут получить доступ к материалам. Поэтому я уверен, что процесс канонизации будет еще продолжаться очень долго. И я, и все члены комиссии стремимся к одному: не допустить ошибки, чтобы не было необходимости в деканонизации. Тщательность и честность — основные принципы нашей работы.

Основными условиями прославления святых во все времена было проявление подлинной освященности, святости праведника. Свидетельством такой святости могли быть:

  1. Вера Церкви в святость прославляемых подвижников как людей, Богу угодивших и послуживших Пришествию на землю Сына Божия и проповеди Святого Евангелия.

  2. Мученическая за Христа смерть или истязание за веру Христову.

  3. Чудотворения, совершаемые святым по его молитвам или от честных его останков — мощей.

  4. Высокое церковное первосвятительское и святительское служение.

  5. Большие заслуги перед Церковью и народом Божиим.

  6. Добродетельная, праведная и святая жизнь, не всегда засвидетельствованная чудотворениями.

  7. В XVII веке, по свидетельству Константинопольского Патриарха Нектария, три вещи признавались причиной истинной святости в людях:

    1. Православие безукоризненное;

    2. совершение всех добродетелей, за которыми следует противостояние за веру даже до крови;

    3. проявление Богом сверхъестественных знамений и чудес.

  8. Нередко свидетельством святости праведника было большое почитание его народом, иногда еще при жизни.

Если суммировать все эти условия, то кратко их можно выразить так: основными критериями канонизации подвижников веры в Русской Православной Церкви являются: праведное житие, Православие безукоризненное, народное почитание и чудотворения.

Что касается обретения честных мощей святых угодников, то в наше время это имеет особенное значение. Во-первых, в последние годы было причислено к лику святых невиданное доселе число новомучеников и исповедников веры. Канонизация же допускает обретение мощей. А это, в свою очередь, по милости Божией, помогает народу укрепляться в вере и просвещаться светом Христовой истины. Удовлетворяется духовная жажда, столь долго подавлявшаяся в период тоталитарного контроля над нашим обществом.

Явление мощей канонизированных святых, не относящихся к новомученикам, по моему разумению, — действие Божией благодати, дающей силу нашему народу для духовного возрождения и обновления своих сил.

45. Сегодня в Церковь приходит все больше и больше молодежи. Для молодых христиан важным, ответственным шагом в жизни является вступление в брак и создание крепкой православной семьи. Как помочь им не совершить ошибки? Где граница между их свободой и мнением духовника?

Несомненно, что семья есть богозаповеданный и богоучрежденный институт, в котором люди должны учиться любви, самоограничению, самопожертвованию, милосердию и иным христианским добродетелям, но большую тревогу вызывает вопрос о границе между свободой вступающих в брак и мнением духовника. Святейший Патриарх однозначно ответил на этот вопрос, не благословляя священникам проявлять насилие над волей человека. Дух дышит, где хочет. Законы любви не исследованы никем. Вся человеческая история и культура свидетельствуют о непостижимости и священности чувств, соединяющих жизнь двух людей в единое целое. Из Священного Писания нам известны слова: «…оставит человек отца своего и мать свою и прилепится жене своей; и будет два плоть едина» (Быт. 2:24). Апостол Павел говорит, что это величайшая тайна. Встает вопрос — кто третий может внедриться в эту тайну? Или кто возьмет на себя ответственность за жизнь нового существа, состоящего из двух душ и телес?

Вся трудность нашего положения заключается ныне в том, что молодые люди мало прибегают к совету священника и духовника. Они порой даже скрывают свои чувства и намерения от самых близких людей, от родителей.

В идеальном случае можно говорить о тех новобрачных, которые воспитаны в традиции православной духовности. Тогда обязанность духовника говорить им о святости брака и взаимной ответственности. И они серьезно воспримут совет опытного священника, как поступать в той или иной ситуации. Часто на нашу долю выпадает миссия или скорой помощи, или «тушения пожара». И важно сделать все, чтобы молодые отчаявшиеся люди не совершили необдуманных, катастрофических по последствиям поступков.

46. Сейчас распространяются такие серьезные проблемы, как измена, материальное неблагополучие, разногласия между супругами, раздоры в семье, пьянство. Разрешение подобного рода проблем индивидуально, но все же какие добрые советы можно преподать молодой семье?

Все указанные в данном вопросе серьезные проблемы разрешаются единственным способом: жизнью в согласии с Церковью Христовой и ее учением. К сожалению, сейчас встречается странная подмена в том, что Церкви высказывают претензии: почему в обществе такие серьезные проблемы — измены, материальное неблагополучие, разногласие между супругами, пьянство и т. п.? Можно подумать, что Церкви были даны права по воспитанию детей, по материальному обеспечению людей, по справедливому устройству общества и эти права были закреплены законодательно и обеспечены финансированием где-то еще лет 70–80 назад. Вот если бы было именно так, то общество имело бы право задать такой вопрос, и не просто задать, но и спросить. Имеет ли право даже задавать такой вопрос общество, которое физически уничтожило большинство членов Церкви Христовой — епископов, священнослужителей, монашествующих и мирян и полностью уничтожило ее материальную базу в начале ХХ века?!

47. Какие советы Вы можете дать при вступлении в брак? Как сохранить мир в семье? Как выстраивать отношения? Если церковный брак оказался непрочным и супруги желают получить развод, который возможен только с разрешения епископа, — что, по Вашему архипастырскому опыту, может быть предпринято, чтобы предотвратить катастрофу?

В ХХ веке Церковь была совершенно изолирована от возможности исполнять свою воспитательную миссию в семье и обществе. Я, конечно, имею в виду не людей верующих, а миллионы рядовых советских граждан. Зная это, в новых условиях мы обращаем особое внимание на воспитание детей. Нам повезло в Подмосковье, что в меру наших возможностей мы объединяем наши усилия с областным Министерством образования. Опыт подсказывает, что это сотрудничество надо выстраивать с мыслью не только о детях, но и об их родителях. В сотнях храмов имеются воскресные школы, где с детства ученикам прививается благоговение перед святыней, любовь к родителям.

Для педагогов и учащихся ежегодно проводятся Рождественские образовательные чтения, устраиваются Пасхальные фестивали, именуемые также родительскими собраниями, что помогает одухотворить жизнь молодых семей. Мы организуем Рождественские елки для детей, чтобы праздник детства, торжество пришествия в мир Спасителя никогда не уходило из их жизни. Особую роль мы отводим повсеместному преподаванию «Основ Православной культуры».

Вся эта работа полагает фундамент для того, чтобы человек проникся христианскими идеалами, в том числе святости семьи и брака.

Я вновь возвращаюсь к святителю Иоанну Златоусту, который в одной из своих бесед говорил, что брак непрочен, если до этого жених или невеста жили распутно. Мы стремимся вернуть молодых людей к целомудрию, которое в нашем обществе, к сожалению, забыто, а порой и осмеяно. Основываясь на христианском вероучении, мы прививаем терпение и жертвенность, которые так необходимы в семейной жизни.

Брак нерасторжим: «…что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 19: 6). К сожалению, мы видим непрочные браки, примеры измен и распущенности. Понимая природу происходящего, нам следует терпеливо и настойчиво продолжать заниматься воспитательной деятельностью.

Иногда Церковь упрекают: строят храмы, а нравственность в обществе падает. На примере сорокалетнего странствия в пустыне возглавляемого Моисеем избранного народа можно легко убедиться в том, что природа человеческая не поддается преобразованию в короткие сроки. Тем не менее мы не опускаем руки, но с уверенностью в помощь Божию расширяем все направления нашего общественного служения, не жалея сил для того, чтобы изменить падшее состояние человеческих душ. Ведь сказано, что «на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (Лк. 5: 7).

Что касается развода. Если человек обращается с таким вопросом к пастырю, то тот напоминает желающему расторгнуть брак о его христианских обязанностях и стремится удержать от пагубного шага. Однако когда к нам в Московское Епархиальное управление приходят с просьбой снять церковное бракоблагословение те, чья семья уже распалась, мы принимаем положительное решение только в тех случаях, когда уже возникла новая семья и люди хотят вновь венчаться.

На экранах телевидения порой как в зеркале передается или даже косвенно популяризируется «свободная» любовь, так называемые гражданские браки. И люди к этому привыкают, считая, что в наше время это модно и вполне допустимо, в то время как в России церковными людьми это на протяжении веков называлось грехом блудодеяния. Не настало ли время нашим кинематографистам показать всю пагубность, всю отвратительность подобного образа существования и найти в себе силы вернуться к святым традиционным ценностям, которыми столетиями жили на Руси наши предки!

48. Подростки, взрослея, уходят из Церкви, чтобы возвратиться со значительными духовными потерями. Как сохранить их в Церкви? Или, может быть, это закономерный процесс и не надо ему препятствовать?

Ничто не бывает таким ярким, как детские подростковые духовные переживания. Не могу считать, что закономерный процесс — уход детей из Церкви. В советское время этот процесс инициировался всей мощью государственного агитационно-пропагандистского аппарата и системой образования. Но на своем опыте могу сказать: те, кого коснулась благодать Божия и кто услышал призвание Господне, несмотря на свой детский возраст, противостояли этому напору нового Голиафа.

Если сейчас, когда мы имеем все возможности воздействовать на душу ребенка, он тем не менее уходит из Церкви, значит, не все возможности были использованы. Ведь составляющие благодатного воздействия на растущего человека включают в себя: семью, коллектив, где он учится; храм, куда он ходит; двор, в котором он живет, и т. п. И любое из этих звеньев, оказывающееся непрочным, может, конечно же, навредить духовному развитию. Но кто сказал, что духовная жизнь может быть без искушений?

Если все же уходят, то очень много теряют. Говорю об этом с болью. Нельзя никого удержать насильно, но следует помнить, что воспитание совершается с терпением и любовью. Всегда ли мы их проявляем в должной мере?

Иногда говорят, что вернувшийся в Церковь еще более дорожит ею. Но нельзя не учитывать и того, что о времени, проведенном вне церковной ограды, он будет вспоминать с горечью, чувствуя себя духовно обделенным.

Думаю, надо не проявлять равнодушия и всеми силами бороться за то, чтобы люди оставались в Церкви, с Богом.

49. Подросток часто легко поддается влиянию сверстников. Плодами такого влияния является курение, алкоголизм, наркомания. Как уберечь ребенка от этого?

Это большая и больная тема. Здесь единым фронтом должны выступать государство, Церковь, школа и семья. Нельзя допустить, чтобы этот бич нашего времени беспрепятственно губил человеческие души. В противном случае у России нет будущего.

50. Что интересного для подростков есть в Ваших воскресных школах?

Появилась новая форма объединения молодежи — молодежные православные организации. Это не спускалось сверху, а выросло, что называется, от земли. Я помню, как мы пытались реанимировать движение скаутов, но идеология разведчиков, как мне представляется, так и не прижилась у нас.

Слава Богу, жизнь церковной молодежи развивается благодаря горению человеческих сердец. И бездумное копирование иноземных форм совсем не обязательно.

Могу привести пример православной организации молодежи «ПРОТОС» при Троицком соборе города Подольска, когда ее участники с поистине юношеским задором трудятся и при храме, и проповедуя в местных школах, и организуя паломнические поездки, и помогая на восстановлении храмов, и устраивая Рождественские, Пасхальные и просто культурно-исторические спектакли для себя и родителей, а также для находящихся в сиротских домах и в военных госпиталях, и даже соревнуясь на футбольных полях.

Московская епархия очень велика, и талант и творческие поиски наших православных педагогов проявляют себя весьма многообразно. Это не только занятия в православных гимназиях и воскресных школах, но и олимпиады по Закону Божию, и творческие конкурсы, и спортивные соревнования, и летние лагеря.

Как я уже сказал, в основе нашего подхода лежит концепция, что учеба и отдых, культурная и просветительская деятельность должны быть объединены в неразделимый комплекс, который я бы назвал полноценной жизнью ребенка в Церкви.

51. Расскажите о себе в подростковом возрасте.

С детства мать воспитывала меня в церковном духе, я постоянно чувствовал себя чужим среди неверующих, подвергался насмешкам сверстников. В такие моменты я приучился повторять слова А.С. Пушкина из стихотворения «Поэту»: «Услышишь суд глупца и смех толпы холодной, но ты останься тверд, спокоен и угрюм». И вот с юношеских лет на моем лице появилась эта «маска» спокойствия, не позволявшая никому заглянуть в мое сердце, кроме добрых верующих людей и пастырей Церкви, о которых храню светлую память. По причине моей чуждости советской детской среде я все время находился со взрослыми и впитывал то, что приходилось и слышать, и видеть. Это были замечательные благочестивые люди, потому и воспоминания остались очень светлые. Но не скрою, что были и встречи с весьма отрицательными явлениями и в жизни общества, и в жизни Церкви, которые также оказались полезными как опыт для моего последующего духовного созревания.

К примеру, я много узнал об обновленческом движении да и наблюдал воочию его бывших представителей. Помню, как один священник, вернувшийся из обновленческого раскола, производил на мою детскую душу острое, болезненное впечатление своим неблагоговейным поведением во время богослужений. Меня смущало порой несоответствующее поведение алтарников на службах. И я до сих пор не переношу такого отношения к молитве в храме. Окружающие меня знают, что могут навлечь на себя «немилость», если мой взгляд упадет на тех, кто слишком оживленно разговаривает во время архиерейских служб.

Могу сказать: не жалею, что не было у меня «счастливого детства» со светскими развлечениями. Полнокровная жизнь в Церкви оказалась прочным фундаментом для подготовки к пастырской и архипастырской деятельности. Поступив в Духовную семинарию, я чувствовал себя как рыба в воде среди братьев-единомышленников. Учиться было легко. Преподавали то, с чем я с детства ежедневно соприкасался и, можно сказать, впитал с молоком матери.

Очень рад, что среди духовенства я узнал многих добрых и щедрых сердцем людей. Это закалило мою совесть, и до сих пор, если я где-то должен оказать милосердие и не исполняю этого, то переживаю случившееся как личное несчастье.

52. Мы знаем, что Вы регулярно интересуетесь работой церковных СМИ. Каково Ваше отношение к ним?

Говоря о церковных средствах массовой информации, хочу прежде всего сказать об ответственности. Издатель, хоть архиерей, хоть священник, хоть светское лицо, должны понимать всю меру ответственности за дело, которое приняли на себя. Ведь слово и врачует, и ранит. Считая так, я много времени уделяю подготовке и редактированию епархиальных изданий вплоть до церковных новостей для интернет-сайта Московской епархии.

 


Страница сгенерирована за 0.37 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.