Поиск авторов по алфавиту

Автор:Бердяев Николай Александрович

Бердяев Н.А. О современном национализме

sine loco

(Шанхай)

Разбивка страниц настоящей электронной статьи соответствует оригиналу.

Файл в формате PDF взят с http://emigrantika.ru

 

НИКОЛАЙ БЕРДЯЕВ

 

О СОВРЕМЕННОМ НАЦИОНАЛИЗМЕ

 

Когда в 80 годы прошлого века в России распространилась эпидемия зоологического национализма, Вл. Соловьев выступил с рядом боевых статей, объединенных лотом в книгу «Националь­ный вопрос в России». Одно время «Национальный вопрос в России» считался наиболее устаревшей и неинтересной из работ Вл. Соловьева. Но сейчас дело Вл. Соловьева должно быть про­должено. Борьба с охватившей весь мир эпидемией национализма есть первый долг христианина, не потерявшего совесть. Я не говорю о тех христианах, которые определяются в отношении к миру бессовестным конформизмом. Никогда еще в мире не было такого накопления ненависти, такой жажды крови, такого страшного разделения, такого отрицания единства человечества, уни­версальных основ человеческой природы. Принципиально отри­цается христианизация и гуманизация человеческих обществ. Происходящая бестиализация человеческих обществ идеализируется иокружается романтическим ореолом. И в этом крова­вом раздоре человечества огромную роль играет национализм. Современное разделение мира на лагерь фашизма и лагерь ком­мунизма носит утилитарно-лживый и демагогический характер. Коммунизм отвратителен именно своими фашистскими чертами. Фашизм и коммунизм — близнецы и они одинаково порождены кровью мировой войны, одинаково отрекаются от наследия чело­вечности, восходящего к истокам христианства. Но существует реальная противоположность между национализмом и социализ­мом. Под социализмом я понимаю тут не социалистические партии и не конкретные формы социальных движений, которые подле­жат критике, а установку иерархии ценностей, отличную от иерар­хии ценностей национализма. Для меня совершенно несомненно, что социализм более соединим с христианством, чем национа­лизм. Национализм языческого происхождения. Как миросозерцание, он есть ярко выраженный натурализм, он опирается на природные стихии, хотя эти природные стихии могут быть в нем рационализированы. Социализм же имеет христианские истины и основан на духовном принципе — достоинство каждого чело­века, справедливость, не допускающая эксплуатация человека

232

 

 

человеком, братская общность людей в труде. Не нужно соблаз­няться материализмом марксистского социализма. Материализм Маркса очень спорен и есть прежде всего реакция против отвлеченного идеализма, создававшего иллюзии сознания. В мире про­исходит не только борьба за интересы, но и борьба за ценности. Социализм очищенный и вполне осознанный, свободный от под­сознательных оградительных реакций, должен признать, что вер­ховной ценностью является сам человек, его право на достой­ную жизнь и на реализацию полноты его жизненных возможно­стей. Человек есть ценность высшая, чем нация и государство. Национализм же считает высшей ценностью нацию и государство, человека же считает подчиненным нечеловеческим телам, обра­зовавшимся в истории. Национализм принимает духовную порабощенность человека, природную обращенность его в средство нечеловеческого могущества и идеализирует эту порабощенность. Социализм же должен быть обращен к ценности самого чело­века, а не к историческим общностям, обращающим человека в средство. Социализм по своей верной идее персоналистичен. Поскольку коммунизм отрицает этот человеческий и персоналистический характер социализма, он есть фашизм. Мы встре­чаемся тут с парадоксом. Социализм должен был бы отрицать абсолютный примат общества (в которое входит государство, нация и пр. коллективные общности) над человеком, над чело­веческой личностью. Распространенная же социалистическая метафизика, утверждающая примат общества над личностью, абсолютно ложна. Этот примат общества над человеческой лич­ностью осуществляет как раз капиталистический режим, осно­ванный на экономическом индивидуализме. Капиталистическая идеология признает индивидуалистическое хозяйство, основан­ное на личном интересе, выгодным не для человека, не для народа, состоящего из живых людей, а для нации, как нечело­веческой общности, и для государства. Человек превращен в орудие экономического процесса обогащения и подчинен безлич­ной власти денег. Это то, что Маркс называл отчуждением чело­веческой природы и овеществлением человека. Личный хозяй­ственный интерес совсем не есть персоналистический принцип. Борьба идет о том, суббота ли для человека или человек для субботы. Это христианская идея, что человек выше субботы, и ее должен положить в свою основу персоналистический социализм, свободный от всякого идолотворения. Эта вечная истина не допускает превращения общества или коллектива в идол, кото­рому приносятся в жертву живые люди. Национализм и связан­ный с ним этатизм есть идолопоклонство. Коммунизм есть также форма идолопоклонства, он рассматривает человека лишь как

233

 

 

рабочего, производящего экономические ценности, он продол­жает дело безличного капитализма, он обобществляет капита­лизм, но не побеждает его античеловеческого принципа. Когда говорят, что идея нации выше идеи класса, то бесспорную исти­ну связывают с неверной постановкой вопроса. Идея класса мо­жет приобрести первостепенное моральное значение именно по­тому, что классы должны исчезнуть, быть заменены профессиями и призваниями, что самое существование их есть несправедливость и угнетение человека, нация же в истинном смысле слова должна остаться.

Ошибочно отождествлять национализм с патриотизмом и обвинять противников национализма в отсутствии патриотизма, в равнодушии к своей родине и своему народу. Национализм не есть только естественная и элементарная любовь к своей родине и своему народу, сознание единства исторической судьбы. Нацио­нализм есть прикрытая форма эгоцентризма, гордости и само-пороком для отдельного человека, признается добродетелью для мнения, чванства и бахвальства. Все, что признается грехом и национального коллектива. Национализм пользуется элементарными инстинктами, но он есть уже рационализация, есть целая идеологическая доктрина. Средневековье не знало национализма, он есть порождение веков нового времени. В конце концов на­ционализм стал возможен вследствие ослабления веры в Бога. Нужно различать нацию и народ. По-русски это различие можно выразить, употребив один раз иностранное слово. По-французски и по-немецки делают различие между nation и people, Nation и Volk. Народ есть природная и историческая общность, в которой осуществляется судьба человеческой личности. Су­ществование народа основано на общем труде и на историче­ской преемственности. Нация же есть продукт рационализации, это отвлеченная категория и она связана с государством. Во Франции национализм очень связан с французской революцией, с идеей суверенитета нации. Народ не есть суверен и его при­рода человеческая, а не этатическая. Нациясвязана с волей к экспансии и к власти, к могуществу в мире, что совсем не обязательно свойственно народу. Национальное процветание мо­жет быть народным захирением. Отвлеченность нации делает ее безличным орудием могущества, превращает человеческие поколения в средства. Нация лишена оригинальности, своеобра­зия народной жизни. Современный национализм неразрывно связан с культом могущества государства, он этатачен и милитаристичен и потому лишен всякой национальной оригинальности, употребляя слово «национальный» в смысле «народный». Всё националисты современного мира как две капли воды походят

234

 

 

друг на друга и хотят одного и того же. Отождествляя нацио­нальную волю и национальную миссию с ростом могущества го­сударства, с культом силы и насилия, с техническим вооруже­нием, с жаждой войны в господства над другими народами, со­временный национализм приобретает совершенно безличный интернациональный характер. Ничего национального нет в техни­ке, в вооружениях, в спорте, в организации полиции. Все это одинаково у всех народов. Пушки и авионы находят во всех странах, как Гепеу и Гестапо. Народы различаются между со­бой своей культурой, своим творчеством и это не смотря на то, что культура имеет универсальные основы. Каждый народ имеет свою музыку души, свою проблематику мысли. Но культурой современный национализм не интересуется, он подвергает куль­туру и ее творцов гонению. Современный национализм в сущно­сти разрывает с подлинно национальными традициями, он есть порождение не народа, а безликой массы. Это особенно пора­жает в Германии. Гитлеровская Германия ничего общего не имеет со «страной философов и поэтов», с великой германской культурой, с германским гением. Она означает культурное падение. Она принимает исключительно традиции прусского ми­литаризма, вооружая его современной техникой. Пушки заме­няют не только хлеб, но и духовную культуру, философии и поэзию. Современный национализм есть культурное одичание, срыв всех народных культур, всеобщее обезличивание, превра­щение всего в орудие тоталитарной войны. Современный одичавший, бестиальный национализм есть порождение войны и он должен породить войну. Он представляет величайшую опас­ность для самого существования европейской культуры. Все национализмы походят друг на друга, все более обезличиваются и вмести с тем ненавидят друг друга и хотели бы истребить друг друга. Мир идет не к единству в разнообразии, а к раздору в однообразии. Таков фашизм, который есть национализм стиля модерн и принадлежит эпохе нового цезаризма и вместе с тем эпохе техники и масс. Коммунизм тоже все более и более фашизируется, принимает окраску цезаризма, тоталитарного этатизма, милитаризма и национализма. Часто человеческие черты социализма стушевываются. Идеология коммунизма имеет преимущества перец идеологией фашизма. Коммунизм все-таки признает идею социальной справедливости, в нем была мечта о братском обществе и идеал коммунизма пацифистский в отличие от практикуемых им средств жестокого насилия. Фа­шизм же имеет идеал вечной войны, вечного раздора рас и на­циональностей, стремящихся к господству, вечного господства сильных над слабыми. На практике коммунизм приходит к

235

 

 

фашизму и можно даже сказать, что русский коммунизм несет ответственность за появление фашизма в мире. В сущности Ленин изобрел фашизм и научил Муссолини и Гитлера, хотя в нем были в совсем другие элементы. Идея социализма религиозного и социализма гуманитарного противоположна этому надвигающемуся на мир соблазну. Мы входим в эпоху исключительного поклонения силе. Такова была и римская империалистическая эпоха. Христианство являлось духовной силой, про­тивостоящей власти римской идеи над миром, оно выступило против поступи римских легионов. Сейчас вновь должны столк­нуться две силы. Идея тоталитарного государства не нова, это старая языческая идея и она воплотилась в римской империи, требовавшей поклонения Цезарю. Национальное чувство есть лишь средство, которым пользуется эта идея. Империалистиче­ский национализм отрицает духовную родину человека, он при­ковывает человека к земному могуществу. Современный нацио­нализм есть условная ложь. Поражает, когда называют националь­ным фронт генерала Франко, который при помощи африкан­ских войск и иностранцев, итальянцев и немцев, истребляет свой народ и свою страну.

Национализму противопоставляют интернационализм. С этим противопоставлением связано и деление на фашизм и комму­низм. Антикоммунистический фронт направлен против интер­национализма. В действительности при более глубоком взгляде на вещи нужно было признать национализм и интернационализм двумя заблуждениями, между собой связанными. Двойной про­цесс индивидуализации и универсализации, а происходящий в истории, находит свое ложное отражение в национализме и интернационализме. Интернационализм есть извращен и е истинной идеи, универсализма, которую принесло с собой в мир христиан­ство. Но. интернационализм утверждает не конкретное, а аб­страктное единство человечества, не конкретный, а абстракт­ный универсализм. В действительности нужно было бы говорить не об интернационализме, а о сверхнационализме, который вме­щал бы в себе все индивидуализированные наднациональные фор­мы. Интернационализм, не смотря на заключающуюся в нем правду об единстве человечества, фактически оказался невоз­можным. Второй социалистический Интернационал в сущности есть фикция. Он ничего не сделал, чтобы помешать мировой войне. Реально существуют лишь национальные формы социа­лизма, и социалисты оказываются добрыми патриотами и иногда даже националистами. Третий коммунистический Интернационал тоже есть фикция, он прежде всего русский, псевдоморфоза русского мессианизма и империализма. Коммунизм же на Западе

236

 

 

легко приобретает национальную окраску. Интернационализм Троцкого не имеет сейчас почти никакого реального значения. Интернационализм самого Маркса был построен по реакции про­тив лживого буржуазного национализма капиталистической эпохи, он не учитывал реальностей, связанных с национальным чувством, с историческими преданиями народов. Это обнаружи­лось в мировую войну. Рабочие экономически сильных стран являются пролетариями и эксплуатируемыми в отношении к соб­ственным капиталистам, но они могут явиться эксплуататорами и капиталистами в отношении к странам экономически слабым и к колотям. Муссолини заявил, что Италия является государ­ством пролетарским по сравнению с богатыми капиталистически­ми государствами. То же можно сказать о Германии. Это ставит проблему о более справедливом распределении богатств между народами. Но проблема единства человечества и братства на­родов не разрешима исключительно на почве экономической и политической, это неизбежно также духовная проблема в пред­полагает духовные изменения и перерождения. И социализм и коммунизм вне духовного движения подлежат закону обуржуази­вайся и приводят к моральному разложению. Демагогия приво­дит к царству лжи. Интернационализм превратился в условную риторику, как превращаются и все идеи в истории человечества. Это очень горькая истина, которую нужно признать. Когда на­род наполняет свою жизнь универсальным содержанием и творит универсальные ценности, то движется не в бок (интер), а вверх (сверх). При этом сохраняется его народная индивидуаль­ность. Интернационализм есть отвлеченная рационализация истин­ной универсальной идеи. Но и противоположный ему национализм есть отвлеченный рационализм. И только потому современный национализм связывает себя прежде всего с мощью государства, а не с культурой и творчеством духовных ценностей. Мощь госу­дарства достигается безличными рациональными орудиями техни­ческой организации. Национальные государства одержимы волей к могуществу и господству, порождают раздоры и войны, грозят гибелью европейской культуре. Национальные культуры обога­щают человечество индивидуальными ценностями. В националь­ной культуре нет воли к господству, нет потенции войны. Вот почему нужно преодолеть идею суверенитета национального го­сударства и стремиться к сверхнациональной организации наро­дов, сохраняющих свои индивидуальный культуры, свое един­ственное лицо в мире. Это предполагает перевоспитание чело­веческих обществ, переоценку ценностей, духовное перерожде­ние. Национализм, искусственно прививаемый и взвинчиваемый, есть величайшее препятствие для замирения человечества, для

237

 

 

победы над милитаризмом, разоряющим и обескровливающим все народы. Национализм есть идолопоклонство, одинаково враж­дебное и человеческой личности, которую он раздавливает, и национальной культуре, которую он обезличивает, порабощая ее технике государства, и великой истине универсализма, единства человечества, в котором нет ни; эллина, ни Иудея. Тоталитарное государство, которое грозит окончательным рабством духа, воз­можно только на почве взвинчивания националистических ин­стинктов и идеализации воли к могуществу, что верно и для коммунизма. Христианские силы в мире должны объявить духов­ный крестовый поход, против национализма, этого рецидива язы­чества в современной цивилизации.

238


Страница сгенерирована за 0.26 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.