Поиск авторов по алфавиту

Автор:Иоанн (Смирнов), архиепископ

Иоанн (Смирнов), архиеп Пророк Михей

 

Разбивка страниц настоящей электронной книги соответствует оригиналу.

 

 

Иоанн Смирнов

Пророк Михей.

Москва

1877

 

Пророк Осия, занимаясь по преимуществу судьбой десятиколенного израиля, часто в своих пророческих речах делает обращения к народу иудейскому с целью предостеречь его от той страшной судьбы, которую он предсказывал Израилю за его нечестивую и упорно-нераскаянную жизнь. Само собою разумеется, что эти предостерегательные обращения были кратки и не могли производить на иудейский загрубелый в грехе народ такого сильного впечатления, как может производить это речь полная, обстоятельная, раскрывающая во всей наготе нравственное безобразие жизни народа и отсюда во всей ясности представляющая необходимость искоренения этого безобразия посредством судов Божиих. Восполнить то, чего не мог сделать в силу особенной своей задачи Осия, как пророк по преимуществу десяти-коленного царства, высказать ясно и во всей мрачной, но вместе с тем и отрадной подробности то, на что Осия делал только намеки,—такова была задача Михея (Евр. Michah-сокращ. форма Michajah, как пророк называется у Иерем. 26, 18; а это имя есть в свою очередь сокращенная форма из Michajahy—«кто, как Иегова» и означает человека, посвященногонесравнимому Богу), пророка из Морешех-Гефа, небольшогогорода, находившегося близь Елевферополя, на юг от Иерусалима. Явился он со своим пророческим словом, по призванию Божию, воИерусалиме, столицеиудейского царства, в то время, когда Осия совершил уже половину своего пророческого поприща, воизраильском царстве и когда возвещаемый им суд над этим царством стал уже осуществляться чрез ассири-

3

 

 

4

ян, согласию с предсказанием пророка. Так как предсказанное ОсиейразрушениеСамарии и пленение десятиколенного израиля при вступлении Михея в свою деятельность было очень недалеко от своего исполнения, то он и взял эту близко предстоящую катастрофу за исходный пункт своих мрачных проповедей против Иерусалима и всего иудейского царства. В своей речи, по ее живости и возбужденности, по быстрым и ничем непосредствуемым переходам от угроз к обетованиям (2, 1—12; 3,  9 —12; 4, 1.), по вообще порывистым и неожиданным переходам от одного предмета к другому (7, 1—7;     7, 11 —13), от одного лица к другому, отодного числа и рода в грамматическом отношении к другим (1, 10; 6, 16; 7, 15—19), напоминающей речи современника его Осии, а по богатству образов и сравнений (1, 8. 16; 2, 12, 13; 4, 9 и т. д.), риторических тропов и олицетворений, игры слов (1, 10—15) и наконец, диалога (2, 7—11; 6, 1—8; 7, 7—20), указывающей на речи другого современника его, а именно Исаии, Михей во всей подробности раскрывает растленное состояние всех сословий иудейского народа и предсказывает этому народу, что имеющий скоро осуществиться суд Божий над Самарией не остановится там, но оттуда неминуемо перейдет к Иерусалиму и здесь так же, как и в израильском царстве, произведет действие разрушения и истребления, следствием которого будет спасение только малого числа избранных людей, тогда как большинство за свое нечестие будет погублено.

Таким образом, пророчества Осии, занимающиеся по преимуществу судьбой десяти-коленного израиля, предрекающие ему погибель и затем возвращение оставшихся целыми от погибели к дому Давида, царя иудина, и пророчества Михея, исходящие из предстоящего для начала деятельности этого пророка акта разрушения Самарии, занимающиеся подробно судьбой царства иудейского и возвещающие ему такую же погибель и такое же спасение, какие возвещал Осия, его современник, для царства израильского, составляют как бы две, восполняющие одна другую половины одного обширного и цельного пророчества

 

 

5

того времени, в которое пророчествовали Осия и Михей, пророчества о предстоящей судьбенарода Божия в его всецелости и всеобщности.

Надпись книги «слово Иеговы, бывшее к Михею морасфитянину, во дни Иофама, Ахаза, Езекии, царей иудейских, которое он пророчески изрек о Самарии и Иерусалиме» (1, 1),—показывает, что пророк Михей, призванный к своему служению Богом, проходил это служение но крайней мере в продолжение 40 л., а именно в период царствования Иофама, Ахаза и Езекии, царей иудейских. Верность этого показания подтверждается содержанием книги. Как в изображении господствующей в царствеиудейском нравственной порчи, так и в своих мессианских обетованиях пророк Михей сходится многократно с Исаией, что указывает на одновременную деятельность обоих пророков (ср. Мих. 2. 11 и Ис. 28,7; М. 3, 5—7 с Ис. 29, 9—12; М. 3, 12 с Ис. 32,13; М. 4, 1—5 с Ис. 2, 2—5, М. 5. 2—4 с Ис. 7,14; 9, 6). В подтверждение верности надписи служит еще сказание, содержащееся в книгеИер. (26, 18), где говорится, что некоторые из старейшин иудейских в защиту Иеремии, которому грозила смерть от народа и князей за его пророчества о погибели Иерусалима, доказательно указывали, буквально при этом цитируя место из Мих. 3, 12. «Сион будут орать как поле, и Иерусалим будет грудою камней и гора дома Божия будет пригорком в лесу», что хотя Михей во дни Езекии царя иудейского и предсказывал разрушение Иерусалима, однако же царь Езекия и весь Иуда его за это не умертвили.

Об обстоятельствах жизни пророка мы знаем как несомненно достоверное только то, что он пророчествовал воИерусалиме, столице царства иудейского. Это видно из содержания книги пророка, а именно из того, что он в своей книге, содержащей устные речи пророка, порицает преимущественно нравственную порчу князей, и сильных царства и вообще Сион и Иерусалим ставит средоточным пунктом своих пророчеств.

Содержание книги составляют три пророчественные речи, которые и поформе чрез одинаковое вступление (все три

 

 

6

начинаются словом: Schimu—послушайте) и по своему предмету, чрез их в порицании, угрозах наказанием и обетовании проходящее и завершающееся содержание заметно одна от другой отделяются.

 

Первая речь гл. III. Отвержение Израиля Богом, изгнание его в плен и его восприятие снова под особенноеБожие попечение.

Подобно предшественнику своему Михею, сыну Имлы, в борьбе с ложными пророками, в подтверждение истины своих пророчеств призывавшему в свидетели всенароды (3 Цар. 22, 28), и подобно Моисею еще, а равно и современнику своему Исаии, призывавшим от имени Божия в подтверждение своих обличений и судов Божиих против народа в свидетели небо и землю, и Михей морасфитянин начинает свое пророчественное слово против Иуды и Самарии обращением ко всем народам земли и к самой земле со всеми созданиями, наполняющими ее; он обращается к ним с требованием, чтобы они были свидетелями справедливости того, что он будет говорить от имени Геговгл. «Слушайте, взывает требовательно пророк, все народы, внимай земля, и все, что наполняет ее». Все народы и вся земля со всеми созданиями ее должны быть свидетелями истинности судного слова пророка,—как все народы, так и вся земля чрез себя самих должны доказать справедливость слов пророка, должны на себе самих проявить действия того суда, который обрушится на Израиля. Этот суд совершен будет самим Господом. «И да будет Господь Иегова свидетелем (ср. Maл. 3, 5; Иер. 42, 5) против вас», говорит пророк, обращаясь к израилю,—или точнее, к столичным городам Израиля, Самарии и Иерусалиму, да представит Он фактическое свидетельство против презрителей Его слова, против нарушителей его заповедей, да совершит Он — «Господь из храма святого Своего», с неба, где престол Его, суд над ними. «Ибо,—обосновывает пророк свои предшествующие слова, вот Господь Иегова сходит уже с места Своего», сходит с неба, гдепрестол Его царства (Ис. 10, 4), Он «идет и», как не-

 

 

7

ограниченный Владыка мира, «попирает высоты земли (ср. Ам. 4, 14; Вт. 32, 13). Богоявление будет самое грозное и страшное. Суд Божий над народами будет сопровождаться такими страшными действиями в природе, подобие которых мы можем видеть в ужасных бурях, грозах и землетрясениях природы. Как грозный Судья мира, Господь сходит в огне, так что «горы тают под Ним и долины расседаются, как воск от огня, как воды текущие по скату» (1, 2—4). Этот страшный Боги Судия всего мира в своем страшном величии идет теперь совершить суд над Израилем за его грехи. «Все это, говорит пророк, за преступление Иакова, и за грехи дома Израилева», все это грозное сошествие, описанное выше, совершается за преступления и грехи народа Завета. А «от кого преступление Иаковлево?» вопрошает пророк и в такой же вопросной форме сам же отвечает: «не от Самарии ли?» И от кого высоты воИудее? не от Иерусалима ли?» Преступление десятиколенного царства идет из Самарии, и идолослужение иудейского царства из Иерусалима. Обе столицы двух царств суть средоточные и вместе с тем неточные пункты, откуда нечестие распространяется по всему царству. Так как «преступление Самарии», под которым, судя по течению мысли, нужно прежде всего разуметь отпадение от Бога чрез узаконенное введение в царство десятиколенное противозаконного символического служения Богу под образом тельцов, утвердилось в этом царстве ранее, чем утвердилось в царствеиудейском то противобожественное языческое идолослужение («высоты воИудее»), которого не могли искоренить из этого царства даже самые благочестивые цари; то поэтому суд наказания Божия разразится прежде всего над Самарией и истребит ее до конца. «И сделаю Самарию, говорит Бог устами пророка, грудою камней на поле; местом для разведения виноградника». Самария разрушена будет всецело. От нее как города не останется никакого следа. В своем разрушенном положении она похожа будет на кучу собранных вместе камней,—или же,— как расположенная на холме в местности плодородной и годной для разведения виноградников, она похожа будет

 

 

8

на пахотную землю, приготовленную для разведения виноградника. Так как Самария расположена на холме, то камни ее зданий разрушенных будут сброшены в долину и самые основания ее будут обнажены: «и обрушу в лощину, говорит Бог каменья ее и обнажу, основание ее». При таком окончательном разрушении Самарии будут уничтожены в лей и все идолы, и все дары, приносимые в честь этих идолов,—со всеми вообще принадлежностями идолослужения, так что на том месте, где стояли храмы идольские, где народ являлся с дарами, чтобы чествовать этих идолов, где совершалось служение идолам, будет пустыня: «и все истуканы каменные ее, и все дары ее блудодейные (dona in Deorum honorem et cultum intemplis sacrisque suspensa—Ros.) будут сожжены огнем, и всех идолов ее предам разорению. Поелику она, выясняет пророк далее, «собрала сие блудническими дарами», поелику Самария устроила у себя полный культ идолослужения со всею его внешнею организацией и устроила сие на подарки идолопоклонников, этих духовных прелюбодеятелей; «то и обратится сие на блуднические подарки». Враги придут, завладеют и разрушат город, и овладевая городом завладеют и всеми идольскими храмами со всеми их идолами и сокровищами и все это перенесут в свою землю и обратят на свое идолослужение (1, 5—7). Но этот грозный суд Божий не остановится на Самарии, он прострется и на Иуду. Чтобы живее изобразить этот суд и чтобы показать непреложность его, пророк представляет самого себя как бы пленником уже, горько оплакивающим свою судьбу и с этим горьким плачем идущим уже в землю чужую. «О чем сетую я, говорит он от лица всего народа, как член его, отождествляя себя с ним, и рыдаю», я горько, как бы так говорит он, плачу о погибели Самарии, плачу потому, что суд Божий, имеющий совершиться над Самарией, придет также и на Иуду,—как пленник, «хожу ограблен и наг» (без верхней одежды); «поднимаю вой», такой-же громкоплачевный, каким дают о себе знать «шакалы, и стон, —как страусы» (ср. Иов. 30. 29). «Потому что, обосновывает пророк свой плачь, «удары ей тяжкие»,неисце-

 

 

9

лимые, «потому что они доходят до Иуды, достигают до врат народа моего», до врат Иерусалима, которыми народ входит и выходит, достигают «до Иерусалима», достигают во всех случаях включительно (1, 8, 9). Об этом несчастий не должны знать язычники, как люди злорадственно всегда относящиеся к погибели народа Божия. Как Давид, оплакивая смерть царя Саула, об этом горе, постигшем Израиля, повелевал не возвещать в Гефе и других филистимских городах, чтобы они не радовались (2 Цар. 1, 20); так теперь и пророк, возвещая великое горе народу, возвещая ему погибель царства, а вместе с тем,следовательно и новую потерю царя, но царя уже из рода Давидова, тоже повелевает Иуде не объявлять язычникам своими громкими плачами о своем предстоящем горе:«не объявляйте в Гефе, говоритон, не плачьте с рыданием», не оплакивайте громко своих несчастий среди филистимлян, не плачьте об этих несчастиях там, где вместо сочувствия к себе вы найдете только одно злорадство и горькую насмешку, найдете в то самое время, когда у вас по всем городам, по всей землеиудейской пройдет полный несчастий и гибели суд Божий. Этот суд Божий начнется с местностей, лежащих к северу от Иерусалима, затем дошедши до Иерусалима и совершив свое дело над ним, пойдет далее к южным местностям земли иудейской. Для того, чтобы показать, что суд Божий совершится по всей землеиудейской и пойдет от севера к югу, для этого пророк перечисляет десять (десять число полноты) городов, разделяет их Иерусалимом на две половины: пять городов пред Иерусалимом и пять послеИерусалима, из чего можно заключать, что первые пять городов должны находиться к северу от Иерусалима, а последние пять к югу, или к югу-западу от него.

«В селении Афре, 1) вещает пророк, посыпьтесь прахом», в знак глубокой печали (Иер. 6, 26; 2 Цар.

1) Вероятно это одно и тоже, что Офра вколене Вониаминовом, по Евс. лежавшая недалеко от Вефиля.

 

 

10

13, 19).«Идите» в плен «жители Шафира 1) в обнажении и стыде; не выбегут», во время войны не выйдут из города против неприятеля, а напротив будут скрываться за стенами своими «живущие в Цаанане2). Беф-Эцель 3) рыдает; не дает вам», беглецам иудейским, «у себя остановиться», не доставляет удобного места пробыть спокойно, в безопасности от неприятеля. «Горюют о своем добром жители Морофа 4), потому что от Иеговы идет зло», коснувшееся Марофа, «ко вратам Иерусалима» (1, 10—12). Но и на Иерусалиме суд не остановится, а пойдет далее на юг, по южным областям земли иудейской.

«Впрягайте, продолжает пророк, в колесницы коней», впрягайте затем, чтобы как можно скорее убежать от неприятеля,—вы, «жители Лахиса 5); он (Лахис) начало вины, объясняет пророк, дщери Сионовой»,— он первый виновник несчастия, распространившегося в Сионе, и потому подвергнут будет Богом большему, чем всякий другой город, наказанию; поелику «в тебе, обращаясь к нему, говорит пророк, прежде, чем в других городах, «нашлись преступления израиля», поелику первоначально в тебе утвердилось, а потом из среды тебя уже перешло и во Иерусалим нечестие образного символическо-языческого служения Иегове,—того служения, которое получило свое начало и свою силу в десятиколенном царстве израилевом. «И так ты»,Иерусалим, поелику в тебе нашли свой доступ грехи израиля, «дашь отпускную Морешеф-Гефу», ты должен будешь отказаться

1) Шафер-селение, находившееся к северу от Иерусалима, местоположение которого впрочем в настоящее время точно неизвестно.

2) Положение Цаанана в географическом отношении лежавшего по всей вероятности, сообразно с вышеупомянутыми городами и селениями, к северу от Иерусалима, совершенно в настоящее время неизвестно.

3) По всей вероятности город тождественный с упоминаемым у Зах. 14, 5 Ацалом, лежавшим недалеко от Иерусалима, к востоку от Масличной горы.

4) Местность также неизвестная, но, как из следующих слов видно, находившаяся в самой близи Иерусалима.

5) Укрепленный город, лежавший в юго-западной низменности земли иудейской, к западу от Элевферополиса.

 

 

11

от владения этим городом, предоставив его против своего желания во власть врага. Как поток, текущий по ложу земли, в жаркое время, иссякая, обманывает путешественников, надеющихся найти в нем воду, так точно и «домы Ахзива»1) вместе со стенами городскими покрывая землю (домы—поток, а земля это ложе потока), иссякнут для царей иудейских, выйдут из их власти, другие возобладают ими, они «оказались неверными царям Израилевым», собственно один за другим следовавшим царям иудейским (ср. Иер. 19, 13); так как Ахзив принадлежал царству иудейскому. Отнят будет у царей иудейских и город Мореш, и он также отдан будет врагу. «Еще владельца»,объясняет Бог устами пророка, «веду к тебе, живущая в Мореше; до Одоллама 2) дойдет знатный Израиля», сюда побегут знатные и сильные люди Израиля, спасаясь от неприятеля, здесь они будут искать себе убежища. «Брейся и стригись»,заключает пророк свое печальное предсказание, обращаясь с заключительными словами своими к Сиону, сетуя о любезных сынах твоих». Сион, как матерь, должен как можно голее остричься в знак печали о переселении членов своего царства, т. е. всего народа иудейского, потому что несчастие слишком велико и печаль вследствии его должна бить тоже велика, а потому «широкую как у орла сделай лысину»3) (1, 13—15), говорит Сиону пророк.

Что касается до исполнения этого пророчества над Иудою, то оно совершилось прежде всего чрез ассириян, когда Сеннахирим, овладев большею частью царства иудейского, подступил затем уже к стенам Иерусалима и

1) Город, лежавший в южной равнине иудейской.

2) Оба города лежали в недалеком расстоянии один от другого на юге от Иерусалима.

3) Здесь разумеется не в собственном смысле настоящий орел, а обыкновенно к породе орлов причисляемый коршун, или бородатый коршун vultur-barbatus, или гораздо более, в Египте, равно как и в Палестине очень часто встречающийся стервоядный коршун, vultur perenopterus, у которого передняя часть головы совершенно голая, а задняя едва только прикрывается небольшими волосами.

 

 

12 -

только особенная помощь Божия спасла царство иудейское от окончательной погибели (4 Цар. 18, 19. Ис. 36—38). Но так как в пророчестве Михея говорится о пленении народа, а это пленение, но предсказанию пророка (4, 10), должно привести народ в Вавилон; то исполнение пророчества простирается и на вавилонскую катастрофу, и вообще охватывает собою все суды, которые Господь совершал над Иудою, начиная от ассирийского нашествия и кончая римским разрушением Иерусалима и рассеянием народа по всем странам света.

Свою угрозу против царства иудейского, высказанную в первой главе, пророк оправдывает кратким, но в тоже время сильным порицанием вошедших в практику неправедностей и разного рода насилий сильных царства. «Горе тем, взывает он, которые на ложах своих замышляют неправду и предначертывают злодейства, а утром на рассвете приводят их в исполнение, потому что рука их—это их бог»; потому что кроме своей руки они никакой другой власти не признают; потому что присваивают себе власть делать все, что хотят. «Пожелают полей и отнимут,—домов и возьмут»; таким образом с жестоким насилием «теснят человека и дом его, владельца и владение его», дарованное каждому семейству еще при разделении земли ханаанской. «За сие», за то, что сильные земли замышляют постоянно злое против народа бедного,«так говорит Иегова: вот Я замышляю на племя сие такое зло, из-под которого не высвободите шеи своей», Я наложу на этот нечестивый и гордый род тяжкое ярмо подданства врагу и плена, из-под которого уже нельзя будет освободиться, и,находясь под которым вы уже «не будете ходить, говорит им пророк, подняв голову», не будете уже держать себя так гордо и высокомерно, как вы теперь себя держите, «потому что время оное будет злое», время, полное несчастием и погибели. «В тот день, продолжает пророк, у врагов ваших «составится притча на вас», в тот день враги ваши будут петь песни, в которых будут смеяться над вами, поносить вас, а вы между тем в своих плачевных песнях будете оплакивать свое страдальческое

 

 

13

положение, «и» у израиля«произноситься будет плаченная песнь». Полные отчаяния: «случилось это,—скажут»,— предсказанное несчастие совершилось, «до чиста разорены мы». «Удел народа моего», землю ханаанскую, «передает Он (Иегова) другим» владетелям,—передает язычникам, «Увы! от меня Он отнимает его! Людям отпадшим», языческому врагу, «разделяет Он наши поля». «Потому не будет у тебя, продолжает пророк угрозу, обращаясь с ней к каждому в отдельности владыке и князю, вообще ко всякому сильному земли иудейской, «не будет у тебя бросающего землемерную вервь по жребию (сообразно с жребием, как жребий1) в обществе Господнем», отселе нечестивые владыки земли не будут иметь более никакого участия в наследии Господнем, они совершенно будут выделены из общества Иеговы (2, 1—5). Такого рода грозные речи шли в разрез с льстивыми речами ложных пророков. Эти последние своими ложными пророчествами полагали препятствие,преграду пророчествам истинных пророков. «Не кропите, кропят они», говорит относительно их пророк. Обращаясь к истинным пророкам ложные пророки «кропят» им, пророчествуют противное тому, что предсказывают истинные пророки, в том числе и Михей, возвещающий суд Божий; пророчествуя противное, тем самым как бы запрещают предсказывать истинным пророкам: «не кропите», говорят они им, не предсказывайте грозных судов Божиих. Натакого рода действие ложных пророков в их отношении к пророкам истинным Михей замечает: «не кропят они сим, посрамление не минет», т. е., если истинные пророки этим нечестивым царствам Самарии и Иерусалиму (1, 1) не станут пророчествовать, то полная бесславия погибель, не сдерживаемая более ничем, ворвется в эти царства. Истинные пророки удерживают еще как бы эту погибель,—они своими грозными увещаниями дают еще время и возможность народу покаяться, и таким образом

1) Образ взят от того, что во Израиле земля делилась между коленами по жребию, а потом участки земли, доставшиеся каждому колену по жребию, размерялись для отдельных семейств колена землемерною веревкой.

 

 

— 14 —

предотвратить погибель; не будет пророков, и погибель неотвратима. Такие угрозы не могли, конечно, нравиться развращенным сильным земли. Они могли не верить угрозам пророка на том основании, что угрозы эти ставят Бога как бы в противоречие с благостью Его, и как бы несовместимые с последнею не могут быть, невидимому, допущены, как верные относительно Бога. И вот пророк, с одной стороны опровергая лживые речи ложных пророков, а с другой предрешая возражение, которое во имя благости Божией могло быть выставлено со стороны развратных сильных земли против грозной речи его, говорит, Бог действительно не есть Бога гнева, Он не любит наказывать, и только уже грехи народа воспламеняют гнев Его, и принуждают Его в наказанию. «О! дом Иакова, так называемый!» восклицает пророк, обращаясь ко всему народу, и по преимуществу к неправедным владыкам его, «неужели оскудел дух Иеговы»? Неужели у Бога оскудело долготерпение, неужели Он только и делает, что гневается? «Или» угрожаемые наказания—«это Его дела»? Или Он только и заботится о том, только и любит то, чтобы наказывать и наказывать? Дела Божия в мире говорят противное тому. «Не добры ли слова мои с ходящим прямо»? вопросительно и вместе с тем утвердительно говорит устами пророка Сам Бог. Праведным людям Господь вместо угроз дает обетования и ниспосылает на них свое благословение. Таким образом причина угроз пророка Божиим судом народу лежит не в Боге, а в неправедности самого народа,—«неправедности, вынуждающей всеблагого Бога обращаться к угрозам и наказанию, как к последним средствам исправления грешника». Но (еще) вчера поднимается мой народ, как неприятель. Народ продолжает восставать против Бога, — он не перестает сопротивляться Ему; еще недавно, не далее, так сказать, как вчера он заявлял свои враждебные действия в отношении к Богу. В чем же народ проявляет эти враждебные относительно Бога действия? А тем, что он дочиста грабит мирных и беззаботно проходящих путешественников, грабит вдов и сирот, защитником ко-

 

 

— 15 —

торых пребывает Сам Бог (Исх. 22, 21—27. Вт. 27, 19).«За верхнею одеждою вы снимаете», говорит им Бог устами пророка, «нижнюю с проходящих спокойно, отворотившихся от войны», снимаете с людей,—не имеющих никакой наклонности к войне, людей вполне с мирным, вовсе не воинственным настроением духа (разумеется, здесь не только насильственное, обыкновенное грабительство, но и снимание последней одежды с бедных должников в уплату за долг, снимание, совершавшееся часто открыто, на улицах и строго между тем запрещенное законом, по которому одежда, взятая за долг у бедняка, должна быть возвращена последнему до захождения солнца, хотя бы долг и не был уплачен им. Исх. 22, 25). «Жен народа моего», продолжает Бог, т. е. вдов, «вы изгоняете из любезных домов их», насильственно лишаете их последней их собственности, оставляете их совсем без крова, без пристанища; «у малых детей их», у сирот, не имеющих отца, совсем беззащитных, «вы берете на век добро мое», отнимаете у них одежду, которую Я им даровал, отнимаете ее навсегда, не возвращая уже ее им, как бы следовало по закону (Исх. 22, 25). А оскорбляя так вдов и сирот, вы в лице их оскорбляете самого Бога и за это вполне заслуживаете того изгнания из земли, которое скоро над вами и обрушится. «Встаньте и подите», говорит им пророк, — удалитесь из южной земли: Ханаан,—эта земля, назначенная вам для вашего успокоения, для вашего счастливого и блаженного в ней обитания, теперь для вас— «не есть сия место покоя, за осквернение, которое принесет (за собою) сокрушение и сокрушение жестокое»; согласно с угрозами закона (Лев. 18, 28), земля ханаанская, данная народу в место покоя для него, но оскверненная его делами, вместо дарования покоя, свергнет его с себя и в этом причинит ему великое сокрушение. Пророк заключает свою угрозу сожалением о том, что народ не примет к сердцу этой угрозы столь неприятной для него, а особенно для развращенных властителей, хотя и истинной, не примет потому, что народ этот любит слушать только тех пророков, которые говорят ему хотя и ложные, но за то приятные,

 

 

16 —

усладительные,убаюкивающие речи. «Если бы был какой-либо муж, говорит пророк, ходящий по ветру», руководствующийся духом лжи, пустоты, суетности, «и пустословил», говоря: «я буду предсказывать тебе о вине и сикере», я буду предсказывать тебе, народ, жизнь счастливую, жизнь, полную земных чувственных удовольствий и радостей (ср. Лев. 26, 4, 5, 10; Вт. 28, 4, 11; Иоил. 2, 24); и если бы ложно пророчествовал так, не обращая внимания на отношение народа и владык его к Богу своему; то «он был бы пророком у народа сего» (2—6—10), то народ слушался бы его, принимал бы его, как пророка своего истинного, между тем как истинных пророков этот народ не слушает, не принимает к сердцу их угроз, не исправляется в своей порочной жизни, и вот угрозы сбудутся, народ будет Богом наказан; но наказан впрочем не в конец. Уцелевшийсреди наказаний Божиих останок Израиля, получит Божие спасение. Возвещением этого спасения речь и заключается: «но соберу Иакова, говорит Бог устами пророка, всего тебя; совокуплю остаток Израиля во едино, сделаю их, как овец Боцры 1), как стадо среди двора овчего,—зашумят от многолюдства. Пойдет пред ними Сокрушитель», Освободитель из плена, подобный древнему Моисею; пойдет Сам Господь—Мессия, который отверз врата темницы и узников освободил (Ис. 42, 7). Никакая человеческая сила не воспрепятствует их освобождению: они—«сокрушат преграды, и войдут вратами и выйдут ими». Как во время исшествия из Египта народа Божия ангел Господень, или Сам Иегова предводительствовал сим народом в столпе то облачном, то огненном, так и при предстоящем освобождении народа Иегова, как царь народа своего, пойдет пред ним и будет заправлять шествием его (ср. Ис. 52, 12); «и пойдет пред ними», во главе их, как предводитель, «царь их, говорит пророк, и Иегова впереди их» (2, 12, 13).

Исполнение этого пророчества началось собранием Изра-

1) Боцра—главный юрод Эдомский, изобиловавший стадами овец, как это видно изИс. 34, 6.

 

 

— 17

иля к его Богу и царю чрез проповедь евангелия и вполне совершится тогда, когда Господь освободит от уз неверия и греховного страдания до сих пор в рассеянии угнетаемый, но некогда избранный народ. Освобождение иудейского народа из вавилонского плена при Кире может быть принимаемо при этом обетовании во внимание только по своему преобразовательному значению, а именно, как первая ступень, и как залог спасения из духовного Вавилона—мира сего,—спасения, совершенного Иисусом Христом.

 

Вторая речь гл. IIIV. Глубокое уничижение Сиона и высокое прославление его.

Вторая речь в первой своей половине (гл. 3) распространяется о грехах и беззаконии во 1-х князей Иакова и неправедных судей дома израилева, которые ненавидят добро и любят зло и которые с беспощадною свирепостью притесняют весь народ; во 2-х ложных пророков, которые своими льстивыми речами обольщают народИеговы, совращают его с истинного пути и укрепляют его в нечестии его; в 3-х наконец—священников, которые исполняют свое дело, руководствуясь, вопреки закону, своекорыстными расчетами.

В этом отношении служит эта продолжением, дальнейшим, более подробным раскрытием того, что возвещал пророк о грехах глав народа в предшествующей речи и потому начинается она соединительною формою: «и сказал я», т. е. пророк. Пророк сказал: «послушайте главы Иакова», князья отдельных колен и князья племен Израиля, «и судьи дома израилева», каковыми были главы родов и главы семейств дома израилева! «Не ваше ли дело знать закон»,—не на вашей ли обязанности лежит поступать согласно с законом, проявлять знание истинного закона в своей деятельности? А вы между тем поступаете совершенно противно вашей обязанности. «Вы ненавидите добро и любите зло»; вы—люди в самом корне, в самой основе существа своего развращенные и вследствие этого, вместо того, чтобы соблюдать правду относительно народа, «вы», злоупотребляя своею силою и своею властьюнад

 

 

18

бедными и бессильными, «сдираете с них кожу их, и с костей их—мясо их», самих безжалостным образом обираете бедный, незнатный, а потому и бессильный класс народа, «едят мясо народа моего», продолжает, для возбуждения большего внимания к своим словам, пророк раскрывать тот же порок глав народа, но уже не в форме обращения к этим главам, а просто в форме обыкновенного описания, «и кожу их снимают с них; и кости их разбивают и раздробляют, как бы в котел, и мясо их, как бы в горшок»,—не только грабят народ, не только лишают его, чрез это грабительство, всех средств существования, но и губят еще этот народ, пожирают его, и таким образом поступают с ним, как с убиваемым на съедение животным. Но как безжалостно поступают они с народом, так, в отмщение за это, безжалостно поступит с ними самими Господь. Он пошлет на них свой страшный суд наказания и вот «тогда», во время этого суда, «они воззовут к Иегове» о помощи, и «Он не ответит им, и сокрыл бы от них лице свое в то время», в желательной форме продолжает предвозвещение пророк, лишил бы их в то время своего помилования «сообразно с тем, как дела их беззаконны»,—соответственно их злым делам. (3, 1-4).

От князей и судей народа пророк переходит к ложным пророкам. «Так говорит Иегова, возвещает он, на пророков, которые совращают мой народ», которые ложно руководят им, «которые грызут своими зубами и проповедуют мир», которые, если имеют что либо для съедения, если получают что либо от народа.—хлеб или деньги, то проповедуют мир и счастье этому народу, «а кто ничего не кладет им в уста», кто не дает им подарков, «против того они освящают войну», против того проповедуют святую войну, возвещают тому мщение Божие. Затакого рода деятельность ложных пророков должно постигнуть и их несчастие, постигнуть в то время, когда Бог будет совершать (2, 4) свой суди над всем народом. «За то у вас, говорит им пророк, будет ночь ради видений, и мрак ради предвещаний»; за ложные

 

 

— 19

видения, за пустые предвещания «зайдет солнце»,солнце спасения и счастья (Ам. 8, 9; Иер. 15, 9) «над пророками, и померкнет над ними день», над ними распространится не светлый день, а день мрачный, день суда (Ам. 5, 18).Это несчастие увеличится еще тем, что в то время, во время Божия суда над ложными пророками они будут стоять пристыженные, потому что все предсказания их окажутся тогда совершенно ложными, а новых истинных предсказании они не будут иметь в себе, так как они не Божьи пророки, и Бог не просвещает их своими откровениями. И«устыдятся, говорит пророк, эти мнимые «прозорливцы и покраснеют» от стыда «предсказатели», предсказывающие от своего собственного сердца; от смущения и стыда (ср. Иер. 14, 4) «все они закроют рот», собственно прикроют бороду, или нижнюю часть лица до носа (Лев. 13, 45); «потому что не будет ответа Божия», потому что Бог не ответит на их ложные пророчества исполнением и не сообщит им в то же время каких либо истинных пророчеств.

Не таков пророк истинный. «А я», говорит пророк, противопоставляя себя и свою деятельность деятельности ложных пророков, «исполнен силы с духом Иеговы», исполнен силы чрез содействие, чрез помощь духа Божия, исполнен «суда», исполнен божественной правды, исполнен и «твердости», исполнен всем этим для того, чтобы смело, открыто «показать Иакову преступление его, и Израилю грехи его» (3, 5— 8). Во имя этого пророк может и должен возвестить всем сословиям народа его нечестие, а вместе с тем и суд наказания за это нечестие. «Вы слушайте сие», обращается снова пророк к начальникам колен, племен и фамилий (3, 1), «главы дома Иаковлева и судьи дома израилева», вы, «презирающие закон и превращающие все правое», руководствующиеся во всех своих действиях и поступках, в суде и в управлении не законом правды, а своекорыстными расчетами, «созидающие Сион на крови и Иерусалим на неправде»; путем жестоких притеснений и неправедных осуждений на смерть людей совершенно невинных приобретающие себе средства для построения величественных зданий города, и строящие

 

 

- 20 -

эти здания, заставляя и принуждая бедный народ работать на себя даром (сн. 3 Цар. ср. Мих, 6, 16; Иер. 22, 13—17). «Главы его», все управители народа, князья и судьи,—«судят они за подарки, священники его», долженствующие, по закону (ср. Лев. 10, 11; Вт. 17, 11; 33, 10), даром сообщать народу нужные сведения относительно постановлений, заповедей и уставов закона Божия,— «учат они за плату, и пророки его пророчествуют за серебро и», поступая так противозаконно, так нечестиво, все-таки все эти люди—и князья и судьи и священники и пророки—«полагаются на Иегову, говоря: не с нами ли Иегова?» не обитает ли Он среди нас во Иерусалиме, — во храмесвоем? и потому «не придет на нас беда»: Иегова защитит место своего земного пребывания от беды, а защищая это место, защищая Иерусалим, защитит и народ, живущий воИерусалиме. Но напрасны их надежды, обманчивы их расчеты. Как Бог святый, Иегова требует святости и от людей и беззаконных людей из среды своего народа истребляет. Ради их, ради наказания преступников Его заповедей Он не пощадит и того места, где Он благоволил обитать среди своего избранного общества. «Посему за вас, говорит пророк, Сион (разумеется та часть города, где был царский дворец) будут орать как поле, и Иерусалим (разумеется вся остальная часть города ср. 4, 8) будет грудою камней и гора дому», даже гора, на которой стоял храм Божий,—и та «будет лесистым пригорком»; таким образом и царский дворец и город и храм — все будет разрушено; на том месте, где стояли дворцы и дома, будут лежать груды камней; самая почва, на которой лежал город, частью будет превращена как бы в пахотное поле, а частьюзарастет кустарниками (3, 9— 12).

Этой мрачной угрозе во второй половине речи (гл. 4 и 5) противопоставляется обетование, которое открывается уверением, что «гора дому Божия», вследствие наказания ее со стороны гневного Бога, долженствовавшая зарасти дикими и колючими растениями, «в последние дни», т. е. в Мессианскиевремена (сп. Ос. 3, 5), «будет поставлена

 

 

21

во главу гор, и возвысится над холмами»,—чрез некоторое новое, высочайшее откровение на этой горе она сделается самою славною горою, «и потекут к пей народы. И пойдут народы великие», все народы пойдут к ней, как к месту славного откровения Господня, как к истомному месту закона и славы Божиих, как к центру царства Божия, «и скажут: пойдем и взойдем на гору Иеговы и к дому Бога Иаковля, и Он научит нас путям своим», научит нас судьбам спасения, которые открыты Им в Его слове, и уразумение которых и следование которым доставляет человеку жизнь и блаженство. «И, наученные Богом, будем ходить по стезям Его». Такое устремление народов к горе Божией произойдет оттого, по изъяснению пророка, что «от Сиона», этого центрального места царства Божия, «изыдет закон, и слово Иеговы из Иерусалима». Плодом такого движения народов будет то, что они более не будут уже решать своих споров оружием, а что «Сам Иегова будет судить их и решать судьбу народов сильных», живущих даже «в отдаленности»; управляемые Самим Богом, их единственным Царем и Судьей, народы будут жить мирно и счастливо,— «и раскуют мечи свои на лемеши, и копья свои на садовничьи ножи. Не поднимут народ на народ меча, и не будут уже учиться воевать. И будут каждый сидеть под своею лозою и под своею смоковницею (сн. 3 Ц. 5, 5; Зах. 3,10; Лев. 26,6) и никто не будет страшить». Сто обетование, невероятное по исполнению своему не только относительно Израиля времен ветхозаветных, но и относительно Израиля новозаветного настоящих веков, непременно исполнится в будущем, только исполнение его совершится не чрез человеческие усилия, но чрез всемогущество и верность Иеговы, «ибо, замечает пророк, подтверждая непреложность исполнения обетования, — уста Иеговы воинств говорят»,—а что высказал Сам Бог, то непременно исполнится,—мир и спасение, обетованные Богом Израилю и всем принявшим Его слово, непременно будут им дарованы, и никакие враги по в силе будут, воспрепятствовать исполнению Божиих обетовании и отнять у народа Божия даруемые ему блага. Почему же так? где

 

 

22

причина этой слабости врагов народа Божия, и могущества над ними самого народа? Причина заключается в бессилии тех божеств, которым, как руководителям своим, как помощникам и управителям жизни, кланяются язычники, и во всемогуществеИеговы, которому кланяется народ Богоизбранный. «Ибо все народы», говорит объяснительно пророк от лица спасаемого общества, имевшего составиться по преимуществу из обращавшихся к истинному Богу языческих народов, остающиеся еще в язычестве, враги народа Божия «ходят каждый в имени (в силе) бога своего», существа ничтожного, без жизни и сил; «мы же будем ходить в имени», в силе (1 Ц. 17, 45. Зах. 10, 12) «Иеговы, Бога нашего», как единого истинного Бога, всемогущего Творца и Управителя миром, «во век и вечность». От участия в этом спасении не будет удален и Израиль, страждущий и рассеянный по чужим странам. «В тот день», когда многие обратившиеся ко Господу народы языческие пойдут к высоко-поднятой горе Господней, когда Сион будет прославлен, «соберу, говорит Бог устами пророка, храмлющее и соединю разбежавшееся», соберу израитьтян страждущих и рассеянных но всему миру в наказание за их грехи. «От храмлющего произведу потомство, и от разогнанного народ сильный; и будет царствовать над ними Иегова, на горе Сионе, оттоле и до века» (4, 6—7). Что касается до исполнения этого столь славного обетования, то уже во главе его стоящие слова: «в последние дни»—указывают на времена Мессианские, а содержание обетования указывает на время пришествия в полноту совершенства царства Божия, на время устроения царства славы (Мф. 19, 18). Гора дому Божия есть образ царства Божия в его новозаветном устройстве,—царства, изображаемого у всех пророков под формами царства Божия ветхозаветного. Затем,—стремление язычников к горе дома Иеговы есть ничто иное, как вступление уверовавших язычников в царство Христово. Это вступление началось с проповедью евангелия между язычниками и продолжается чрез столетия существования христианской церкви. Но насколько многие народы в настоящее время вошли уже в Христову

 

 

— 23 —

церковь, настолько многие еще не вошли в нее, да и для тех, которые вошли в нее, далеко не настудило еще время, чтобы народы эти, всецело проникнувшись духом Христова учения, предоставляли решение своих споров Господу, как их царю, и, отказавшись от войны, жили в мире. Равным образом и относительно Израиля не наступило еще время, когда бы храмлющее и рассеянное было собрано и соединено в один сильный народ, хотя и теперь уже многие единичные члены Израиля древнего нашли для себя в лоне христианской церкви мир и спасение. Совершенное прекращение войны и вечный мир могут явиться только по уничтожении всех враждебных сил на земле, а это случится при втором пришествии Господа в Его славе для всеобщего и окончательного суда и для приведения в полноту совершенства своего царства. Но и тогда, когда, согласно с ап. Павлом (Рим. 11, 25, 26), полнота язычников войдет в царство Божие, а Израиль весь, как народ (сп. 2, 12), обратится к своему Спасителю и чрез то соберется и спасется, не воспоследует никакого физического возвышения горы Сион, никакого восстановления храма воИерусалиме и никакого возвращения рассеянного Израиля в Палестину. Царство славы на новой земле будет устроено в том воздвигнутом на некоторой великой и высокой гореИерусалиме, который в духе был показан святому созерцателю на Патмосе (Ап. 21, 10). В этом небесном Иерусалиме не будет никакого храма: «ибо Господь Бог Вседержитель храм его и Агнец» (Ап. 21, 22).

Обетование продолжается возвещением, что с возвращением народа из плена и земли рассеяния, царственное владычество Давидово в Сионе, прекратившееся было с разрушением Иерусалима, снова будет восстановлено, и дочь Сиона приведена будет в такое же славное состояние, в каком она была при Давиде и Соломоне. «II ты башня стада, говорит пророк, холм дщери Сиона» (холм, Евр. Ophel сн. Ис. 32. 14; 2 Пар. 27, 3; 33, 14,—это окруженная стеною возвышенность на юго-восточном краю Сиона, укрепление которой было особенно важно для защищения Сиона города от нападения врагов. Башня стада—

 

 

24 —

это высокая башня, которая находилась, на дворе темницы, при царском дворце, в Давидовом городе, или собственно— Сионе, — сн. Неем. 3, 25, 26; П. П. 4, 4. Так как эта башня возвышалась над всем городом; то она служит здесь символом господства Давидова дома над Иерусалимом и всем Израилем. Пророк называет ее башнею стада вероятно с целью напомнить о той башне стада вблизи Вифлеема, при которой некогда праотец Иаков поставил свою палатку,—Быт. 35, 21,—потому что родоначальник Богоизбранного царского рода Давид из пастыря овец был избран Богом пастырем народа израилева,—этого стада Господня, — 2 Цар. 7, 8; Ис. 77, 70. Такого рода представление очень свойственно пророку, так как он не только,—5, 3,— Мессию представляет Пастырем, но и Израиля называет овцами наследия Иеговы,—7, 14.—а башня стада и есть именно то место, откуда пастырь наблюдает в видах охранения стада: не угрожает ли этому стаду с какой либо стороны опасность, — ср. 2 Нар. 26, 10; 27, 4). «Дойдет до тебя и возвратится первая держава», возвратится к тебе снова то прежнее блестящее господство, каким пользовался град Давидов собственно, как место царского дворца, при Давиде и Соломоне,—пользовался «над дщерию Иерусалима» (Иерусалим, как главный город царства, поименовывается здесь вместо всего царства, как предмет господства над ним града Давидова). По прежде чем случится такое восстановление царской власти и такое прославление, дочь Сиона наперед должна будет потерять царя, пойти в плен в Вавилов. Предстоящее бедствие созерцая в своем пророческом духе, как бедствие наступившее, пророк слышит уже громкий, раздирающий душу плачевный крик, как будто крик рождающей женщины. Он спрашивает о причине такого горького плача, который может раздаваться только разве по случаю потери царя, потому что потеря эта была для Израиля тяжелее, чем для всякого другого народа, так как у Израиля с царскою властью соединены были все славные обетования, так как царь был видимый представитель Божия к народу благоволения, и отнятие царя было знаком гнева Божия и отнятия у народа всех обетован-

 

 

— 25

ных благ спасения (ср. Плач Иер. 4, 20.—где царь называется дыханием жизни для Израиля). «Отчего ты теперь стенаешь», обращается он к дочери Сиона, созерцая ее как бы уже в плену? «Царя нет у тебя! Советника (царя—сн.Ис. 9, 5) у тебя не стало, что схватили тебя муки, как родильницу», что ты кричишь, как страждущая родильница? Но это —муки—муки неизбежные для Сиона,Сион должен вытерпеть Божие наказание; — «страдай и мучься, говорит пророк, дочь Сиона, как родильница; ибо ты ныне выйдешь из града, и будешь жить на поле и дойдешь до Вавилона». Но там ты не погибнешь всецело, «там будешь избавлена, там искупит тебя Иегова из руки врагов твоих»

Пророк Исаия, раскрывая отношение языческой силы к народу Божию, прежде всего в подробных частных чертах изображает отношение современного ему представителя языческой силы, а именно Ассура, а потом указывает уже и на преемника Ассурова в его роли, на Вавилон; таким образом в своих пророчествах те отдельные суды и спасение от них, которые он усматривал своим пророческим взором в судьбе народа, он открывал постепенно, но мере их близкого или отдаленного осуществления. Современник же его Михей в один раз охватывает своим взором всю будущую судьбу народа Божия и потому возвещает этому народу не только суд в его наиболее сильном проявлении разрушения Иерусалима и пленения народа в Вавилон, но и самое спасение в его полноте совершенства, подразумевая, конечно, при такого рода возвещении и те частые суды, и те частные исполнения обетований, которые должны быть на пути к конечному суду и к конечному исполнению блаженногообетования. От этого как угрозу пророка об отведении дочери Сиона в Вавилон мы не должны ограничивать вавилонскою катастрофою, но должны относить ее и к разрушению Иерусалима римлянами и связанному с этим разрушением рассеянию иудеев но всему миру; так равно и обетование спасения в Вавилоне из руки врагов не должны ограничивать освобождением иудеев из Вавилона чрез Кира и их возвращением в Пале-

 

 

— 26 —

стину под предводительством Зоровавеля, а потом в другой раз под предводительством Ездры, но должны распространять его на будущее для нас еще спасение Израиля. Тот и другой суд и то и другое спасение в словах пророка связываются в нерасторжимое единство, при чемВавилон выставляется как начальный и в то же время средоточный и постоянный пункт языческой власти не только по своему историческому значению, но и по типическому. Это двоякое значение Вавилон имеет по библейскому воззрению с самых первых пор своего существования. Уже самое построение города с высокою, небес касающеюся башнею было делом человеческого высокомерия и проявлением противобожественной силы (В. 11, 4—9). После же создания города, в нем первом положено было Нимродом начало мирского,боговраждебного царства человеческого. От этого Вавилон и сделался образом, типом Боговраждебного, мирового царства. В таком-то типическом значении Вавилона мы и должны искать как основание для Божественного определения, чтобы народ Иеговы, отданный в наказание за свои грехи во власть языческой силы, был изгнан именно в Вавилон, так равно и то, что пророк, пророческому самосознанию которого было присуще определение Божественное, возвестил дщери Сионовой переселение в Вавилон и спасение ее там от власти врагов, принимая Вавилон как место, где совершаются все суды Божии над народом израилевым, а равно и спасение там, хотя бы суды эти и спасение географически совершались и в других местах. Понимать угрозу и обетование Михея именно так, в их всецелой широте и глубине содержания с необходимостью заставляет следующее в ст. 11—12 предвозвещение о победоносной битве Сиона со многими народами, битве, которая выступает далеко за пределы войн иудейского народа с враждебным ему народами во времена после плена вавилонского.«И теперь, возвещает пророк об этой борьбе, собрались против тебя народы великие, которые говорят: да будет осквернена, и посмотрели бы на Сион глаза наши»; да будет разграблен, опустошен и разрушен нами, язычниками, Сион,

 

 

27

осквернил его этим и тогда наши глаза радостно стали бы смотреть на него, лежащего в развалинах. «Но они не знают, замечает при этом утешительно пророк, мыслей Иеговы и не разумеют совета Его: Он собрал их, как снопы на гумно», чтобы молотить их, чтобы уничтожить их. Исполнение этого судного определения возложено Богом на Сион: «встань и молоти дочь Сиона», обращается к пей пророк от лица Божия; подобно волам, которые своими копытами мнут снопы (восточный обычай ), мни, уничтожай и ты врагов твоих. Для уничтожений этих врагов Господь укрепит дочь Сиона, Он дарует ей вполне все силы, нужные для истребления сих врагов; «ибо Я делаю, говорит Бог, роги твои железными, и копыта твои делаю медными» (рог в священном писании часто употребляется как символ уничтожающей силы, ср. Вт. 33, 17; 3 Цар. 22, 11; Л. 6, 13 и др.),—«и сотрешь народы многие», и укрепленная от Бога вполне уничтожишь всех твоих врагов, и приобретенное ими путем хищничества и разного рода разграблений богатство, как отлученное, должно поступить во власть самого Господа, как Господа всей земли. «Я, говорит Бог, обрек Иегове богатство их и силу их (богатство) Господу всей земли» (4, 11—13).

Но течению мысли и но последовательной связи ст. 11—13 с предшествующим ст. 10-м ясно видно, что предсказываемая в этих 11—13 ст. борьба должна совершиться после пленения жителей Сиона в Вавилон и спасения оттуда. Но так как это пленение и это спасение восходят далее времен плена Вавилонского и освобождения изнего; то и предсказываемая борьба восходит далее времен Маккавейских, когда происходила война в собственном смысле религиозная, когда сирийцы и с ними вместе их соседние незначительные народы воевали против иудеев с тем, чтобы покорить их йод свою власть и иудейство уничтожить. Эта борьба относится к тем событиям, о которых предсказывали Иоиль в 4-й гл. (слав. 3-й) и Иезекииль в 38-й гл., то есть, относится к последней ве-

l) Cн. Paulsen, Ackerbau der Morgenl § 41.

 

 

— 28 —

ликой войне народов мира против общества Господня, спасенного из Вавилона и освященного,—войне, предпринятой врагами Божиими с целью уничтожить с лица земли святой город Сион, так что война сирийцев во времена Маккавейские составляет только слабый прообраз этой войны. В пользу такого понимания слов пророка говорит несомненное сходство рассматриваемых стихов с приведенными местами из Иоиля и Иезекииля. Слова 11-го ст.: «собрались против тебя народы великие», и слова 12-го ст: «Он собрал их»,—указывают ясно на слова Иоиля 4. 2: «Я соберу все иноплеменные народы», и на слова 4, 11: «собирайтесь и идите все народы со всех сторон и соберитесь». Образ собрания народов, как снопов на гумно (ст. 12), указывает на сродные образы (Иоил. 4, 13) «созрелости жатвы и топтания полного до краев точила». И Михеево: «многочисленные народы», или «великие народы» (Goimrabbim) уже потому не отличается от Иоилева: «все иноплеменные народы»(kolhagoim), что Михей свое название «великие народы» употребляет в ст. 2 и 3-м для обозначения всех народов мира. И Иезекииль говорит также только «о многочисленных народах» (Goimrabbim), которые с Гогом соберутся для войны «против горя. Израилевых» (Иезек. 38, 6, 9, 15), и у него также нападение народов на народ Божий соединяется со спасением этого народа из Вавилона. Потом, исход этой борьбы у Михея тот яге самый, как и у Иоиля, Иезекииля и Захарии, который также пророчествовал об этой борьбе (Зах. гл. 12), а именно: совершенное поражение народом израииевым, сражающимся в силеИеговы, Господа своего, врагов своих и прославление чрез это Бога пред лицом всех народов, как Господа всей земли и как Существа святого (ср. ст. 13 с Иоил. 4, 12; Иез. 38, 16; 39, 3—28). Наконец решительно в пользу такого понимания говорит то обстоятельство, что борьба народов, направленная против Сиона, сделавшегося святым, должна произойти из ненависти и враждебности к его святости и иметь своею целью осквернение града Божия. Такая черта никоим образом нейдет к Иерусалиму и Иуде времен Маккавейских, но может быть вполне приложена только к тому времени,

 

 

— 29 —

когда Израиль, спасенный из Вавилона, составит общество святое, т. е. приложена к последним временам раскрытия царства Божия, начавшегося с явлением на земле Спасителя и до сих нор не пришедшего еще в полноту своего проявлении. Но из того, что святым сделавшийся Сион в позднейшее время будет спасен из опасности гораздо большей, нежели та опасность, из которой он будет спасен в ближайшей будущности,—из того, что очищенный и освященный Сион в то отдаленное время победит и уничтожит несравненно большую силу, нежели та, которой он в скором времени будет предан, вытекает ясным и очевидным образом, что он (т. е. Сион) будет предан во власть мировой, языческой силы, предан потому, что не свят. Эта посредствующая мысль и составляет переход к словам 14-го ст., с которыми пророк снова возвращается к тому утеснению народа, о котором он предсказывал в 9 и 10 ст. «Теперь, дщерь ополчения, говорит он, ополчайся», в страхе, в смятении собирайся в одну толпу, безотрадно ждущую себе погибели. Пророк созерцает уже и самую погибель. Он видит все общество израилево, а среди его и себя, как члена этого общества, уже осажденным в городе: «обложили нас, говорит он, укреплениями». Осада кончается овладением города; враги крайне презрительно обращаются с пленными членами народа Божия: «жезлом бьют в лице (знак крайнего бесчестия,—ср. 3 Ц. 22, 24; Ис. 3, 8; Иов. 16, 10) судию израилева», поносно, презрительно обращаются с царем, а с ним вместе и со всеми главами и князьями дома израилева, которые выше (3, 1; 9, 11) изображаются, как неправедные и безбожные судьи (4, 14). Это несчастие, столь живо предизображаемое пророком, главным и ближайшим образом исполнилось в халдейский период, а потом продолжало исполняться и в последующее время; и не исполнилось окончательно даже и в разрушении Иерусалима римлянами, а продолжает исполняться и доселе; потому что по 5, 2, Израиль предан будет во власть языческой силы даже до явления Мессии, т. е. не до рождения Его или Его открытого явления Себя миру, но до тех пор, доколе народ не примет явившегося

 

 

— 30 —

Мессию, как своего Спасителя. Обетование закапчивается возвещением, что во Израиле родится Владыка, который явится из Вифлеема, который будет пасти в могуществеИеговы (5, 1—5), который осуществит славные обетования, предсказанные пророком в предшествующей главе, т. е. спасенный остаток Иакова не только защитит от врагов его, но даже сделает его еще силою, с одной стороны распространяющею благословения на всех, а с другой возбуждающею всюду страх к себе, — и которыйнаконец устроит то царство блаженного мира, которое составляет последнюю цель обетовании Божиих и стремлений человеческих (5, 6—14).

«Вифлеем Евфрафа», взывает пророк (Вифлеем или вернее Бетлехем—дом хлеба, — Евфрафа — плодоносное поле; в патриархальное время эти названия употреблялись одно вместо другого,—см. Быт. 35, 19; 48, 7; здесь они соединяются вместе для того, чтобы речь сделать более торжественною), «ты мал», по своему населению, «чтобы быть в ряду с тысячами иудиными», чтобы занимать равное место с теми участками иди уделами, по евр. называемыми Eleph, которые заключают в себе 1000 родов, или фамилий (сн. Числ. 1, 16; 10, 4); «но из тебя», из среды твоего населения, «произойдет Мне», произойдет для исполнения Моего плана в деле устроения Моего царства (cp. 1 Ц. 16, 1: «я посылаю тебя, т. е. Самуила, к Ише, т. е. Иессею из Бетлехема, потому что между сыновьями его Я высмотрел Себе царя»,—на эти слова, по всей вероятности, хочет указать Михей, когда говорит: произойдет Мне, чтобы чрез это обозначить типическое отношение Давида к Мессии), «долженствующий быть Владыкою Израиля; исходища же Его от начала, от дней вечности».

Будущий Владыка Израиля, по общему признанию всех Мессия, исходища которого от вечности, т. е. который произошел от Бога прежде, чем мир существовал, прежде веков (ср. Прит. 8, 22), который,следовательно, имеет Божественную природу и который в древние времена многократно и многообразно открывался людям праведным, должен произойти по плоти из незнатного городка Вифлеема, подобно праотцу своему, царю Давиду

 

 

31 —

Происхождение Давида из Вифлеема служит основою не только для пророческого возвещения о том, что Мессия явится из этого городка, но также и для Божественного определения, чтобы Христос родился именно в Вифлееме, городе Давидовом, чрез что с самого рождения Он долженствовал быть известен в народе, как обетованный потомок Давида, на веки имеющий утвердиться на престоле отца своего. И так явление из Вифлеема заключает в себе вместе и рождение в Вифлееме; поэтому, как мы можем видеть это из Мф. 2, 5. 6; Иоан. 7, 42, и древняя иудейская синагога единогласно в пророчестве Михея находила пророчество о рождении Мессии в Вифлееме. Правильность такого понимания подтверждается повествованием ев. Матфея (Мат. 2, 1—11) о путешествии волхвов из восточной земли на поклонение новорожденному Мессии, потому что ев. Матфей, сообразно с целью своего евангелия, потому только и говорит об этом событии, что в обстоятельствах, сопровождавших его, он усматривал исполнение ветхозаветного пророчества.

«Посему», заключает пророк, потому что великий Владыка Израиля, единственный Спаситель его, должен, подобно царственному праотцу своему, произойти из Вифлеема, таким образом произойти из Давидова рода, лишенного своей царской власти и униженного до того положения, в каком находился этот род при Иессее, жившем в Вифлееме.«Он (Господь) предаст их», предаст Израиля во власть врагов в наказание его за отпадение от Бога, и народ, преданный во власть врагов, будет находиться под этойвластью«до того времени, как родит» обетованного Владыку «имеющая родить» (Матерь Божия, ср. Ис. 7, 14). Это рождение принесет Израилю великое благословение и прежде всего, совершит обращение к Господу уцелевшего среди наказаний Божиих от погибели Израиля: «и прочие братья Его», говорит пророк, т. е., среди Божеских наказаний уцелевший остаток иудеев, которые называются братьями Мессии, как происходящие из одного с Ним колена (так точно Давид называет иудеев своими братьями, своею плотью и костью,—2 Ц.

 

 

— 32 —

19, 13), «возвратятся с сынами Израиля», возвратятся к Богу, ведя за собою, под своим прикрытием и защитою (ср. Быт. 32, 11; Ос. 10, 12), оставшихся членов десятиколенного царства, и долженствовавших получить благословение, данное Иуде, не иначе, как только в общении, в единении с ним (сн. Иер. 3, 18). Возвратившись к Богу, сделавшись снова Его избранным народом, они будут находиться под особенным, заботливым попечительством новорожденного Владыки израилева. Подобно своему праотцу Давиду, из пастыря овец избранному Богом пасти народ (ср. 2 Д. 5, 2), «Он (Мессия) станет и будет пасти», будет управлять возвратившимся к Богу обществом израилевым «в могуществеИеговы», будет управлять, облеченный могуществом Иеговы, нужным для защиты овец от волков и грабите пей (ср. Иоан. 10, 11. 12). Но это могущество есть не просто та сила, которою Господь облекает земных владык (1 Ц. 2, 10); нет, это есть величие имени Иеговы,т. е. величие, в котором Иегова проявляет свое Божество на земле и потому Мессия есть Бог крепкий (Ис. 9, 5; 11, 2), и управлять своим народом будет «в величестве имени Иеговы, Бога своего», Бога, который в пастыре сем, в Его деятельности проявляет Себя наиболее, чем в ком либо другом, проявляет свое всемогущество и свое Божеское величие. Так будет пасти паству свою пастырь, «а они будут сидеть спокойно», а сыны израилевы в это время, обитая под столь заботливым управлением пастыря, будут жить в ненарушимом мире (ср. 4, 4; Лев. 2, 5. 6; 2, 11, 7, 10); «ибо Он будет велик до пределов земли», ибо Его владычество распространится по всей земле (ср. Лук. 1, 32). «И Сей», в величестве имени Иеговы пасущий свой народ, «будет мир», в Самом Себе нося мир, Он будет доставлять его и своему народу (сн. Ев. 2, 14; Ис. 9, 5). Каким же образом? Это в обетовании далее и раскрывается: «если Ассур», говорит пророк, если какой либо враг вообще, так как Ассур, как современный пророку представитель боговраждебного мирского владычества, служит здесь типом всех языческих народов, врагов народа Божия, «при-

 

 

— 33 -

дет в землю нашу и если ступит в чертоги паши; то мы выставим против него семь пастырей и восемь князей народа», поставленных от верховного пастыря Мессии и действующих под Его водительством. Число 7—число полноты, достаточности, совершенства, так как 7 дней составляют число, в которое совершено и окончено дело Божия творения; число 8 указывает уже на излишек; а потому оба числа должны были указывать Израилю, что, при угрожающей ему опасности от врагов, он всегда будет в состоянии выставить не только вполне достаточное, по даже и с излишком число воинственных князей для отражения врагов, так что последним нечего и думать об успехе своего нападения на Израиля. Поставленные пастырем князья, защитникинарода, не только выгонят неприятеля из земли израилевой, но еще сами победоносно войдут в его землю и самовластно будут распоряжаться ею, «и пойдут они пасти (управлять) землю Ассура и землю Нимрода (земля Ассурова называется землею Нимрода, по основателю первого мирового царства, (сн. Быт. 10, 9—11), для того, чтобы чрез это обозначить именно враждебную царству Божию мировую силу) в самых вратах ее», в ее собственных городах и крепостях (ср. Ис. 3, 26; 13, 2 и др.). «Так Он (пастырь) защитит, заключает пророк, от Ассура, когда сей придет в землю нашу и когда вступит в предел наш» (5, 1—5).

Но Мессия будет мир для своего народа не только потому, что Он защитит и спасет этот народ от нападения в Ассуре представленной мировой силы; по и потому, что спасаемому Им народу даст силы покорять себе людей. «И будет, говорит пророк, остаток Иакова среди народов многих, как роса (роса образ освежения, подкрепления, оживления. Ис. 132, 3; 71. 6; Ос. 14, 6) от Иеговы, как дождевые капли (росы) на траве, которая не ждет человека, не чает сынов человеческих», т. е., как падение росы не зависит от ожидания ее человеком, а происходит от воли Божией, так и духовное благословение, которое от Израиля будет капать на языческие народы, обращающиеся к истинному

 

 

34

Богу, не будет обусловливаться и измеряться ожиданием его людьми, хотя это ожидание и необходимо все-таки со стороны человека, как свидетельство его веры в Бога, но будет зависеть от благости только Бога. Таким будет остаток Израиля для язычников, обращающихся к истинному Богу; но не таким Он будет для тех, которые не захотят подчиниться Ему духовно, не захотят участвовать в его благословении и будут противодействовать ему. «И будет останок Иакова, говорит пророк, среди племен, среди народов многих, как лев среди зверей в лесу, как скимен (молодой лев) в стадах овец, который, когда пойдет, попирает и терзает и нет избавляющего (сн. Лук. 2, 34; Рим. 9, 33 с Ис. 8, 14; 28, 16). Поднимется» (высоко), говорит пророк, обращаясь к Израилю, «рука твоя на врагов твоих», сам своими руками ты совершишь великие и могущественные дела над врагами твоими и в следствие этого, «всенеприятели твои будут истреблены».

Когда таким образом с одной стороны чрез благословение, а с другой—чрез устрашение Израиль преодолеет все народы, тогда Иегова окончательно совершит «мир» своего народа,—Он истребит тогда все средства войны, уничтожитидолослужение во всех его проявлениях и исполнит свой гневный и окончательный суд над всеми своими врагами: «и будет в тот день», т. е. когда Израиль преодолеет всех врагов, «говорит Иегова, истреблю коней твоих у тебя, и разобью колесницы твои, истреблю города в земле твоей, и разрушу все крепости твои». На коней, колесницы и крепости полагал свое упование древний Израиль (ср. Ис. 2, 7); но новозаветный Израиль полагает свое доверие на эти средства войны только настолько, насколько он всецело еще не проникся духом мира, принесенного Мессиею. Но чем более эта духовная сила князя мира будет усвояться Израилем новозаветным, т. е. христианами, тем более должно уничтожаться доверие на коней, колесницы и крепости, так что со временем дело дойдет до того, что все средства войны должны будут прекратить свое существование, потому что всякая война прекратится,—и если не

 

 

— 35

в этом мире, мире греха и зла, то в мире загробном, будущем, полном счастия и мирного блаженства для праведных (ср. Ис. 9,4—6). «И исторгну, продолжает Бог, волхвования из руки твоей, и гадателей (по облакам— Ис. 2, 6). не будет у тебя, и истреблю истканы твои (Pesilimидолы, сделаны из дерева или металла, сн. Лев. 26, 1) и столпы твои у тебя (Tatszbot—идолам посвященные камни), и не будешь уже кланяться делу рук твоих. И отвергну статуи твои (ascherim—идолы в виде столпов, поставленные в честь ханаанской богини природы,—Исх. 34, 13. Вт. 7, 5) и разорю города твои». Такое грубое языческое идолослужение, которому был предан ветхозаветный Израиль, здесь является, как только образ того утонченного безбожия, которое в новозаветном обществе будет существовать до тех пор, доколе будут существовать в нем грехи и неверие, т. е. до конца этого растленного грехом мира. Истребление языческого идолослужения во всех видах его проявления есть только в ветхозаветной форме представленное будущее совершенное очищение общества Господня от всякого безбожия и греха. С уничтожением военных орудий и нечестия из среды общества Божия, Бог уничтожит окончательно и всех врагов народа Божия: «и во гневе и ярости совершу мщение над народами, которые не покорятся», говорит Он,—т. е. чрез строгий суд истреблю всякую противо-божественную силу, так что ничто более уже не будет нарушать мира народа Моего и мира царства Моего (5, 6-14), —обетование, по частям исполняющееся теперь, но в окончательной своей форме имеющее исполниться в будущие времена вместе с концом этого мира.

 

Третья речь. Путь ко спасению (VIVII, 17).

После того как в предшествующих речах пророк Михей продизобразил народу израилеву за грехи сего народа имеющий над Сионом совершиться суд, и затем среди этого суда сохраненному и очищенному остатку предвозвестил предстоящее спасение, в своей третьей и вместе последней речи под формою суда Иеговы с своим народом он показывает этому народу путь ко спасению, излагая сначаиа Божии благодеяния, закоторыенарод воз-

 

 

— 36 —

дал своему Богу неблагодарностью, затем повторяя снова господствующие в народе грехи и разногорода неправды, требующие наказания Божия, далее указывая: как испытание страданий или наказаний за грехи приводит людей к чистосердечному раскаянию в своей вине и обращению к Богу и наконец, ободряя и возбуждая гибнущих потомков Израиля к верующему упованию на милосердие и верность Иеговы, который сжалится над своим народом, Сион снова воссозиждет, врагов смирит и чрез новое проявление древних чудес исполнит все народы страха пред своим всемогуществом.

Речь начинается вступительным требованием Божиим, обращенным к пророку, требованием того, чтобы открыт был суд Иеговы с Его народом,—и призваны были к суду свидетели. «Послушайте», говорит пророк, послушайте народ израилев во всех своих членах, что говорит Иегова: встань (пророк), открой суд пред горами», как свидетелями того, что Господь в начале и в продолжении веков сделал для Израиля и чем воздавал Ему за Его благодеяния народ (ср. Вт. 32, 1. Ис. 1, 2), «и холмы да услышат глас твой. Выслушайте горы жалобу Иеговы», обращаясь к ним во имя требования Божия говорит пророк, «твердыни и основы земли; ибо у Иеговы идет тяжба с народом своим и с Израилем у Него» (6, 1—2).

Теперь начинается самая тяжба. «Народ Мой», говорит Бог, обращаясь к обвиняемому Им пред горами-и холмами Израилю, «что Я сделал тебе? И чем обременил тебя»? Делал ли Я что либо худое для тебя? и (Ис. 43, 23) утомлял ли твое терпение какими-либо трудными требованиями или неисполнением своих обещаний (Иер. 2, 31)? «Говори на Меня!» обвиняй Меня, если можешь! По народ Господа не может ни в чем обвинить, ибо Господь не делал ничего для своего народа, кроме обетований и благодеяний. «Ибо Я вывел тебя, говорит Он, из земли египетской и из дома рабства освободил тебя и послал пред тобою Моисея», этого великого пророка, с которым Бог говорил устами ко устам (Числ. 12, 8), «Аарона», первосвященника, вопрошателя воли Божией и

 

 

37 —

заступника вместе с Моисеем ирод Богом за народ (Числ. 12, 6; 14, 5. 26; 16, 20; 20, 7—12, 29), «и Мариам»—пророчицу (Исх. 15, 20). «Народ Мой, вспомни, что умышлял Валак, царь Моава, и что отвечал ему Валаам, сын Веоров (см. Числ. 22—24), вспомни, что было от Ситтима», последнего стана израилева, по сю сторону Иордана, на полях моавитских (Числ. 22, 1; 25, 1), «до Галгала», первого стана в земле обетованной (I. Нав. 4, 19; 5, 9),—«вспомни за тем, чтобы тебе познать благодеяния Иеговы». А этих благодеяний в указанный период времени проявилось не мало,—сюда относятся не только намерение Валака, царя моавитского, истребить Израиля чрез проклятие, и ответы Валаама, уничтожившие этот план истребления народа Божия, но и дальнейшие события, которые были, так сказать, вещественным подтверждением Валаамом невольно изреченных благословений,—а именно: победа Израиля над моавитянами, стремившимися было погубить Израиля чрез склонение его к идолопоклонству, чудесный переход чрез реку Иордан, вступление в обетованную землю, обрезание в Галгалах, чрез что было принято в завет с Богом поколение, выросшее в пустыне, и народ снова был введен в нормальныеотношения к своему Богу (6, 3—5). И так Бог делал народу одни только благодеяния, и народ не может отвергнуть их. Напоминание о них производит в народе сознание той черной неблагодарности, с какою он платил Богу за них. Как лицо, сознающее себя виновным пред Богом, народ стыдится обратиться к этому оскорбленному им Богу, а обращается к пророку, как передатчику воли Божией, и спрашивает его: чем бы ему умилостивить Бога, чем бы снова связать разорванные грехами узы общения с Иеговой:  «с чем мне», вопрошает он,«предстать пред Иегову поклониться Богу Всевышнему», Богу, царствующему на небе? Народ знает Богоустановленное средство для поддержания общения с Иеговой—это жертвы. И вот он предлагает предстать пред Иегову с жертвами, но не с жертвами о грехе, чрез которые,в следствие очищения грехов, могло бы быть восстановлено разрушенное общение с Иеговой, но с жертвами всесож-

 

 

— 38 -

жения; потому что в народе нет еще прямого и полного сознания своей греховности, потому что он живет еще суетной мыслью, что он находится еще в завете, заветефактически однако прерванном. «Предстать ли мне», говорит он,«со всесожжениями, с тельцами единолетними», животными обыкновенно и но преимуществу в атом возрасте употреблявшимися дли жертвоприношения? «Удовлетворится ли Иегова тысячами овнов, тьмами потоков елея», составлявшего необходимую принадлежность всякой жертвы всесожжения (ср. Числ. 15, 1—16 с гл. 28 и 29.)? Но уже самая многочисленность жертв предлагаемых свидетельствует о том, что народ внутренне чувствовал недостаточность этого способа загладить свою вину пред Богом. И действительно, вслед за этим способом он предлагает другой, а именно для очищения себя он предлагает принести в жертву Богу то, что есть самого дорогого ему, что есть самого любезного ему, предлагает в жертву Богу своих первенцев. «Дать ли мне, говорит он, первенца моего за преступление мое, плод чрева моего за грех души моей?» Но предлагая такую жертву, народ проявляет этим неведение воли Божией. Бог, правда, требует от человека, чтобы он предавал себя в жертву Богу,—по предавал неплотью, а духом, и человеческие жертвы не только не ведут к осуществлению этого требования, а напротив вменяются в богопротивное беззаконие. Его должен был знать Израиль уже из закона о посвящении Богу первенцев (Исх. 13, 12, 13). Мысль об умилостивлении Бога чрез человеческие жертвы свойственна только язычникам (4 Цар. 3, 27; 16, 3). Поэтому пророк отвергает это крайнее и противозаконное средство примирения с Богом и указывает на нравственныетребования закона, как на лучшее средство к этому примирению, и притом такое средство, которое указано Израилю в самом же законе Моисеевом. Б этом законе«указано тебе человек, говорит пророк, что добро и чего требует от тебя Иегова». А требует Он в этом законе«только исполнять правду и любить добродетель, и смиренно ходить с Богом твоим», пребывать в постоянном общении сИеговой, как это свойственно на-

 

 

— 39 —

роду святому, царству священников (Исх. 19, 6), каковым и должен быть Израиль по своему назначению. Без исполнения этих нравственных требований, в которых заключается сущность всего десятисловия, все жертвы как бы многочисленны и дороги они ни были, пи к чему не послужат, они не привлекут к человеку Божия благословения (cp. 1 Цар. 15, 22; Ос. 6, 6). 6, 6—8.

Но так как Израиль совершенно уклонился от этих нравственных требований закона, и так как он поступает соверши и по вопреки им, всюду проявляет одну только несправедливость, насилие и жестокость (сн. 2, 1— 2; 3, 2, 3, 9, 10, 11; G, 10—12); то ничего более не остается, как возвестить этому народу грозное слово суда и наказания,—и пророк приступает к этому возвещению с следующими вступительными словами: «голос Иеговы, говорит он, взывает городу (Иерусалиму), и премудрость видит имя Твое». Бог обращается к Иерусалиму с своим словом угрозы и суда, и изрекая эти угрозы и суд, имеет в очах своих, в виду у Себя премудрость истинную, премудрость жизни, премудрость, определения которой направляются не к тому, чтобы губить грешника, но чтобы путем угроз и даже наказаний обратить его на путь истинный и спасти (Иез. 33, 11 сии. Ис. 28, 29): «слушайте: жезл, продолжает пророк вступление в грозную речь, а кто предназначил его?» воспринимайте суд (ср. Ис. 10, 5; 12, 4), который определен самим Господом, и которым Он угрожает вам, жители Иерусалима, жители и всего царства иудейского. Затем начинается грозная речь и начинается притом порицанием господствующих грехов: «И (теперь) еще, вопросительно и в тоже время утвердительно высказывает порицания пророк, в доменечестиянет ли незаконных сокровищ и уменьшенной (ср. Вт. 25, 14; Ап. 8, 5), отвратительной ефы», которая потом проклята (ср. Числ. 23, 7, Прит. 24. 24),— как противная Господу правды? Не собирают ли доселе путем насилия и неправды беззаконники сокровищ своих, не вносят ли они их в свои дома, и для того, чтобы еще более путем обмана собрать себе этих сокровищ, не «водят ли всюду неправильный, противный Богу вес,

 

 

40 —

—эту мерзость пред лицомИеговы (Вт. 25. 16)? Народ не может отвергнуть справедливости представленных фактов, но если факты справедливы; то значит в народе господствует направление, совершенно не соответствующее выставленным выше нравственным требованиям Иеговы, и отсюда выходит само собою то, что народ не может считать себя народом безвинным. Пусть каждый из вас, —как бы так говорит пророк, обращаясь к народу, и по преимуществу к сильным земли, так как они были по преимуществу виновны в указанных пророком преступлениях, а потому к ним и относятся главным образом порицания пророка,—спросит себя: «могу ли быть познан как чистый», как невинный, «с неправильными весами, и с сумою, в которой неверные гири»,—гири, вес которых менее надлежащего (ср. Лев. 19, 36; Вт. 25, 13) и которые обыкновенно носились в сумке (Прит. 16, 11)? Отрицательный ответ сам собою вытекает.

Но «поелику богачи его, излагает самую угрозу Бог, заключая порицание нечестия и вместе с тем расширяя его, исполнены неправды и жители его (т. е. весь народ) говорят ложь, и язык их есть коварство в устах их»,—поелику жители Иерусалима — это народ лжецов и .обманщиков; поелику народ Мой не слушает Меня, не повинуется Моим законам, восстает против Меня, —то и Я восстану против пего,—«то и Я неисцельно поражаю тебя»,поражу весь народ царства иудина (см. ст. 16), наказывая его за грехи его. «Ты будешь есть, а сыт не будешь», потому что мало хлеба будет у тебя, «и пустота твоя пребывает в тебе», желудок твой будет тощ у тебя и ты гибнуть будешь от голодной, во время осады тебя неприятелем, смерти; «ты будешь отдалять», будешь спасать свое имущество и семейство, «но не спасешь, а что спасешь, то мечу предам», то попадет в руки врага и будет истреблено мечем его. Б руки врага этого попадут также и все произведения земли иудейской. «Ты будешь сеять, продолжает угрозу Бог, а жать не будешь, ты будешь выдавливать маслины, и не будешь помазываться елеем, будешь выдавливать сок виноградный, и не будешь нить вина»,·—потому что все это частью будет просто по-

 

 

— 41 —

гублено врагом, а частью употреблено им для удовлетворения своих потребностей (ср. Лев. 26, 16, 24, 28 сн.Иер. 52, 6; 4, 11; 6, 25). Таково будет несчастие, которое неминуемо придет к народу и придет потому, что народ этот идет в своей жизни путем безбожия и нечестия. В своем нечестии народ подражает и следует самым нечестивым царям, какие только были во Израиле, а именно следует Омрию, о котором замечается в 3 кн. Цар. 16, 25, что он превзошел по своему нечестию всех своих предшественников, и который, как основатель династии Ахаавовой, и вместе с тем как основатель нечестия (Ваалова идолослужения), сыном и преемником его Ахаавом возведенного на степень религиозного культа, в этом последнем отношении называется во 2 кн. Цар. 22, 2 отцом Аталии (Гофолии), дочери Иезавелевой. «И держатся, говорит пророк, округляя и заключая грозное слово Иеговы к народу, «правил Омрия»; вместо того, чтобы соблюдать уставы Господни (ср. Лев. 20, 23; Иер. 10, 3), народ следует введенному Омрием Баалову идолослужению. Но держась этих установлений нечестивого царя, народ вместе с тем держится «и всех дел дома Ахаавова»,—подобно Ахааву и другим членам дома его, он и служит Ваалу; он и преследует пророков Господних, как это делал Ахаав и Иезавель, жена его (3 Ц. 18, 4; 22, 27). Подобно им же (3 Цар. 21), он и грабит и отнимает силою чужие владения и владельцев их законных убивает,—он и вообще подражает всем нечестивым делам и поступкам этого греховного дома: «и вы ходите, говорит пророк от лица Божия, обращаясь к народу, но их распоряжениям», поступаете сообразно с правилами Омрия и Ахаава, и поступаете так затем, «чтобы Я, говорит Бог, сделал тебя», весь народ, «ужасом и жителей его», жителей Иерусалима, как главных грешников, «посмешищем»; и вот вы,—все жители земли, своими грехами сами на себя навлекшие суд Божий, «понесете на себе поругание народа Моего», вы, как народ Божий, но в наказание за грехи обреченный во власть врагов-язычников,—должны будете терпеть поношение от этих язычников, которые будут смеяться

 

 

— 42 —

над бессилием людей, именуемых народом Богоизбранным, народом, которому покровительствует, которому помогает истинный, всемогущий Бог (ср. Иез. 34, 20) (6, —9—16).

На грозное слово Иеговы пророк отвечает от имени верующего общества покаянною молитвою, в которой общество это с сердечным раскаянием исповедует всеобщность глубокого нравственного падения народа, и горько оплакивает необходимость Божественного наказания: «горе мае!» плачевно-молитвенно взывает пророк от лица этого общества, «ибо я сделался, как снятие плодов, как собрание последних плодов винограда. Нет грозда, чтобы сесть, ранней ягоды, которой бы желала душа моя!»Вследствие своего нравственного падения, народ стал по своему положению подобен саду с плодовыми деревьями во время снятия плодов, когда плодов хоть и довольно, но нет уже ни одной ранней ягоды, созревавшей обыкновенно в июле месяце, тогда как все плоды созревали окончательно и снимались в августе. Он подобен еще и винограднику во время собирания в нем уже последних, оставшихся от первого собрания кое-где ягод, когда ввинограднике нельзя найти уже пи одного цельного грозда. От этой речи образной молитва переходит в речь обыкновенную, разясняющую только что выраженные образы: «не стало», продолжает пророк, «добрых на земле» (Ис. 12, 2; Ис. 57, 1), этих виноградных гроздов, этих ранних плодов на земле, пропали с лица земли, исчезли из мира люди праведные, сохраняющие любовь и верность к Богу и ближнему, и нет прямодушных на земле. Бее строят ковы, чтобы проливать кровь», чтобы губить человека чрез обман, измену и настоящее убийство, и потому «ловят друг друга в сеть. Руки их направлены ко злу, чтобы совершать его хорошо», чтобы удачно иискусно приводить его в исполнение и притом при совершении придавать ему еще вид добра. «Князь требует» осуждения праведного, невинного человека, «и судья судит», осуждает этого праведного «за плату», за взятки, принятые им от нечестивого, от виновного.«и великий злое своей души высказывает он»

 

 

— 43 —

т. е. и богатый и сильный человек (сн. Лев. 19, 15; 1 Цар. 25, 2), не стесняясь, свободно выражают свое сочувствие к осуждению праведного человека, или к погибели невинного,«и вместе крутят они это», и князь и судья и вообще великий—все вместе трудятся над одною работою, а именно, чтобы злое дело совершить, придавая ему в тоже время наружный вид дела доброго, более или менее успешно. Исключения в этом отношении но составляют даже и лучшие люди народа, и они также направляются не к добру, а ко злу: «лучший между ними, как терние», которое только колет, ранит и вредит, а пользы между тем никакой, «и честный хуже кустарника» (тернового). Изображенная порча так велика, так вопиюща, что в душе пророка невольно является мысль о Божием наказании, и заставляет его на время прервать дальнейшее изображение нечестия указанием на суд Иеговы. Этот будущий суд пред пророческим взором уже как бы наступает: «день стражей твоих», говорит он, обращаясь к народу, день, предусмотренный и предуказанный пророками, этими Господними стражами народа (Иер. 6, 17; Иез. 3, 17; 33, 7), а именно: «твое посещение», наказание народа судом, «наступает, тогда последует их (народа) замешательство», зло, скрывающееся теперь под наружным видом добра, в день суда Божия безбоязненно и несдержанно прорвется и все тогда пойдет вверх дном (ср. Ис. 22, 5). Указавши на грядущий суд, пророк переходит опять к прерванному им исповеданию от лица общества нечестия народа. Народ до того стал неверен, что положительно нельзя никому довериться,—ни товарищу своему, ни доверенному другу, ни самой жене: «не доверяйте близкому себе», говорит пророк, «но полагайтесь - на друга, от лежащей на груди твоей (т.-е. супруги) затворяй двери уст своих», и ей ничего из своих тайн не поверяй, и она выдаст тебя; потому что в народе порваны все родственные связи, даже связи самые теснейшиепо природе; «потому что сын ни во что ставить отца, дочь восстает против матери своей, невестка против свекрови своей, враги человека домашние его», его домашние служители и служанки (ср. Быт. 17.

 

 

— 44 —

23, 27; 39, 14).Последние слова пророка Спаситель в своем наставлении апостолам (Mф. 10, 35. 36; Лук. 12, 53) прилагает ко времени суда, открытого в мире вместе с Его явлением в этот мир ради искупления. На этом основании указанные слова пророка о прервании родственных связей мы должны понимать не как простое изображение нравственного состояния современного пророку, но и как вместе с тем предуказание будущего, а именно того, что разрыв родственных связей, существовавший во времена пророка, проявится, как своего рода наказание Божие, в еще более ужасном виде во время имевшего прийти на нечестивый народ суда Господня(7, 1 6). Но сознавая и открыто исповедуя нравственное падение народа, сознавая вместе с тем и то, что наказание Божие неизбежно, что оно скоро наступит, что оно уже как бы наступило, общество верующее все-таки не отчаивается, но надеется на Божию верность, и в этой надежде доходит даже до уверенности в том, что Господь, наказывая народ, не погубит его, по крайней мере в лучшей части его, — всецело, не лишит его своих милостей, не даст врагу вечно торжествовать над ним, но спасет его, а врага глубоко смирит. «Но я к Иегове», молитвенно взывает устами пророка это праведное и верующее общество, как бы преданное уже во власть боговраждебной силы, и как бы страдающее уже под тяжестью Божия суда,—«обращаю взоры»,—моля Его о помощи, и твердо веруя в эту помощь, «чаю Бога спасения моего»,—ожидаю, что Господь, от которого зависит все мое спасение, приидет ко мне с этим спасением,— «Бог мой услышит меня»,—Он спасет меня, и врагов моих погубит. «Не веселись много», обращается пророк от лица общества к Ассуру, в то время представителю языческой силы, «неприятельница моя, потому что упал», потому что потерял и власть и царство, потому что подпал под власть язычника,— «я восстану»,яснова восторжествую надврагов моим, снова сделаюсь сильным, могущественным народом. Не веселись,—«Потому что сижу в мраке»,—сижу теперь в несчастий и бедствии (ср. Ис. 9, 1; 42, 7; Ис. 106, 10),— «Иегова мне свет»,—Он для верующих есть спасение.

 

 

— 45 —

Испытывая их несчастиями и страданиями, Он в то же время не отвергает от них своей милости, не отнимает от них своих обетовании, но напротив после временных испытаний верно исполняет им эти обетования. А потому «буду нести гнев Иеговы, ибо я согрешил пред Ним, доколе Он не произведет дела моего и не довершит моего суда», буду покорно и терпеливо переносить на себе гнев Иеговы, тем более, что этот гнев вполне заслуженный мною, это—гнев за грехи мои, буду терпеть наказание Божие дотоле, доколе Господь не довершит моей справедливой тяжбы с языческою силою. Хотя Бог и отдал свой народ, в наказание за грехи его, во власть врагов его, языческих народов, так что эти враги, разрушая царство Израилево и Иудино и отводя жителей в плен, исполняли волю Божию; но при этом они превысили свою власть, сознали себя не как орудие в руках Иеговы, но как самостоятельные могущественные обладатели, приобретающие всемирное господство, благодаря исключительно своей силе и своей мудрости, и в своих действиях стремились к тому, чтобы с поруганием над живым Богом уничтожить Израиля (ср. Ис. 10, 5—15; Ав. 1,11).Но чрез такой образ действий они попирают права Израиля, так что Господь должен рассудить Израиля в его деле с враждебною силою и чрез уничтожение этой силы восстановить права своего народа. «Он изведет меня на свет»,Он в виду всех оправдает меня в борьбесо врагами, «и я узрю правду», долженствующую проявиться в спасении и восприятии в общество Иеговы Израиля. «И увидит» тогда мое спасение «неприятельница моя и стыд», от поражения Богом, «покроет ту, которая говорила мне: гдеИегова Бог твой». Где твой помощник и Спаситель от власти врагов? «Глаза мои будут смотреть на нее», я своими глазами увижу поражение ее, моей неприятельницы,—«тогда она попираема будет, как грязь на улицах».

Такое твердое ожидание помощи Божией для поражения врагов доходит в обществе верующем до несомненной уверенности в скором исполнении обетования. В лице пророка это общество обращается с своею речью к Сиону и возвещает ему уже восстановление города и вступление в него язычников не как победителей, а как пленников,

 

 

— 46 -

но как пленников духовных. «День построения стен твоих», говорит оно с верою в душе, «приближается, в день оный далеко уйдет его черта» (Евр. chok), не земная, географическая граница будет отдалена,—но установленный в Ветхом Завете закон отделения Израиля от язычников будет отдален, отстранен, как закон не имеющий уже более значения; потому что «в тот день», говорит пророк, «будут к тебе (т. е. к Израилю) приходить из Ассирии и египетских городов, от Египта (Ис. 19, 18. Ассирия и Египет—это два самые могущественные во времена Михея царства) до самой реки великой (Евфрата); от моря до моря, от горы до горы», т. е. из каждой, между горами и морями лежащей страны, или иначе от всех стран мира пойдут многочисленные толпы народов в Сион,—к народу Божию, чтобы научиться у него закону Господню—(ср. 4, 1. 2). «И будет земля» врагов новосозданного народа Божия, собранного из всех народов и поселенного в новоустроенном Сионе, «пустынею за жителей ее», сделается пустынею в следствие произведенного над этою землею суда Иеговы, суда—«за плоды дел их», за нечестивые поступки и дела жителей этой земли. Это обетование спасения, высказанное с такою верою в исполнение его, побуждает общество к Богу обратиться с заключительною просьбою о сохранении спасенных верующих чад Израиля, этих овец паствы Его. «Паси», молит оно Бога, паси, как Пастырь, Израиля (Быт. 49, 24; Ис. 79, 2; 22, 1 сн. Мих. 5, 3; Иез. 37, 15—28; Иер. 23, 46) «жезлом Твоим народ Твой, стадо наследия Твоего, живя отдельно», вдали от языческих народов (см. Числ. 23, 9; Вт. 33, 28), «в лесу», в удалении от глаз врагов, в скрытом безопасном месте, «среди Кармила» (гора в западно-Иорданской земле, занимаемой в свое время израильтянами,—большею. своею частью лежащая в области колена Манассиина, и богатая лесом и пажитями). Пусть они пасутся в Васане и Галааде», этих двух богатых пажитями местностях в восточно-иорданской земле, пасутся, «как во дни вечности», как во дни Моисея и Иисуса Навина, когда Господь своею сильною десницею вводил Израиля в обетованную землю7, 7—14).

 

 

— 47

На молитву верующего и страждущего общества Бог отвечает обещанием больших благ, нежели каких оно просит: «как во дни исхода твоего из земли египетской», говорит Бог, «явлю ему», спасенному народу «чудеса. Народы увидят» эти чудеса спасения «и устыдятся всего могущества своего», потому что оно окажется ничтожным в сравнении со всемогуществом Божиим, которое проявится в чудных делах Его. Изумление и удивление их от этих чудных дел Иеговы будет так велико, что они невольно впадут в благоговейное молчание, они—«положат руку на уста (сн. Иов. 21, 5) и уши у них оглохнут» от страшного грома могущественных действий Иеговы (ср. Иов. 26, 14). Изображая в таких чертах то впечатление, какое произведут на язычников чудеса Иеговы, речь Божия незаметно переходит в речь самого пророка. Изумленные и трепещущие от дел и всемогущества Божия язычники, вещает пророк, в смиренном страхе пред всемогущим Иеговой«прах будут лизать, как змеи» (Быт. 3, 14 ср. Ис. 71, 9; Ис. 49, 23) в знак глубочайшей покорности и смирения; «как ползающие по земле», как змеи (сн.Вт. 32, 24).«Трясясь, выйдут из своих укреплений, устрашатся Иеговы Бога нашего», с трепетом притекут к Нему, как к единственному Помощнику и Спасителю, «и убоятся Тебя» (7, 15—17). Делая в последних словах обращение к Богу, пророк заключает свою книгу хвалебною к Богу песнью (ст. 18—20). «Какой Бог, как Ты», взывает он, «прощающий беззакония, не вменяющий преступления остатку наследия Твоего» (Исх. 34, 6. 7)? Какой бог может сравниться с истинным Богом в Его существе, в Его благости и в Его милосердии? Он «обратится»с своею милостью к нам и помилует нас; повергнет на землю беззакония наши», своим милосердием уничтожит силу и владычество грехов наших над нами, «и погрузишь Ты»,Иегова, (пророк делает быстрые переходы то от народа к Богу, то от Бога к народу, обращаясь в кратком своем славословии то к тому, то к другому) «в пучины морские все грехи их», погрузишь подобно тому, как во дни древние быль погружен в море и уничтожен в нем притеснитель и владыка Израиля, Фараон египетский (Исх.

 

 

48

15, 5, 10).«Ты явить верность своим обетованиям,исполняя их Иакову, и милость Аврааму», или собственно явишь милость от Иакова и Авраама происшедшему народу Богоизбранному (сн. Исх. 41, 8), «как клялся отцам нашим от дней древних» (сн. Быт. 22, 16). Таковое возвышенное славословие Господу составляет заключение не только последней речи пророка, но и всей его книги; новозаветное параллельное ему место находится в посл. к Римл. 11, 33—36. Возвещаемое же в этом послании 11, 25 26, апостолом определение Божие о принятии Израиля в общество Господне после того, как войдет в пего полнота язычников, проясняет нам цель и конец путей Божиих относительно Своего народа и заставляет исполнение высказанных в последней части речей пророка обетований относить по преимуществу ко временам новозаветным. И то, что было говорено об исполнении обетовании, заключающихся в предшествующих речах, во всей силе приложимо и к обетованиям последней речи; а потому мы и не касаемся здесь подробностей исполнения сих обетовании, как уже высказанных выше.

Из предложенного обозрения содержания трех речей книги пророка Михея можно видеть внутреннее, взаимное отношение этих речей одной к другой. В первой речи преобладает угроза Божиим судом народу Израилеву, во второй господствует возвещение тому же народу Мессианского спасения, в третьей следует увещание этого народа к раскаянию во грехах и смирению под карающею десницею Господа, чтобы чрез это раскаяние и смирение умилостивить Господа и сделаться участником в обетованном спасении. Из предложенного обозрения видно и то, что пророк Михей в ясности и определенности Мессианских предвозвещений, равно как и в силе и энергии, с каковою он поражает грехи и преступления народа, не уступает своему современнику, пророку Исаии и в последнем пункте, т. е. в поражении грехов и преступлений отличается от Исаии существенно тем, что поражает главным образом религиозную и нравственную развращенность начальников народа, но не касается политической стороны их жизни, как делает это Исаия.


Страница сгенерирована за 0.39 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.