Поиск авторов по алфавиту

Автор:Поспеловский, Дмитрий Владимирович

Поспеловский Д.В. Некоторые проблемы современной Русской Православной Церкви

 

Разбивка страниц настоящей электронной статьи соответствует оригиналу.

 

Д. В. ПОСПЕЛОВСКИЙ

 

НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ
ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ — ЕЕ ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ, КУЛЬТУРЫ, ОБРАЗОВАНИЯ

Наблюдения посетителя и лектора русских духовных
учебных заведений

Проблемы восстановления Православия в странах СНГ в значительной степени вызваны изоляцией общества в бывшем СССР — в том числе Русской Православной Церкви, ее пастырей и паствы — от тех процессов в духовной жизни стран христианской цивилизации, которые произошли с 1917-го года, а именно их секуляризации. В России секуляризация началась при Временном Правительстве и непременно произошла бы, возможно с сохранением за Православной Церковью статуса первой среди равных, как постановил Собор 1917-18 года; но, как мы знаем на примере целого ряда современных европейских стран, сохранивших даже официально статус государственной Церкви за исторически-национальной религией, это не помешало реальной на практике секуляризации этих государств. В СССР же сначала было почти поголовное уничтожение церкви под именем секуляризации, а с 1943-го года некий неравный и, по меткому выражению покойного петербургского протоиерея и узника сталинских лагерей Медведского,1 незаконный брак между атеистическим государством и Церковью, а не отделение Церкви от государства.

Так общественность Советского Союза проглядела секуляризацию, неправильно принимая советскую политику за таковую. Проглядела она и наступление так

1 Его «доверительное сообщение» Ленинградскому уполномоченному СДР Г. Жаринову, 10-1. 68 г. По его словам, так рассуждают многие священники, что если до революции был брак законный (? — ДП), то советская церковная политика — это брак незаконный, а не отделение Церкви от государства. Госархив Рос. Федерации, Ф. 6991, оп. 6, д. 154, лл. 115-122.

198

 

 

называемой пост-христианской эры, предполагая, что «за бугром» процветает и развивается христианская культура. Историческая память напоминала о дореволюционной эпохе, как о каком-то райском времени для верующих по сравнению с советским. Подсоветский «антисоветский человек» полагал, что то было нормальное состояние христианских государств и что таково же приблизительно положение религий в современных некоммунистических странах. Поэтому, когда в 1988 году стала определенно меняться государственная политика по отношению к Церкви, а само коммунистическое государство на глазах разваливалось, подсоветский человек ожидал от Запада полного сочувствия и поддержки возрождению и восстановлению Православной Церкви в России. Статус Церкви он представлял себе в качестве противоположности ее положению при коммунистах, т. е. более-менее в качестве государственной, что-то похожее даже не на реальное дореволюционное ее положение, когда она была зажата в тисках государственной бюрократии и ей подчинена, а на положение господствующей государственной Церкви, каковой ее рисовала лживая большевистская пропаганда. 2 Эта своеобразная идеализация дореволюционной эпохи и задала тот право-монархический дух, который характерен для большинства православной паствы и значительной части духовенства современной России. Неожиданным и разочаровывающим в Западе для русских верующих оказалось открытие западного пост-христианства, религиозного безразличия и всеядства, наплыв оттуда масс каких-то непонятных сектантов-фундаменталистов и непосредственного духовно-разлагающего зла в виде всевозможных оккультов-кришнаитов, мунистов и пр. На этих настроениях и паразитируют сегодня всевозможные красно-коричневые политиканы, прикрывающиеся знаменем православия.

2 Такое стремление к государственной Церкви особенно заметно среди мирян, что пишущему эти строки приходилось наблюдать на нескольких церковных конференциях в России. Духовенство относится к перспективе государственной Церкви весьма скептически; а Патриарх несколько раз высказывался решительно против нового симбиоза Церкви и государства. Церковь отделена от государства, но не от народа и не от национальной жизни, по его формуле.

199

 

 

Когда в связи с тысячелетием крещения Руси о Церкви заговорили все советские средства массовой информации, а представители церковного руководства и даже просто священники замелькали на экранах телевизоров, взоры многих и многих, в том числе и нерелигиозных людей, обратились к Церкви с надеждой получить от нее живительные соки духовного и нравственного обновления нации. Народ, да и власти, перед лицом катастрофически растущих преступности, алкоголизма, нравственной безответственности обезбоженного народа, ожидали от Церкви чуда. Только чуда. Ведь рациональная логика не могла допустить, что Церковь, которую в течение семидесяти лет обескровливали, лучших пастырей которой систематически уничтожали, которую лишили печатного станка и права обучать основам вероучения мирян, а кандидатов в священники — каким-либо наукам, кроме необходимых для требоисполнения, что Церковь, доведенная до такого состояния, может вдруг подняться во весь рост и духовно возглавить, возродить народ, замордованный коммунистической пропагандой зла, ненависти, подозрительности.

Чуда не произошло. Вернее, чудо уже в том, что Церковь не погибла и сегодня дает немало здоровых ростков, хотя плевелы и виднее. Но того чуда, которого от нее ожидала нация, не произошло: современная Русская Православная Церковь не стала той мощной духовной силой, которая повела бы и направила на путь духовного исцеления верующих, а неверующих — к массовому воцерковлению.

Первым важным признаком изменения положения Церкви в тогда еще Советском Союзе был юбилейный собор 1988 года. Чтобы как-то решить наболевшие за 70 лет вопросы, быть может и не потребовалось бы тех 13 месяцев, в течение которых великий московский Поместный Собор 1917-18-го гг. успел осуществить примерно 70% своей программы, пока большевики не вынудили его распуститься. В 1988-м году достаточно было бы представить решения того московского собора на рассмотрение нынешнего. Что-то изменить, что-то приспособить к современным условиям и попытаться закон-

200

 

 

чить работу тогдашнего собора, сорванную большевиками? Но несомненно необходим собор, рассчитанный на несколько месяцев, на котором все стороны могли бы высказаться, решения которого поэтому имели бы силу подлинного соборного голоса всей Церкви, т. е. духовенства и мирян, а не одного епископата. Трех-четырехдневные соборы в лучшем случае дают лишь епископату, вернее патриаршему Синоду, некоторое представление о настроениях на периферии, наиболее острых проблемах — на основании нескольких десятков выступлений с мест. Тем не менее Собор 1988-го года — первый собор в Русской Церкви с 17-го века, не связанный с избранием патриарха, — не был пустой декорацией к празднованию 1000-летия. На нем при всеобщей поддержке были отменены навязанные Церкви безбожной властью в 1961-м году поправки к Положению об управлении Русской Православной Церкви, которые лишали всякой власти и епископов, и настоятелей приходов за исключением т. н. «отправления культа». Вся реальная власть в приходе переходила в руки приходского совета из трех человек, который мог приступить к исполнению своих обязанностей, только если местный райсовет одобрял лиц, в него входящих. В результате приходами правили ставленники местных коммунистических структур, часто люди неверующие, обкрадывавшие церковную кассу, делясь при этом с местными коммунистическими начальниками. Нельзя было даже собрать приходское собрание без разрешения местного совета, так что и сменить состав тройки, управлявшей храмом, не могли без разрешения председателя райсовета ни прихожане, ни священник.

Юбилейный собор — и это крайне важно — принял новый «Устав об управлении Русской Православной Церкви»,4 который по своему содержанию и более совершенен, и ближе к соборности, чем «сталинское» Поло-

3 Среди нерешенных тогда тем повестки были вопросы литургической реформы, в том числе богослужебного языка и календаря, а также вопрос возрождения института диаконисе в Церкви — эти темы являются злободневнейшими вопросами бытия Церкви сегодня.

4 Странный образец утраты чувства языка у его составителей: управление Церковью, а не Церкви (управляют чем, а не чего!).

201

 

 

жение 1945-го г., предельно централизованное, не предусматривавшее ни церковных судов, ни периодичности соборов, ни даже обязательности епархиальных советов. Все это есть в новом уставе: поместные соборы должны созываться не реже одного раза в 5 лет, соборы всего епископата — не реже одного раза в два года, епархиальные и приходские собрания не реже раза в год; при епархиальном архиерее должен быть епархиальный совет, созываемый не реже двух раз в год. Ни у каких гражданских властей Церковь не должна испрашивать каких-либо разрешений на созыв собраний или соборов, на выбор тех или иных лиц в приходской или епархиальный совет. Настоятель прихода снова становится председателем приходского совета и приходских собраний.

Нельзя отрицать, однако, что этот устав значительно уступает и по соборности, и по своей относительной недоговоренности Приходскому уставу и другим определениям Собора 17-го-18-го гг., касающимся структуры Церкви. Например, определения того великого собора предусматривали участие мирян в выборе кандидатов на служение епархиальным архиереем, а тем более в выборе приходскою настоятеля. 5 Устав утверждал несменяемость причта прихода иначе как по суду или по ходатайству самого члена причта и закреплял приходской храм и все его движимое и недвижимое имущество за приходом, оговаривая: «В случае прекращения существования прихода... все храмовое и приходское имущество передается распоряжением епархиальной власти другому храму и приходу» и добавляется: «Приходский храм и приход являются особыми юридическими лицами». 6 Все весьма ясно и определенно.

Ничего такого определенного о правах прихода и причта нет в Уставе 1988 г. Но это и понятно. Ведь когда принимался этот устав — кстати, несмотря на краткость и поместного собора, и предсоборного архиерейского собора, споры по отдельным частям устава были, благодаря которым, например, интервалы между соборами

5 «Приходский устав Православной Церкви», гл. III, п. 15. Варшава, 1922, с. 9.

6 Там же, п. 16 и гл. I, соотв. пп. 6 и 7.

202

 

 

были сокращены вдвое — так вот, когда принимался устав, у власти еще были коммунисты, ни приход, ни вся Церковь не были юридическими лицами и следовательно не могли быть собственниками недвижимости. Священнослужители же перемещались с места на место по произволу уполномоченных Совета по делам религии, т. ч. ни о каком постоянстве места служения не могло быть и речи.

Но вот с тех пор прошло шесть лет, Церковь по государственному законодательству 1990 г. получила статус юридического лица со всеми вытекающими из этого правами, но имущественные права прихода, равно как и права духовенства на всех ступенях по отношению к своей вышестоящей власти до сих пор никак не определены. Все остается централизованным по советской структуре, где у каждого священнослужителя есть права только по отношению к нижестоящим инстанциям и лицам.

У Церкви сегодня, как и у всего российского общества, масса проблем. Далеко не последняя из них — финансовая. И нет из нее простого выхода в условиях нынешнего обнищания большинства прихожан; хотя непонятно, почему не вводится существующее во всем христианском мире понятие прихожанина не только как потребителя святых Таин Христовых, но и как обязующегося вносить свою посильную, но регулярную лепту на содержание храма и духовенства. Только имея такие обязательства может приход иметь свой определенный бюджет. Прихожанин почувствует полностью свою ответственность за храм, духовенство и их судьбу, только если он будет знать, что этот храм принадлежит общине, в которой он состоит и что пока существует приход, никто не может посягнуть на этот храм и все принадлежащее ему — ни государственная власть, ни патриарх. Об этом писалось еще в годы обсуждения и подготовки собора в начале века, да и во время обсуждения необходимых церковных реформ при Александре II. 7 Говорилось, что

7 См. след, книги А. А. Папкова: 1. «Начало возрождения церковноприходской жизни в России», Москва, 1900; 2. «Церковно-общественные вопросы в эпоху Царя-освободителя», С. -Пбг., 1902. А также; «Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе»,

203

 

 

до тех пор, пока приход не является юридическим лицом с правом неотчуждаемой собственности, прихожане не начнут заботиться о храме, не будут чувствовать собственную ответственность за него. И наоборот, приход начнет обрастать собственными благотворительными, культурными и прочими учреждениями, получать в дар доходные наделы земли и постройки в качестве пожертвований состоятельных лиц, чувствующих конкретную свою принадлежность к нему.

Ничего этого, никаких имущественных гарантий, нету сегодня у прихода. Вот конкретный случай с приходом и общиной московского священника о. Георгия Кочеткова. Экономист по образованию, пришедший в Церковь взрослым, о. Георгий бросает светскую карьеру и поступает в Ленинградскую Духовную академию. Там он с несколькими друзьями создает подпольные катехизаторские курсы для взрослых. Об этом со временем узнает КГБ и добивается его изгнания из академии. Несколько лет мирянин Георгий Кочетков мыкается с волчьим билетом в Москве, работает церковным сторожем и сколачивает вокруг себя снова подпольные катехизаторские курсы по подготовке взрослых к крещению. Наконец, в 90-м г. рукополагается в священники и получает развалину бывшей церкви в Электроуглях под Москвой. В 91-м году ему удается получить небольшую часть прекрасного храма начала 17-го века Сретения Владимирской иконы Богоматери, что на Большой Лубянке, — на три четверти храм занят уродливыми отсеками реставраторов. Школу свою он регистрирует в Москве, под именем Высшей православно-христианской богословской школы, в которой Ι-ый курс — катехизаторский, подготовительный ко крещению, остальные три или четыре богословские, дающие все необходимые знания для современного священнослужителя-миссионера. Община его растет из нескольких десятков в 90-м году до полутора тысяч к 94-му. Только к началу 93-го года о. Георгию удалось добиться очистки всего храма от реставрационных мастерских.

3 тома + том приложений. С.-Пбг., 1906; С. Д. Бабушкин «Церковноприходская община и земский собор», Казань, 1905; «Преобразования в Русской Церкви», п. /ред. Н. Д. Кузнецова, М., 1906 и др.

204

 

 

Приведение храма в должный вид, приобретение нужных икон и всего прочего стоило колоссальных усилий и затраты немалых денег. Ко времени окончания этих работ храм уже не вмещал всех прихожан. И вот буквально на расстоянии одного квартала от него о. Георгию удается получить другой храм, немного поменьше этого, в котором размещался морской музей. О. Георгий надеялся, что московский епархиальный архиерей, которым является сам Патриарх, рукоположит одного из его воспитанников священником в этот второй храм. Но получилось совсем не так. Красно-коричневый Союз православных братств развернул бешеную кампанию клеветы против о. Георгия и его общины за следующие его «ереси»: русификация богослужебного языка, причащение за каждой литургией почти всех прихожан, требуемый священником уход из храма некрещеных и оглашаемых после возгласа «Оглашенные, изыдите!», а при возгласе «Двери, двери!» закрываются двери в храм. Не нравится красно-коричневым, по-видимому, и всеобщее пение, всеобщее целование после возгласа «обымем друг друга», чтение Евангелия и Апостола не только по-русски, но и лицом к верующим, так, чтобы все слышали и понимали Священное писание, и разделение прихода на малые группы, каждая из которых встречается раз в неделю на дому для совместной вечери-агапе. Надо сказать, что приход его состоит не менее чем на 90% из неофитов, среди которых немало евреев. И вот на о. Георгия набросились антисемиты, обвиняя его (заодно с покойным о. А. Менем) в ереси «жидовствующих» и пр. чепухе. И вот в феврале 1994 г. о. Георгий получает Указ Патриарха сдать храм монашеской общине, образующей в нем подворье Псково-Печерского монастыря, а со своей общиной переселиться в вышеуказанный храм, который еще предстоит переоборудовать и очистить от следов музея.

Что касается городских властей Москвы, то храм был передан общине, а не Патриархии, и если бы о. Георгий был «обновленцем», как его обвинял Союз братств, то он мог бы преспокойно оставаться со своей общиной в храме, но, как и подобает православному пастырю, он кротко подчинился указу Патриарха. Однако того энту-

205

 

 

зиазма, с которым община была готова жертвовать всем на обустройство первого храма, у нее уже не было. «Вот и этот храм, после того как мы приведем его в божеский вид, у нас отберут», — говорили многие. Решение о передаче Сретенского храма патриархия объясняет тем, что там до большевистского разгрома был монастырь, а патриархия приняла решение по мере возможности возвращать все монастыри и монастырские храмы монашеским общинам. Но московские верующие относятся к этому объяснению скептически, зная, каким монахам передан храм. Говорят, что возглавитель Подворья, иеромонах Тихон, изгонялся уже из двух монастырей за пьяные дебоши. Как бы то ни было, но остается вопиющий факт полного пренебрежения к труду, усилиям, денежным расходам людей, да и к принципу собственности, владения, с руки большевикам, но никак не Церкви.

Вероятно случай со Сретенским храмом, получивший очень широкую огласку как в России, так и за рубежом, сыграл некоторую роль и в том, что Государственная Дума 20 июля 1994 г. отклонила составленный или во всяком случае одобренный Синодом законопроект «О признании имущественных прав российских религиозных объединений», причем таким огромным большинством (450 против 63), что явно против проекта голосовали и православные члены Думы, которые в принципе за то, чтобы Ельцинский указ о передаче всего бывшего церковного имущества Церкви начал бы наконец систематически проводиться в жизнь,8 но которым надоела келейность принимаемых Синодом решений. Дело в том, что по старой памяти законопроект был подготовлен без какой-либо консультации с соборным голосом всей Церкви. Составленный в синодальных кулуарах законопроект формально собственником церковного имущества называет как будто в равной степени патриархию («религиозные центры») и конкретные религиозные объединения («приходы, монастыри, братства» и т. д.). Такая неопределенная двойственность на практике

8 См.: Глеб Якунин — Об имущественных правах Русской Православной Церкви и их законодательном регулировании. Обращение к правящим архиереям. «Русская мысль», 20-26. Х. 94, с. 8.

206

 

 

явно — ив этом убеждает прецедент со Сретенским храмом — выразится в папистской формулировке, где все церковное имущество принадлежит церковному центру. Именно против этого и за восстановление соборности боролись светлые силы в Русской Церкви накануне Собора 1917-го года и в значительной степени добились восстановления соборного принципа в приходском уставе того собора. Так зачем же возвращаться снова в латинское пленение, как называет о. Георгий Флоровский более чем двухвековое влияние католического и протестантского богословия в православии, из-под которого оно начало освобождаться лишь со второй половины XIX века?

Итак, Устав 1988 года безусловно уступает Уставу 1918-го года, и не только формально, но и духовно. В Уставе 1918-го года самое ценное содержится в пространных Введении и Приложениях к нему, где в сжатом виде изложена богословская суть храма как христианской общины и как мистического тела Христова. Есть там и основы пастырского богословия, указывающие пастырю на необходимость духовного воспитания хотя бы части прихожан, чтобы устав мог полностью заработать. Рекомендуется пастырю «от своего личного пастырского воодушевления вложить “дух жизни“ в сухие кости положения о православном приходе». 9 Устав же 1988 г. (правда, это общий Устав Церкви, а не только прихода) написан сухим светско-юридическим языком. И тем не менее, устав есть, и он значительно лучше предыдущих документов возрожденной после Второй мировой войны Московской Патриархии. Все необходимое для нормальной жизни Церкви в нем есть, предусмотрено в том числе и формирование церковного суда на всех ступенях. Казалось бы, с падением коммунистического контроля за Церковью все, что надо, это добавить несколько небольших поправок (как то: вопрос о приходской собственности) и жить по нему. Но беда не только в том, что поправки эти до сих пор не внесены (и надо надеяться, что назначенный на конец 1995 г. Поместный Собор

9 Указ, ист., сс. 1-6.

207

 

 

внесет эти поправки10), а в том, что и в первоначальном виде этот Устав не соблюдается.

Так, до сих пор нет нормальных церковных судов. Архиереи либо деспотичны, либо предоставляют приходскому священнику полную независимость, а епархии — анархию. Если священник уж слишком распоясывается и на него катятся жалобы прихожан, его снимают, переводят заштат или лишают сана административным путем, без всякого судебного разбирательства, что превращает даже заслуженно наказанного священника в «невинно пострадавшего», которого нередко принимает в сущем сане другой епархиальный архиерей или такие раскольничьи группировки, как Зарубежная Карловацкая и ее российский филиал под названием «Свободная Российская Церковь». В крайнем случае такой священник подается в одну из трех украинских автокефальных юрисдикций или в модные теперь, когда за это ничего не грозит, всевозможные «катакомбные» группировки. Наглядный случай произошел с курским священником — Львом Лебедевым, который до своего богословского образования окончил истфак МГУ, где был комсоргом исторического факультета, затем работал научным сотрудником Истринского музея (Новоиерусалимский м-рь). Но всюду за ним тянулась запойная болезнь с психическими осложнениями. И в университетские и семинарские годы его отчисляли и направляли на лечение в санатории. 11 И вот в году 1991-м Курский архиепископ Ювеналий,12 проезжая на машине, увидел лежащего на обочине дороги о. Льва совершенно пьяного, но в рясе и с крестом, за что он тут же был окончательно отчислен заштат. После этого Лебедев переходит в Карловацкую юрисдикцию и даже печатает в Монреальском издатель-

10 О сроках Собора объявлено Синодом 5. Х. 94 г.: ОВЦС, Служба коммуникаций. 13. 10. 94.

11 Медицинский диагноз: параноидальная психопатия на почве хронического алкоголизма. Рапорт Трушина, П. Андреева и Позднеева, СДР. Госархив Российской Федерации (ГАРФ), фонд 9661с, оп. 6, д. 91, лл. 3-7, 1967 г.

12 Автору эту версию подтвердил лично владыка Ювеналий, человек честный и преданный Церкви, за что весьма пострадал в хрущевские годы.

208

 

 

стве митрополита Виталия брошюру — «Почему я перешел в Русскую Зарубежную Православную Церковь», весьма убедительно подводя принципиальные доводы своего, якобы, добровольного перехода. Писать-то он умеет!

Еще более отвратительная история получилась с бывшим архимандритом Адрианом в подмосковном городе Ногинске (Богородск). Человек очень талантливый как администратор и организатор, он сумел в годы перестройки получить закрытый до того главный собор города, несколько зданий под церковные нужды, создал две приходские школы разных ступеней, собирался открывать целую семинарию, наладил бесплатную кухню -столовую для бедных. И вдруг скандал: жалобы сотен родителей на изнасилование Адрианом школьников. Его епархиальное начальство действует по старой памяти келейно и полумерами — приказывает ему перейти в Симбирский собор одним из священников под наблюдение настоятеля и тамошнего епископа. Адриан отказывается уходить из ногинского собора. Местные власти, давно им подкупленные, держат его сторону, часть родителей -очевидно тех детей, которые не пострадали, — тоже на его стороне: школа у него хорошая. Прикинувшись невинным страдальцем, он переходит в январе 1993 г. в т. н. «Свободную» Церковь, возглавлявшуюся тогда в России епископом Валентином Суздальским (карловацкой хиротонии). Но уже через два месяца Зарубежный Синод, разобравшись, в чем дело, запрещает его в служении «на основании весьма тяжелых нравственных проступков». Заодно запрещен Карловацким Синодом в служении был и его суздальский епископ, якобы тоже за аморальные поступки. Но тут дело было в том, что епископ Валентин совместно с карловацким священником из Вашингтона Виктором Потаповым и Манхеттенским карловацким епископом Иларионом на пресс-конференции в Москве в ноябре 92-го года осудил карловацких священников в Москве (Аверьянова и Поздняева), а также наезжавшего в Москву карловацкого Каннского епископа Варнаву в антисемитизме и поддержке фашистской организации «Память». В результате Валентин собрал

209

 

 

летом 93-го года соборик примерно 65 карловацких приходов в России, на котором было постановлено порвать связь с Карловацким Синодом и объявить временную автокефалию. И вот в эту-то независимую «Свободную Русскую Церковь» Валентин принял Адриана в сущем сане архимандрита. Но уже 23 января 94-го г. Валентин запрещает Адриана в служении «за нарушение апостольских правил и святоотеческих канонов, а также за допущение нерукоположенных лиц к священнослужению и наложению прещений без архиерейского одобрения». После этого Адриан отправляется в Киев к низложенному бывшему митрополиту Филарету и там получает архиерейскую хиротонию со званием Российского Экзарха Киевского Патриархата. 13

Скорее всего таких скандалов не было бы, если бы существовал ответственный, открытый и авторитетный церковный суд на всех уровнях. Тогда и киевский Филарет был бы своевременно низложен с соблюдением всех канонов и правил, к тому же задолго до 1992 г., когда патриархия и собор архиереев решились на низложение митрополита только после того, как его разоблачение в светской печати сделало его пребывание в составе патриаршего епископата невозможным. Будучи формально монахом, он жил с женой и нажитыми с ней детьми. Жена эта, шантажируя его, фактически управляла Украинской Церковью, назначая и снимая епископов и священников руками своего мужа. По документам КГБ, Филарет был одним из самых ретивых и исполнительных его сотрудников. Церковью он управлял, как своей вотчиной, наказывая и изгоняя духовенство за малейшую критику или несогласие с ним. На Церкви он нажил себе миллионы и жил в роскоши, а когда его сняли, оказалось, что счет митрополии в банке был на его имя и он

13 М. Поздняев — Как протопоп Аверьянов с патриотом Васильевым президента Ельцина на ум наставляли. «Русская мысль», 27. 3. 1992; А. Гришин — С Богом, но без «Памяти». «Литгазета», 18. XI. 92; С. Бычков — Воскрешение мифа. «М. нов.», 7. 3. 93; В. Потапов — «Русская Зарубежная Церковь: два документа». «Р. м.», 21-27. 5. 93; Р. Вершилло — Зарубежная Церковь поделилась на чистых и нечистых. «Сегодня», 6. 7. 93; ОВЦС Московского Патриархата, Отдел коммуникаций, 4. 2. 94.

210

 

 

снял всю кассу митрополии, оставив своего преемника, митрополита Владимира, без гроша.

За закрытыми дверями Собор 92-го года единодушно осудил Филарета и взял с него обещание под присягой на Евангелии, что по возвращении в Киев он созовет собор украинского епископата, подаст в отставку и предложит избрать себе преемника. Но открыто, для внешнего мира, заявление Собора гласило, что Филарет уходит по собственному желанию, и даже выражало ему благодарность за его служение Церкви. Это и дало возможность Филарету по возвращении в Киев заявить, что «москали» его заставили подать в отставку за его украинизацию Церкви, хотя на самом деле до 91-го года он был гонителем украинофилов и отказывался не только служить, но и проповедовать на украинском языке. Под предлогом того, что присяга, данная под насилием, недействительна, Филарет объявил о создании автокефального Киевского Патриархата, получив всецелую поддержку от своего друга — президента Кравчука, и силовых структур, как украинского государства, так и националистических движений. Путем физических нападений на храмы и верующих и силовых захватов за первый год своего существования непризнанный ни одной поместной православной Церковью «киевский патриархат» разросся до полутора тысяч приходов. Этому помог автокефальный раскол, учиненный Житомирским архиепископом Иоанном (Бондарчуком) еще в 1989 г., который признал своим возглавителем ныне покойного митрополита Мстислава (Скрыпника), главу зарубежной Украинской Автокефальной Церкви, торжественно интронизовав его в Киевской Софии в 90-м году в качестве Патриарха Киевского и всея Украины. Эта автокефалия тоже признания не получила, т. к., хотя сам Мстислав был канонической хиротонии Польской Православной Церкви, но, возродив украинскую автокефалию на Украине под немецкой оккупацией, он без перерукоположения принимал духовенство Липковских «самосвятов». 14 Так вот Филарет объявил себя

14 Термин этот восходит к 1921 г., когда на первом Киевском соборе по созданию Украинской автокефальной Церкви (УАПЦ) не оказалось ни одного архиерея. Тогда приходские священники и миряне возло-

211

 

 

в 92-м году экзархом патриарха Мстислава (поскольку 90-летний «патриарх» сразу после интронизации вернулся в свою резиденцию в штате Нью-Джерси). Но разобравшись, в чем дело, Мстислав отрекся от Филарета в 93-м г., призвав его подчиниться прещению, наложенному на него его каноническим начальством, обратившись одновременно к Кравчуку с призывом узаконить «подлинную» Украинскую автокефальную Церковь со своим центром во Львове, которая порвала с Филаретом по его, Мстислава, указанию. 15

Филарет, как и следовало ожидать, не подчинился распоряжению Мстислава. Однако после его смерти, в июне 93-го года, две упомянутые автокефальные Церкви окончательно разделились. Каждая созвала по собору и избрала себе по патриарху. Львовская УАПЦ, в то время примерно с 500-ми приходами избрала 77-летнего, священника Петра Ярему, ставшего патриархом Димитрием. Собор же «Киевского патриархата» избрал узника брежневских концлагерей священника Василия Романюка, который стал «патриархом» Володымером. Хотя Филарету так и не удалось стать патриархом, но больной алкоголик Романюк оказался сразу же пленником Филарета. 16

Если в Центральной Украине (Приднепровье, Волынь, Подолия) к помощи ОМОНа и военизированных нацистов-бендеровцев прибегали филаретовцы — и все же на 1994 г. подавляющее большинство приходов, около 5. 500, осталось у канонической Украинской Православной Церкви Московского Патриархата (УПЦ-МП), — то в Галиции, где у власти находятся националисты-униаты,

жили руки на женатого протоиерея Василия Липковского и провозгласили его митрополитом — главой УАПЦ. Затем он уже хиротонисал последующих епископов УАПЦ. Поскольку этим была нарушена апостольская преемственность епископата, эта Церковь, а от нее и автокефалия Сикорского-Скрыпника, по сей день не признана ни одной поместной Церковью.

15 8-страничная брошюрка под названием «Украïнська автокефальна православна Церква», без даты и места издания, рассылавшаяся, по-видимому, самим «патриархом», вернее, его канцелярией.

16 "Some Insights into Strife Dividing Church in Ukraine". The Church Messenger. Johnstown, Pa., 21 November 1993, pp. 4; 8. Статья дает совершенно нереальные цифры: 3 000 приходов у Филарета и 1. 500 у УАПЦ.

212

 

 

теми же методами против местных православных действовали униаты во главе с «Союзом защиты Украинской католической Церкви», действовавшим силовыми методами под командой бывшего узника брежневских лагерей Ивана Геля, прославившегося в лагерях избиениями украинцев за дружбу с русскими и евреями. 17 Униатское наступление шло не так под богословскими, как под националистическими лозунгами, отожествлявшими православие с Москвой и чуть ли не с коммунизмом до тех пор, пока не появилась УАПЦ, которую обвинить в москвофильстве уже не было никакой возможности. Разрыв этой группировки с Филаретом и ее, так сказать, коренизация во Львове, по-видимому, окончательно остановили рост униатства. И по данным 1992 года даже в самом Львове униатских церквей всего 20 против 20 приходов УАПЦ, 1-го УПЦ-КП и 1-го УПЦ-МП. По всей Львовской области более 800 православных церквей (из коих 65 Московской патриархии) против 1200 униатских; украинское же население состоит на 42% из православных и на 45% из униатов, а если прибавить к этому местное русскоязычное население, составляющее 15% жителей города Львова и менее 5% — жителей области, и учесть, что более 70% из них назвали себя православными, то значит, что даже в такой колыбели униатства, как Львовская епархия, православных и униатов примерно поровну. 18

В отличие от филаретовцев, которые проявили себя гонителями и УПЦ-МП, и УАПЦ, между Львовской УАПЦ и Украинской Православной Церковью Московского Патриархата неофициально сложились приличные отношения. Так, был случай совместной пресс-конференции в Киеве в 93-м г., где представители обеих Церквей требовали прекращения гонений, а представитель УПЦ-

17 В частности, он избил и о. Василия Романюка, нынешнего филаретовского «патриарха». Мордовские лагеря. «Хроника текущих событий», № 47. Переиздание Хроники-пресс Валерия Чалидзе, 1978 г.

18 Данные из исследовательской работы Ian Bremmer. “Post-Soviet Politics and Political Integration in Lviv“. Working Papers in International Studies, 1-94-13. Hoover Institution, Stanford, October 1994, pp. 7 & Table 4. 1; а также из частного письма православного священника Тернопольской епархии, Олега Плаксия. Сентябрь 1994 г.

213

 

 

МП — ректор Киевских духовных академии и семинарии протопресвитер Александр Кутелис — заявил, повторяя слова своего митрополита, что и УПЦ-МП за автокефалию, но за канонический путь к ней, через поместный собор, и тогда, когда автокефалия не вызовет раскола в Церкви. 19 Однако о сослужении духовенства обеих Церквей пока не может быть и речи. Не только из-за связи с неканонической эмигрантской Украинской Автокефальной Церковью. Эту преграду можно было бы и перешагнуть, ибо, как было указано выше, хиротония Мстислава была каноничной и ни одного священнослужителя липковского рукоположения среди духовенства УАПЦ на Украине больше нет. Но дело в том, что в 1989-м году возрождение УАПЦ началось с того, что взбунтовавшийся Житомирский архиерей Иоанн пригласил некоего Викентия из Тулы, называвшего себя катакомбным архиереем, и совместно с ним высвятил первых епископов для УАПЦ.

На самом деле Викентий — бывший диакон Тульской епархии Московской патриархии, лишенный сана за изнасилование мальчиков, за что отсидел и срок в лагерях. Около 1988 года он отправился в центр Карловацкой Церкви в США, но там его катакомбным архиереем не признали. Потерпев фиаско на этом фронте, он в 90-м году объявил себя греко-католиком, и униатский Львовский митрополит Стернюк признал его епископомпредставителем Униатской Церкви на Россию, за что Стернюку затем влетело от кардинала Любачивского. Следовательно, епископат нынешней УАПЦ недействителен и должен быть перехиротонисан.

И тут мы опять встречаемся с пагубностью келейно-административных действий Московской Патриархии, с необходимостью наладить авторитетное судопроизводство. Ведь если бы все делалось открыто и был бы церковный судебный процесс над так называемым Викентием, не смог бы он ввести кого-либо в заблуждение. А заявления задним числом, после скандала, что мы-то всегда его знали, он такой-сякой, всегда вызывают недо-

19 А. Терехов — Стань преградой на пути вражды. «Огонек», апрель 1993, с. 22.

214

 

 

верие. Естественно, где-то в середине 80-х гг., когда был расстрижен псевдо-Викентий, у Церкви не было прав на собственное судопроизводство, но теперь-то эти права есть. А ведь как рассказывают в патриархии, этот Викентий работал прорабом на восстановлении Данилова монастыря. Прокрался. Его тихонько рассчитали, чтобы избежать скандала. Вот после этого он и превратился в катакомбного «епископа». А если бы судили открыто, никакой истории с фальсификацией епископства не могло бы быть. 20

Что касается филаретовцев, то, несмотря на поддержку Кравчука, это церковное объединение начало распадаться почти за год до падения Кравчука. В феврале 1994 г. пять филаретовских епископов, во главе с митрополитом Антонием (Масендич) — председателем ОВЦС «киевского патриархата» — перешли в Московскую Патриархию, принеся покаяние и приведя с собой 8 монастырей и несколько сотен приходов. По-видимому, не меньшее количество приходов перешло от филаретовцев ко львовской УАПЦ, т. к. к июню 94-го года у Филарета оставалось лишь около 500 приходов, а УАПЦ разрослась до 1. 500. 21

Но вернемся к делам российским.

После кровопролитной конфронтации между президентом и Верховным Советом в октябре 1993 г., в которой священники оказались по обе стороны баррикад, руководство Русской Православной Церкви приняло разумное решение запретить духовенству баллотироваться в законодательные учреждения страны. Этому решению способствовали также многочисленные письма верующих в патриархию, которых возмущали телевизионные кадры дебатов в Верховном Совете, в которых депутаты-священники в рясах и с наперсным крестом, разгоряченные, с пеной у рта нападали на своих политических противников. Это никак не совпадало с традиционным обликом православного священника-примирителя. Приняв и обна-

20 С. Белавенец — И снова самосвяты. «Московский церковный вестник», № 2, 1991.

21 Сведения, сообщенные автору Святейшим Патриархом Алексием II в начале июня 94 г.

215

 

 

родовав в прессе это постановление, Синод вызвал всех священнослужителей, выдвинувших свои кандидатуры в Думу, и предложил им выбор: снять свои кандидатуры или быть лишенными священства. В ответ все священнослужители, за исключением Глеба Якунина, сняли свои кандидатуры. В продолжительной беседе Патриарх предложил Якунину в качестве компромисса войти в исполнительные структуры власти, но только не в парламент. Якунин стоял на своем и за это был лишен сана. Несколькими днями позднее он был в Вашингтоне на конференции22 по вопросам Церкви и государства в СНГ, и там изобразил это снятие сана как некое политическое гонение Синода лично против него за его демократические взгляды и критику синодальной политики. За это сразу же ухватились карловчане и прочие круги на Западе, априорно настроенные против Московской Патриархии, например, т. н. Кестонский исследовательский центр (раньше в пригороде Лондона — Кестоне, а ныне в Оксфорде), упростив все в схему преследования реакционным «полубольшевистским» Синодом старого диссидента и узника брежневско-андроповских лагерей, борца за права человека — Якунина.

И опять же подобным кривотолкам почву дал сам Синод. Тут целый ряд нарушений. Во-первых, запрет на свободное участие духовенства в политической деятельности и государственных гражданских учреждениях сняли Собор 1917-1918 гг. и Указ Патриарха от 8 октября 1919 года, на основании отделения Церкви от государства, которое освобождает Церковь от ответственности за деятельность своих чад как граждан. Никто постановления того собора не отменял, и по канонам они могут быть отменены только собором бо́льшим того собора, на котором эти каноны были установлены. Синод же оправдывал свое решение канонами Вселенских соборов, но, казалось бы, обстановка Собора 1917-18 гг. ближе к современности, чем соборы, происходившие полторы тысячи лет назад, при господстве идеи симфонии Церкви и государства! Во-вторых, лишить сана священника можно лишь за ересь, богохульство или за моральные и

22 В которой участвовал и пишущий эти строки.

216

 

 

прочие преступления, и такие решения должны быть приняты церковным судом, а не административно. За, так сказать, злостное нарушение церковной дисциплины Синод мог запретить Якунина в служении, но лишить сана мог только поместный собор, предварительно отменив определение Собора 17-18-го гг. Если бы существовал церковный суд, Якунин, вместо сенсационных заявлений в прессе и за рубежом, обжаловал бы постановление Синода через церковный суд. Все было бы гласно и ясно, и без скандалов.

Да и Синод сам по себе при его нынешней структуре не может иметь бесспорного авторитета в Церкви, т. к. он сам себя назначает. По определению Собора 7 декабря -1917 г., «Священный Синод состоит из Председателя Патриарха, ... Киевского митрополита, ... шести иерархов, избираемых Поместным Всероссийским Собором на 3 года, и 5 иерархов, вызываемых по очереди на один год». Кроме того, был создан Высший Церковный Совет из 15 членов: «три иерарха из состава Священного Синода, по его избранию, и по избранию ... Поместного собора: один монах, ... 5 клириков и 6 мирян». 23 В нынешнем же Синоде постоянными членами являются, помимо Патриарха, митрополиты Киевский, С. -Петербургский и Крутицкий и по должности — управляющий делами Патриархии и председатель отдела внешних церковных сношений, а также 5 епархиальных архиереев, вызываемых Синодом на одну сессию по очереди. Смешанного же Высшего Церковного Совета в сегодняшней структуре Церкви вообще нет, следовательно, приходское духовенство и миряне не представлены никак. 24

Итак, без постоянно действующего открыто-состязательного церковного суда и без двусторонней связи между высшим церковным управлением и церковным народом и его непосредственными пастырями, вместо полноты церковной, состоящей из духовенства и мирян,

23 Священный Собор Православной российской Церкви «Собрание определений и постановлений». Выпуск 1-й, приложение 2-е. М-ва, 1918.

24 «Устав об управлении...», с. 13. Синодальное издание без выход, данных.

217

 

 

господствует клерикализм и деспотический архиерейский произвол, что никак не способствует ни единству Церкви, ни авторитету самих архиереев, а тем более архиерейского Синода. И церковный организм будет разрываться фракционной борьбой с постоянной угрозой расколов да отколов. Еще молодой архиепископ Сергий, будущий патриарх, писал в «Отзывах епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе», что архиереи не будут пользоваться авторитетом у церковного народа, пока они назначаются бюрократически, пока они не являются избранниками всей церковной полноты, т. е. при участии пастырей и паствы. Только приобретя такой мандат они смогут авторитетно решать вопросы от имени Церкви. Нужно надеяться, что и в этой области произойдут какие-то сдвиги на следующем поместном соборе.

В этих условиях современная Церковь в России в структурном отношении — это некая мозаика, зависящая от личности епископа. Одни епископы — деспоты, но только не в греческом, а русском значении этого слова. Зажимают инициативу священников, мертвят епархию. Даже с самыми лучшими намерениями и искренностью деспотический епископ не может объять собою всю епархию, а держа настоятелей в полном и мелочном себе подчинении, он обрекает их на бездеятельность. Другие епископы не вмешиваются в жизнь епархии, и настоятели делают, что хотят. Деятельные, активные священники предпочитают епископов последнего типа. Епископ нужен, говорят они, чтобы рукополагать священников; а затем, чем меньше он вмешивается в жизнь епархии, тем лучше.

Беда современных духовных школ — это почти полное отсутствие учебников по богословию, хотя, казалось бы, любой специалист своего дела — профессор духовной академии или преподаватель семинарии — мог бы за эти четыре года запросто составить учебник по своей специальности на основании своих лекционных конспектов. И вот один преподаватель МДА наконец выпустил два небольших учебника. Один из них — по истории РПЦ в XX веке — написан с такими оглядками на все возможные и невозможные повороты в церковно-госу-

218

 

 

царственной политике, что фактически студент больше узнает об истории русской Церкви из случайных газетно-журнальных статей на эту тему, чем из указанного пособия. Но и журналы не всегда доступны семинаристам. Так, автор этих строк три года назад подарил библиотеке МДА подборку «Вестника Русского Христианского Движения» лет за 10, но библиотекарь, по-видимому, решил, что этот на сегодня лучший русский журнал религиозной мысли опасен для студентов. О его существовании в библиотеке студенты понятия не имеют25 и в каталог он не занесен. 26 Вместо расширения своего богословского и общекультурного кругозора при помощи таких изданий, как «Вестник РХД», студенты вынуждены, в основном, зазубривать конспекты читаемых на уроках лекций. А Московская Духовная академия, чтобы избежать соблазнов, отменила в 1993-94-м учебном году преподавание философии. В результате преподаватель, читавший курс русской религиозной философии, ведет теперь этот предмет в Московском Католическом колледже; а церковные власти намекают на католический прозелитизм.

Прозелитизм действительно захлестывает страну, и не так католический, как фундаменталистско-сектантско-протестантский, наряду со всякими оккультными учениями, как импортными типа «муновцев», кришнаитов и пр., так и доморощенных вроде «Белого Братства» и «Богородичного центра». Но судя по исследованиям общественного мнения, количественно урожай прозелитов западных конфессий ограничен. Так, если пропорция лиц, причисляющих себя к верующим христианам, среди всего населения России выросла с 27% в 1990-м г. до 40% в 92-м, то к протестантским и католической религиям

25 Данные 1993 г.

26 Так во всяком случае было в начале 1993 г. Кстати, в читальном зале библиотеки были тогда такие газеты, как коммунистическая «Правда», национал-большевистская «Советская Россия», фашистский «День» и ряд других красно-коричневых органов; но ни одной демократической газеты, несмотря на существование еженедельной религиозной страницы в таких газетах, как «Сегодня» и «Независимая газета» и часто появляющихся статей священнослужителей РПЦ в «Московских новостях».

219

 

 

причисляло себя в общей сложности менее 1% (т. е. менее 2,5% из числа верующих христиан) в 92-м г. Однако если в 1990-м г. более 80% верующих назвали себя православными (т. е. менее 18% из совокупного населения), то в 92-м г. православными назвало себя только 15% населения (т. е. 38% из числа назвавших себя христианами). Иными словами, в общем населении страны контингент лиц, причисляющих себя к Православию, сократился на 3% при общем росте верующих христиан за этот же срок почти на 50%. 27

В условиях религиозной свободы и бороться с прозелитизмом, и приводить в Церковь нецерковных христиан может только динамичное миссионерство православной Церкви, идущее в народ и к народу, как апостолы первых веков христианства и как Кирилл и Мефодий среди славян, или русские миссионеры среди сибирских племен, народов Аляски и наконец Японии. Все они начинали с переводов Священного Писания и служебников на разговорные языки этих народов. Но вот те немногие священники — как упомянутый о. Кочетков, духовные ученики и преемники зверски убитого о. Александра Меня и пр., — которые успешно занимаются миссионерством, пользуясь при этом всем понятным русским языком, а не мертвым и непонятным современному человеку славянским, оплевываются Союзом православных братств. Невежественность выступлений глашатаев этого союза и его журнала вызывает подозрения, что это сплошь вчерашние комсомольцы, а то и наспех и только внешне перекрасившиеся активные безбожники. Оперируя знаменами монархизма и наклеивая на каждого несогласного с ними ярлык жидомасонства — даже на Патриарха за его меморандум американскому раввинату, в котором он указал на духовную общность христианства и иудейства через общих ветхозаветных пророков — Союз братств и близкие ему красно-коричневые круги буквально терроризировали церковное руководство. Как же иначе назвать, как не эффектом террора, что один из умней-

27 А. Кырлежев — Бог в эпоху «смерти Бога». «Континент», 1992, N0 2(72), с. 265; С. Филатов и Л. Воронцов — Как идет религиозное возрождение в России? «Наука и религия», 1993, № 5, 1993.

220

 

 

ших епископов современной РПЦ, митрополит Кирилл Смоленский, который на Соборе 1988 года предупреждал против превращения Церкви в музей, указывал на необходимость сделать богослужение понятным современному человеку, отвечающим на его духовные нужды, настаивал на необходимости создания литургической комиссии для обновления богослужения,28 весной 94-го года выступил по телевидению с критикой тех пастырей, которые именно этим занимаются и успешно приводят тысячи новых чад в Церковь. На Соборе 88-го г. тогда еще архиепископ Кирилл правильно указывал: «Если бы мы сейчас пришли в Троицкий собор времен преподобного Сергия, то с удивлением обнаружили бы, что там совершается иное богослужение, чем мы сейчас совершаем». А в 94-м г. на телевидении митрополит Кирилл заявил, что он против экспериментаторства с языком богослужения. Но как же выработать нужный для восприятия современного человека язык, если не проверять его на опыте, тем более, что плодов какой-либо литургической комиссии патриархии, если такая вообще существует, нет пока никаких? До каких пор можно идти навстречу невежественным «охранителям чистоты православия», которых, например, страшно возмущает, что о. Георгий Кочетков заменил слова «о благорастворении воздухов» молитвой «о хорошей погоде», эффект которой почему-то автор статьи считает разрушительным для православия?29 Ведь поддакиванием таким глупостям Церковь будет терять именно тех потенциальных своих чад, о которых митрополит Кирилл печаловался на соборе. Что же касается «красно-коричневых», то если они заподозрили в «ереси жидовствующих» такого «правого» священника, как о. Воробьев, то уж «леваку» — митрополиту Кириллу они никогда не поверят. Вообще, когда читаешь «опусы», появляющиеся в «Вестнике Союза братств» и подобных изданиях, начинаешь подозревать, а не продолжение ли это антирелигиозной кампании большевиков под новым

28 «Поместный собор Русской православной Церкви», Московская Патриархия, 1990, сс. 398-99.

29 С. Носов — О церковном модернизме. «Русский вестник», № 2126, 1994 г.

221

 

 

прикрытием? Стоит просмотреть перечень священнослужителей, которых в журнале оплевывают, и видишь веер лиц самых разнообразных настроений, объединяет которых лишь кипучая просветительско-миссионерская деятельность на ниве церковной и успешность этой деятельности. Отсюда напрашивается вывод, что это продолжение той же кампании за опорочение, а то и уничтожение наиболее активных священников, начатое в посткоммунистическое время убийством о. Александра Меня.

Судя по тому, что герой Союза братств — «благостный», но совершенно пассивный и не способный к какой-либо административно-организаторской деятельности митрополит Санкт-Петербургский Иоанн, эти деятели, точно так же, как доперестроечный Совет по делам религий, готовы терпеть и поддерживать только «попа-требоисполнителя». Митрополит Иоанн, серый, косноязычный человек, масштаба не выше сельского протоиерея, вдруг усилиями пишущих от его имени расистов национал-социалистического направления, превратился и в национального историка, и в некоего «спасителя России» от якобы всемирного жидо-масонского заговора. Пишущий эти строки убедился в неспособности митрополита к членораздельной речи после участия в двух конференциях, в которых участвовал и он. А члены Синода говорят, что когда он выступает на Синоде, то это так нечленораздельно, что приходится догадываться, что он хочет сказать, и договаривать за него. Когда же его упрекнули, что в то время, как Патриарх и остальные члены Синода подписали Ельцинский договор об общественном согласии, он подписал противоположный призыв коммунистов, митрополит открыл рот: «Неужели? А я думал, что подписал тот же призыв к согласию. Я тоже за согласие».

Но взгляните в «Наш современник» и вы найдете там целые тома псевдонаучных, полных фактических ошибок, но выглядящих весьма наукообразно, трудов по историософии России, подписанных митрополитом Иоанном. Митрополит Иоанн стал несменяемым, ибо патриархия боится, что иначе он перейдет к карловчанам и, сделав-

222

 

 

шись знаменем псевдоправославных экстремистов, потянет за собой достаточно невежественного народа, подпавшего под влияние их злобствующей пропаганды. Уход Иоанна, говорят в патриархии, поведет к расколу.

Так вот митрополит Иоанн (вернее пишущие от его имени и его спичрайтеры), а вместе с ним Союз братств, поносят всех, кто смеет заикнуться о богослужении на русском языке, обвиняя их в «обновленчестве», расколоучительстве и даже в возрождении ереси жидовствующих. Митрополит Иоанн заявил, что на русском языке служить нельзя, т. к. это язык проституток и воров. Таков его патриотизм! Поразительно, что богослужение на русском языке церковные реакционеры называют изменой делу Кирилла и Мефодия, не соображая, что именно это и есть продолжение их дела:30 ведь все, что эти «учители словенские» сделали, это создали грамоту для неписьменного диалекта, на котором разговаривали славяне, жившие в Салониках. Они сделали для славян то же, что в XIX веке сделал для жителей Аляски святой Иннокентий. И так же, как теперь обвиняют церковных миссионеров-руссистов в опошлении богослужения, переводе его на разговорный язык, так же обвиняли в IX веке Кирилла и Мефодия.

Патриархия сетует на недостаток священнослужителей, из-за чего вынуждена рукополагать выпускников духовных училищ с их всего двухлетней программой после окончания средней школы, а то и лиц вовсе без богословского образования. А тут рядом в Москве Высшая Богословская школа о. Кочеткова и так называемый Открытый православный университет имени о. Александра Меня. Выпускники обоих институтов получают не только солидное богословское образование, шире по профилю традиционных семинарий, но к тому же направленное на миссионерство или апостолат в современном мире. Однако, выпускников этих школ пока не рукополагают,

30 В. Шишкин, О. Шведов, Е. Семенов — Письмо... Патриарху... Алексию II. «Русский вестник», № 3-6, 1994; Письмо Патриарху А. Рогова, В. Белова и др., 23 февраля 1994 г. «Литературная Россия», 4. 3. 94. Больше всего поражает под этим безграмотным письмом подпись такого серьезного ученого-балканиста, как Рогов.

223

 

 

страха ради Союза братств. Патриархия отлично знает, что эти так называемые левые христиане раскола не учинят, будучи верными иерархическому принципу православия; а вот от национал-социалистов из Союза братств да из окружения митрополита Иоанна, которые так близки по духу к карловчанам, раскола ожидать можно вполне. Святейший Патриарх не раз высказывался в печати о недопустимости антисемитизма и расизма в христианстве, несовместимости христианства с крайним национализмом и враждебностью к другим народам. Патриарх в этом же ключе дал благословение Братству Всемилостивого Спаса (которое, как и большинство подлинно церковных братств, вышло из Союза братств) на открытие Православного Богословского института им. св. Патриарха Тихона. Этот институт, рассчитанный на 5-летний курс обучения для выпускников средних школ в дневном отделении и на 4-х-летний для вечерников и заочников, куда принимаются только лица с высшим образованием, делится на несколько факультетов, как то: религиозно-философский, церковного искусства, пастырско-богословский, и является как бы соперником окостеневшим и подпавшим под пагубное влияние Союза братств МДС/МДА. Институт уже привлек более тысячи студентов обоего пола и кроме того имеет филиал в Кемерове. Ректор института — влиятельный пастырь и исключительно талантливый организатор, возглавляющий, помимо института и братства, еще одну из самых больших в Москве воскресных школ и летний лагерь на Волге для детей и родителей — протоиерей Владимир Воробьев, несмотря на свой консерватизм и монархизм, числился до недавнего времени в черном списке Союза братств в числе «жидовствующих». 31

При всем своем здравомыслии, чему доказательством — обсуждаемые ниже решения декабрьского 1994-го г. архиерейского собора, патриархия не решается непосред-

31 Демин В. К. — О ереси жидовствующих и Заявление 4-го съезда Союза Православных братств. «Вестник Союза Православных братств», № 43, май 1993, сс. 15-29. По-видимому после проведенной им 1415 ноября 94 г. от имени Тихоновского ин-та конференции, неудавшейся целью которой был разгром общин Кочеткова и «меневцев», этот ярлык Союз братств с него снимет.

224

 

 

ственно одернуть распоясавшихся красно коричневых «братчиков» и близких им «богословов», выпустить указ, ставящий точки над i. 32 В результате человек с улицы, так сказать, принимает за подлинный голос православия шумный Союз братств, входящие в который откровенно нацистские «братства» выпускают ряд человеконенавистнических газеток. От этого страдает дело православного миссионерства; а свято место пусто не бывает и его захватывают американские сектанты, учащие о материальном богатстве как Божьем избранничестве, а то и просто оккультисты, о которых уже говорилось выше.

Церкви критически не хватает просвещенных интеллигентных священников. Однако прием в обе духовные академии не растет, а сокращается, хотя желающих много. Так в 1993 г. достойных быть принятыми заявителей на первый курс Московской Академии было более 90, но патриархия из-за острого финансового кризиса разрешила принять только 30. И дело не только в финансовом кризисе, а и в приоритетах. Финансовые субсидии даются Синодом духовным учебным заведениям по остаточному принципу. На первом месте стоят монастыри, которых задействовано уже около 300, хотя в новооткрываемых мужских монастырях часто всего по два-три монаха, и восстановление храмов в их первоначальном благолепии. Конечно, храмы необходимы. Но, во-первых, на нынешнем этапе безденежья вместо затрат миллиардов рублей на золочение куполов и страшно дорогое восстановление из развалин — очень часто в центральных частях города, где и так уже сравнительно много храмов, но мало жителей — можно было бы сосредоточиться на создании гораздо большего числа скромных временных молитвенных домов, и именно в пригородах, поселках, новостройках, где храмов катастрофически не хватает и народ меньше всего окормляется духовно. А сбереженные деньги должны бы идти на духовное образование и православную прессу, чтобы православное слово стало так же доступно, как светское (и сектантское).

32 Не исключено, что Патриарх в этих вопросах находится в меньшинстве в Синоде.

225

 

 

Поразительно, что и в таких условиях численность духовных школ самых различных уровней растет весьма интенсивно — от трех семинарий и двух духовных академий во всем Советском Союзе в 1987-м году до 23-х двухгодичных духовных училищ, 14 четырехгодичных семинарий и 11 духовных академий, богословских институтов, факультетов и православных университетов. Все это продукты местной инициативы и энтузиазма отдельных пастырей и архипастырей. Почти все новые школы находятся на грани, а то и за гранью нищеты. Учебников фактически нет, библиотеки неудовлетворительны — как правило, нет даже библиотечного бюджета — и остро не хватает педагогов. Повсеместно жалуются, что священники, окончившие духовные академии, которые по идее должны готовить ученых богословов и профессоров, в большинстве оказываются непригодными к преподаванию. Лучшими и самыми популярными преподавателями — и не только в новых семинариях, но даже в устоявшихся московской и петербургской — оказались, как правило, т. н. «варяги», т. е. профессора светских вузов, приобретшие богословские знания самостоятельно,33 или получившие богословское образование, уже имея диплом гражданского вуза. Следовательно, необходима решительная реформа православной высшей школы. Она должна строиться на расширении кругозора, развитии в студенте способности самостоятельно мыслить, а не на зубрежке.

И надо сказать, что в новых духовных школах больше открытости, свободы, поиска новых методов преподавания. Многие из них, например, Курская и Смоленская семинарии — обе выросли из двухгодичных училищ — тесно сотрудничают с соседними гражданскими вузами. Светские предметы в них читают преподаватели этих последних, а преподаватели семинарии преподают в

33 Не впервые русское богословие развивают не семинарские школяры, а богословы-самоучки: славянофилы Хомяков, Киреевский и др., богословы русского религиозного возрождения XX века: С. Булгаков, Франк, Вышеславцев и др. Очевидно в традиционной русской бурсе все-таки было недостаточно творческой свободы для развития самостоятельной мысли. Это надо иметь в виду, приступая к преобразованию духовной школы в России сегодня.

226

 

 

гражданских вузах основы православного богословия, историю Церкви и т. д. Таким образом семинария ведет и миссионерско-просветительную работу в светской школе. Вовлекаются в этот процесс и студенты. Так, в Курске семинаристы занимаются насельниками детдомов, занимаются с ними законом Божьим, крестят, водят в церковь, устраивают им елку с подарками на Рождество и т. д. Такие же открытость и сотрудничество со светскими вузами и у новых православных университетов, назначение которых — создавать кадры богословски грамотной православной интеллигенции. Конечно, в каждом из них есть и пастырско-богословский факультет. Таковы: Православный университет Отдела религиозного образования и катехизации Московского Патриархата, Открытый Православный университет им. о. Александра Меня в Москве, Православный университет в Волгограде, созданный и возглавляемый архиепископом Германом, и еще один в ходе формирования на северном Кавказе.

Все это радостные лучики, подающие надежду на оживление и возрождение подлинного просвещенного и просвещающего православия, преодоления им нынешних изуверских псевдо-православных течений и политиканства, прикрывающихся православием. Своеобразной вехой такого изуверства был погром кочетковской Высшей Православно-христианской школы группой невежественных псково-печерских монахов и вооруженных нагайками «казаков» под предводительством игумена Тихона (Шевкунова), для которого под подворье Псково-Печерского м-ря и был за полгода до того отобран Сретенский храм у о. Георгия. Как это делали в прошлом нацисты (и более скрытно большевики), погромщики в первую очередь разгромили библиотеку и... иконописную мастерскую (это православные монахи-то!). На улицу летели книги и ломаемые иконы. Очевидно это уже переполнило чашу терпения Патриарха, приказавшего монахам вернуть здание школе, а самим немедленно убраться обратно в Псковский монастырь. 34

14 “Further Incidents Affecting the Catechetical School of Father Kochetkov“. Sourozh: a Journal of Orthodox Life and Thought, N’ 58. London, November 1994, pp. 47-48.

227

 

 

Но на этом красно-коричневые не успокоились. Как уже упоминалось выше, под шапкой Тихоновского института они созвали 14-15 ноября 94-го г. «научную» конференцию с явно запрограммированной целью разгромить «кочетковцев» и «меневцев» к архиерейскому собору 28 ноября 2 декабря. Помимо этого конференция предложила ввести духовную цензуру и некое учреждение типа инквизиции для приструнивания духовенства. Конференция решительно осудила все формы экуменизма, западное христианство и контакты с ним. Проект постановления конференции, по-большевистски составленный еще до ее открытия, определял без всякого суда священников вышеупомянутых общин в качестве еретиков, а их катехизаторскую, литургическую, просветительскую, экуменическую и даже благотворительную деятельность как «крайне вредную» и требовал от патриархии осудить их на предстоявшем архиерейском соборе. Однако под давлением присутствовавшей православной общественности устроители были вынуждены допустить в комиссию по утверждению окончательного текста постановления одного представителя Кочетковской общины и профессора Осипова из МДА. Они настояли на изменении текста постановления, поскольку, как выяснили прения и выступления на конференции, первоначальный текст не отражал всех мнений. Итоговый документ поэтому состоял лишь из перечня тем, обсуждавшихся на конференции, — гора родила мышь. 35

И вот, по-видимому, неприятной неожиданностью для устроителей явились постановления самого многочисленного с 1918 г. архиерейского собора — в нем участвовало 128 архиереев РПЦ.

Собор оценил состояние современного российского общества как крайне тревожное, с рекордными показателями разводов, абортов, самоубийств, преступности, и назначил специальную рабочую группу для выработки «социальной доктрины Церкви» (выдел, в оригинале), которая будет представлена на утверждение очередному поместному собору, долженствующему состояться не

35 Юрий Табак — Хроника одной конференции. «Русская мысль», 24-30. XI. 1994, с. 8.

228

 

 

позже начала 96-го года. Собор одобрил (выдел. Д. П.) в принципе экономические реформы, но, учитывая предстоящий период безработицы, призвал правительство к мерам социальной защиты беднейших слоев населения в ходе проведения реформ.

Обращаясь к вопросам Церкви как таковой, собор наконец принял необходимое решение выдвинуть вопрос образования духовенства на первый план, постановив в ближайшее время добиться того, чтобы рукополагались только лица с высшим образованием, для чего поднять сроки обучения и качество семинарий до университетского уровня. Относительно общего религиозного просвещения принято постановление добиваться обеспечения всех общеобразовательных школ факультативным преподаванием основ вероучения и квалифицированными преподавателями этого предмета, а также максимально расширять сеть воскресных школ. До преподавания основ вероучения должны допускаться лишь лица, одобренные в качестве таковых соответствующими органами тех религий, которые они представляют. 36 Собор одобрил экуменическую деятельность Русской Православной Церкви и, в частности, канонизировал замученного большевиками протоиерея Александра Хотовицкого, который был активнейшим экуменистом в годы своего пребывания в США до революции в качестве священника-миссионера Православной Архиепископии Америки и Канады. И' наконец, собор признал, что ныне совершаемые в России богослужения непонятны современным поколениям, и назначил комиссию для довершения той литургической реформы, которую разогнанный большевиками Собор 1917-18 гг. не успел провести.

Как известно, запроектированной Великим Московским Поместным Собором, но не осуществленной частью литургических реформ были такие вопросы, как: русификация литургического языка, сокращение длитель-

36 Это направлено на то, чтобы прекратить практику преподавания «христианства» бывшими советскими религиоведами-атеистами, равно как и всякими оккультистами вроде «муновцев», кришнаитов и пр. Характерно, что постановление говорит о праве представителей всех местных российских религий преподавать свои учения, а не исключительно о православных. Уже это — удар по антиэкуменистам.

229

 

 

ности богослужений, служение с открытыми царскими вратами, чтение так называемых «тайных» молитв вслух, сокращение постов и вопрос календаря. Что из этого примет комиссия и что затем одобрит предстоящий поместный собор, покажет будущее. Определение Архиерейского собора воздерживается от уточнений. Более определенно и многозначительно он высказался по миссионерству, которое естественно и неразрывно связано и с литургической реформой:

Миссионерское служение неразрывно связано с задачей восстановления полнокровной церковной жизни в епархиях и приходах, необходимостью расширить усилия в области религиозного образования, катехизации и евангелизации... Православная миссия должна учитывать многоликость современного общества [ перечисляются различные профессии и социальные группы, в т. ч. заключенные и военнослужащие]... Необходимо особо выделить миссионерскую работу с молодежью, организацию богослужений и религиозных бесед для детей и подростков. 37

Как известно, наиболее активно такой миссионерской работой, катехизацией и русификацией богослужебного языка занимаются именно общины и духовенство Сретенского братства (Кочетков) и последователей о. Александра Меня. Следовательно, как указывает сын о. Александра, Михаил Мень, определения декабрьского архиерейского собора следует считать победой реформаторов и поражением реакционеров. 38

К сожалению, слово в России далеко не всегда претворяется в дело. Церковь в этом не составляет исключения, особенно в таких острых вопросах, как церковная реформа. Неслучайно и на Великом Московском Соборе вопрос литургической реформы был отложен на сессию 1919 года, которая не состоялась из-за хаоса гражданской войны и красного террора.

37 Отдел внешних церковных сношений Московского Патриархата. Служба коммуникаций. Сообщение 5. 12. 94, с. 2.

38 Какой быть Церкви в XXI веке? «Р. м.», 15-21. XII. 1994, с. 7.

230

 

 

В заключение следует сказать несколько слов о вполне разумном в нынешних российских условиях противостояний подтверждении архиерейским собором запрещения духовенству баллотироваться в законодательные государственные структуры. Если в октябре прошлого года запрет распространялся только на Россию, то теперь он распространен на духовенство РПЦ во всех странах. Печальной стороной этого определения является предупреждение Глебу Якунину, что он будет отлучен от Церкви, если не перестанет носить священнические рясу и наперсный крест. Возможно не менее прискорбно то, что Якунин демонстративно показывает свое пренебрежение по отношению к Патриарху и Синоду, продолжая носить священническое облачение, будучи лишен сана за то, что баллотировался в Думу, несмотря на запрет своего канонического церковного начальства. Еще печальнее то, что носит он это облачение в качестве некой политической демонстрации — на думских сессиях и прочих мероприятиях общественно-политического характера. Но такие страшные церковные наказания, как отлучение, могут иметь каноническое значение лишь после того, как источник конфликта Якунина с иерархией будет канонически осужден. Иными словами, сначала поместный собор должен отменить постановление Великого Московского Собора, разрешившего духовенству участвовать в политических и государственных структурах (а Патриарх Тихон еще в 1905 г., до выборов в Думу, выступал за активное участие духовенства в государственных законодательных учреждениях). И только после этого могут законно выноситься такие наказания, как лишение сана за нарушение такого местного канона данной поместной Церкви. Скороспелое, не основанное на местных канонах, лишение сана, а тем более отлучение без специального соборного и церковно-судебного определения, является чистейшим произволом.

231

 


Страница сгенерирована за 0.46 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.