Поиск авторов по алфавиту

Автор:Зернов Николай

Зернов Н. Англиканские рукоположения и православная церковь. Журнал "Путь" №59

Существуют вопросы, которые при поверхностном зна­комстве кажутся простыми и подлежащими быстрому разре­шению, но чем больше углубляешься в их изучение, тем яснее обнаруживается их чрезвычайная сложность и их под­линная значительность. К такому роду проблем принадле­жит и вопрос об Апостольском преемстве Англиканских рукоположений. При первом соприкосновении с нею может показаться непонятным, каким образом в течение 400 лет ведется спор о том, был ли законно или не законно рукоположен Архиепископ Кентерберийский Матвей Паркер, основоположник современной Англиканской иерархии.

Казалось бы, что если исторически обстоятельства посвящения Паркера известны, и если Церковь обладает нормами, определяющими действительность рукоположения, то путем простого сопоставления этих двух величин возможно найти окончательное разрешение вопроса об Англиканской иерархии.

Но положение оказывается совершенно иным, характер Англиканских ординаций вызывает столь различные истолкования, даже исторические факты подвергаются столь разноречивым описаниям, что чем больше они обсуждаются, тем за­путаннее представляется значение того обряда, который быль преподан Паркеру. Столь сложное положение легко может вызвать в членах Православной Церкви чувство нежелания вмешиваться в этот спор, стремление отойти подальше от борьбы, в которой не затронуты непосредственно интересы на­шей Церкви и предоставить ее тем, кто подобно Римо-Католикам и Англиканам кровно заинтересованы в ней. Но эта реакция не только недостойна Вселенского Самосознания Пра-

57

 

 

вославия, но и основана на неправильном понимании положе­ния. В действительности, по целому ряду причин наша цер­ковь непосредственно втянута в эту борьбу и сама жизнь требует от нее ответственного решения этого вопроса.

Три причины принуждают Православных богословов приступить к изучении Англиканских ординаций.

Первой из них является та ожесточенная борьба между Римом и Англиканством, которая началась во время рефор­мации, и которая приняла в особенности острую форму в конце XIX века, когда Папа Лев XIII в 1896 г. торжествен­но объявил Англиканские рукоположения недействительными и на этом основании причислил клириков этой Церкви к простым мирянам. Естественно, что подобное осуждение, вызвав­шее появление огромной литературы, не могло остаться не замеченным Православным Богословием, тем более, что Англикане в защите своего священства неоднократно ссылались на практику Христианского Востока. Православные Богословы принуждены были поэтому тоже заняться этой темой и выска­зать свое суждение по существу вопросов, поднятых Римо-Католическими и Англиканскими полемистами. Этот первый повод далеко не исчерпывает, однако, всех причин, побуждающих Православных изучать Англиканство. Стремле­ние Англикан вступить в дружескую связь с Православием является вторым и еще более важным поводом. С самого начала своего независимого от Рима существования, Англикан­ская Церковь искала сближения с нами. Ее отдельные члены и официальные представители неоднократно предлагали общение в таинствах Православию. Поэтому, христианский долг требует от нашей Церкви знакомства и изучения тех западных христиан, которые проявляют чувства братской любви и уважения к Православному Востоку. Наконец, существу­ете и третья причина, почему Англиканские рукоположения представляют чрезвычайный интерес для нашего Богословия. Цер­ковь Англии сочетает в себе Протестантизм и Католицизм, некоторый ее черты напоминают Восток, другие носят ярко выраженный западный характер. Подобное разнообразие составных элементов современного Англиканства делает его изучение особенно поучительным и помогаешь проникнуть глубже в тайну природы Церкви.

Вот те причины, который придали вопросу об англикан­ских ординациях столь существенное значение, как для на­шего понимания Запада, так и для внутрь Православной рабо­ты над определением границ церкви и места иерархии в ее жизни.

58

 

 

Спор, имеющий столь важные последствия для истории всей Церкви, ведется вокруг сакраментального истолкования того действия, которое было совершено 17 декабря 1559 года в часовне Ламбэтского Дворца. В это утро Матвей Паркер был посвящен в сан архиепископа Кентерберийского по реформированному чину, установленному в царствование ко­роля Эдуарда VI (1547-53). Его рукополагали 4 лица. Одним из них был епископ Барлоу, получивший рукоположение по римскому обряду при Генрихе VIII. Барлоу впоследствии перешел на сторону крайних реформаторов при Эдуарде УI и за это был лишен своей кафедры в царствование римо- католички королевы Марии (1553-1558). Двое других были епископы, рукоположенные при Эдуарде VI по реформирован­ному ординалу и изгнанные при королеве Марии. Четвертым же лицом был викарный епископ римского рукоположения,только что признавший откол церкви Англии от папского Пре­стола. Это рукоположение и вызывает все непрекращающиеся споры как внутри Православия, так и среди западных христиан. Подробное описание всех исторических, догматических и канонических обстоятельств, сопровождавших, посвящение Паркера, не входит в задачу данной статьи. Они были всесторонне изучены в ряде трудов как русских, так и греческих богословов и они не нуждаются в дальнейших дополнениях. Целью данного исследования является выяснение тех предпосылок, которые легли в основу православной оцен­ки Англиканской Иерархии и тех причин, в силу которых наши богословы до сих пор предпочитают занимать уклон­чивую позицию в столь важном вопросе. *)

Эта неопределенность становится особенно очевидной в свете решительного осуждения Англиканской Иерархии Римом.

Обстоятельства, вызвавшие папскую декларацию, были не­однократно описаны главным участником этой драмы лордом Халифаксом **) и для цeлей данного исследования до­статочно перечислить те доводы, которые побудили Льва XIII объявить Апостольское Преемство Англиканской Иерархии уте-

 *) Среди многочисленных трудов, посвященных Англиканским рукоположениям, особого внимания заслуживает книга В. Со¬колова «Иерархия Англиканской Епископальной Церкви. Серг. Пос. 1897. а также исследования пр. А. Булгакова, проф. И. Соколова и других. Последнее исследование, подводящее итоги написано было Митрополигом Хризостомом Афинским. Chrysostom Papadopoulos. The Validity of Anglican Ordinations. London 1931.

**)  Viscount Halifax (Charles L Wood) Leo XIII & Anglican Orders/ London 1912.

59

 

 

рянным. Булла указывает на три основных причины: 1) на практику Римской Церкви, которая перерукополагала англиканских клириков со времени королевы Елизаветы; 2) на недо­статочность чина англиканского ординала и 3) на отсутствие намерения у англикан сохранить священство в том смысле этого слова, как его понимает Римский Католицизм.

Таким образом, в настоящее время имеется исчерпы­вающее определение природы Англиканской иерархии с точки зрения римского богословия, которое выясняет и те общие пред­посылки, которыми обусловливается его оценка тайнодействий всех тех христиан, которые не подчиняются Папскому Пре­столу. Признавая себя единой истинной Церковью и сурово осуждая всех тех, кто пребывает вне ее спасительного ков­чега, Рим все же признает, что таинства могут совершаться и вне общения с ним при соблюдении трех условий: 1) соот­ветствия учению Католической Церкви самого чина таинства; 2) обладания священного сана лицом, преподающим таин­ства; 3) его намерения совершить тайнодействие. Если эти три условия соблюдены, Рим признает объективную действительность таинства, даже если оно совершено церковной общиной или отдельным иерархом, пораженными ересью, находящи­мися в расколе или под запрещением. Что касается Англи­канства, то, по мнению римских богословов, только второе условие было соблюдено при посвящении Паркера, а именно Барлоу, его главный рукополагатель был хотя и еретиком и запрещенным, но все же действительным епископом Като­лической Церкви. Сам же чин посвящения, согласно Булле, был недостаточен, так как, во-первых, в его первона­чальной форме не была упомянута та степень священства, в которую поставляется рукополагаемый (этот недочета был устранен при изменении чина в 1662); а во-вторых, в совершительных словах иерейского посвящения не имелось сви­детельства о власти: «освящать и приносить в жертву истин­ное Тело и Кровь Господни», что по учению римского богосло­вия составляет самую сущность священства. Эти серьезные упущения в чине являются, согласно Булле, следствием от­сутствия у англиканских реформаторов намерения сохранить иерархию в истинном смысле этого слова. Последнее предпо­ложение подтверждается удалением из молитвенника Эдуар­да VI таких слов, как «жертва, освящение, священство».

Таковы основания, приведенные Буллой для осуждения Англиканской Иерархии. Следует отметить, что после ее обнаро­дования все другие доводы полемической литературы против ее Апостольского преемства потеряли свою силу в глазах

60

 

 

Римских Католиков. Не входя в рассмотрение весьма веских доводов против этого решения, выдвинутых англиканами, *) перейдем к описанию православных мнений об Апостольском преемстве Английского священства. Русские и греческие исследователи этого вопроса расходятся решительным образом с суждением, вынесенным Римом, они считают, что возложение рук с призыванием благодати Св. Духа на рукополагаемого является достаточной формой для соверше­ния таинства. **)

Римское учение о том, что сущность священства выража­ется в словах епископа: «Прими власть приносить в жертву истинное Тело и Кровь Господа» не соответствует практике и вероучению Восточного Православия. Поэтому отсутствие этих слов в Англиканском чине не является упущением, как на том настаивают римские католики. Кроме того, Во­сточные богословы признают наличие желания у Англикан со­хранить свое Апостольское преемство. Это последнее высказа­но в ясных выражениях в предисловии к ординалу, в котором говорится: «Совершенно очевидно для каждого челове­ка, внимательно изучающего Священное Писание и творения отцов, что со времен апостолов в христианской церкви были три чина служения: епископы, пресвитеры и дьяконы... Поэтому для того, чтобы эти чины продолжались, постоянно употребля­лись и почитались в церкви Англии, требуется, чтобы никто не носил их, если он не был призван, испытан, проверен и принят согласно следующему за сим чину».

Но эта благоприятная оценка тех пунктов, которые вы­звали наиболее суровую критику англиканских рукоположений Римом, не приводит православных богословов к не­медленному и единодушному признанию Англиканской иерархии. Наоборот, они находятцелый ряд новых препятствий, не имевших существенного значения в глазах римских като­ликов. Таковым являются преимущественно39 членовВе­ры, которые даже не упоминаются в папской Булле. Согласно мнению православных богословов протестантские уклонения членов Веры, принятых Англиканством в эпоху реформа­ции, а также неопределенность учения о таинствах делают

*) Например, англиканский чин Иерейского посвящения состоит из возложения рук, сопровождаемого следующими словами: «Прими Св. Духа, кому отпустишь грехи, тому отпустятся, а на ком удержишь, на том останутся, и будь верным раздаятелем слова Божия и Его Св. Таинств во имя Отца и Сына и Св. Духа. Аминь.

 **) Папская Булла и ответ на нее Архиепископов Кентерберийского и Йоркского издана под заглавием Anglican Orders. London 1932 (S. Р. С. К.)

61

 

 

признание англиканских ординаций затруднительными. Несмотря на это (большинство православных исследователей все же склоняется к тому, чтобы считать англиканские рукоположения законными, но лишь при соблюдении известных предварительных условий. Последние определяются различно отдельны­ми богословами. Так, например, проф. В. Соколов, кончает свою книгу следующими словами: «как скоро Англиканская Церковь заявит, что не только крещение и причастие, но и все остальные пять таинств они признавали и признают... истин­ными и сообщающими Божественную благодать таинствами, то можно будет сказать, что по существу ее догматических учений нет никаких препятствий к признанию действительности ее иерархии *).

Греческий богослов Николай Дамалос **) считает, что основное препятствие заключается в 21 параграфе членов Веры и его устранение открывает путь к признанию Англикан­ской Иерархии. Другой греческий исследователь, проф. Андруцос ***) находить, что наша Церковь может быть удовлетво­рена заявлением, сделанным даже лишь одной католически настроенной частью англиканского духовенства и мирян, в котором они бы подтвердили веру в св. таинства, в пресуществление св. Даров и в непогрешимость 7 Вселенских Соборов. Проф. А. Булгаков ****) видит главное препят­ствие во внутренних расхождениях в среде англиканства и советует занять выжидательную позицию до тех пор, пока то или иное течение не одержит окончательной победы.

Наконец проф. Комненос *****)решительными образом рекомендует признание Англиканской Иерархии и постепенное установление общения в таинствах, считая, что отдельные автокефальные православные церкви могут установить подоб­ное общение с отдельными англиканскими церквами, которые ближе стоят к Православию по духу, (как, например, цер­ковь в Шотландии или в Соединенных Штатах), даже не ожидая окончательного решения этого вопроса всем Восточным Православием. На основании этого мнения Синод Кон-

 *) В Соколов. Иерархия Англиканской Епископской  Церкви. Сер. Посад 1897, стр. 360-61.

 **) N. М. Damalos The relations of the Anglican Church to the Oxford. London 1867.

 ***) C. Anddroutsos. The  Validity of Anglican ordinations from the standpoint of the Orthodox. Constantinople. 1903.

 ****) А. Булгаков. О законности и действительности Англиканской Иерархии с точки зрения Православной Церкви. Киев 1906.

 *****) Тhe Question of the Validity of Anglican Ordinations. Перевод на английский в Christian East. II 3, 1921.

62

 

 

стантинопольской Церкви и вынес в 1922 году постановле­ние о признании англиканских ординаций, которое было под­тверждено впоследствии церквами иерусалимской, Кипрской, Си­найской и Александрийской. В 1936 г. Румынская церковь то­же присоединилась к этому решению, хотя и обусловила его некоторыми дополнительными требованиями, которые должны быть обсуждены на Ламбетском съезде в 1940 г. *)

Таковы в общих чертах основные заключения православных богословов и в сравнении с Римом они отлича­ются следующими особенностями:

1)                   Они оценивают благоприятно чин англиканских рукоположений.

2)                   Они расширяют вопрос об апостольском преем­стве, выводя его из тех строго определенных рамок, в пределах которых он исследуется Римом и внося в него весь вероучительный материал Англиканства.

3)                   Они обычно отказываются высказываться по существу природы англиканских рукоположений и предпочитают гово­рить лишь о чине приема англикан в лоно Православия.

Этими особенностями объясняется метод, применяемый православными богословами для исследования англиканства. Он состоит преимущественно из анализа39 членовВерыи других официальных документов и проходить мимо совре­менной жизни и практики англиканства. В результате картина англиканства, изображаемая православными богословами во многих существенных пунктах оказывается весьма отличной от действительности. Этот способ исследования подобен попыт­ке нарисовать общественную жизнь народа на основании лишь изучения текста его конституции и основных законов. Как ни важны эти документы сами по себе, но еще более суще­ственны пути применения их на практике. Ученый труд, не обративший должного внимания на эту сторону жизни, едва ли сможет дать реальную картину государственного бытия данного народа. Вот почему при чтении большинства православных исследований Англиканства получается логический анализ различных вероисповедных документов эпохи Реформации, но при этом обнаруживается безразличие, непонятное в на­чале к той реальной церковной жизни, которая возникла в Англии в результате ее отделения от Рима.

Выяснение причин этого уклончивого отношения нашего богословия к Англиканству вводить нас в самую сущность современных православных споров о Церкви.

*) Съезды всего Епископата Англиканских Церквей происходят обычно каждые 10 лет.

63

 

 

Основной вопрос, стоящий сейчас перед православным сознанием сводится к следующему:

Имеет ли наше богословие право и возможность выносить суждение о внутренней жизни инославия. Может ли оно выска­зываться о природе инославных тайнодействий или же его за­дача ограничивается лишь определением тех условий, на ос­новании которых Православие должно принимать в общение с собой приходящих от иных христианских общин.

Большинство современных богословов, как греческих, так и русских совершенно категорически высказывается в пользу мнения, что их задача сводится лишь к изучению ус­ловий приема инославных в лоно Православия. Послёднее мнение красноречиво защищает А. С. Хомяков, утверждая, что Церковь не может судить о тех, кто находится вне общения с нею, с этим соглашаются ряд современных русских и греческих исследователей Англиканства. Очень характерна для подобного отношения оценка проф. И. Соколова выводов, к которым пришел известный греческий ученый X. Андруцос.

«У этого исследователя есть одна заслуживающая внима­ния особенность в постановке вопроса, пишет И. Соколов, свидетельствующая о чуткости его к традициям Восточной Церкви. В отношении к хиротониям инославных общин Андруцос отказывается ставить вопрос о признании действи­тельности Англиканской иерархии вцелом... Автор исследование ведет не о действительности Англиканской Иерархии во­обще, а о том, как относиться к отдельным лицам англиканского исповедания, имеющим духовный сан и присоеди­няющимся к Церкви». *)

Подобное определение задачи православного исследовате­ля инославия может быть истолковано по-разному. Оно или обозначает отрицание реальной церковной жизни в инослав­ных общинах или же отсутствия у православных богосло­вов полномочий для ее оценки и объективного исследования.

Первое предположение настолько противоречит действи­тельности, что его можно защищать лишь в пылу полемического задора. Утверждение, что весь христианский запад в дей­ствительности пребывает в язычестве, что все плоды запад­ной святости, милосердия и благочестия лишь обманчивый мираж и что никто из западных святых не испытал благодатного общения Святого Духа, обретаемого в Церкви, есть

 *) Проф. И. Соколов. О Действительности Англиканской Иерархии. С.-Петербург. 1913, стр. 28

64

 

 

недоразумение, опровергаемое всей историей Запада. Но, не­смотря на это, именно эту точку зрения защищают такие вы­дающиеся представители нашей церкви, как епископы Игнатий Брянчанинов и митрополит Антоний Храповицкий. Причины, заставляющие наших богословов не считаться с действитель­ностью, уходят своими корнями в глубину тайны церковного разделения.Те из них, которые отрицают наличие церковной жизни на Западе принуждены это делать, так как еще менее приемлемым кажется для них второй вывод, что благодать таинства преподается в инославии, но что она настолько различна от Православия, что мы не имеем способов судить о ней.

Действительно, столь часто выражаемое утверждение, что Православная Церковь может рассуждать лишь о тех, кто является ее членами, что вне ее канонических границ существует лишь некоторая «тэрра инкогнита», является еще бо­лее вопиющим несоответствием со всей жизнью церкви, чем даже утверждение, что вне Восточного Православия нет ни Церкви, ни благодати. Возьмем, например, каноническое послание Василия Великого к еп. Амфилохию, которое является одной из основ, определяющих отношение Православия к инославию. В нем св. Василий пишет: «Древние... иное на­рекли ересью, иное расколом, а иное самочинным, сборищем». Что представляет из себя это определение как не суждение и очень продуманное о различных степенях отступ­лений от полноты церковной жизни. Св. Василий не только предполагает право Церкви судить о тех, кто впадает в ересь или в схизму, но и считает также, что Церкви дана власть над еретиками и раскольниками. Если же эта власть принадлежите ей, то еретики и раскольники остаются ее чле­нами, хотя и погрешившими против чистоты веры и любви церковной. Ересь есть тяжкая болезнь, но не смерть церковного организма, и в том, что современное православное богословие перестало рассматривать ее как состояние болезни и заключается причина всех наших нынешних колебаний по отношению к инославию. Опыт древней Церкви убедительно показывает, что именно так рассматривала она тех своих членов, которые заражались ересями и духом раскола. Древняя церковь в лице своих соборов старалась сперва найти определение болезни и потом применить к ней соответ­ствующее врачевание. Этим объясняется то разнообразие прак­тики Церкви по отношению к ересям и расколам, а также и нередкие случаи разногласия в ее среде. Ибо как врач часто принужден менять свой диагноз и способ лечения, так и

65

 

 
 

отдельные богословы и поместные соборы меняли свои сужде­ния о причинах заболевания и наилучших путях для их исцеления.

Стремление современных православных богословов уклониться от вынесения суждения над теми, кто находится вне общения с нами, таким образом, противоречить преданию Церкви, а также и не соответствуем современной ее прак­тике. Православие, принимая одних христиан в сущем сане и отказывая другим в этом, несомненно продолжаем выно­сить свой суд над инославием. Что же в таком случае является причиной того непонятного расхождения между дей­ствительностью и ее истолкованием, которое характеризуем все наше современное отношение к инославию. Разрешения этой загадки следует искать в прочно установившемся у нас мнении, что вера в Единую Святую Апостольскую Церковь не допускает признания возможности разделения в ее среде. Вопрос о том, как возникло и распространилось среди пра­вославных такое убеждение, заслуживаем специального исследования. За неимением времени приходится ограничиться указанием, что оно принадлежим к разряду таких же недоразумений, которые вызвали появление раскола Новациан и множества других сходных сект.Все они рождаются на почве смешения идеала с действительностью, из-за духовной труд­ности примирить высоту задания с несовершенством его вы­полнены.

Так, например, Новациане считали, что святость Церкви не допускает присутствия в ее среде грешников и поэтому они отказывали в причастии всем тем, кто был повинен или в отступлении от веры во время гонений или в иных явных прегрешениях. Мы же хотя и веруем в Святость Церкви, но признаем, что среди ее членов имеются и греш­ники и отступники, и маловерующие, и неверующие. Ее свя­тость, как и ее единство суть неотделимые признаки Церкви, а вместе с тем они же являются объектом нашей веры и чаяния, то есть они заданы, но еще не выполнены до конца. Поэтому мы несем ответственность за сохранение Единства и Святости Церкви, так как и то и другое постоянно подвер­гается ударам и нарушается, благодаря грехам ее членов. Церковь здесь на земле едина, несмотря на свои разделения, так же как она Свята, несмотря на грехи христиан. Если бы мы вновь вернулись к учению, что грешники не могут быть членами Церкви, то мы или принуждены были считать наши грехи мнимыми, иллюзорными, на чем настаивают сектанты или же отрицать существование церкви на земле. Наше неже-
 

66

 

 

лание признать наличие разделений внутри единой Церкви ведет совершенно к тем же результатами или приходится считать разделившиеся христианские общины некими фантомами, кото­рый лишь принимают образы церкви, не будучи ими по суще­ству, или признать, что Церковь на земле была уничтожена расколами среди ее членов. Протестанты приняли последнюю точку зрения и стали учить о невидимой единой Церкви, а мы, православные встали на первую, и стали утверждать, что вне Православия нет христианства, а есть лишь его мираж, так как иначе пришлось бы признать реальность разделения Цер­кви. Именно об этом пишет проф. И. Соколов. «Признать в принципе действительность англиканского священства зна­чить признать английскую церковь частью истинной Церкви, что противоречило бы началам Православия, по которым общества, отделившиеся от Православия не могут мыслиться входящими в состав Церкви». Проф. Соколов таким обра­зом хотя и называет Англиканство церковью, но считает его лжецерковью или неким мнимым подобием ее. Насколько это учение о призрачности Церкви в инославии глубоко про­никло в сознание православного богословия, подтверждается теми конкретными условиями, которые обычно выдвигаются на­шими богословами в связи с переговорами о признании Ан­гликанской иерархии. Большинство из них считает, что ан­гликанское священство может быть признано нами, если епископат или даже значительное число священства и мирян сделает заявления догматического характера, разрешающие благоприятным образом православные недоумения. Подобные предположения могут быть истолкованы как своеобразное учение о самозарождаемости апостольского преемства в инославной иерархии, ибо как иначе можно объяснить предположение, что православно составленная декларация англиканского епископа­та будет обладать силой сообщить ему апостольское преем­ство. Англиканство или сохранило его, и тогда оно будет про­должать иметь его и без подобной декларации, а если оно потеряно им, то никакие самые благонамеренные высказывания не смогут вернуть ему этого таинства, данного Церкви Самим Богом. Только при признании, что англиканство не обла­даешь независимым существованием и является лишь неко­торою тенью, которая вызывается к жизни по воле Правосла­вия, можно серьезно утверждать, что Англиканствоприобретает апостольское преемство своим заявлением, обращенным к Православной Церкви. Духовная опасность позиции, занимаемой современным православным богословием очевид­на: делая мнимыми таинства инославия, мы умаляем реальность

67

 

 

и своей сакраментальной жизни. Чем иным можно, например, назвать мнение, согласно которому принятием римского епи­скопа в сущем сане через таинство покаяния Православная Церковь преподает ему в этом акте крещение, миропомазание, Евхаристию и все три степени священства, именно подоб­ное истолкование современной практикой Православия дается митрополитом Антонием и другими защитниками мнения, что вне Православия нет ни Церкви, ни христианства, и что пото­му Римские епископы в действительности суть язычники.

Если это так, то не являются ли и православные Таин­ства лишь необязательными символами той внутренней благо­дати, которой столь свободно распоряжается Церковь, что она может обходиться и без них, объявляя, например, инославных крещеными или даже рукоположенными, тогда как в действительности они не получили ни благодати крещения, ни священства.

На почве нежелания нашего богословия признать реальность разделения Церкви и наличие благодати святых Таинств в инославных общинах, *) рождается та нездоровая двойствен­ность, которая окрашивает наши современные переговоры о соединении с англиканами.

С одной стороны мы охотно говорим о близости и духовном единстве, существующем между англиканами и на­ми, а с другой стороны мы считаем, что лишь полное обра­щение англикан в Восточное Православие может привести их к единству с нами.

Каковы же те пути, которые могут вывести современное православное богословие на вселенскую дорогу и вернуть ему то сознание объективной действенности Св. Таинств, которы­ми столь глубоко обладала древняя Церковь.

Первым условием для этого является признание, что бла­годатная жизнь Церкви есть дар Божий той части человече­ства, которая верует в Иисуса Христа Спасителя мира и кре­щена во имя Святой Троицы.Все те, кто исповедует Боговоплощение и прибегает к Св. Таинствам суть члены Еди­ной Святой Соборной и Апостольской Церкви и на это молча­-

*) Существует также иное объяснение благодатных Даров, столь явно присутствующих в жизни западных христиан. Согласно последнему Бог ,по своему милосердно дает инославным благодать вне Церкви и вне Таинств, взирая лишь на их веру. Это объяснение также приводит в конечном итоге к отрицанию необходимости таинств, так как если христианский Запад мог прожить без них до настоящего времени, то очевидно и мы на Востоке можем обойтись без благодатной помощи таинств Церкви.

68

 

 

 

ливо указывает православная практика, запрещающая пере­крещивать присоединяющихся к нашей Церкви инославных христиан. В свете ее раскрывается вся трагическая реаль­ность церковного раскола.Те, кто возрождены крещением Христовым и стали членами Святой Церкви, вместо того, что­бы являть образ любви и единства миру принадлежать в на­стоящее время ко множеству враждующих и борющихся меж­ду собою общин. Последние далеко не в равной степени выражают, жизнь Церкви. Одни из них, как например. Во­сточное Православие сохранило в чистоте Апостольское Пре­дание, другие же отражают лишь неполно и ущерблено благодатные дарования Церкви. *) В зависимости от степени их уклонения от полноты истины находятся и их благодатные силы. Поэтому одни церковные общины могут преподавать все таинства, другие лишь некоторый, и иные лишь одно крещение.

Православие, как хранительница истины должно помогать и укреплять жизнь этих отколовшихся Церквей, в надежде, что они рано или поздно вернутся к полноте церковной жиз­ни. Православие поэтому не только может судить об инославии, но и обязано прилагать самые тщательные усилия к все­стороннему его изучению с целью оказания помощи в ней нуждающимся. Долг нашей Церкви, как обладающей наибольшими благодатными дарами, состоит в том, чтобы вся­чески ободрять, восстанавливать и укреплять внутреннюю жизнь инославных общин. Не строгим судьей и обличением, но доброй старшей сестрой она должна быть для западных христиан. Необходимым условием для этого является береж­ное благоговейное отношение к тем дарам Св. Духа, которые сохранены ими. Ни Восток, ни Запад не обладают сво­ей особой благодатью. Все, что у них есть вечного и истинного есть достояние единой Вселенской Церкви Христовой. По­этому не может быть протестантского или римского крещения, каждое крещение во имя Святой Троицы есть крещение Церкви Вселенской. **) Вот почему и апостольское преемство не принадлежит лишь одному Православию, а всей Церкви Божьей, и поэтому неверно признавать его наличие у англикан только в зависимости от, того или иного отношения их к право-

  *) Об этом говорить митрополит Филарет Московский. В своем разговоре между испытующим и уверенным (7 беседа) митрополит называет инославие «церквами не совсем истинными».

  **) Бл. Августин пишет: Крещение Христово, сообщаемое и принимаемое у еретиков не может оскверниться их нечестием. De baptisto lib. V. Сар. II. III.

69

 

 

славным. Мы должны подобно римо-католичеcким богословам изучить историю Англиканской иерархии по существу и вынести наше суждение о том, сохранено или нет апостоль­ское преемство, вне зависимости от того хотят или не хотят англикане сближаться с Православием. Обычное возражение на подобное отношение к инославию cводится к опасе­нию, что оно может легко привести к безразличию к исти­не. Высказывается мнение, что долг православных, состоит в обличении ересей и расколов, в бескомпромиссном от­чуждении от тех, кто заражены ими. Какое общение может быть между светом и тьмой и между истиной и ложью — говорят нередко члены нашей Церкви. Но подобные заявления, хотя они и рождаются часто из ревности о правде, предрешают суд Божий и исключают Его милосердие к грехам и несовершенству человеческой природы. Нам ли, православным, нарушающим постоянно канонические, литургические и нравственные предписания и, несмотря на это не отвернутым Божьим судом из Св. Церкви выносить столь суровые осуждения инославным. Мы на опыте знаем мощную, благодатную струю жизни церковной, пробивающую, смывающую те плоти­ны греха и маловерия, которые непрестанно ставят перед ней христианское человечество. Если милость и любовь Главы Цер­кви Иисуса Христа к своим заблуждающимся членам так явно проявляет ежедневно в нашей жизни, то не должны ли мы предположить, что и те христиане, которые еще более нас отступили от чистоты и полноты христианской веры и жизни, поскольку они все еще продолжают верить в Церковь и стре­мятся оставаться ее членами, не забываются Богом и получают от Него те благодарные дары, которые способно воспри­нимать их церковное сознание.

В заключение хочется указать на тот подход к вопро­су об апостольском преемстве Англиканской Иерархи, кото­рый выявляет значение самого факта беспрерывности епископских посвящений.Все христианские вероисповедания согласны, что в Церкви должны быть уполномоченный лица, которым она дает власть совершать таинства и руководить духовною жизнью верующих. Больше того, они также признают, что церковная иерархия рождается в результате взаимодействия двух сил — избрания, или согласия на принятие данного лица церковью, и на даровании ему благодатных полномочий свыше.

В различных церквах форма избрания священнослужи­теля подверглась значительным изменениям. У одних веро­исповеданий она сосредоточилась исключительно в руках са­мой же иерархии, у других попала всецело в руки мирян, в

70

 

 

некоторых случаях христианские общины сохранили и прак­тику древней церкви, когда и иерархи и миряне имели свой голос в избрании пастырей. Но действительное разделение меж­ду отдельными исповеданиями прошло не по этой линии, а по вопросу о путях осуществления благодатного посвящения па­стырей Христова стада. Большая часть христиан сохранила тра­диционную веру церкви, переданную ей еще со времен апостолов, что благодатное посвящение клириков должно совер­шаться через таинство Священства, в котором выражается учение церкви о ее богоустановленности, единстве, непрерыв­ности и иерархичности. В Церкви пребывает дух свободы, но нет в ней места самочинию, и когда старейший Пастырь церкви возлагает с молитвою свои руки на голову нового кан­дидата, то он не только свидетельствует о даре Святого Ду­ха, которым церковь вооружает своего нового служителя, но и о той золотой цепи, которая непосредственно тянется от каждого рукоположения, совершенного в католической цер­кви, до тех далеких дней, когда первые Апостолы посылали на пастырское служение представителей только что рождавших­ся христианских общин. Другого вступления в священниче­ское служение эта часть христиан не признает и ни один из ее членов, не получивший епископского посвящения, не мо­жет преподавать таинства (за исключением Крещения) и счи­таться священнослужителем церкви. Эти признаки апостольского преемства являются отличительной чертой большинства церквей. Только со времени XVI столетия появились и другие христианские общины, считающие, что посвящение свыше может даваться непосредственно от Бога, и что епископское рукоположение — ненужный и даже вредный обряд, т. к. он затемняет идею благодатного призвания человека на пастырское служение. Согласно этому взгляду, всякий член церкви, почув­ствовавший божественный призыв, и принятый общиной, есть законный и полноправный пастырь Христова стада. Все хри­стианство теперь разделено на две резко очерченные группы — церквей, сохранивших апостольское преемство и христиан­ских общин, от него отказавшихся и если мы поставим вопрос, к какой из этих групп мы должны отнести англи­канство, то ответь на него, без сомнения, может быть только следующий: к сохранившим апостольское преемство. Вся история церкви Англии дает для этого бесспорное доказатель­ство. Архиепископ Паркер был рукоположен 4 епископа­ми.Все остальные епископы и священники англиканской цер­кви всегда получали законное посвящение и можно утверждать, что одной из характеристик англиканства является его осо-

71

 

 

бый пафос в блюдении этого своего дара. Англиканство, ко­торое отличается нередко неопределенностью и разнообразием мнений почти повсем вопросам церковной жизни, которое почти растеряло церковную дисциплину, в вопросе о сохра­нении Апостольского Преемства своего священства проявлять исключительную бдительность и единодушие. Многие его члены по-разному толкуют сущность священства, новсе они совер­шенно едины в признании его необходимости и в полней­шей невозможности признать лиц, не имеющих епископского посвящения законными пастырями англиканской церкви. По­этому, на определенный вопрос англиканской церкви, считает ли православное Богословие, что у нее имеется апостоль­ское преемство, в том, смысле этого слова, как оно пони­мается на Западе, можно дать только один положительный ответ. Современное историческое знание дает нам бесспорное доказательство, что и чин посвящения, и самые события рукоположения архиепископа Паркера сохранили в англиканском священстве неразрывную связь с Апостольской Цер­ковью. Этот дар Св. Духа, столь благоговейно хранимый англиканством, не может быть уничтожена недочетами 39 членовВеры.Темболее, что последние никогда не считались исповеданием, веры Церкви Англии, а лишь компромиссной формой, под которой должны были давать свои подписи кан­дидаты в священство.В настоящее время ряд англиканских церквей отказались от 39 членов Вёры, и этим самым не нарушили своего общения с церковью Англии, которая считает лишь Апостольский и Никейский символы веры обязательным выражением своего вероучения.

Церковь есть жизнь и понять ее можно преимущественно через непосредственное соприкосновение с нею. Когда языч­ники хотели узнать что есть церковь, древние христиане не со­ветовали им погрузиться в изучение документов. Они зва­ли их на свои собрания. «Прииди и посмотри, как мы живем и славим Бога, и ты, узнаешь нашу веру», говорили они. Этот призыв не потерял своего значения и в настоящее время. Решение вопроса об апостольском преемстве Англиканской Иерархии поэтому не находится в библиотеке и архивах, а в приходах церкви Англии. Только погрузившись в Евхаристи­ческую жизнь англиканства, приблизившись к ее мистике и благочестию, православный исследователь сможет найти пра­вильное истолкование тех документов, которые были состав­лены во время пыла борьбы реформации. Богатство и глубина современной евхаристической жизни англиканства является наилучшим свидетельством о сохранении им апостольского пре-
 

72

 

 

емства, а ее близкий к Православию дух указывает на боль­шую степень его приближения к полноте церковности.

Перед Православием стоять огромные задачи на Западе и Англиканство является тем полем, на котором, наверное, взойдут первые всходы, православной миссией помощи западным христианам. Но для того, чтобы приступить к этой от­ветственной и радостной работе православные богословы дол­жны освободиться от неверных понятий, затрудняющих их творческое сотрудничество с Западом и уводящих их от реальности церкви в мир предубеждений, призраков и страхов.

Н. Зернов.

24-XII-39. Париж.

73


Страница сгенерирована за 0.67 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.