Поиск авторов по алфавиту

Автор:Григорий Нисский, святитель

Григорий Нисский, свт. Слово против Ария и Савелия

1. Излилось из сердца моего слово благое (Пс. 44, 2), сейчас сказал псалмопевец. Сие-то Слово благо последователи Ария и Ахилла, произнося нечестивейшие речи, дерзнули объявить созданием и тварью, и многих увлекли в свое заблуждение. А савеллиане, рассуждая противно сим, пытаются уничтожить ипостась Сына, и, полагая, что тот же единый Отец почтен двумя именами, называют Его сыно-отцом (ὑιοπάτορα). И то и другое мнение ставятся упомянутыми еретиками как бы две западни; а между ними идет средний узкий и тесный путь, ведущий в жизнь (Мф. 7, 14), по слову евангельскому. Многие, уклоняясь от одной западни, делаются добычей другой; но ты, кажется, боясь впасть с которую либо из них, бежишь и от самого пути истины, думая, что не должно заниматься рассуждениями о Боге. Смотри, чтобы, опасаясь заблуждений

1

 

 

той и другой ереси, не подпасть наказанию за недостаток благочестия. Сам Спаситель, став во главе истинного пути, воскликнул говоря: Я есмь путь и истина (Ин. 14, 6); не уклоняйся ни на право, ни налево, дабы не оказаться на котором либо из (ложных) путей. И еще: Я дверь овцам; не входящий Мною, но перелазит инуде, тот вор и разбойник (Ин. 10, 1. 7), и сетью уловленный погибнет. Итак, склоняющиеся своею мыслью к которому либо из сих заблуждений, да услышат, что Спаситель наш Иисус Христос есть Сын Божий, и называется так по естеству, а не именуется только Сыном, в несобственном смысле сего слова, как мы, будучи тварью; что Он не имеет начала, но вечен; почему по самой ипостаси Своей Он и в бесконечные веки будет царствовать с Отцом.

2. Но, может быть, кто-нибудь скажет: все, что безначально, должно быть и нерожденно; как же возможно правильно назвать безначальным Сына, самое имя Которого указывает на начало? Ибо Сыном Он именуется потому, что рожден; а что рождение заключает понятие о начале, сего никто не отвергнет. Итак, если Он Сын, то для нас ясно, что Он получил начало при рождении. А быть может Он будет иметь и конец, скажет кто-нибудь, рассуждая философски. И

2

 

 

апостол говорит, что Он покорится Покорившему все Ему, и предаст Царство Богу и Отцу (1 Кор. 15, 28. 24); посему можно думать, что Он, как не существовавший прежде рождения, снова разрешится в небытие.

Взойди со мною в твердыню веры, дабы не быть увлеченным тебе обольщением таких рассуждений как бы сильным порывом ветра, подобно тому как с узкой и открытой дороги прах сметается ветром в пропасти погибели. Если Отец всего не рожден и вечен, премудр и всемогущ, а апостол, благовествуя веру в Него, всем проповедует, что Христос Божия сила и премудрость (1 Кор. 1, 24): то, как осмеливаются подчинять Его рождение времени и признавать не вечным и не безначальным? Ибо если рождение нашего Спасителя, по мнению некоторых, во времени получило начало: то этим лишается чести не только Сын, но и Отец, по слову Сына: вы не знаете ни Меня, ни Отца Моего (Ин. 8, 19); кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца (Ин. 5, 23); один лишается чести как не существующий прежде рождения, а другой как не имеющий прежде бытия Сына ни силы, ни премудрости. Рассуждая же последовательно, они должны прийти к мысли, что Отец прежде рождения Сына не был и Богом; ибо какой же Он Бог, если не обладал

3

 

 

силой и премудростью? Если же Священное Писание провещало нам, что Он есть от века Бог: то должно веровать, что Он вечно имел у Себя Премудрость и Силу, то есть, Христа.

3. Помню, что я прежде обещал показать вам как бы в зеркале, образ отношений между Отцом и Сыном; ибо что; касается до самого Божеского естества, то; не подлежит человеческому слову. И сам Бог беседует с нами не по силе Своего величия, но соразмеряет глас Свой с слухом человеческим так, чтобы мы способны были своим слухом принять Божественный глас. Свое нестерпимое и необъятное величие Он соразмеряет со взорами человеческими, и будучи Богом, является человеком; ибо уничижил Себя Самого, приняв образ раба (Фил. 2, 7), дабы мы, люди, могли зреть Бога. Посему как мы веруем, что, не будучи человеком, Он явился человеком, хотя по естеству был и есть Бог, Свое необъятное величие ограничивший телом, и в Себе, как бы в зеркале, явивший нам все величие Божества, дабы воспользовавшись им, как зрительным стеклом, мы узрели и Отца (ибо сущий, по апостолу, образ Бога невидимого (Кол. 1, 15) сказал: видевший Меня, видел Отца (Ин. 14, 9): так и посредством того, что сказано в Писании сообразно с мерою нашего слуха (хотя сие,

4

 

 

по немощи слова, часто и не вполне соответствует Божеству), мы соответственным образом созерцаем Его мыслью. Ибо как ради нашего зрения Он явился Богом, плотью описуемым: так и ради нашего слуха возвещается Словом умаленным по сравнению с величием Божества.

4. Итак на основании Писания доказано, как сказали мы, что человеческое слово не объемлет Бога и Его свойств. Поскольку же никакая часть речи недостаточна, чтобы объять вечность Сына: то Писание загадочно означает совечность Сына с Отцом при помощи предлога (прежде), говоря: прежде денницы подобно росе рождение Твое (Пс. 109, 3); и еще: прежде всех холмов, и всякого создания Я родилась (Прит. 8, 25). Прилагая эту частицу, Писание указывает, что Он безначален; ибо называя Его существующим прежде всего, и особенно, прежде век, оно обращает нашу мысль к вечности и безначальности. А как вечно совосседающий с Отцом может быть наименован Сыном и рожденным, пример сего я укажу тебе в солнечном луче, хотя при сем слово и не коснется самого естества. Отчего не сказать, что свет родился от светила? Но как не прежде солнце, а потом луч, но вместе с бытием или происхождением солнца есть и произошел луч, и вместе с существованием све-

5

 

 

тила стал существовать и свет, и как рождающееся от светила является рожденным не по некотором времени, а вместе с ним: так не прежде Бог, а потом Его Премудрость, но вместе с бытием Бога всяческих, Который был всегда, всегда существовала и Премудрость, то есть, Христос, хотя премудрость по справедливости и именуется рожденною от Бога и порождением являющего ее, Слова же: Я родилась прежде холмов, несомненно указывают на Спасителя людей, рожденного Отцом. И выражение: ныне родил Тебя (Пс. 2, 7) означает прежде рожденного и вечно с Ним сущего: а вводя означение времени: ныне, Писание показывает, что, тогда как все проходит перед Ним преемственно, Он рождается вечно, доколе будет именоваться это: ныне. А когда это: ныне прекратится вместе с этим миром, тогда Он уже не рождается, по навсегда всецело став рожденным, и воссев судиею и мздовоздателем живым и умершим, вечно будет царствовать с Отцом.

5. А чтобы изречение: Господь имел меня началом пути Своего *) (Прит. 8, 22) не было виною (ложных) мыслей у имеющих поврежденный рассудок, не должно и его пройти молчанием. Переводчики, не совсем точно переводя с еврейского на греческий язык, сказали: созда мя (ἔϰτισέ με), а по иссле-

*) Славянский перевод этого стиха: «Господь создал мя начало путей своих в дела своя». (ред).

6

 

 

довании найдешь тут: содела мя (ἐποίησέ με). Впрочем, и выражение созда мя, если тщательно вникнуть в него, не выражает ничего несогласного с словами: содела мя. Если бы (писатель) сказал только: Господь созда мя: то у некоторых могло бы возникнуть недоразумение. Но поскольку прибавил: началом пути Своего, то очевидно, что сказанное нужно понимать так: Господь соделал, чтобы начальствовать Мне над делами Его и начало путей своих вверил мне. Когда же Отец возымел начало путей своих? Или когда Он не был действующим? Или от кого получил силу и действование? Ибо, если Он не от века имел у Себя все: то это значит, что Он получил сие от кого-либо иного, так что нужно вообразить себе иного какого-то Бога, старейшего, чем Он. Но кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать (Рим. 11, 35), говорит Писание. Если же все от Него: то никогда не найти начала путей Его и дел Его, но от века Он действовал. А если все чрез Сына начало быть, и без Него ничто не начало быть (Ин. 1, 3); то совершенно очевидно, что Отец от века имеет у Себя действующую Премудрость. Если Отец действует от века, а без Сына не бывает никакого действия: то слово: быть созданным, нельзя понимать так, что (Сын) после был создан, дабы (Отцу) действовать. Но выра-

7

 

 

жение: имел меня началом пути Своего, означает; вверил мне пути Свои, чтобы они были под Моим начальством; говорится о начале не время означающем, а власть. Ибо и апостолы говорят, что Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса (Деян. 2, 36). Если бы выражение: соделал означало тварь и создание, то были бы двое, которых сотворил Он, одного Господа, а другого Христа. Что Христос называется царем, это никому не безызвестно; а слово соделал означает, что Отцом вверены Ему две власти, – господственная и царственная, или, лучше сказать, одна власть, но почтенная двумя или более наименованиями. Посему и те и другие, увлеченные тем и другим заблуждением, пусть убедятся, что Сын, вечно существуя с Отцом, рожден и вместе безначален; безначален по вечному пребыванию с Отцом, а рожден, потому что от Отца получил бытие; как сказали мы о светиле, что оно есть виновник света, но не прежде света, а современно ему. Посему Он и во веки пребудет, и никогда не перестанет царствовать; ибо Он и не начинал быть, но именует Себя вечно действующим с Отцом, говоря: Отец Мой доныне делает, и Я делаю (Ин. 5, 17). Слово: доныне ведет мысль к вопросу: откуда. А так как это: откуда, относящееся ко времени, Он опустил, а сказал

9

 

 

только: доныне, то этим означил, что Он все вечно делает с Отцом. Он доныне делает, производя, животворя, взращивая, всем управляя, и никогда не престанет делать, потому что бездействие не приличествует Богу, и, делая Он не устанет, чтобы нуждаться в покое.

6. Думаю, что увлеченные Ариевым заблуждением воспользовались в свою защиту следующим евангельским изречением: ибо Отец Мой более Меня (Ин. 14, 28); на основании сего они предположили, что Сын есть создание и тварь. И ответ наименовавшему Его учителем благим: никто не благ, как только один Бог (Мф. 19, 17), породил у них предположение, что Он есть человек, и имеет название Сына в несобственном смысле. По моему мнению их предположение, что Сын чужд существа Отчего, порождено и следующими словами, сказанными в евангелии Марка: о последнем дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец один (Марк. 13, 32). А савеллиане, без внимательного рассуждения прочитав слова: Я и Отец – едино (Ин. 10, 30); видевший Меня, видел Отца (Ин. 14, 9): и еще: когда предаст царство Богу и Отцу (1 Кор. 15, 24), впали в величайшее заблуждение нечестия, думая, что Сын временно изошел от Отца вследствие отпадения чело-

9

 

 

века от Бога, а после исправления человеческого грехопадения опять сокрылся, и, разрешившись, слился с Отцом. Или ты, мудрствующий савеллиански, не читал следующее место апостольского послания, противоречащее твоему мнению, где, между прочим, сказано: по действию державной силы Его, которою Он воздействовал во Христе, воскресив Его из мертвых и посадив одесную Себя на небесах, превыше всякого Начальства, и Власти, и Силы, и Господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем (Ефес. 1, 19-21)? Или и евангельский глас не убеждает тебя в том, что не временен Сын, но и в будущем веке суд над всеми вручен Сыну? Ибо Отец, сказано, не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца (Ин, 5, 22-23). И в другом месте апостол говорит: в явление Господа Иисуса с неба, с Ангелами силы Его, в пламенеющем огне совершающего отмщение не познавшим Бога и не покоряющимся благовествованию Господа нашего Иисуса Христа (2 Сол. 1, 7-8). Смотри, как не слушающие, по словам апостола, понесут наказание – гибель вечную, когда Он придет прославиться во святых своих; понесут же наказание от Сына, который, по твоему мнению, уже не существует.

7. Если же хочешь знать, что означает

10

 

 

выражение: когда Он предаст Царство Богу и Отцу (1 Кор. 15, 24); то и сие не будет сокрыто от тебя, хотя ты и оказался мало восприимчив к истине, и хотя сие будет противоречить, по-видимому, заповеди Христовой: не бросайте жемчуга вашего перед свиньями (Мф. 7, 6). Но, подражая Богу, буду держаться благой надежды, не скрывая истину и от злочестивых; ибо Он одинаково посылает дождь и равно разливает дневной свет на праведных и неправедных (Мф. 5, 45). Ужели же не взыщешь истины, испытав такую любовь? Уже ли не обратишь к нам умственный слух, дабы убедиться, что в словах Писания нет противоречия одного места с другим, но все со всем сообразно и согласно? Посему слова: тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему (1 Кор. 15, 28) и еще: когда Он предаст Царство Богу и Отцу (1 Кор. 15, 24), нельзя понимать согласно с твоими мыслями. Ибо Он по всему уподобился человеку и страдал вместе с ним, по слову пророка: Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни (Ис. 53, 4. ) и: Он взял на Себя наши немощи и понес болезни (Мф. 8, 17), Поскольку облекся в доступную для них плоть, и для нас, как сказано, сделался, жертвою за грех (2 Кор. 5, 21), не сотворив греха, но как бы сотворивший дабы мы стали праведны, сделавшись за нас клятвою, чтобы искупить нас от клятвы (Гал. 3, 13), и был наименован проклятым, благоволив,

11

 

 

по состраданию, именоваться одним с нами именем; во всем этом Он уподобился человеку, приняв самый образ раба, как будто Сам Он был преступником закона, и, предложив (в жертву) за род человеческий собственное Лицо, преклонил Отца, призывая Его к умилостивлению. Но, поскольку не весь род человеческий покорился Сыну, то и Сам Он, будучи покорившимся, является и представляется вменяющим Себе пред лицом Отца непокорство людей. Когда же все покорится Сыну (а ныне же еще не видим, чтобы все было ему покорено – Евр. 2, 8), тогда скажет Он: все покорилось Мне. А когда все покорится Ему, тогда и Сам Он явится покорившимся Покорившему все Ему (1 Кор 15, 28). Если бы все мы были Христовы, и Христос был бы Божий, и был бы покорившимся. А если мы еще не Христовы: то не Божий еще и Христос, болезнующий о нас. Итак, когда все будем Христовы, тогда и Христос будет Божий, покорив чрез Себя Отцу всех, которых прежде приял от Него, да будет Бог все во всем (1 Кор. 15, 28). Он является некоторым образом, не покорившимся Отцу, когда врученные Ему, образ которых Он принял, еще не покорились Ему. Когда же все покорится Ему: тогда Он явится предавшим царство Богу и Отцу. Под царством же должно разуметь не достоинство

12

 

 

скиптродержательства, ибо Отец не нуждается в царском достоинстве, чтобы обратно получить от Сына то, что прежде снисходительно вручил в Его распоряжение. Твоя тайная мысль, кажется, именно такова. Ты не чествуешь не только по отношению к Сыну, уничтожая Его ипостась, но и по отношению к Отцу, выражая мысль, что Он не был царем на то время, как уступил царство Сыну, а потом снова получит оное от Него, как будто нуждаясь в этом достоинстве. Сын передаст Ему не достоинство царское, как я прежде сказал, но вступивших в Его царство и покорившихся Ему. Представив и передав таковое царство, Он скажет; вот царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел (1 Петр. 2, 9) и еще: вот Я и дети, которых дал Мне Бог (Евр. 2, 13); ибо Он дал их Ему, подчинив Ему все народы: дам народы в наследие Тебе и пределы земли во владение Тебе (Пс. 2, 8).

8. Знай и то, что изречение: Я и Отец – едино (Ин. 10, 30) не уничтожает ипостась Сына; ибо едино суть по существу, едино по достоинству, едино по разуму, едино по мудрости, но не едино по ипостаси. Ибо и из слов апостола можно доказать, что едино не означает одно и тоже лицо, что видно из многих мест, как например, из слов о насаждающем и поливающем

13

 

 

(1 Кор. 3, 8); ибо лицо различается здесь разделительным именем: каждый, сказано, получит свою награду по своему труду. Итак, слово едино не должно быть признаваемо уничтожающим другое лицо. Посему когда доказано, что ни одно из этих выражений взаимно не противоречит, и когда они согласны в утверждении правой веры: перестань мудрствовать савеллиански, уклонись от зломудрия и сделай благое, убедившись в истине. Довольно с тебя и сего для доказательства того, что ты мудрствуешь лукаво.

9. Получи понятие и об ариано-неистовствующем Ахилле. Почему ты, отступив от веры и оставив правый путь, впал в глубины нечестия против Сына, предполагая, что Он есть тварь и чужд существа Божеского? Неужели недостаточно для тебя, для доказательства рождения Его от Отца, одних имен Его, – что Он именуется Премудростью и Силою Божией? А конечно и ты согласишься, что премудрость и сила нерукотворенны и не устрояемы, но суть свойства духа и как бы проявления ума, служащего корнем для отпрыска мудрости. Если же премудрость, как говоришь ты, создана и устроена в какое либо время, – та Премудрость, которая древнее всякого времени и создания, то есть, Сын: то смотри, чтобы не оказаться тебе, с твоим мнением, несогласным со словами Пи-

14

 

 

сания: без Него ничто не начало быть (Ин. 1, 3). Или если скажешь, что эта премудрость есть после приобретенная, то постарайся ясно доказать нам, что была некая другая премудрость; старейшая этой, которою создана и эта вторая; ибо без премудрости невозможно чему-либо быть созданным. Посему у Отца Премудрость и была перворожденною всей твари, дабы чрез Нее устроилось все. Сын именуется также и Словом, во свидетельство того, что Он рожден, и дабы не признавали Его сотворенным. Ибо рождается, а не творится слово, произносимое устами, но приводимое в движение сердцем. Свидетель мне Отец, который говорит: Излилось из сердца моего слово благое (Пс. 44, 2). Свидетельствует вместе и Сын: я вышла из уст Всевышнего (Сир. 24, 3). Как же мысль твоя подъемлет такое бремя дерзости, признавая Его тварью?

10. Ты слышал прежде сказанное о Сыне; послушай же теперь и дальнейшее, именно, что было поставленное в преходящем времени, означает вечность. В начале было Слово (Ин. 1, 1). Начало Божие непостижимо для человеческой мысли. Посему-то, как сказали мы прежде, когда Писание употребило такой образ речи: в начале, то разумей вечное Божеское начало. Тоже выражается и словом было; Слово же означает единосущную с Отцом ипостась. А дабы мы не думали, что

15

 

 

Сын некогда был не являемым, скрываясь в Отце, и дабы не представляли себе Слово не произнесенным и внутренним (ибо такого рода Слову, не имеющему в Себе ипостаси, в каком уме или в каком писании надлежало иметь свое бытие?): то Иоанн сказал: и Слово было не в Боге, но у Бога, означая этим особую ипостась, сущую у Слова от существа Отчего. Точно так же и для того, чтобы не разумели мы премудрости художнической, которая свое бытие имеет или в человеке, или в каком либо произведении, он сказал: было у Бога, дабы мы разумели Бога, сущего от Бога. Кроме сего он поставил и имя: и Бог был Слово. Бог начала не имеет; иначе Он не был бы и Богом; это не только мы говорим, но тоже гласят и ученики философов, которым ты не должен бы уступать в деле стяжания познаний о Боге.

11. А дабы мы веровали, что Он существует как Бог, имея бытие Сам от Себя, Отец дал Ему человеческий образ, облекши Его плотью,  чтобы явить Сына и человеческим взорам. И зная, что Он есть сущий Бог, не вообрази, на основании слов: Отец Мой более Меня (Ин. 14, 28), что Сын ниже или менее (Отца). Ибо Ему, вочеловечившемуся, надлежало в смиренномудрых словах открывать Свое величие. Он

16

 

 

Сам сказал: Пусть хвалит тебя другой, а не уста твои (Прит. 27, 2). Ибо, как же не надлежало Ему смиренномудренно являть себя меньшим Отца беспредельного и все наполняющего, когда Он был ограничен плотью и измеряем человеческими взорами? Но и кроме сего не чуждо истины именовать Ему Виновника бытия большим Себя. Ибо если бы не было Бога, то откуда бы Премудрость? Если бы не было Отца, то откуда Сын? Посмотри, как Сын всюду и всячески смиренномудрствует и вместе с тем являет Божеское величие, и прежде всего, когда Он говорит юноше, наименовавшему Его благим: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог (Марк. 10, 18). И он справедливо отвечал так. Он как бы так сказал: юноша, Я явился тебе как человек, а ты, назвав Меня, как одного из книжников, учителем, прибавил еще: благий. Никто из людей не благ; это наименование свойственно единому Богу. Итак ты безрассудно назвал благим того, кто доселе являлся тебе человеком. Ответив так, Он явил сему человеку свое смирение, говоря: никто не благ из тех, кого имеешь в мысли. А прибавив: только один Бог (а Он и Отец едино суть), Он, таинственно и вместе смиренномудренно раскрыв истину, явил Себя сопричастным по благости Отцу. Итак слова:

17

 

 

Аз и Отец – едино (Ин. 10, 30) и: Я во Отце и Отец во Мне (Ин. 10, 38) показывают, что Он равен Отцу; ибо Сыну совершенного Отца необходимо быть совершенным.

12. Но, может быть, скажешь вот еще что: если Отец, будучи совершенным, все наполняет: то, что же остается наполнять совершенному Сыну? Говорю, что Они взаимно восприемлют и вмещают один другого. Ибо сказано: Я во Отце и Отец во Мне. А взаимно один другого вмещающие, по величию будут равны между собою. А как Они суть один в другом, постарайся это выслушать. Одно должно обниматься другим; следовательно, объемлемое заключается в объемлющем, а объемлющее не будет обниматься объемлемым. Не думай, что Бог имеет в Себе какую либо пустоту, в которую восприемлется объемлемое. О людях так думать должно; ибо мы неспособны вместить других, и не вмещаемся в другого, а если бы и вместились, то заключались бы в пустоте и ею были объяты. О Боге же должно мыслить так: как в душе человека, при совмещении двух или более наук, врачебной например и философской, или каких-нибудь других, они не теснят одна другую в уме и вместилище душевном, и при многочисленности находя себе простор и со-

18

 

 

вмещаясь между собою; наполняя душу, они  не выделяются одна от другой, так что для проницательных людей представляют вид единой сущности, потому что пребывают в едином и том же уме, но между собою различаются, ибо иное дело врачебная наука, а иное – философская: так и Отец и Сын, занимая одно и тоже место, взаимно восприемля один другого и составляя единое, как сказали мы немного прежде, различаются один от другого ипостасью и наименованием, существуя, однако же, один в другом. Так при разлитии в воздухе запаха масти в одном и том же пространстве существуют и воздух, и запах; по-видимому, они слились тут, на самом же деле откроется, что иное воздух, и иное – запах. Так же свет солнечный и дуновения ветров, взаимно сливаясь, и, по-видимому, находясь в совершенно смешанном состоянии, имеют между собою большое различие; ибо свет и ветер не мало различны один от другого. этим предметам уподобь Божество, и, представив в мысли нечто высшее, нежели что выражается словом, найдешь, что Оба едино по существу и единению сил, и что сей единый Бог разделяется по ипостаси и наименованию на Отца и Сына.

13. Может быть, возразишь мне и следующее: если Отец, равно как и Сын, все

19

 

 

наполняют, то, какое же место остается для силы враждебной? Ибо вместе с собою иметь врага – Богу не приличествует. А если там, где находится князь злобы, Бога нет: то Бог окажется ограниченным и объемлющим только часть всего. Отвечаю, что Он вездесущ, и нет места, где Бога нет, хотя в каком либо месте и находится князь злобы. Ибо лучи солнца не оскверняются падая на грязь и нечистоты, но даже уничтожают их, иссушая своим жаром: так и Бог наш именуется огнем поедающим (Пс. 17, 9); и еще: пред Ним огонь поедающий (Пс. 49, 3), дабы для возлюбленных служить светильником и светом, а для врагов пламенем поедающим; ибо попалит, сказано, окрест враги Его (Пс. 96, З). Посему и князь злобы, желая избегнуть огненосных стрел Божиих, бегает по всем местам. Всюду находя Бога, проходит по всем людям; когда находит пламенеющих Духом, бежит и от их пламени. А найдя в ком-нибудь, не имеющем Духа Божия, выметенное и убранное убежище (Мф. 13, 44), он, по кратком отдохновении, погибнет вместе с радушно принявшим его; ибо одинаково окажется врагом и принявший его, соделав своим другом противника Божия.

14. Думаю, что для утверждения истины достаточно и сих рассуждений. Но пусть не

20

 

 

оставлено будет мною по забвению или подобно пловцу, увлеченному в другие места сильным ветром, рассмотрение и того, почему, вместе со всеми, не знает (последнего) дня и Сын (Марк. 13, 32), имеющий в Себе Отца и Сам сущий в Отце? И это означает избыток Его смирения. Ибо Сыну Божию надлежало по преимуществу смирить Себя, потому что Он по преимуществу совершенно восприял и весь образ человеческого бытия. Сказав, что Он не знает, Он явил слушателям Свое смирение. А дабы не оказаться сказавшим неправду, Он прибавил: только один Отец знает; по букве Он отрекся от ведения, а по силе таинственного выражения исповедал оное, ибо, когда знает один Отец, то знает и Сын, поскольку Он и Отец – едино. От сего проистекли два блага для рода человеческого, – урок смирения и неведение конца мира, полезное для жизни. Что труднее было бы знать, день кончины, или самого Бога и Отца? Если же Отца познал Сказавший: да знаете Мене, как Отец знает Меня, так и Я знаю Отца (Ин. 10, 15): то как же Ему не знать дня, которого Он Сам был и Создателем? Ибо без Него ничто не начало быть, что начало быть (Ин. 1, 3). Наше слово, в котором предложены кратко сии доказательства, каково бы ни было само по себе, да не послужит ни для кого препятствием к (приобретению)

21

 

 

правой веры! Итак вы, последователи Савелия и Ария, столь между собою различающиеся, познав из сказанного всю истину, войдите со мною в согласие, и шествуя между той и другой сети; обретете путь истины, идя по которому, узрите вечную жизнь.

22


Страница сгенерирована за 0.31 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.