Поиск авторов по алфавиту

Автор:Голубинский Евгений Евсигнеевич

Голубинский Е. Ответ на возражения против слова: канонизация

XXI

ОТВЕТ

на возражения против слова: „канонизация".

Когда в первый раз я печатал настоящее исследование, в Московских Ведомостях помещена была заметка, под заглавием: «О канонизации, — историческая справка» (1894 г. № 315), в которой неизвестный кто-то (подписавшийся буквами: Г. Г.) заявил протест против употребления слова: канонизация.

Заметка, дающая видеть в ее неизвестном авторе одного из тех, немалочисленных у нас в настоящее время, «своего рода» охранителей церкви и государства, которые все зло одной и другого видят в профессорах академий и университетов, быв адресована ко мне, как к профессору академии, написана не в весьма хорошем тоне. Но, оставляя в стороне ее не весьма хороший тон, мы ответим на нее по существу, ибо очень возможно, что возражения, которые делает автор заметки против слова: канонизация, признаются основательными или по крайней мере требующими ответа и со стороны иных людей, вовсе не относящихся с предубеждением к профессорам академий.

Автор заметки делает два возражения против употребления слова: канонизация. Во-первых, что оно есть слово новое в русском языке, недавно кем-то в него введенное. Во-вторых, что оно далеко не выражает соответствующего ему древнерусского православного понятия «о прославлении» святых.

Оба возражения автора заметки должны быть признаны возражениями несостоятельными.

Совершенная правда, что слово: канонизация есть слово новое в русском языке, принятое в него не далее, как только в половине или после половины прошедшего столетия: но что из этого следует? Из этого ничего не следует, кроме того, что слово: канонизация есть слово новое в русском языке. Начиная с Петра Вели-

528

 

 

кого и до половины прошедшего столетия принято в русский и частнейше—в церковно-русский язык очень много слов из латинского языка: но разве в половине прошедшего столетия последовало от кого-нибудь запрещение брать на будущее время в русский язык слова из латинского языка? Если до половины прошлого столетия взято в русский язык из латинского языка очень много слов, то ясно, что и после половины прошлого столетия могут быть браты слова из последнего языка в первый: пример предшествующего времени дает право делать это и на будущее время. Слово: канонизация, как слово недавно введенное в русский язык, конечно, есть слово новое в нем. Но все прежние слова, взятые из латинского языка в русский и теперь совершенно освоившиеся и твердо укоренившиеся в нем, разве не были в свое время, после того как только что были приняты в него, новыми в нем словами? Слова: регламент (духовный), обер-прокурор (Синода), викарий, консистория, семинария, ректор, инспектор и многие другие, говорить об изгнании которых из церковно-русского языка никому не придет в голову, в свое время точно также были новыми словами в русском языке, как слово: канонизация есть новое в нем слово в настоящее время. Вообще, новизна в русском языке слова: канонизация нисколько не говорить против его употребления, ибо относительно нового времени вовсе не существует запрещения брать в русский язык слова ив латинского языка 1). Автор заметки как будто подозревает, что я первый ввожу в употребление слово: канонизации; если это так, то он совершенно ошибается, о чем см. ниже.

Обращаемся ко второму его возражению.

Если бы и на самом деле было справедливо, что латинское слови, канонизация далеко не выражает соответствующего ему древнерусского православного понятия о «прославлении» святых: то и это

1) Для тех, которые вообще против заимствования слов из иностранных языков в русский церковный язык, и в оправдание новейших заимствований заметим, что первые примеры таких заимствований в славянский язык относятся к первым временам христианства у Славян. Слово: церковь, в древней форме: црькы, есть немецкое (готское,—заимствованное Болгарами у Готов) слово: Kirche (которое в свою очередь есть греческое κοριακόν); алтарь или алтарь есть латинское слово altar, altare. Не удержались у нас—Русских, но удержались до сих пор у Болгар, взятые в древнее время из латинского языка слова: миса (в церковно-славянск.: мша)—missa, литургия, и комкать, комкание—communicare, communicatio, причащаться, причастие.

529

 

 

обстоятельство вовсе не делало бы невозможным принятия нами слова к употреблению. Принимая слово к употреблению, мы, само собой разумеется, не приняли бы и соединенного с ним латинского погрешительного понятия, а вместо латинского погрешительного понятия соединили бы с ним свое православное правильное понятие (А представлять дело так, будто с принятым словом мы необходимо должны были бы усвоить и неправильное понятие или что принятое слово необходимо должно было бы заставить нас усвоить и неправильное понятие, как хочет представлять дело автор, значит выказывать крайнюю степень наивности или же Бог знает что...). Люди, принадлежащие к духовному ведомству, разумеем—имеющие церковное образование, к каковым, по-видимому, принадлежит и автор заметки, очень хорошо знают, что основателями христианства—апостолами внесен в язык церкви из греческого языческо-классического языка ряд слов, которым усвоено было совершенно новое значение против того значения, которое они имели в классическом языке 1). А люди не только церковного, но и светского образования очень хорошо знают, что словам, заимствованным в наш русский церковный язык из нашего русского языческого языка, каковы: треба, требник, жертвенник, усвоено в первом языке совершенно новое значение против второго языка 2).

Но совершенную неправду говорит автор заметки, будто латинское слово канонизация далеко не выражает соответствующего ему православного понятия о прославлении сватах. Есть у нас люди, которые думают о латинянах очень просто: латиняне де еретики и следовательно де все, что ни есть у них, есть у них еретическое. На этом основании, о какой бы частности латинского вероучения и латинской церковной практики ни зашла речь, они, исходя из предзанятого общего представления, смотрят на нее не иначе, как на еретическую, и в случае если за каким-либо пунктом вероучения или практики не знают положительным образом признаков ереси (еретичности), то считают себя в праве предполагать их, т. е. иначе говоря—позволяют себе сочинительство. Повторяя ли кого другого или сам от себя, автор заметки доказывает далекую нетожде -

1) Слова: ἅγιος, ἁμαρτία, ἀνάστασις, ἐκκλησία, εὐαγγέλιον, χάρις и другие.

2) Название наших духовных консисторий, конечно, есть заимствованное из латинского языка название папских консисторий: но название усвоено у нас присутственному месту, не имеющему ничего общего с теми присутственными собраниями, которые у пап называются консисториями.

530

 

 

ственность нашего православного причтения к лику святых и латинской канонизации тем, что де «в Риме святой может быта известен только одному папе, а на Руси сначала чудеса творятся в народе (?), а потом уже церковная власть установляют праздник святому». Но то или другое, во всяком случае о папе, будто этот может канонизовать во святые, кого хочет, единственно по собственному усмотрению и произволу, автор говорит совершенный вздор 1). На самом деле между нашим православным прочтением к лику святых и между латинской канонизацией во святые нет по существу совершенно никакого различия: в нашей православной церкви причитаются к лику святых подвижники благочестия, прославленные от Бога даром чудотворений: точно также и в римско-католической церкви канонизуются усопшие, считаемые подвижниками благочестия, которых принимают за чудотворцев (а различие не по существу состоит в том, что у католиков процесс дознания и чудесах и удостоверения в них длиннее и сложнее нашего и что объявление канонизации совершается с особою, весьма пышною, церемонией, которой у нас нет).

Итак, возражения, которые делает против слова: канонизация автор заметки должны быть признаны неосновательными. Но может быть сделано против него еще возражение, именно—была ли нужда вводить его в русский язык? Ответ на это последнее возражение есть тот, что, с одной стороны, не было нужды неизбежной, а что с другой стороны — была нужда, удовлетворение которой было желательно. Если до половины XIX столетия мы обходились без слова: канонизация, то, конечно, могли бы обходиться без него и в дальнейшее время. Но слово: канонизация по отношению к своему предмету есть слово так называемое техническое, т. е. слово, которому усвоен условно точный и определенный смысл и при употреблении которого, благодаря сему, достигаются большая точность и большая краткость речи и получается большее удобство словесного выражения. Канонизация святых есть замена русского описательного выражения: причтение усопших подвижников благочестия к лику святых. Можно говорить, конечно, и последнее, но первое короче и

1) Провозглашая какого-нибудь усопшего (блаженного) святым, папа говорит: Matura deliberatione praehabita. et divina ope saepius implorata ac de Venerabilium Fratrum Nostrorum S. R. E. Cardinalium, Patriarcharum, Archiepiscoporum et Episcoporum in Urbe uxisfentium consilio, Beatum N. sanctum esse decernimus et definimus...

531

 

 

ни в каком сочетании слов не может быть двусмысленным, тогда как последнее при ином сочетании слов может давать двусмыслие и неопределенность; при том, в иных случаях без слова: канонизация речь о святых может быть затруднительною и неудобною. В доказательство потребности внесения в русский язык слова: канонизация сошлемся на пример, который имеет авторитет в глазах всех, а во всяком случае — в глазах так называемых охранителей, именно — на пример митрополита Московского Филарета. В публичных сочинениях Филарет не употреблял слова: канонизация (и в большинстве своих публичных сочинений, каковы проповеди, и не имел случая употреблять его, ибо в проповедях, конечно, не место слову: канонизация), но в частных письмах, по очевидной потребности кратчайшего и удобнейшего выражения, употреблял его. В письме к А. Н. Муравьеву от 26-го Декабря 1835-го года,— что есть первый известный нам случай употребления в русском языке слова канонизация, митр. Филарет по одному поводу пишет: «Дело не о реторике, а о том, что архимандрит Соловецкий канонизует святых 1). Первое, известное нам, публичное сочинение, в котором употреблено было слово: канонизация есть первое издание пятого тома (периода) Истории русской церкви архиеп. Филарета, напечатанное в Москве 2) в 1848-м году. Это первое, известное нам, употребление слова: канонизация в публичном сочинении было опротестовано митр. Филаретом 3). Второе известное нам публичное

1) См. письма митрополита Московского Филарета к А. Н. М..., напечатанные в Киеве, в 1869-м году,—№ 15, стр. 29 (повод был тот, что архимандрит Соловецкий Досифей в своем описании Соловецкого монастыря, представленном в цензуру, самовольно назвал святыми некоторых усопших Соловецких иноков, см. ibid. № 6, стр. 7 fin.).

2) Но одобренное цензурой не Московской, а Петербургской (хотя не невероятно думать, что бывшее в частной цензуре или на просмотре у А. В. Горского).

3) У архиеп. Филарета в § 2-м, который надписывается: «Состав и права святейшего Синода: законы»· стр. 5 sub fin., было: «Преимущественному смотрению его (Синода) принадлежат все духовные училища и все лица духовного звания, равно цензура духовных книг, и канонизация святых». Митр. Филарет в своих замечаниях на этот тем Истории архиеп. Филарета, написанных в конце 1850-го года, против слова: канонизация протестует: «Канонизация святых— Латинское выражение, относящееся к западным обрядам чуждым православной церкви. в чине западной канонизации заключается (sic) между прочим адвокат святого и адвокат диавола» (замечания митр. Филарета на пятый том Истории архиеп. Филарета напечатаны в Собрании его мнений и отзывов т. III, стрр. 383 —

532

 

 

сочинение, в котором употреблено слово: канонизация и в котором оно уже не опротестованное прошло и чрез цензуру митр. Филарета, есть Указатель к обозрению Московской Синодальной библиотеки преосв. Саввы но 2-му его изданию, напечатанному в 1858-м году, в котором на стр. 250-й читается: «№ 886 (библиотеки, содержащий) 20-ть служб Русским святым, канонизованным на Моск. соборе 1553 г.». Этот второй известный нам пример употребления слова: канонизация в публичном сочинении служит вместе примером и того, что наше слови доставляет возможность употреблять кратчайшее и удобнейшее выражение, ибо без него в данном случае надлежало бы сказать: 20 служб Русским Святым, которые были причислены к лику святых (которые признаны таковыми, за таковых) на соборе 1553 г. 1).

Я сказал, что автор заметки как будто считает меня первым, кто, неудачным образом новаторствуя, стал употреблять слово: канонизация. На самом деле прежде меня употребляли его столь многие, что я, приступая к писанию настоящего исследования (в 1894-м году), имел полное право считать его за слово уже общепринятое и общепризнанное. После митр. Филарета и архиепп. Филарета и Саввы употребляют до меня слово,—приводя писателей в хронологическом порядке употребления ими слова и только тех между ними, которые имеют больший или меньший авторитет: преосв. Макарий в Истории русской церкви (VI, 219, VII, 438, 445, 447, 451; VIII, 46; VI т. напечатан в 1870 г.); В. О. Ключевский в Древне-русских житиях святых (стрр. 223—227, 460, 462: 1871 г.); И. С. Некрасов в сочинении: Зарождение национальной литературы в северной Руси (стр. 47: 1871 г.); преосв. Сергий в Полном месяцеслове Востока 391). Вследствие замечания митр. Филарета в последующих изданиях тома Истории слова: «канонизация святых» заменены словами: «сопричисление к лику святых».— Не в приложении к святым, а в приложении к еврейскому языку ветхозаветных книг Библии употреблял глагол: «канонизовать» ректор петербургской академии архимандрит Афанасий Дроздов в своей Герменевтике, написанной до 1842-го года. Митр. Филарет, на просмотре у которого в 1842-м году была Герменевтика, замечает о глаголе: «слово канонизовать довольно ново в церковном языке православном; а знакомо по римской церкви, где употребляется о канонизации святых», но потом и сам употребляет его. см. Собрания мнений и отзывов митр. Филарета том III, стр. 76 нач..

1) Показание о соборе сделано ошибочно, но в данном случае это нас не касается.

533

 

 

(т. I, стрр. 309 и 313 и приложж. стр. 191, т. И приложж. стр. 58: 1875 г.); Ф. А. Терновский в сочинении: Изучение Византийской истории и ее тенденциозное приложение в древней Гуси (выпуск 1-й, стрр. 167, 169, 174, 175, 177: 1875 г.); И. Д. Мансветов в разборе «Полного месяцеслова» преосв. Сергия, составленном для Академии Наук (отдельн. брошюры стрр. 31, 37, 41, 44: 1878); В. И. Жмакин в исследовании: Митрополит Даниил и его сочинения (стрр. 213—218: 1881); г. Барсуков в сочинении: Источники Русской агиографии (многократно: 1882 г.); И. И. Малышевский в рецензии моей Истории Русской церкви, написанной по поручению Академии Наук (отдельн. оттиска стр. 128: 1882); Π. В. Знаменский в статье: Сергий Шелонин (напечатанной в Правосл. Обозр. 1882 г., т. I, стр. 308); А. С. Архангельский в сочинении: Нил Сорский и Вассиан Патрикеев, стр. 45, 1882); гр. Толстой в биографических дополнениях к напечатавши им «Книге, глаголемой описание о Российских святых (многократно: 1887 г.); г. Доброклонский в Руководстве по истории Русской церкви (вып. I, одобренный Учебным Комитетом при со. Синоде, изд. 2 стрр. 91, 92, 294, 295: 1887 г.): редактор журнала «Душеполезное Чтение» (1888 г. части 1-й стрр. 265 и 266); архимандрит Леонид в Описании рукописей Московской Духовной Академии (вып. I, стр. 48: 1887 г.) ы в книге Святая Русь или сведения о всех святых и подвижниках благочестия на Руси (многократно: 1891 г.), преосв. Димитрий (Самбикин) во втором издании Месяцеслова святых, всею Русскою церковью или место чтимых (многократно: 1893 г.); (В. В. Болотов—не можем указать сейчас, где именно, как будто в статье: Следы древних месяцесловов поместных церквей, напечатанной в 1 — 2 кн. Христианского Чтения 1893-го года).

Если бы против слова: канонизация могли быть сделаны и серьезные возражения: то в виду факта, что оно стало словом общепринятым, ничего не оставалось бы делать, как помириться с ним. Но так как серьезных возражений против него не может быть сделано, а между тем язычно-словесная потребность в нем (выгода от него) несомненна: то тем более остается поступить именно таким образом.

Наконец, в заключение всего мы можем сослаться на пример, сравнительно давний, и самих Греков, которые, последуя латинянам, усвоили своим словам κανονίζειν и κανονισμός значение латинских canonisare и canonisatio. Мы сказали выше, что нам не встречалось случаев употребления греческими писателями существи-

534

 

 

тельного κανόνισμα или κανονισμός в смысле причтения к лику святых, а что встретились только два случая употребления в сем смысле глагола κανονίζειν (стр. 12). Но, делая справки по лексиконам ново-греческого языка, мы нашли, что уже в Эллино-Российско-Французском лексиконе иеромонаха Досифея Комы, напечатанном в Москве, в 1811-м году, есть не только глагол κανονίζειν в значений сопричитать к числу святых, canoniser (см. слово κανονισμένος), по и существительное: κανονισμός как значащее: включение в число святых, la canonisation 1).

1) Хотя в позднейшем словаре ново-греческого языка, изданном самими Греками и принадлежащем Скарлату Византию (греко-французском и французско-греческом, 1 изд. 1846 г., 2 изд. 1856 г.), почему-то не находим того же, т. е. чтобы словам: κανονίζειν и κανονισμός усвоялось значение: причитать к лику святых, причтение к лику святых, или—канонизовать, канонизация.

535


Страница сгенерирована за 0.53 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.