Поиск авторов по алфавиту

Литургия Римско-католическая

97

 

3. ЛИТУРГИЯ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКАЯ.

 

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Под именем Римско-Католической литургии разумеется форма евхаристического богослужения, установленная для употребления во всем католическом мире вследствие определения Тридентского собора (1563 года) римскими папами Пием V, Климентом VIII и Урбаном VIII. Она получила окончательное устройство при этих папах, но образовалась не в их только время, а составлялась в течении многих столетий и получила свои отличительные особенности в разные времена и от разных лиц после св. Григория великого. Литургические труды этого святителя, хотя были направлены главным образом к тому, чтобы дать евхаристическому богослужению римской церкви определенный и постоянный вид, и отчасти достигли своей цели, но оставались неприкосновенными недолгое время. Вскоре сакраментарий св. Григория не только в отдаленных от Рима провинциях, в которых он был введен в употребление, получил значительные изменения по местным преданиям и обычаям, но и в самом Риме стал подвергаться различным преобразованиям и дополнениям. Продолжая носить одно и тоже имя св. Григория, этот сакраментарий в списках X, XI и дальнейших веков оказывается весьма несходным со списками VIII и IX веков, что доказывает последовательное видоизменение римской литургии. Общий ход ее чинопоследования оставался прежний, но частности от начала до конца непрестанно изменялись, быв то переставляемы с одного места на другое, то опускаемы и заменяемы другими новыми, то распространяемы какими-нибудь дополнениями, и вообще не имели строгой устойчивости, которую получили уже при упомянутых папах после Тридентского собора.

В течении столь продолжительного времени Римско-Католи-

 

 

98

ческая литургия испытала слишком много изменений, чтобы можно — было в настоящем предисловии изложить их со всею подробностью и историческою постепенностью. Для характеристики средневековой латинской литургии достаточно указать на основные причины и побуждения, из которых проистекали все частные ее преобразования, сделавшие впоследствии совершенно необходимою новую ее редакцию.—Одни из этих преобразований были вводимы римскими папами (с VII до XV века) по некоторым историческим случаям и неизбежным обстоятельствам времени, открывавшим недостатки прежней формы литургии 1), и притом большею частью происходили по примеру других подвластных папам областей западной церкви, которые в этом отношении опередили Рим и оказывали большое влияние на римскую литургию, вследствие чего она мало по малу получала новый вид в частностях своего чинопоследования. Так в начале ее представляется целый ряд приготовительных для священнослужителя молитв и обрядов, предшествующих Входному (Introitus) и известных под названием Praeparatio ad missam, которые не встречаются в древнейших римских сакраментариях до IX века, а в позднейших излагаются, хотя не везде одинаково, большею частью согласно с испанскими и галликанскими миссалами, по всей вероятности, послужившими для римских образцами и источниками 2). После песнопения: Слава в вышних Богу, по древнейшему сакраментарию св. Григория положена была одна молитва для каждой литургии, так называемая Collecta, а в позднейших кодексах она стала встречаться во множественном и неопределенном числе на основании тогдашней церковной практики, как видно и

1) Le Brun перечисляет несколько целых месс, включенных в сакраментарий св. Григория римскими папами в VII и VIII веках по случаю установления новых праздников и вновь канонизованных святых. ЕхрНс. de Иа messe. 1860. Т. И. р. 139-143.

2) Le Brun, Explic. des prières et des cérémonies de la messe. Bezanson. p. 80, 87 и д.

 

 

99

из свидетельств толкователей литургии Валафрида Страбона и автора Микролога, из которых первый жалуется на возрастающее множество коллект, а последний говорит, что многие из его современников имели обыкновение произносить по три, по пяти и даже по семи разных коллект в этом месте литургии к немалому неудовольствию слушателей 1). Между чтениями из Апостола и Евангелия были включаемы в состав литургии, кроме простого антифона или аллилуия, на некоторые дни так называемые Tractus, стихи из псалмов большею частью печального содержания, петые протяжно и уныло и избираемые не везде одинаково, а на другие дни так называемые Sequentiae или Prosae, т. е. прозаические гимны, получившие свое начало от сан-галльского аббата Ноткера ( 912) и введенные в римскую литургию папою Николаем 1-м, впрочем видоизменявшиеся по своему содержанию различным образом). После Евангелия было введено не употреблявшееся в прежней римской литургии чтение или пение Символа веры (Credo). Писатель IX века Амаларий уже упоминает об этом, говоря вообще о западном богослужения, а Валафрид Страбон и Вернон рассказывают 3), что по поводу адоптианской ереси Феликса во времена Карла великого определением Толедского собора учреждено было в испанских и галликанских церквах в подражание греческой произносить на литургии в каждый воскресный день константинопольский символ веры, впрочем с прибавлением Filioque, в испанской церкви—пред молитвою: Отче наш, а во франко-немецких—после Евангелия;

1) Wal. Str. de rit. eccl. c. 22. Microl. с. IV.

2) Некоторые позднейшие толкователи литургии приписывают введение Tractus то папе Телесфору (П века), то Целестину (V век.), то Геласию (V в.), но по соображениям критиков такие известия передаются не на основании твердых исторических данных, а из желания—возвысить позднейшее нововведение именами древнейших пап.

3) W. Str. в ук. соч. с. 22. Вето, de rebus ad missam spect. c. 2. Bingh. Orig. Eccl. T. IT. p. 114. Daniel, cod. lit. T. I. p. 126. Kliefoth. Lit. Abhandl. В. III. p. 311.

 

 

100

римская церковь долго отказывалась принять это нововведение, но по настоянию императора Генриха в 1014 году при папе Венедикте VIII чтение или пение символа веры было установлено и для римской литургии 1). Между антифоном, называемым Offertorium, и молитвою над принесенными дарами (super oblata) в средние века вошло в обыкновение читать особую молитву к Богу о милостивом принятии жертвы, приносимой за живых и умерших, чего не было в древнейшей римской литургии и что автор Микролога прямо относит к чину литургии галликанской 2). Молитвы канона мессы тщательно были соблюдаемы в Риме в том виде, в каком они читаются по древним спискам Григориева сакраментария, за небольшими исключениями в некоторых выражениях; но в частях мессы после канона опять допускались различные изменения и дополнения. Возглас, произносимый при соединении освященных хлеба и вина, начинающийся словами: Haec commixtio, не отличается глубокою древностью и встречается в списках литургии не ранее XI века и притом в различных выражениях 3). Следующая за ним молитва ко И. Христу: Agnus Dei, неоднократно повторяемая по преломлении освященного хлеба, по свидетельству некоторых писателей, была внесена в состав литургии папою Сергием 1-м (около 660 г.), но состояла не всегда из одинаковых слов и занимала не всегда одинаковое место в чине литургии 4). Непосредственно пред причащением священника в римских сакраментариях помещается несколько приготовительных молитв, которых нет никакого

1) Некоторые писатели, напр. Binterim, Denkw. В. IV. Tk. 3. р. 360, Martene, De antiq. rit. с. IV. Art. 5., Kössing. Lit. Vorles. 1843. p. 279—281, и другие утверждают, что в XI веке введено в Римской литургии пение символа веры, а чтение его было введено в ней еще в IX веке. В настоящем случае это безразлично.

3) Cap. XI.

3) Le Brun, Explic. des prières и пр. p. 459—461.

4) Amalar. de eccl. offic. Lib. 3. c. 33. Wal. Str. ук. соч. с. 22. Le Brun, там-же, p. 462. Daniel, ук. соч. p. 142. Kliefoth, ук. соч. p. 330.

 

 

101

следа в древнейших кодеках до X века, где видно только, что во время пения хором Agnus Dei священник мог тайно читать какие угодно покаянные молитвы; а потом некоторые из них с X века стали появляться в миссалах, напр. в известной Missa Illyrici и в средневековых толкованиях на литургию 1). Тоже нужно сказать и о прибавлениях к литургии, помещаемых после заключительного возгласа: Ite, missa est, или: Benedicamus Domino; в списках миссалов ранее X века нет их; потом молитва: Placeat, формула благословения и чтение из Евангелия Иоанна (1, 1 — 14) стали появляться в письменных лптургич&ких памятниках сначала в странах галликанских и испанских, а позднее (в XI—XIII веках) в Риме 2). Таким образом, по разным обстоятельствам времени, «римская литургия,—как говорит Бинтерим,—разделила со всеми другими литургиями одинаковую участь; первоначально она была совершенно простою 3); но вскоре прибавились (к ней) новые обряды, новые молитвы и другие дополнения, так что она наконец получила совершенно другой вид. Впрочем, есть большое различие между изменениями, происшедшими с третьего века до пятого и шестого, и между теми, которые происходили в средних веках... Вследствие грубого невежества, омрачавшего в средние века и духовенство, и народ, дело дошло наконец до того, что ни тот, кто совершал обряды, ни тот, кто присутствовал при них, не знали их значения. Впрочем, чувствовали свое непонимание и невежество, и потому прибегали к другому, совершенно новому методу, чтобы и свойство обрядов несколько объяснить, и благочестивому чувству народа доставить удовлетворение. Епископы и духовные, которые были в то время несколько образо-

1) Kössing, ук. соч. р. 530.

2) Microl. с. XXII. Le Brun, ук. соч. р. 522, 525—527, 534 и дал. Kössing, ук. соч. р. 565.

3) Надобно заметить, что эта первоначальная простая форма Римской литургии доселе остается совершенно неизвестною.

 

 

102

ваннее, принялись за мистические объяснения всякого рода и преподавали их народу. Отсюда произошли совершенно новые понятия о литургии; появились чудесные и большею частью непонятные толкования важнейших ее предметов. Такое мистическое толкование вскоре подало повод к введению новых обрядов; древние, которых духа не могли понять и объяснить, отменяли, а на место их вводили новые, которые лучше и легче могли быть объясняемы; обряды видоизменялись более и более» 1) …

Кроме. изменений, происходивших в римской литургии, так сказать, по не зависевшим от воли пап обстоятельствам и по соприкосновению ее с другими западными и отчасти восточными, формуляр западно-римской литургии испытал значительные преобразования и от теоретических воззрений римских богословов на частные принадлежности евхаристического богослужения, распространившихся в средние века и принятых папами. В вышеприведенных словах Бинтерима справедливо указывается на мистическое направление тогдашних толкователей литургических обрядов, как на причину изменения и размножения этих обрядов; но подобных теоретических и притом тенденциозных причин может быть приведено очень много. Так, утвердившееся на западе в XI веке мнение касательно совершения таинства Евхаристии на опресноке, заранее приготовленном в виде круглой облатки 2), послужило к тому, что в тамошней литургии не осталось следов тех приготовительных над священным хлебом действий и молитв, которые издревле совершаются в восточной церкви на проскомидии, и что в латинской церкви потребовалось освящение особенных маленьких опресноков для каждого причастника, между тем как по чину других литургий согласно с древнейшим обычаем все духовные и миряне причащаются частицами одного и того-же Агнца 3). Устранение всех мирян от

1) Denkwürd. В. IV, Th. 2. р. 159—161.

2) Bona Rer. liturg. L. 1. p. 685. Автор книги: Gemma animae, cap. 29.

3) Bona там же, p. 23.

 

 

103

принесения хлеба и вина для Евхаристия, признанного неуместным по введении опресночных облаток, заранее приготовляемых священниками 1), подало повод к употреблению особых молитв, приспособленных к новой форме приносимого дара, которые сначала может быть произносились тайно священником во время пения антифона приношения (Offertorium) 2), а потом вошли в самый состав западной литургии и стали излагаться в ее списках (напр. в Missa Illyrici) 3). Учение о преподавании народу таинства Евхаристии только под одним видом хлеба, утвердившееся в римской церкви в XII—ХV веках, привело в уничтожению священного обычая—смешивать во второй раз на литургии вино, претворенное в кровь Христову, с водою пред причащением верующих,—обычая, бывшего в практике древнейшей римской литургии, как видно из сакраментария папы Льва, а после изглаженного из литургических служебников 4),—вместе с тем привело к необходимости изменить важную формулу, произносимую во время преподавания Евхаристии тому или другому лицу, именно говорить: corpus Domini nostri, вместо общеупотребительной прежде формулы: corpus et sanguis Domini nostri, 5)—равно как заменить некоторые выражения в молитвах, произносимых священником во время причащения его самого под обоими видами хлеба и вина, с применением этих молитв только к нему одному. Составившееся в римской церкви убеждение о ненадобности—раздельно поминать на литургии имена живых и

1) Kliefoth, ук. соч. р. 317—319. König, Die Haupt-Liturg. der alt. Kirche p. 39.

2) Автор Микролога говорит (с. XI), что в Римской литургии тогда не полагалось никакой молитвы post offerendam ante secretam. Cp. Kössing ук. соч. p. 345.

3) Вставка среди самого канона литургии, в молитве за живых, новых слов не бывших в древнейших и вернейших сакраментариях (как говорится в Микрологе, с. XIII): pro quibus Tibi offerimus, вместо: qui Tibi offerunt, или вместе с последними, вероятно сделана по тому-же соображению.

4) Binterim, ук. соч: IV, 3. р. 49. Bona, ук. соч. L. II, с. 18. § 1.

5) Kliefoth, ук. соч. р. 331. Daniel, ук. соч. р. 147.

 

 

104

умерших лиц, а будто бы достаточно только в указанных местах останавливаться на них мысленно и приводить себе на память всех их в совокупности, вывело из употребления чтение диптихов, которые упоминаются в древнем сакраментарие св. Григория великого и еще были читаемы на западе до X века согласно с общим обыкновением восточной церкви; а распространившееся между римскими католиками учение о чистилище имело влияние на изменение древних молитв об умерших в смысле освобождения их из огня чистилища 1). Развившаяся в средние века идея папства, или главенства римского первосвященника над всею христианскою церковью и всеми гражданскими правительствами, также оставила свои следы на римской литургии: в ней при самом важном священнодействии, во время чтения канона мессы, мало по малу вышло из обычая поминать царствующих Особ, как установлено во всех других древних литургиях восточных и западных, по заповеди апостола (1 Тим. II, 2), и такое опущение сделано не случайно и не потому только, что Римская литургия преимущественно назначена была для употребления в Риме, где папа был представителем и духовной, и светской власти, но зависело именно от идеи мнимого главенства папы, не терпевшего сопоставления с собою светских представителей власти не только в Риме, но и в других католических государствах, в которых была вводима римская форма евхаристического богослужения 2), или, лучше сказать, несколько

1) Le Brun, Explic. des prières и пр. р. 411. Kössing, ук. соч. р. 398 и 465. а) Binterim (ук. соч. В. IV. Т. 2. р. 181) объясняет такое опущение сначала случайностью, потом тем, что Римская литургия назначалась для Рима, а при введении ее в других государствах—недосмотром. Но все это сколько невероятно само по себе, столько же и не согласно с мнением других католических писателей (напр. Kössing, ук. соч. р. 397), которые признают упомянутое опущение в каноне Римской мессы намеренным, оправдывая самое намерение тем, будто в каноне следует молиться только за папу и областного епископа, прочих же членов церкви достаточно поминать общим выражением: всех православных и исповедников соборной и апостольской веры (выражением, прибавленным в средние века вместо: pro Rege nostro).

 

 

105

отдельных римских форм литургии. Известно, что в римской церкви в течении рассматриваемого времени кроме общего чина литургии, который сам по себе был довольно разнообразен в кругу церковного года, были составлены различные Ordines missae для пап, для епископов разных степеней, для аббатов и простых священников, ordines литургий приходской (parochialis) и соборной (conventualis), обетной (votiva) и заупокойной (de requiem), совершаемой на обыкновенных и привилегированных престолах, и ordines месс тайных (lectae), которые можно совершать в одном и тол же храме и в одно и тоже время с гласною литургией на разных престолах. Если к этому прибавить, что во всех упомянутых Ordines были исчисляемы с большою подробностью, впрочем различно и произвольно каждым епископом и аббатом, внешние действия священнослужителя, когда он должен взирать на небо или на землю, когда подходить к алтарю с права или с лева, где и как совершать знамение креста и вообще делать такие или другие движения и жесты 1); а между тем неправильные взгляды на существенные части и принадлежности литургии, образовавшиеся в Риме еще с V и VI веков, не только не исправлялись, но более и более усиливались и умножались; то нельзя не признать состояние Римско-католической литургии пред временем реформации самым неустроенным. Она утратила много существенного и действительно важного по духу и по древности, а взамен того наполнялась внешними обрядами и мелочными принадлежностями, которые, кажется, считались тогда более важными, нежели самое священнодействие Евхаристии; посему, тогда как древние церкви свободно допускали разности во второстепенных частях евхаристического богослужения, а мелочные подробности внешнего служения предоставляли благоговению каждого, римские ли-

1) По словам Вал. Страбона (ук. соч. с. 25) в подобных предписаниях было такое разнообразие) что исчисление только главнейших из них могло бы утомить читателей. Cp. Kliefoth. ук. соч. р. 261, 274. 291, 327 и друг.

 

 

106

тургисты средних веков слишком высоко ставили второстепенные и мелочные разности, изломавшиеся в их собственных служебниках, и отступление от них в подчиненных Риму областях считали непозволительным и достойным преследования. «Явились епископские предписания, — продолжает Бинтерим в указанном месте,—имевшие целью общее регулирование литургии и то, как священники должны были держать себя на ней; хотя чрез это древний чин не восстановлялся, однако замечался определенный метод действий и полагались пределы нововведениям. Если бы угодно было Богу, то на этом дело и остановилось бы. Но теперь выступили схоластики, и литургия опять потеряла свою твердую почву; они начали диспутировать о литургических обрядах, и так как сами мало знали внутренние свойства и дух обрядов, то хотели остроумными умозаключениями достигнуть до их истинного основания. Кто хотя немного знаком с сочинениями схоластиков, тот знает, как много написали они комментариев на обряды, как много поднимали вопросов и какую произвели путаницу в церковных определениях. Посему было столь много различных мнений, сколько было голов; каждый зачинщик имел своих последователей; и дошло наконец до того, что при одной и той же церкви было не одно и тоже мнение о литургии; даже апостольское предание чрез это подвергалось опасности прерваться, и епископы едва могли сообщать своим предписаниям надлежащую силу, так как мнение схоластических докторов значило более, нежели изречение епископов. После того, как схоластика довольно долго упражнялась свойственным ей образом предметами литургии, появилась наконец школа рубрицистов; эти приводили канонические постановления, какие епископы в средние века издавали касательно литургии, в известную норму, по которой должно было совершаться ежедневное богослужение и чинопоследование литургии, не сделав впрочем основательного выбора из этих постановлений. Они нередко, частью увлекаясь прирожденною им мистикою, частью по неуместной ревности, слишком много следо-

 

 

107

вали духу времени. Институт их скоро приобрел себе силу закона, особенно когда епископы давали ему свое одобрение и предлагали своим церквам следовать такому же направлению. Эти литургические правила стали включаться и в литургические служебники, чтобы каждый имел пред глазами способ, как он должен совершать обряды; и чтобы можно было с первого взгляда отличить их от литургических молитв, писали их между частями литургии красными чернилами (rubrica), от чего литургические постановления и предписания и получили название рубрик. Такова история изменений литургии в западной церкви; между тем восточные не испытали таких изменений... 1).

Западно-римская церковь всегда имела убеждение, что литургия вообще и собственная их в частности развилась из малых зачатков евхаристического богослужения и может более и более развиваться по усмотрению высших духовных властей, особенно же римского папы. Но к началу XVI столетия Римско-Католическая литургия получила такое чрезвычайное разнообразие в частностях чинопоследования по произволу различных ее преобразователей и обнаружила такое отступление от прежней общей формы, вводимой из Рима по всем католическим областям, что наконец на Тридентском соборе высшие представители духовенства не усомнились признать необходимость новой редакции этой литургии, редакции, которая дала бы устойчивость ее форме. Литургический вопрос поднят был на XXV заседании собора, который, приняв мысль о необходимости одной редакции литургии для всех церквей западного мира, своим определением предоставил дело исправления богослужения римскому первосвященнику 2). Составленная в Риме тогдашним папою Пием IV комиссия для исправления римских богослужебных книг окончила свои труды уже при преемнике его Пие V, и вновь исправленный миссал был напечатан и обнаро-

1) Denkwürd. В. IV. Т. 2. р. 161 и 162.

2) Cone. Trid. sess. ХХV. Contin. Sess. 4. Decretum de indice librorum, Cathechismo, Breviario et Missali.

 

 

108

дован в 1570 году с папскою буллою, которою предписывалось введение исправленной литургии во всем католическом мире, в Италии в течении месяца, в других странах в течении трех месяцев, в-третьих, в течение шести месяцев, с исключением для тех стран, где редакция местной литургии, с утверждение папы или поместных соборов, пользовалась давностью употребления в течении 200 лет 1). В этом издании и заключается основная форма позднейшей Римско-Католической литургии. Как ни важен литургический труд римской комиссии 1563—1570 годов и по нелегкости его исполнения, и по тогдашним, церковным обстоятельствам, но если обратить внимание на сущность дела и с исторической точки зрения исследовать, удовлетворил ли он действительной потребности западных церквей при совершении таинства Евхаристии, исправил ли недостатки и излишества, вкравшиеся в их литургии в течении нескольких веков, и представил ли такой формуляр мессы, который можно было бы назвать безукоризненным во всех отношениях и вполне достойным употребления во всем мире, то беспристрастная критика не позволит дать на эти вопросы другого ответа, кроме отрицательного 2). Этот труд не представляет исторически-несомненной и авторитетной литургической древности не только вселенской, но и одной римской; составители его, как видно, не останавливались на непосредственных показаниях древнейших источников даже и западноевропейских (не говоря о восточных, с которыми они были слишком мало знакомы или не хотели справляться), а проводили все показания чрез свои взгляды и с немалым произ-

1) Булла Пия V в Missale Romanum, Romae, 1570 г.

2) Ближайшим доказательством служат вскоре потребовавшиеся новые редакции Римского миссала, сделанные другими комиссиями при папах Клименте VIII и Урбане VIII, впрочем, не представляющие почтя ничего нового, кроме незначительных исправлений в рубриках и текстах св. Писания, как объяснено в папских о них буллах 1604 и 1634 годов, где главным образом выражается настойчивое желание—уничтожить разнообразие провинциальных миссалов и ввести римский во всем католическом мире.

 

 

109

волом при составлении миссала нередко предпочитали предметы, встречающиеся только в позднейших кодексах или бывшие в современной им церковной практике, предметам оправдываемым подлинно древними памятниками. Правда, в булле папы Пия V говорится, что трудившиеся над этим миссалом члены комиссии, сличив все с древними и неиспорченными кодексами (cum vetustis atque incorruptis codicibus), восстановили его в древнюю норму святых отцов (ad pristinam sanctorum patrum normam) 1); но такое заявление может быть принято в самом ограниченном смысле, именно в том смысле, что в нем удержаны communis ordo и canon missae ев. Григория великого и большая часть молитв церковного года заимствованы из сакраментариев пап Льва, Геласия I-го и того же св. Григория; между тем эти части так расположены и обставлены такими обрядами и частностями, что в общем своем виде литургия теряет характер истинного выражения древности. В ней 1) сделаны весьма важные отступления от упомянутых сакраментариев, древнее и важнее которых не знала римская церковь; новый миссал начинается с недель пред Рождеством Христовым, называемых Adventus 2), как обыкновенно в мозарабских и в некоторых списках галликанских, тогда как прежние римские начинаются со дня Рождества Христова; он разделяется на четыре главные части, из которых первая под заглавием: Proprium missarum de tempore, содержит переменные молитвы месс на седмицы и господские праздники всего церковного года, при чем в самой средине между службами на великую субботу и Пасху по неизвестной причине помещен ordo missae с каноном ее и нотными песнопениями; во второй под заглавием: Proprium missarum de sanctis, помещены мессы на праздники Богородицы и отдельных

1) В булле Климента VIII об этом самом миссале сказано только, что он восстановлен ad veterem et emendatiorem normam.

2) Самое название недель Adventus не отличается древностью и образовалось в Галлии. Kliefoth, ук. соч. р. 340.

 

 

110

святых помесячно в течении всего года; в третьей под заглавием: Commune sanctorum заключаются мессы на праздники целых классов святых, как-то: апостолов, мучеников, исповедников, девственниц и других; здесь же далее помещены мессы на освящение церкви, мессы обетные (votivae) на шесть дней недели, посвященных Св. Троице (понедельник), Ангелам (вторник), Св. Духу (среда), святейшему таинству Евхаристии (четверток), Кресту или страданию Господа (пятница) и св. Марии (суббота), и наконец мессы на разные церковные, гражданские или относящиеся к жизни частных лиц случаи и потребности, и несколько молитв для произвольного (ad libitum) употребления священником сверх предписанных в мессах; в четвертой под заглавием: Missae pro defunctis содержатся четыре заупокойных мессы: в память всех верных усопших, в день смерти или погребения усопшего, в годовое поминовение усопших, и ежедневные мессы по усопшем, и еще несколько особых молитв об усопших на случай нужды 1). Кроме внешнего разделения, очевидно несогласного ни с Геласиевым, ни с Григориевым сакраментарием, во внутреннем расположении литургического материала, составителями миссала также допущено множество отступлений от древних памятников, напр. заимствованные молитвы часто приурочены к другим неделям и дням, нежели как было прежде; евангельские и апостольские чтения (Lectionarius) распределены по седмицам церковного года и праздникам не совсем согласно с памятниками древности и т. под. 2). 2) Недостатки и излишества в самом ordo missae, случайные и тенденциозные изменения и

1) Приложены: а) в конце: 1) благословения и молитвы на освящение разных предметов, как-то: воды, елея, воска, пальм, новых плодов и проч.; 2) несколько местных месс, отправляемых в некоторых католических областях или конгрегациях с особого дозволения римского папы; б) в начале: 1) рубрики, 2) наставления, как поступать священнику в разных случайных обстоятельствах при совершении литургии.

2) Примеры у Muratorius, De reb. liturg. c. VII. Kliefoth. ук. соч. р. 268— 266, 340, 423 и др.

 

 

111

вставки, которыми отличаются средневековые литургии западной церкви (и которые указаны, выше), не только не устранены, но большею частью оставлены и узаконены, только иногда с более положительными определениями, в какие дни то или другое нововведение VΙΙ—XIII веков нужно употреблять и в какие не употреблять (напр. когда произносить великое славословие, петь tractus или sequentia, не читать символа веры, не преподавать мира и пр.), и при употреблении какой соблюдать обычай, подобный ли галликанскому или испанскому или германскому, и какие делать внешние движения священнослужащему; оснований же для этих определений не видно никаких, кроме разве тех литургических служебников, которые практиковались не далее как за два или за три столетия до Тридентского собора. Можно думать, что дозволение папы Пия V некоторым местным церквам пользоваться своими формулярами литургии, бывшими у них в употреблении не менее 200 лет, потому и было дано им, что сами составители нового Missale Romanum пользовались и такими миссалами, которых редакция не простиралась далее 200 лет назад; в этом случае провинциальные церкви могли скоро сойтись с римскою, но все затруднения при введении нового миссала в разных католических государствах происходили от того, что из них одни привыкли к таким молитвам и обрядам литургии, другие—к другим, а Рим предписывал всем им именно такие, а не другие; составив форму литургии, проникнутую характером чисто папским и римско-католическим как в содержании, так и в рубриках и церемониях и в самом языке, Рим однако настаивал на всеобщей и безусловной обязательности для всего христианского мира именно этой формы, а не другой какой. Понятно, что она не могла удовлетворить всех провинциальных церквей западного мира, как действительно и случилось по свидетельству истории, и папские предписания только заградили путь иногда полезному влиянию других провинциальных литургий на римскую, в которой затем должно было прекратиться всякое развитие между прочим и потому, что

 

 

112

в ней определены не только preces, но и ritus и caeremoniae с такою крайнею и мелочною точностью, как не встречается ни в одной из древних литургий ни западных, ни тем более восточных. «Греческая церковь, — говорит Бунзен, — сохранила тип литургии, твердо установившийся в пятом столетии, и окрепла с ним и в нем, но ее канон Евхаристии гораздо ближе к древней церкви, нежели римский... Греческая церковь также твердо держится своей литургии, как и римская, и притом гораздо продолжительнее, но римский ритуал в сравнении с греческим, амвросиевым и галликанским, представляется составленным из каких-то непроницаемых, уже совершенно непонятных форм» 1).

Предлагаемый в настоящем сборнике для сравнения с другими литургиями русский перевод чинопоследования (Ordo) Римско-католической литургии сделан с подлинного текста, помещенного в Missale Romanum, с некоторыми дополнениями переменных молитв из других частей миссала 2); рубрики же, обширно изложенные как в Ordo Missae, так и во введении к миссалу, изложены по руководству Лебрюна, который довольно полно и вместе кратко изложил их в своем толковании молитв и обрядов этой литургии 3). Необходимые объяснения и примечания сделаны при пособии указанных в предисловии сочинений.

1) Hippol. В. 2, р. 191. Сравнение Римско-Католической литургии с восточною православною можно читать на русском языке в сочинениях: Т. Серединского: о Богослужении Западной Церкви, С.-ПБ. 1849. и о Богослужебном благочинии Западной Церкви 1859; И. Бобровницкого: о Происхождении и составе Римско-Кат. литургии, изд. 4. Киев. 1873 г. и др.

2) Miss. Rom. Ed. Venet. 1626 an.

3) Explic. des prières et des cérémonies de la Messe, par Le Brun. nouv. edit. Bezanson.

 

 

113

 

ЧИНОПОСЛЕДОВАНИЕ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЛИТУРГИИ.

Священник, облачившись в одежды, предшествуемый клириком в стихаре, несущим миссал, идет из сакристии к алтарю 1), с покрытою головою, важным шагом, с прямо держимым телом и с опущенными глазами. Вставши около последней ступени и против средины алтаря с открытою головою и соединенными руками, священник делает знак креста правою рукою от лба до груди, и говорит внятным голосом:

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Сделав знак креста, священник внятным голосом произносит антифон:

Подойду к жертвеннику Божию (Псал. XLII, 4).

Служащий при литургии, стоя на коленах с левой стороны священника, несколько пониже, а при торжественной литургии клирики, стоя по сторонам его, продолжают:

К Богу, веселящему юность мою.

Потом также попеременно произносят следующий псалом: 2).

Священник.

Суди меня, Боже, и вступись в тяжбу ною с народом недобрым; от человека лукавого и несправедливого избавь меня (Пс. ХLII, 1).

Клир.

Ибо Ты Бог крепости моей; для чего Ты отринул меня? И для чего я сетуя хожу от оскорблений врага? (ст. 4).

1) Т. е. к престолу.

2) Об этом 42 псалме замечено (Rubr. tit. III. п. 6), что он никогда не опускается, кроме литургий заупокойных и литургий de Tempore с воскресенья недели Passionis включительно до великой субботы исключительно.

 

 

114

Священник.

Пошли свет Твой и истину Твою; да ведут они меня и приведут на святую гору Твою и в обители Твои (ст. 3).

Клир.

И подойду я к жертвеннику Божию, в Богу, веселящему юность мою (ст. 4).

Священник.

На гуслях буду исповедывать Тебя, Боже! Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? (ст. 4. 5).

Клир.

Уповай на Бога; ибо я буду еще исповедывать Его, Спасителя моего 1) и Бога моего (ст. 5).

Священник.

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

Клир.

Как было в начале, и ныне, и всегда, и во веки веков. Аминь.

Священник повторяет антифон:

Подойду к жертвеннику Божию.

Отвечают.

К Богу, веселящему юность мою.

Священник знаменует себя (крестом), говоря:

Помощь наша в имени Господа (Пс. СХХIII, 8).

Отвечают.

Сотворившего небо и землю.

Потом священник, соединив руки и держа себя низко наклонившимся, совершает исповедание (confessionem):

Исповедаюсь Богу всемогущему, блаженной Марии приснодеве, блаженному Михаилу Архангелу, блаженному Иоанну Крестителю, святым апостолам Петру и Павлу, всем святым и вам, братия; ибо согрешил я чрезмерно мыслию, словом и делом (три-

1) В латинском подлиннике: Salutare vultus mei.

 

 

115

жды ударяет себя в грудь правою рукою, говоря), по моей вине, по моей вине, по моей величайшей вине. Посему прошу блаженную Марию приснодеву, блаженного Михаила Архангела, блаженного Иоанна Крестителя, святых апостолов Петра и Павла, всех святых и вас, братия, молиться о мне Господу Богу нашему.

Клир отвечает.

Да помилует тебя всемогущий Бог и, отпустив грехи твои, да приведет тебя к вечной жизни.

Священник говорит: Аминь, и поднимается.

Потом клир повторяет исповедание, и там, где священник говорил: и вам, братия, и: вас, братия, говорится: тебе, отче, и: тебя, отче.

После тою священник, соединив руки, совершает разрешение (absolutionem), говоря:

Да помилует вас всемогущий Бог и, отпустив грехи ваши, да приведет вас в вечной жизни.

Отвечают.

Аминь.

Священник знаменует себя знамением креста, говоря:

Прощение, разрешение и отпущение грехов наших да подаст нам всемогущий и милосердый Господь.

Отвечают.

Аминь.

И наклонившись продолжает священник:

Боже, Ты обратившись оживишь нас (Пс. LXXXIV, 7).

Отвечают.

И народ Твой возрадуется о Тебе.

Священник.

Яви нам, Господи, милость Твою (ст. 8).

Отвечают.

И спасение Твое даруй нам.

 

 

116

Священник.

Господи, услышь молитву мою (Пс. СИ, 2).

Отвечают.

И вопль мой да приидет к Тебе.

Священник.

Господь с вами.

Отвечают.

И с духом твоим.

Священник, распростирая и соединяя руки, говорит громким голосом:

Помолимся.

И подходя к алтарю, говорит тайно:

Отними от нас, молимся, Господи, неправды наши, чтобы нам сподобиться с чистыми душами приступить к Святому Святых, чрез Христа, Господа нашего. Аминь.

Подошедши к алтарю с соединенными руками и наклонившись над алтарем, говорит тайно:

Молим Тебя, Господи, заслугами святых Твоих (целует алтарь, не делая знамения креста на том месте, которое целует), которых мощи находятся здесь, и всех святых; сподоби простить все грехи мои. Аминь.

1) Потом священнодействующий, поцеловав алтарь, идет к левой стороне, которая есть сторона апостола, становится там, лицом обратившись к алтарю, делает знамение креста и внятным голосом говорит Входное (Introitum), (напр. в первую неделю Adventus):

К Тебе возношу душу мою, Боже мой, на Тебя уповаю, да

1) В миссале замечено, что на торжественной литургии прежде Входного священнодействующий благословляет фимиам. Этот обряд совершается таким образом: после того, как священник сказал: молим Тебя, Господи, и поцеловал алтарь, диакон испрашивает у него благословение фимиама, говоря: благослови, честный отче. Священнодействующий полагает фимиам в кадильницу, говоря: от Того благословишься, + в честь Кого сожжешься. Аминь, И взяв от диакона кадильницу кадит алтарь со всех сторон, не говоря ни-

 

 

117

не постыжусь, да не восторжествуют надо иною враги кои; (да) не постыдится все надеющиеся на Тебя. Псалом. Укажи мне, Господи, пути Твои, и научи меня стезям Твоим (Пс. XXIV, 1—4).—Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, как было в начале, и ныне, и всегда, и во веки веков. Аминь.

По окончании этого повторяется·. К Тебе возношу, до Псалма 1).

По окончании Входного священник, соединив руки, идет к средине алтаря и попеременно с клиром говорит: Господи помилуй, Господи помилуй, Господи помилуй. Христе помилуй, Христе помилуй, Христе помилуй. Господи помилуй, Господи помилуй, Господи помилуй 2).

Потом священник, против средины алтаря распростирая руки и поднимая их до высоты плеч, говорит, если следует говорить 3):

Слава в вышних Богу (соединяя руки, продолжает): и на земле мир, в человеках благоволение 4); хвалим Тебя, благословляем Тебя, покланяемся Тебе (наклоняет голову), славим Тебя, благодарим Тебя (наклоняет голову) ради великой славы Твоей. Господи Боже, Царь небесный, Боже Отче вседержитель, Господи Сын единородный Иисусе Христе (наклоняет голову), Господи Боже, Агнец Божий, Сын Отца, взявший грехи мира, помилуй нас; взявший грехи мира, приими молитву нашу (наклоняет голову); седящий одесную Отца, помилуй нас; ибо

чего. Потом диакон, приняв кадильницу от священнодействующего, кадит только его. Le Brun р. 116. Daniel, р. 64.

1) Так Входное повторяется во весь год; а Слава Отцу опускается в литургиях de tempore от недели Passionis до Пасхи. Daniel, р. 56.

2) Без перевода на латинский язык: Kyrie eleison, Christe eleison.

3) Великое славословие не говорится в недели, называемые Adventus, в недели поста от Septuagesima до Пасхи, исключая великий четверток и великую субботу, в мессах заупокойных и обетных, в будничные дни и некоторые другие. Daniel, р. 58, Le Brun, р. 187. Kössing, ук. соч. р. 212. Оно читается на распев, для чего в миссале положены и ноты.

4) В латинском подлиннике: hominibus bonae voluptatis.

 

 

118

Ты—один свят, Ты — один Господь, Ты — один всевышний, Иисусе Христе (наклоняет голову), со святым Духом в славу Бога Отца (делает на себе знамение креста). Аминь.

По окончании ангельской песни священник целует алтарь по средине, соединяет руки, обращается к народу с опущенными глазами, распростирает руки и говорит: Господь с вами 1).

Отвечают.

И с духом твоим.

Потом соединяет руки и идет к миссалу, делает поклон кресту и говорит:

Помолимся.

Потом распростирает руки, держит их поднятыми до высоты плеч и говорит молитвы (Orationes), одну или больше, как положено в чинопоследовании;

(напр. в неделю 1 по Пятидесятнице):

Боже, крепость надеющихся на Тебя, будь милостиво присущ призываниям нашим; и так как без Тебя ничего не может немощь смертная, то даруй помощь благодати Твоей, чтобы в соблюдении заповедей Твоих мы благоугождали Тебе и волей и деятельностью, чрез Господа 2).

Отвечают.

Аминь 3).

После молитвы священнодействующий читает внятным голосом Апостол. На торжественной литургии иподиакон чи-

1) Служащий епископ говорит: мир вам.

2) Эта молитва (Oratio или Collecta) буквально заимствована из сакраментария св. Григория; только неделя здесь названа первою, а там второю по Пятидесятнице; см. выше, стр. 93. Больше одной молитвы читается в честь многих святых или в память многих событий в один день. В постные дни четырех времен года по субботам (Quatuor temporum) читается пять молитв после пяти паремий.

3) В миссале не упоминается, но полагается, по объяснению Le Brun, р. 157.

 

 

119

тает (cantal) Апостол, а священнодействующий в то же время произносит его тихим голосом.

Отвечают.

Благодарение Богу.

После Апостола читаются Степенны (gradualia), потом произносятся два Аллилуия, потом Стих и после стиха одно Аллилуия,

(напр. в праздник блаж. Августина).

Уста праведника изрекают премудрость, и язык его произносит правду. Cm. Закон Бога его в сердце у него, и не поколеблются стопы его (Пс. XXXVI, 30—31). Аллилуия, аллилуия. Стихе. Я обрел Давида, раба Моего, святым елеем Моим помазал его (Пс. LXXXVIII, 21); Аллилуия 1).

В недели пред Пасхою, от Septuagesima до великой субботы,и в некоторые другие дни 2), не говорится Аллилуия, а вместо него говорится Tractus;

(напр. во время Четыредесятницы):

Господи, не по грехам нашим, которые мы совершили и не по беззакониям нашим воздай нам (Пс. СII, 10). Cm. Господи, не помяни грехов наших предков 3); скоро да предварят нас щедроты Твои; ибо мы весьма истощены (Пс. LXXVIII, 8). Cm. Помоги нам, Боже, Спаситель наш; и ради славы имени Твоего, Господи, избавь нас, и прости нам грехи наши ради имени Твоего (ст. 9).

Вместо Tractus говорится Sequentia в праздник Пасхи: Victimae Paschali, в праздник Пятидесятницы: Veni, Sancte Spiritus, в Праздник Тела Xpuстова: Lauda Sion Salvatorem; а на литургиях заупокойных кроме Tractus говорится Sequentia: Dies irae, dies illa, без Аллилуия.

1) В пасхальное время часто не говорится Graduale, а вместо него только два стиха из св. Писания применительно к празднику, и Аллилуия. Daniel, р. 60.

2) Они исчислены в миссале в Rubricae, с. X. и. 4.

3) В латинском подлиннике: iniquitatum nostrarum antiquarum.

 

 

120

По окончании этого, если литургияторжественная, диакон полагает книгу Евангелий на средине алтаря, и священнодействующий благословляет фимиам, как сказано выше; потом диакон, коленопреклонившись пред алтарем с соединенными руками, говорит:

Очисти сердце мое и уста мои, всемогущий Боже, очистивший уста Исаии пророка углем огненным; так и мена сподоби очистить Твоею благою милостию, чтобы я мог достойно возвещать святое Евангелие Твое, чрез Христа Господа нашего. Аминь.

Потом поднимается, берет книгу евангелий с алтаря, и опять коленопреклонившись испрашивает благословение священника, говоря:

Повели, владыка, благословить 1).

Священник отвечает:

Господь да будет в сердце твоем и в устах твоих, чтобы ты достойно и прилично возвещал Евангелие Его: во имя Отца и Сына + и Святого Духа. Аминь.

Приняв благословение, диакон целует руку священнодействующего, и с другими клириками, с фимиамом и свечами, несет книгу Евангелий на место, где должен читать его, и кадит по средине, с правой и левой стороны. Потом, став с соединенными руками, говорит:

Господь с вами.

Отвечают.

И с духом твоим.

И произносит:

Последование (sequentia) или начало Евангелия от N (Иоанна, Дуки и пр.) 2).

Клирики отвечают·.

Слава Тебе, Господи.

1) Т. е. благослови, Владыка. Le Brun. р. 176.

2) Начало говорится только тогда, когда Евангелие надобно читать с начала; а последование— тогда, когда оно продолжается с назначенного места. Le Brun, р. 187.

 

 

121

Между тем диакон большим перстом правой руки знаменует крестом книгу в начале Евангелия, которое имеет читать, потом себя самого на лбу, устах и груди, трижды кадит книгу, и после того читает Евангелие с соединенными руками. По окончании ею иподиакон относит книгу к священнику, который целует Евангелие и говорит:

евангельскими словами да истребится наши согрешения.

Наконец диакон кадит священника 1).

Потом священник, став против средины алтаря, распростирая, поднимая и соединяя руки, и держа их соединенными, говорит, если следует говорить. 2).

Верую в единого Бога (наклоняет голову ко кресту) Отца Вседержителя, Творца неба и земли, видимого всего и невидимого. И в единого Господа Иисуса Христа (наклоняет голову ко кресту), Сына Божия единородного, и от Отца рожденного прежде всех веков, Бога от Бога, света от света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, не сотворенного, единосущного Отцу, чрез которого все произошло; который ради нас людей и ради нашего спасения сошел с небес (коленопреклоняется), и воплотился от Духа Святого из Марии Девы и вочеловечился (поднимается), распят за нас при Понтие Пилате, пострадал и погребен; и воскрес в третий день по писаниям, и восшел на небеса, (и) сидит одесную Отца, и опять придет со славою судить живых и мертвых, которого царству не будет конца. И в Духа Святого, Господа (и) животворящего, из Отца и Сына исходящего, с Отцом и Сыном сопокланяемого (наклоняет

1) Когда совершается литургия не торжественная, без диакона, то каждения не бывает; священник сам или клирик переносит книгу евангелий с одной стороны престола на другую, сам совершает действия и возгласы диакона, и говорит тайно: Очисти сердце мое.. Повели, Владыка... Господь да будет в сердце моем.. По прочтении евангелия, клирик отвечает: хвала Тебе, Христе.

2) Символ Веры читается только в воскресные и праздничные дни господские, богородичные и некоторых святых, исчисленные в миссале (Rubr. с. XI). Он читается нараспев, для чего в миссале положены и ноты.

 

 

122

голову ко кресту) и сославимого, глаголавшего чрез пророков. И в единую, святую, соборную и апостольскую Церковь. Исповедую единое крещение в оставление грехов. (И) ожидаю воскресения мертвых и жизни будущего века. Аминь. (Знаменует себя знамением креста от лба до груди).

Потом целует алтарь и, обратившись к народу, говорит: Господь с вами.

Отвечают:

И с духом твоим.

Потом говорит: Помолимся, и читает антифон приношения (Offertorium),

(напр. в праздник Тела Христова):

Священники Господни приносят фимиам и хлебы Богу, и потому они будут святы Богу своему, и не обесчестят имени Его (Левит. XXI, 6. 7. XXII, 2). Аллилуия.

За тем, если литургия торжественная, диакон распростирает на алтаре corporale 1) и приносит священнодействующему дискос с жертвою (hostia), а если не торжественная, то сам священник распростирает corporale, снимает покровы, закрывающие чашу, берет дискос с жертвою, держит ею обеими руками поднятым до высоты груди, поднимает глаза и тотчас опускает гас, и говорит:

Приими, святой Отче, всемогущий, вечный Боже, сию непорочную жертву, которую я недостойный раб Твой приношу Тебе, Богу моему живому и истинному, за бесчисленные грехи и оскорбления и нерадения мои, и за всех предстоящих, и за всех верных христиан живых и умерших, чтобы мне и им она послужила в жизнь вечную. Аминь.

Потом, делая крест тем же дискосом, полагает жертву на corporale. Диакон подает вино, а иподиакон воду в сосуде. Священник вытирает чашу и став с боку ал-

1) Обыкновенно белый льняной плат, украшенный двумя крестами.

 

 

123

таря и держа ее левою рукою, принимает сосуд с вином и вливает его в чашу. Потом делает знамение креста на сосуде с водою 1), вливает ее несколько в чашу, и говорит:

Боже, дивно создавший достоинство человеческого естества и еще чуднее преобразивший его, даруй нам чрез таинство сей воды и сего вина быть сопричастными Божеству Того, Кто благоволил соделаться причастным нашему человечеству, Иисус Христос, Сын Твой, Господь наш, который с Тобою живет и царствует в единстве Святого Духа, как Бог, во все веки веков. Аминь.

После того священник, стоя против средины алтаря, берет чашу, держит ее поднятою обеими руками, и, подняв глаза, говорит:

Приносим Тебе, Господи, чашу спасения, умоляя милость Твою, да взыдет она, как приятное благоухание 2), пред лице божественного величества Твоего за наше и всего мира спасение. Аминь.

Потом делает знамение креста чашею, ставит ее на corporale позади жертвы и покрывает ее покровом. Затем, соединив руки над алтарем и несколько наклонившись, говорит:

В духе смирения и в духе сокрушения (молим), да будем мы приняты Тобою, Господи, и да будет жертвоприношение наше пред лицом Твоим ныне таково, чтобы оно было благоугодно Тебе, Господи Боже.

Поднявшись распростирает руки, поднимает их в высоту и соединяет, также поднимает глаза к небу и, тотчас опустивши их, говорит:

Прииди, Освятитель, всемогущий, вечный Боже (благословляет дары, продолжая), и благослови сие жертвоприношение, уготованное Твоему святому имени.

1) На литургиях заупокойных вода не благословляется. См. в миссале Ordo Missae.

2) В латинском подлиннике: cum odore suavitatis.

 

 

124

После тою, если совершается торжественная литургия, благословляет фимиам, говоря 1):

По председательству блаженного Архангела Михаила, стоящего одесную алтаря кадильного, и всех избранных Своих, да сподобит Господь благословить + фимиам сей и принять в приятное благоухание, чрез Христа Господа нашего. Аминь.

И приняв от диакона кадило, кадит дары, говоря:

Фимиам сей, благословенный Тобою, да взыдет к Тебе, Господи, и да снидет на нас милость Твоя.

Потом кадит алтарь, говоря:

Да направится, Господи, молитва моя, как фимиам, пред лицо Твое; воздеяние рук моих, как жертва вечерняя. Положи, Господи, охрану устам моим, и огради двери уст моих. Не дай уклониться сердцу моему к словам лукавым для извинения дел греховных (Пс. CXL; 2—4).

Затем возвращает кадило диакону, говоря:

Да возжет в нас Господь огонь своей любви и пламень вечной любви. Аминь.

После того диакон кадит священника и других по порядку. Между тем священник, держа руки соединенными, отходит к левой стороне престола, где и умывает руки, именно оконечности перстов большего и указательного, говоря:

Буду омывать в невинности руки мои и обходить жертвенник Твой, Господи, чтобы слышать (audiam) глас хвалы и поведать все чудеса Твои. Господи, возлюбил я обитель дома Твоего и место жилища славы Твоей. Не погуби души моей с грешниками и жизни моей с кровожадными, у которых в руках злодейство и которых правая рука полна мздоимства. А я хожу в моей непорочности; избавь меня и помилуй меня. Нога моя стоит на прямом (пути); в собраниях благословлю (Тебя), Гос-

1) На слова диакона, подносящего фимиам и кадило: «благословите (benedicite), честный отче». Le Brun, р. 264. Если же совершается литургия неторжественная, то каждения не бывает.

 

 

125

поди (Пс. ХХV, 6—12). Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, как было в начале, и ныне, и всегда и во. веки веков 1). Аминь.

Омыв руки свои, священник идет к средине алтаря, над которым держа руки, соединенными и немного наклонившись, читает тайно:

Приими, святая Троица, сие приношение, которое мы приносим Тебе в воспоминание страдания, воскресения и вознесения Иисуса Христа Господа нашего, и в честь блаженной Марии приснодевы и блаженного Иоанна Крестителя и святых апостолов Петра и Павла и сих 2) и всех святых, да послужит оно им в честь, а нам во спасение, и да сподобятся ходатайствовать за нас на небесах те, которых память мы совершаем на земле, чрез того же Христа, Господа нашего. Аминь.

Потом священник целует алтарь, обращается к народу, распростирает руки, соединяет их, и говорит несколько возвышенным голосом:

Молитесь, братия (доканчивает круг, обращаясь к средине алтаря от правой стороны престола и продолжая тайно), чтобы мое и ваше жертвоприношение было благоприятно пред Богом Отцом всемогущим.

Клирик или окружающие отвечают:

Да приимет Господь жертвоприношение от рук твоих 3) в хвалу и славу имени Своего, равно на пользу нашу и всей Церкви своей святой.

Священник тихим голосом говорит:

Аминь.

1) На литургиях заупокойных и во время Passionis не говорится: Слава Отцу и пр.

2) Et istorum, под этим словом разумеются святые, которых память совершается в тот ze день, или которых частицы мощей находятся на престоле. Le Brun, р. 288.

3) Если литургия совершается без диакона, то сам священник произносит эту молитву и говорит: моих.

 

 

126

Потом, с распростертыми руками, прямо без возгласа, помолимся, читает тайные молитвы, или тайную молитву (Secretam), если следует читать одну,

(напр. в день Вознесения Господня):

Приими, Господи, дары, которые мы приносим в честь (pro) славного Вознесения Сына Твоего, и милостиво даруй, чтобы нам избавиться от настоящих опасностей и достигнуть жизни вечной, чрез того же Господа нашего Иисуса Христа, который с Тобою живет и царствует в единстве Святого Духа, как Бог, (громко и на распев) во все веки веков 1).

Отвечают на распев.

Аминь.

По окончании тайных молитв священник, не обращаясь к народу, возглашает на распев:

Господь с вами.

Отвечают на распев:

И с духом Твоим.

Священник, распростерши руки и поднявши их до груди, говорит на распев:

Горе сердца.

Отвечают на распев:

Имеем в Господу.

Священник, соединив руки, говорит на распев: Будем благодарить Господа (подняв глаза к небу, продолжает), Бога нашего.

Отвечают на распев:

Достойно и справедливо.

1) Эта молитва заимствована из сакраментария Св. Григория на тот же день Вознесения Господня, только там надписываетса, как и другие подобная: super oblata. Тайные молитвы в настоящем месте всегда оканчиваются словами: во все веки веков, которые произносятся священником на распев, для чего в миссале положены и ноты.

 

 

127

Священник, поднявши и распростерши руки, говорит на распев предварительную молитву (Praefationem);

По истине достойно и справедливо, прилично и спасительно нам всегда и везде благодарить Тебя, святой Господи, всемогущий Отче, вечный Боже, чрез Христа Господа нашего, чрез которого величество Твое хвалят Ангелы, почитают Господства, трепещут Власти, небеса и силы небесные и блаженные Серафимы прославляют общим ликованием. С ними и наши голоса благоволи принять, молимся с покорным исповеданием взывая (соединяет руки и наклоняется): свят, свят, свят Господь Бог Саваоф; полны небеса и земля славы Твоей; осанна в вышних. Благословен грядущий во имя Господне; (поднимается и полагает на себе знамение креста от лба до груди) осанна в вышних 1).

Священник, распростерши и соединив руки, подняв глаза к небу и тотчас опустив их, низко наклонившись пред алтарем и положив на него руки, тайно говорит.

И так Тебя, милостивейший Отче, чрез Иисуса Христа, Сына Твоего, Господа нашего, усердно молим и просим (целует алтарь и поднимается), приими и благослови (трижды делает знамение креста над дарами) сии + дары, сии + приношения, сии + святые жертвы непорочные (распростирает руки), которые мы приносим Тебе во-первых за Церковь Твою святую соборную, которую благоволи умирить, оградить, соединить и управлять во всем мире вместе с служителем Твоим Папою нашим N (таким-то) и предстоятелем нашим N (таким-то) и всеми православными и почитателями кафолической и апостольской веры.

1) Предварительная молитва, приведенная здесь и заимствованная из сакраментария Св. Григория, есть общеупотребительная и называется Praefatio communis. Между тем в миссале приводится еще десять различных Praefatines на важнейшие праздники, с применением их в средине ко дню праздника и с особыми нотами для каждой. После этой молитвы начинается Canon Missae.

 

 

128

Поминает живых.

Помяни, Господи, рабов и рабынь Твоих N и N, (поднимает и соединяет руки немного выше груди, несколько времени молчит, поминая живых, кого хочет помянуть, и держа голову немного наклоненною; потом опустивши и распростерши руки, продолжает) и всех предстоящих, которых вера известна и благочестие ведомо Тебе, за которых мы приносим Тебе или которые приносят Тебе сию жертву хвалы за себя и всех своих, за избавление душ своих, за надежду спасения и благополучия своего, и воздают обеты свои Тебе, вечному Богу, живому и истинному.

Между священнодействием (infra actionem) 1).

Оставаясь в том же положении, священник говорит: Имея общение 2) и ублажая память во-первых преславной приснодевы Марии, Матери Бога и Господа нашего Иисуса Христа, также блаженных апостолов и мучеников Твоих Петра и Павла, Андрея, Иакова, Иоанна, Фомы, Иакова, Филиппа, Варфоломея, Матфея, Симона и Фаддея, Лина, Клета, Климента, Сикста, Корделия, Киприана, Лаврентия, Хрисогона, Иоанна и Павла, Козьмы и Дамиана, 3) и всех святых Твоих, которых заслугами и молитвами даруй, чтобы мы ограждены были во всем помощью

1) Это заглавие оставлено, по изъяснению Le Brun (р. 341), с тем чтобы доказать, что в следующих двух молитвах: Имея общение и: Итак сие надобно делать вставки применительно к праздникам в день Рождества Хр., Богоявления, Пасхи, Вознесения Господня и Пятидесятницы, какие показаны в миссале.

2) Имея общение (communicantes) поставлено в причастии без личного глагола потому, что служит продолжением первой молитвы: и так Тебя, помимо средней: помяни, по замечанию толкователей, Le Brun, р. 344. Daniel, р. 226.

3) После 12 апостолов и & римских первосвященников, здесь поминаются еще 7 имен: Киприана, Епископа Карфагенского (f 25S), Лаврентия римского архидиакона и мученика ( 258), Хрисогона, римлянина и мученика аквилейского ( 303), Иоанна и Павла, римлян, замученных при императоре Юлиане ( 362), и Козьмы и Дамиана, римских безмездных врачей и мучеников (около 303).

 

 

129

Твоего покрова (соединяет руки) чрез того же Христа Господа нашего. Аминь.

Держа руки распростертыми над чашею и жертвою, говорит:

И так сие приношение смирения нашего и всей церкви Твоей, молим (Тебя), Господи, милостиво приими, и дни наши устрой в мире Твоем, и благоволи избавить нас от вечного осуждения и сопричислить к стаду избранных Твоих (соединяет руки) чрез Христа Господа нашего. Аминь.

Сие приношение Ты, Боже, молим (Тебя), сподоби соделать всецело (трижды делает знамение креста над чашею и жертвою вместе) благословенным, + приемлемым, + угодным, + разумным и благоприятным, да будет оно нам (дважды делает знамение креста над жертвою и чашею отдельно) телом + и кровью + (поднимает и соединяет руки пред грудью) возлюбленного Сына Твоего, Господа нашего Иисуса Христа,—

Потом священник вытирает об Corporale, если нужно, большой и указательный персты обеих рук и говорит тайно:

Который пред тем днем, когда пострадал (берет жертву большим и указательным перстами обеих рук, сначала правой, а потом левой, и, стоя прямо, продолжает), взял хлеб в святые и досточтимые руки свои (поднимает глаза к небу) и возведши очи на небо в Тебе, Богу Отцу своему всемогущему (немного наклоняет голову), благодарив Тебя (большим и указательным перстами левой руки держа жертву, правою делает над нею знамение креста), благословил |, преломил и подал ученикам своим, говоря: «приимите и ядите от сего все; (держа жертву большим и указательным перстами обеих рук, опершись локтями на алтарь и наклонивши голову, произносит слова освящения раздельно, благоговейно и тайно): ибо сие есть тело Мое».

Произнесши эти слова и держа жертву двумя первыми, перстами обеих рук, священник воздает ей честь колено-

 

 

130

преклонением; потом поднимается и поднимает жертву так высоко, как может с удобностью, обратив на нее глаза свои и с благоговением показывая ее народу для чествования·, потом ставит ее на Corporale и вновь воздает ей честь коленопреклонением, не разделяя больших и указательных перстов до омовения их, исключая того, когда нужно прикасаться к жертве.

Затем, открывая чашу и стоя прямо, говорит: Подобным образом после вечери (берет обеими руками чашу, немного поднимает ее и тотчас опускает), взяв и сию преславную чашу в святые и досточтимые руки Свои (наклоняет голову), также благодарив Тебя (держа чашу левою рукою, правою делает над нею знамение креста), благословил + и подал ученикам своим, говоря: «приимите и пейте из ней все; (держа чашу обеими руками, опершись локтями на алтарь и наклонивши голову, произносит слова освящения внимательно, протяжно и тайно:) ибо она есть чаша крови Моей, нового и вечного завета, таинство веры, (крови), которая за вас и за многих проливается в оставление грехов». (Ставит чашу на Corporale и тайно говорит:) «Всякий раз, когда будете творить сие, будете творить в Мое воспоминание».

Произнесши эти слова, священник воздает честь св. крови коленопреклонением·, потом поднимается, берет открытую чашу обеими руками и поднимает ее настолько, насколько может с удобностью, чтобы показать ее народу для чествования, с благоговением ставит ее на Corporale, покрывает покровом и вновь воздает ей честь коленопреклонением. Распростерши руки пред грудью, священник говорит тайно:

Посему и мы, Господи, рабы Твои и народ Твой святой, воспоминая блаженное страдание и воскресение от преисподних и славной вознесение на небеса того же Христа Сына Твоего Господа нашего, приносим преславному величеству Твоему (соединяет руки) от Твоих благ и даров (положив левую руку на

 

 

131

алтарь, правою трижды делает знамение креста над жертвою и чашею вместе) жертву + чистую, жертву + святую, жертву + непорочную, (дважды делает знамение креста над жертвою и чашею отдельно) святой + хлеб вечной жизни и чашу + вечного спасения.

И распростерши руки, продолжает:

Благоволи воззреть на сие милостивым и светлым оком и приими, как Ты сподобил принять дары отрока Твоего праведного Авеля и жертву патриарха нашего Авраама, и то, что принес Тебе первосвященник Твой Мельхиседек, святое жертвоприношение, непорочную жертву.

Низко наклонившись, соединив руки и положив их на алтарь, священник говорит.

Усердно просим Тебя, всемогущий Боже, повели, да будет принесено сие руками Ангела Твоего на горний жертвенник Твой пред лице божественного величества Твоего, дабы всякий раз, когда мы будем принимать (целует алтарь и полагает руки на Corporale) от сего жертвенного причастия (соединяет руки, потом полагает левую руку на Corporale, а правою дважды делает знамение креста над жертвою и чашею) святейшее тело + и кровь + Сына Твоего, мы исполнялись (делает знамение креста на себе от лба до груди) всякого небесного благословения и благодати (соединяет руки), чрез того же Христа Господа нашего. Аминь.

Поминает усопших.

Распростерши и потом соединив руки пред грудью и подняв их до лица, священник говорит:

Еще помяни, Господи, рабов и рабынь Твоих N и N, которые с знамением веры предварили нас и спят сном мира. (Обратив глаза свои на св. дары, несколько времени молчит, поминая усопших, кого хочет помянуть, и распростерши руки продолжает): Молим (Тебя), Господи, даруй

 

 

132

им и всем покоящимся во Христе место прохлады 1), света и мира (соединяет руки и наклоняет голову) чрез Христа Господа нашего. Аминь.

Потом, несколько возвышая голос и ударяя себя в грудь правою рукою, произносит с распростертыми руками:

И нам, грешным рабам Твоим, надеющимся на множество милости Твоей, благоволи даровать некоторую часть и общение с Твоими святыми апостолами и мучениками, с Иоанном, Стефаном, Матфием, Варнавой, Игнатием, Александром, Марцеллином, Петром, Фелицитатой, Перпетуей, Агатой, Люцией, Агнесой, Цецилией, Анастасией 2), и со всеми святыми Твоими, общение с которыми, просим (Тебя), даруй нам не как воздаяние за заслуги наши, но как милость Твою (соединяет руки пред грудью) чрез Христа Господа нашего,—

Чрез которого Ты, Господи, всегда творишь все сии блага (трижды делает знамение креста над жертвою и чашею вместе), освящаешь +, животворишь +, благословляешь + и подаешь нам. (Потом открывает чашу и коленопреклоняется; поднимается и берет между большим и указательным перстами правой руки жертву, которою делает трижды знамение креста над чашею от одного края ее до другого, продолжая:) Чрез Него + и с Ним + и в Нем + (делает жертвою еще дважды знамение креста между краем чаши и своею

1) По изъяснению толкователей (Le Brun. р. 414. Kössing. р. 465) под этим выражением разумеется освобождение душ умерших из огня чистилища.

2) После св. Иоанна Крестителя здесь поминается 7 имен мужеских и 7 женских святых, особенно почитаемых в Риме, именно Стефана первомученика, Матфия апостола, не поименованного выше в числе других апостолов, Варнавы из 70 апостолов, Игнатия Богоносца ( 107), Александра 1, папы римского ( 132), Марцеллина священника и Петра Екзорциста, римских мучеников ( 304), Фелицитаты и Перпетуи, карфагенских мучениц ( 202), Агаты, сицилийской мученицы ( 251), Люции, сицилийской мученицы ( 303), Агнесы, римской мученицы ( 304), Цецилии, римской мученицы ( 230) и Анастасии, аквилейской мученицы, ученицы вышеупомянутого мученика Хрисогона ( 304).

 

 

133

грудью) Тебе, Богу Отцу + всемогущему, в единстве Святого + Духа (держа жертву правою рукою над чашею, а чашу левою рукою, немного поднимает ту и другую), всякая честь и слава (тотчас опускает чашу и жертву на алтарь, покрывает чашу покровом, коленопреклоняется, потом поднимается и говорит внятным голосом и на распев:) во все веки веков.

Отвечают на распев:

Аминь.

Священник, соединив руки и наклонив голову к св. дарам, возглашает на распев:

Помолимся. Спасительными заповедями наученные и божественным наставлением руководимые, мы дерзаем говорить (распростирает руки и обращает глаза на св. дары): Отче наш, сущий на небесах... и не введи нас в искушение.

Отвечают на распев:

Но избавь нас от лукавого.

Священник тихим голосом:

Аминь.

Потом священник вытирает дискос, берет его и держит между указательным и средним перстами, и говорит тайно:

Избавь нас, просим (Тебя), Господи, от всех зол прошедших, настоящих и будущих, и по ходатайству блаженной и славной Приснодевы Богородицы Марии с блаженными апостолами Твоими Петром и Павлом и Андреем и со всеми святыми (делает на себе от лба до груди знамение креста дискосом и целует его), милостиво умири дни наши, чтобы подкрепляемые помощью милосердия Твоего мы были и от греха всегда свободными, и от всякого смятения безопасными (полагает жертву на дискос, открывает чашу и коленопреклоняется; потом поднимается, берет жертву большими и указательными перстами правой и левой руки и преломляет ее

 

 

134

над чашею пополам), чрез того же Господа нашего Иисуса Христа Сына Твоего (часть, находящуюся в правой руке, полагает на дискос, а от находящейся в левой руке отламывает частицу), который с Тобою живет и царствует в единстве Святого Духа (часть, находящуюся в левой руке, полагает на дискос, а частицу, находящуюся в правой, держит над чашею, поддерживаемою левою рукою, и говорит на распев:) во все веки веков.

Отвечают на распев:

Аминь.

Священник делает тою же частицею трижды знамение креста над чашею от одного края ее до другого и говорит на распев:

Мир + Господень да будет + всегда с + вами.

Отвечают на распев:

И с духом Твоим.

Священник влагает туже частицу в чашу, говоря тайно:

Сие соединение и освящение (consecratio) 1) тела и крови Господа нашего Иисуса Христа да будет нам принимающим в жизнь вечную. Аминь.

Потом очищает персты над чашею, покрывает ее, коленопреклоняется для чествования св. даров, поднимается, наклоняет голову и соединяет руки, и говорит внятным голосом:

Агнец Божий, вземлющий грехи мира (ударяет себя в грудь правою рукою), помилуй нас. Агнец Божий, вземлющий грехи мира (опять ударяет себя в грудь), помилуй нас. Агнец Божий, вземлющий грехи мира (опять ударяет себя в грудь), даруй нам мир 2).

1) Под словом «освящение» здесь разумеется тоже, что «соединение» или: «освященные тело и кровь», но объяснению толкователей. Le Brun, р. 460. Kössing. р. 515.

2) В мессах заупокойных вместо: miserere nobis, говорится: dona eis requiem, и в третий раз прибавляется: sempiternam.

 

 

135

Соединив руки над алтарем и наклонившись, говорит тайно:

Господи Иисусе Христе, сказавший апостолам Твоим: «мир оставляю вам, мир Мой даю вам» (Иоан. XIV, 27), не зри на грехи мои, но на веру церкви Твоей, и по воле Твоей благоволи умирить ее и соединить, живущий и царствующий, как Бог, во все веки веков. Аминь.

Потом, если нужно преподать мир 1), священник целует алтарь посредине и орудие мира, которое подается ему клириком на коленах с левой стороны алтаря, и говорит ему:

Мир с тобою.

Клирик отвечает:

И с духом твоим 2).

Священник продолжает в том же положении:

Господи Иисусе Христе, Сын Бога живого, по воле Отца при содействии Святого Духа оживотворивший мир смертью Твоею, избавь меня чрез сие святейшее тело и кровь Твою от всех неправд моих и всех зол и соделай, чтобы я был всегда предан заповедям Твоим, и никогда не попусти мне отпасть от Тебя, с тем же Богом Отцом и Духом Святым живущий и царствующий, как Бог, во веки веков. Аминь.

Причащение тела Твоего, Господи Иисусе Христе, которое я недостойный намереваюсь принять, да не будет мне в суд и осуждение, но да послужит мне в ограждение и исцеление души и тела по благости Твоей, живущий и царствующий с Богом

1) В миссале замечено, что мир не преподается, когда нет лица, которое подало бы священнику орудие мира (instrumentum pacis, osculatorium) т. e. дощечку с изображением креста или И. Христа, которая потом дается для целования народу. Daniel, р. 143.

2) На литургиях заупокойных не преподается мир и не читается предыдущая молитва, а на литургиях торжественных преподается более торжественным образом посредством целования священником—диакона, диаконом— иподиакона, последним—хора и т. д. Le Brun. р. 470.

 

 

136

Отцом в единстве Святого Духа, как Бог, во все веки веков. Аминь.

Потом коленопреклоняется и поднявшись говорит тайно:

Хлеб небесный прииму и имя Господне призову (Пс. СХV, 4).

Затем, немного наклонившись, берет обе части жертвы между большим и указательным перстами левой руки и дискос между указательным и средним, а правою трижды ударяет себя в грудь, и несколько возвышенным голосом трижды говорит благоговейно и смиренно:

Господи, я недостоин (тайно продолжает), чтобы Ты вошел под кров мой, но только скажи слово, и исцелеет душа моя (Матф. VIII, 8).

Потом берет обе части жертвы и над дискосом делает ими на себе знамение креста, говоря.

Тело Господа нашего Иисуса Христа да сохранит душу мою в жизнь вечную. Аминь.

Наклонившись благоговейно снедает обе части и, соединив руки, на некоторое время остается в покое, размышляя о святейшем таинстве. Потом открывает чашу, коленопреклоняется, поднимается и очищает дискос над чашею, говоря тайно:

Что воздам Господу за все благодеяния Его ко мне? Чашу спасения прииму и имя Господне призову (Пс. СХV, 3, 4). Призову достопокланяемого 1) Господа, и от врагов моих спасусь (Пс. ХVII, 4).

Потом берет чашу и, делая ею на себе знамение креста, говорит:

Кровь Господа нашего Иисуса Христа да сохранит душу мою в жизнь вечную. Аминь.

И принимает всю кровь с частицею, положенною в

1) В латинском подлиннике: laudans invocabo.

 

 

137

чашу. Если есть причастники, то причащает их 1), и потом говорит тайно:

Что мы приняли устами, Господи, то да восприимем чистою душою, и от дара временного да будет нам врачевство вечное.

Между тем подает чашу клирику, а на торжественной литургии иподиакону, который вливает в нее немного вина. Священник очищает (purificat) свои уста, выпивая это вино, и продолжает:

Тело Твое, Господи, которое я принял, и кровь, которую испил, да приложится к существу моему, и даруй, чтобы нечистота греховная не оставалась во мне, которого обновили чистые и святые тайны, живущий и царствующий во веки веков. Аминь.

Между тем священник опускает несколько внутрь чаши два первые перста обеих рук; клирик возливает на них вина и воды, которыми священник очищает персты и чашу, выпивает омовение и вытирает чашу, персты и уста свои платом (purificatoriura).

Покрыв чашу этим платом, поставив на ней дискос, прикрытый кружком (parva palla), и накрыв их по-

1) Когда есть причастники, то священник прежде очищения себя, сделав коленопреклонение, полагает освященные частицы (маленькие опресноки) на дароносицу (pyxis) или, если немного причастников, на дискос. Между тем клирик произносит за них исповедание: «исповедаюсь» ... (см. выше в начале литургии). Потом священник опять коленопреклоняется и, с соединенными руками обращаясь к народу у правого угла алтаря, говорит: «да помилует вас» ... и «прощение, разрешение» и пр. (см. там же) и правою рукою делает над ними знамение креста. Затем, сделав коленопреклонение, берет левою рукою дароносицу или дискос, а правою одну частицу, которую держит между большим и указательным перстами несколько поднятою и, обратившись к причастникам против средины алтаря, говорит: «вот Агнец Божии, вземлющий грехи мира». Потом говорит: «Господи, я недостоин»... (см. выше). Повторив эти слова трижды, подходит к левому краю алтаря и подает каждому освященный опреснок, делая им знамение креста над дароносицею или дискосом и произнося: «тело Господа нашего Иисуса Христа да сохранит душу твою в жизнь вечную».

 

 

138

кровом (velum), потом сложив Corporale, вложив его во влагалище (bursa) и поставив также на чашу сверх покрова, священник у левого угла алтаря с соединенными руками говорит антифон, называемый причастным (communio) (напр. в день св. первомученика Стефана):

Вижу небеса отверстые и Иисуса стоящего одесную силы Божией. Господи Иисусе, приими дух мой, и не вмени им греха сего (Деян. VII, 56—60).

Отходит к средине алтаря, целует его, с соединенными пред грудью руками обращается к народу и возглашает:

Господь с вами.

Отвечают:

И с духом твоим.

Потом возвращается к левому углу алтаря, к лежащему на нем миссалу, и читает молитвы после причащения (orationes post communionem), одну или больше, как положено в чинопоследовании (напр. в праздник тела Христова).

Даруй нам, молимся, Господи, исполниться вечного наслаждения божеством Твоим, прообразуемого временным принятием драгоценного тела и крови Твоей, живущий и царствующий с Богом Отцом в единстве Святого Духа, как Бог, во все веки веков 1).

Отвечают:

Аминь.

Закрыв миссал, священник отходит к средине алта-

1) Во время четыредесятницы, со среда первой недели до среда страстной недели, после молитв по причащении, священник говорит: «помолимся, преклоните головы ваши Богу», и читает молитву о народе (super populum), особую на каждый день, напр. в среду первой недели (feria cinerum): «на преклонившихся пред величеством Твоим, Господи, милостиво воззри, чтобы те, которые исполнились небесного дара, всегда пользовались небесною помощью чрез Господа.

 

 

139

ря, целует его и, обратившись к народу с соединенными пред грудью руками, опять возглашает:

Господь с вами.

Отвечают:

И с духом твоим.

Священник в том же положении говорит, если следует говорить 1):

Идите, месса кончена.

Потом, соединив руки над алтарем и наклонив голову, говорит тайно:

Да будет благоугодна Тебе, святая Троица, покорность рабства моего, и соделай, чтобы жертва, которую я недостойный принес пред очами величества Твоего, была Тебе приятна, а мне и всем, за кого она принесена мною, умилостивительна (пред Тобою) по милости Твоей, чрез Христа Господа нашего. Аминь.

Потом целует алтарь, поднимает глаза к небу, поднимает, распростирает и потом соединяет руки и, наклонив голову к кресту, произносит внятным голосом:

Да благословит вас всемогущий Бог (обращается к народу и, держа правую руку распростертою и персты ее сжатыми, однажды благословляет, продолжая): Отец и Сын и + Святой Дух 2).

Отвечают:

Аминь.

1) В недели Adventus и в четыредесятницу говорит священник: «Benedicamus Domino (благословим Господа)». Отвеч. «Благодарение Богу». На литургиях заупокойных священник говорит: «да почиют в мире (requiescant in pace)». Отвеч. «Аминь?. В пасхальное время к словам: ite, missa est, прибавляется: «аллилуия»; и то и другое произносится на распев, как и в некоторые другие праздники. См. миссал.

2) На литургиях заупокойных благословение не преподается; а при служении папском преподается трижды.

 

 

140

Довершая круг, священник обращается к алтарю с правой стороны и говорит:

Господь с вами.

Отвечают:

И с духом твоим.

Священник, делая большим перстом знамение креста над престолом или над началом Евангелия, также у себя на лбу, устах и груди, читает Евангелие от Иоанна (I, 1-14), или какое-либо другое 1).

Священник говорит:

Начало святого Евангелия от Иоанна, или: последование святого Евангелия от Ν.

Отвечают:

Слава Тебе, Господи.

При словах из Евангелия от Иоанна: «И слово стало плотью» (ст. 14), священник коленопреклоняется.

По окончании отвечают:

Благодарение Богу.

Наконец священник относит чашу и прочие принадлежности в сакристию, произнося антифон трех отроков:

«Благословен ты, Господи Боже Отцов наших» (Дан. III, 26 и д.), и песнь: «хвалите Бога во святыне Его...» (Пс. CL) и другие положенные молитвы.

1) В некоторые большие праздники, падающие на простые дни четыредесятницы и других постов, на литургии читаются праздничные Евангелия, а после литургии Евангелия дневные. На третьей литургии в день Рождества Христова в конце читается Евангелие праздника Богоявления (Матф. Π, 1—12). Daniel, р. 112.


Страница сгенерирована за 0.4 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.