Поиск авторов по алфавиту

Деяния святого шестого собора. Деяние восьмое

ДЕЯНИЕ ВОСЬМОЕ.

Во имя Господа и Владыки Иисуса Христа, Бога и Спасителя нашего, в царствование боговенчанных, светлейших государей наших Флавиев, благочестивейшего Константина, богопоставленного великого государя, постоянного августа и самодержца, в 27-ой год его царствования и консульства его богомудрой кротости в 13-ый, и богохранимых братьев его Ираклия и Тиверия в 22-й год, в 7-ой день месяца марта, индиктиона девятого, под председательством того же благочестивейшего и христолюбивого великого императора Константина и по повелению его богомудрой светлости, в судебной палате императорского дворца, так называемой Трулле, и по повелению его богомудрой светлости, присутствовали и слушали: Никита, славнейший бывший консул, патриций и магистр императорских оффиций; Феодор, славнейший бывший консул, патриций, начальник императорской свиты и помощник военачальника Фракии; Сергий, славнейший бывший консул, патриций; Павел, славнейший бывший консул, патриций; Юлиан, славнейший бывший консул, патриций и военный логофет; Константин, славнейший бывший консул, патриций и куратор императорского дома Ормизды; Анастасий, славнейший бывший консул, патриций и исправляющий должность начальника императорской стражи; Иоанн, славнейший бывший консул, патриций и квестор; Полиевкт, славнейший бывший консул; Фома, славнейший бывший консул; Павел, славнейший бывший консул и правитель восточных областей; Петр, славнейший бывший консул; Леонтий, славнейший бывший консул и доместик императорского стола.

Собрался также святой и вселенский собор, созванный по императорскому повелению в сем богохранимом царствующем городе, а именно: почтеннейшие пресвитеры Феодор и Георгий и почтеннейший диакон Иоанн, представители святейшего и блаженнейшего Агафона, архиепископа древнего Рима; почтеннейший и святейший Георгий, архиепископ сего великого Константинополя, нового Рима; боголюбезный пресвитер и инок Петр, местоблюститель престола великого города Александрии; Макарий, почтеннейший архиепископ Феополя Aнтиохии; благочестивый пресвитер и инок Георгий; почтеннейший aпокрисиарий Феодор, местоблюститель иерусалимского престола; Иоанн, епископ города Порта, Абунданций, епископ города Патерна, Иоанн, епископ города Ригия, представители 125 почтеннейших епископов святого собора древнего Рима, что засвидетельствовано собственноручными подписями епископов в их послании к благочестивейшему императору Константину; благочестивый Феодор, местоблюститель боголюбезнаго архиепископа равеннскаго Феодора; Василий, епископ города Гортины критской; Феодор, епископ ефесский; Сисинний, епископ Ираклии фракийской; Георгий, епископ кизический; Петр, епископ никомидийский; Фотий, епископ никейский; Иоанн, епископ халкидонский; Феодор, епископ мелитенский; Сисинний, епископ Иераполя фригийского; Макровий, епископ Селевкии исаврийской; Георгий, епископ Визии фракийской; Григорий, епископ

78

 

 

митиленский; Сергий, епископ силимврийский; Андрей, епископ мефимнский; Феогний, епископ кийский; Георгий, епископ камулианский; Антоний, епископ ипэпский; Платон, епископ киннский; Иоанн, епископ даскилийский; Генесий, епископ анастасиопольский; Феодор, епископ Юстинианополя гордского; Феодор, епископ верисский; Стефан, епископ Ираклии понтской; Лонгин, епископ тиосский; Дометий, епископ прусиадский; Соломон, епископ кланейский; Георгий, епископ косский; Иоанн, епископ миндский; Григорий, епископ кантанский; Иоанн, епископ Лаппы; Евлалий, епископ зенонопольский; Константин, епископ далисандский; Феодор, епископ олвийский; Феофан, пресвитер и игумен досточтимой обители сицилийской, именуемой Байя; Георгий, пресвитер и инок находящейся в древнем Pиме обители Рената; Конон и Стефан, пресвитеры и иноки находящейся в том же древнем Риме обители, именуемой Арсиклийский дом; Анастасий, пресвитер и инок оратории досточтимой константинопольской пaтpиархии; Стефан, пресвитер и инок, ученик почтеннейшего Макария, архиепископа Феополя Aнтиoxии. Когда славнейшие патриции и консулы и все почтеннейшие и боголюбезные епископы воссели в той судебной палате Трулле, и когда на средину положено было святое и неповрежденное евангелие, знатнейший Павел, тайный советник и секретарь императорский, сказал: «Ваше богоутверждаемое мужество помнит, что в предшествовавшем собрании, получивши по собственной просьбе копии с двух посланий, присланных вашей богоукрепляемой силе от Агафона, святейшего и блаженнейшего папы древнего Рима, и от его собора, Георгий, святейший архиепископ его богохранимого царствующего города, Макарий, святейший архиепископ антиохийский, и находящиеся с ними почтенные епископы обещали, прочитав эти послания, дать в следующем заседании должный ответ; о чем и представляем на ваше благоусмотрение».

Благочестивейший император Константин сказал: «Пусть Георгий, святейший архиепископ сего богохранимого царствующего города, Макарий, почтеннейший архиепископ антиохийский, и подчиненный им собор скажут: согласны ли они с мнением посланий, присланных Агафоном, святейшим папою римским, и его собором».

Георгий, святейший архиепископ константинопольский, сказал: «Благочестивейший государь, видя всю силу посланий, присланных к благочестивейшему мужеству вашему как от Агафона, святейшего папы римского, так и от его собора, и справившись с книгами святых и уважаемых отцов, находящимися в досточтимой моей патриархии, я нашел все свидетельства святых и уважаемых отцов, находящиеся в упомянутых посланиях, согласными и ни в чем не разнящимися от книг святых и уважаемых отцов; посему соглашаюсь с этими посланиями, так исповедую и верую».

Феодор, боголюбезнейший епископ ефесский, сказал: «Государь, я исповедую и верую так, как содержится в посланиях святейшего папы древнего Рима Агафона, т.е., что в едином от святыя Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем, два естества, два естественных хотения и два естественных действия».

79

 

 

Сисинний, боголюбезнейший епископ Ираклии фракийской, сказал: «Слушая послания Агафона, святейшего папы римского, присланный к благочестивейшему государю нашему, я нашел их ни в чем не противными святым отцам, и исповедую два хотения и два действия в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем».

Георгий, боголюбезнейший епископ кизический, сказал: «Рассматривая послания святейшего папы римского Агафона, принимая во внимание заключающиеся в них свидетельства о двух волях и действиях и соглашаясь со всем, в них содержащимся, я следую им и сообразно с ними верую, что два хотения и два действия в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем. Ибо и тогда, когда читались эти послания, я так веровал и верую».

Иоанн, боголюбезнейший епископ халкидонский, сказал: «Исповедую и верую сообразно со смыслом посланий, присланных от Агафона, святейшего папы древнего Рима, к благочестивейшему, богоукрепляемому нашему государю и великому победителю императору, которые содержат в себе учение о двух естествах, двух хотениях и действиях одинаково естественных, существующих неслиянно и нераздельно в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем; и анафематствую тех, кои говорят, что в домостроительстве Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога нашего, одно хотение и одно действие».

Сисинний, боголюбезнейший епископ Иераполя фригийского, сказал: «Принимаю то, что представлено Агафоном, святейшим папою древнего Рима, государю нашему, благочестивому и победоносному императору Константину, и исповедую два естества в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, и два естественных хотения и два естественных действия нераздельно, непреложно, неслиянно; и анафематствую тех, которые говорят, что одно хотение и одно действие в домостроительстве единого от святой Троицы, Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога нашего».

Георгий, боголюбезнейший епископ Визии фракийской, сказал: «Исповедую два естественных хотения и два действия в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем. Принимаю также и те послания, кои были присланы Агафоном, святейшим папою римским, к благочестивейшему и богохранимому государю нашему и великому императору, в которых содержится тоже самое, и во всем следую им».

Григорий, боголюбезнейший епископ митиленский, сказал: «Исповедую и таким образом верую, что в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем, два естества и два естественных хотения, равным образом и два естественных действия, а сверх того следую во всей их силе посланиям Агафона, святейшего папы древнего Рима, к благочестивейшему государю нашему и великому императору».

Андрей, епископ мефимнский, сказал: «Следую посланиям Агафона, святейшего папы римского, и приведенным в них местам из святых отцов, и таким образом верую и таким образом исповедую, что в едином от святой Троицы Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем, два естества, два хотения и два действия».

80

 

 

Сергий, епископ силимврийский, сказал: «Следую посланиям отца нашего Агафона, святейшего папы римского; принимаю и почитаю их так же, как послание святейшего Льва, предшественника его блаженства, и исповедую в Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем, два естественных хотения, а равно и два их действия».

Дометий, епископ прусиадский, сказал: «Послания, присланные Агафоном, отцом нашим и архиепископом апостольского и верховного престола древнего Рима, к боговенчанному и постоянному государю и великому победителю императору, принимаю и уважаю их так, как будто бы они были изречены по внушению Святого Духа устами святого и верховного апостола Петра и написаны перстом вышенаименованного блаженнейшего папы Агафона; и таким образом верую и таким образом думаю, что два естества в едином от святой Троицы, Господе нашем Ииcycе Христе, истинном Боге нашем, и два естественных хотения, а равно и два естественных действия в одном лице, в одной ипостаси неразлучно и нераздельно; также анафематствую тех, которые говорят, что в Господе нашем Иисусе Христе одно хотение или одно действие, после Его воплощения, а не только в святой Троице».

Генесий, епископ анастасиопольский, сказал: «В силу прочитанных посланий святейшего папы римского я так верую и исповедую, что в домостроительстве воплощения Господа нашего Иисуса Христу, истинного Бога нашего, два естества и два естественных хотения и два естественных действия».

Феодосий, епископ мелитинский, вышедши на средину святого и вселенского собора, сказал: «Государь, я человек деревенский, и потому прошу прочитать эту хартию». Он подал ее, и она была прочтена Иоанном, знатнейшим тайным советником и секретарем императорским, и содержала в себе следующее: «Святые и уважаемые отцы, свидетельства которых привели та и другая стороны в доказательство своего учения, блистали прежде святого и вселенского пятого собора и написали свои догматические сочинения, из которых, как сказано, та и другая стороны привели свидетельства; но однако ни один из четырех святых вселенских соборов, а равно и бывший после них пятый святой и вселенский собор, не предали существующей по всему миpy кафолической святой Церкви Божией определять или передавать или проповедовать в предстоящих догматических исследованиях число относительно вочеловечения Господа Иисуса Христа, истинного Бога нашего, кроме двух естеств, которые в Нем находятся непреложно, неслиянно и нераздельно в одной ипостаси или в одном лице; чудеса и страдания Его, единого Господа Иисуса Христа, истинного Бога нашего, исповедовать словами заповедал нам святой вселенский пятый собор. Просим вашу благочестивейшую власть, которая много употребила усердия и много сделала для того, чтобы соединить повсюду находящаяся церкви Божии, письменно утвердить вашими высочайшими указами или законами правые и непорочные догматы, преданные нам сказанными святыми пятью вселенскими соборами, чтобы никто не смел преступать или прелагать древние пределы, постановленные нашими отцами для спасения всех, также чтобы кто-

81

 

 

нибудь не подвергся осуждению или обвинению, какому подвергались некоторые из прежде бывших, учивших или об одном действии и одном хотении, или о двух действиях и двух хотениях, разве то будет из числа еретиков, которых упомянутые святые пять вселенских соборов и прочие православные уважаемые соборы отвергли вместе с их нечестивыми учениями и сочинениями и, кратко сказать, со всем, что опровергнуто и отвергнуто святою кафолическою Церковью. Мы исповедуем одного и того же от святой единосущной и животворящей Троицы совершенным по божеству и совершенным по человечеству, имеющим два естества, божеское и человеческое, пребывающим в двух естествах и после неизглаголанного и нераздельного соединения, во взаимнодействии их и соответственно естествам, одного и того же Христа, в одной ипостаси или в одном лице пребывающего нераздельно и неразлучно, совершающего божеское и человеческое. И пусть никто, как объяснено выше, из лиц той или другой стороны не подвергается, по повелению вашего благочестия, обвинению или осуждению за это».

Благочестивейший император Константин сказал: «Пусть Феодор, боголюбезнейший епископ мелитинский, скажет, кто те лица, которые вместе с ним составили поданную им нам и ныне прочтенную хартию».

Феодор, боголюбезнейший епископ мелитинский, сказал: «Петр, епископ никомидийский; Соломон, епископ кланейский; Антоний, епископ ипэпский, и некоторые из секретариата святейшего патриарха константинопольского, а именно: Георгий, диакон и хартофилакс; Анастасий, диакон и нотарий, экдик кораблей; Стефан, диакон и канцелярий; Дионисий, диакон и канцелярий; Анастасий, пресвитер и инок, и Стефан, пресвитер, инок (состоящий при) патриархе антиохийском».

Благочестивейший император Константин сказал: «Кто подал тебе ту самую хартию, которую ты представил»?

Феодор, боголюбезнейший епископ мелитинский, сказал: «Тот самый авва Стефан, который (состоит при) патриархе антиохийском». И указал его, стоящего позади кафедры, на которой восседал сам святейший apxиeпископ антиохийский Макарий.

Георгий, епископ камулианский, сказал: «Государь! Я принимаю послания, присланные Агафоном, блаженнейшим папою римским, и последую им, и таким образом верую и исповедую, что в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем, два естественных хотения и два действия».

Платон, епископ киннский, сказал: «Я слышал послания Агафона, святейшего папы римского, и сам верую также, и следую силе их и верую, и таким образом исповедую два естества (и два естественных хотения и два естественных действия неслитно и) нераздельно в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем».

Феодор, епископ Вериссы арменской, сказал: «Выслушав послания, присланные к нашему благосклонному государю, отцом нашим, папою римским Агафоном, и узнав заключающиеяся в них свидетельства, верую так, как верует сам отец наш, папа древнейшего Рима, что в едином от святой Троицы, Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге

82

 

 

нашем, два естества в одном лице, и два естественных хотения, а равно два естественных действия».

И все прочие боголюбезнейшие епископы, подчиненные престолу константинопольскому, встали и воскликнули так: «И мы, благочестивейший государь, узнавши о послании, присланном светлейшему вашему могуществу Агафоном, святейшим и блаженнейшим папою древнего Рима, и о другом послании от подчиненного ему святого собора, и последуя заключающемуся в этих посланиях смыслу, так думаем, и исповедуем, и веруем, что в едином Господе нашем Иисусе Христе, истинном Боге нашем, два естества неслитно, непреложно, нераздельно, и два естественных хотения и два естественных действия; а всех тех, которые учат и говорят, что одно хотениe и одно действие в двух естествах единого Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога нашего, анафематствуем».

Святой собор сказал: «Если угодно вашему благочестию, то Феодор, боголюбезнейший епископ мелитенский, вместе с упомянутыми им лицами, а именно: Петром, боголюбезнейшим епископом никомидийским, Соломоном, епископом кланейским, и Антонием, епископом ипэпским, Георгием, диаконом и хартофилаксом здешней святой великой церкви, Анастастием, диаконом и нотарием, экдиком кораблей, Стефаном, диаконом и канцеллярием, Дионисием, диаконом и канцеллярием, Анастасием, пресвитером и иноком, Георгием, иноком, состоящим при Maкapии, святейшем архиепископе антиохийском, и Стефаном, пресвитером и иноком, учеником того же Макария, пусть выйдет на средину и здесь вместе с ними не обинуясь скажет, как он думает».

Благочестивейший император Константин сказал: «Пусть будет то, что присудил святой собор».

И вышепоименованные епископы и клирики, вставши и вышедши на средину, исключая инока Стефана, ученика Макария, святейшего архиепископа Феополя Антиохии, сказали: «Этот Феодор, епископ мелитинский, налгал на нас, потому что хартия, поданная благочестивому государю нашему, сочинена им без нашего ведома; а мы готовы исповедать свою православную веру».

Благочестивейший император Константин и святой собор сказали: «Так как в нас возбуждено сомнение относительно вас хартиею, поданною Феодором, боголюбезнейшим епископом мелитинским: то вы не иначе удовлетворите нас, как представив в следующее заседание письменные изложения вашей веры, причем вы должны основать их на святых и неповрежденных изречениях Божиих».

Георгий, святейший архиепископ константинопольский, подошедши к благочестивейшему императору Константину, сказал: «Боговенчанный государь, повели внести в диптихи святых церквей имя блаженной памяти Виталиана, папы римского; потому что, по причине медлительности апокриcиapиeв, посланных папою этого древнего Рима, тогда часть моей святой церкви, а также Макарий, святейший архиепископ антиохийский, и находившиеся в то время в этом богоспасаемом городе вашем боголюбезнейшие епископы подали, как известно, прошения к вашему благосклоннейшему

83

 

 

могуществу о том, чтобы исключить из святых диптихов вышепоименованного блаженной памяти папу римского Виталиана. Исполни же и эту нашу просьбу; потому что богомудрая кротость твоя тотчас находить соединяющихся с кафолическою Церковью и отделяющихся от нее из-за лица».

Благочестивейший император Константин сказал: «Да будет то, о чем просит Георгий, святейший патриарх сего богохранимого царствующего нашего города».

Святой собор воскликнул: «Константину, великому императору, многая лета; православному императору многая лета; защитнику православия многая лета; императору примирителю многая лета; новому Константину великому императору многая лета; новому Феодосию императору многая лета; новому Маркиану императору многая лета; новому Юстиниану императору многая лета; мы рабы императора! Агафону, православному папе римскому, многая лета; Георгию, православному патриарху, многая лета; императорскому синклиту многая лета; православному синклиту многая лета»!

Святой собор сказал: «Если угодно благочестивейшему государю, то пусть Макарий, почтеннейший архиепископ антиохийский, скажет, как он верует в единого от святой Троицы, Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога нашего, и исповедует ли в Нем два естественных хотения и два естественных действия неслитно и нераздельно, и следует ли он посланиям, присланным к вашему богомудрому могуществу отцом вашего благочестия, Агафоном, святейшим папою древнейшего Рима, и последует ли он содержащимся в них отеческим свидетельствам».

Благочестивейший император Константин сказал: «Макарий, почтеннейший архиепископ антиохийский, слышавший то, что сказал этот святой вселенский собор, пусть скажет, что он думает».

Макарий, почтеннейший архиепископ антиохийский, сказал: «Я говорю, что не два хотения или два действия в домостроительстве воплощения Господа нашего Иисуса Христа, но одно хотение и богомужное действие».

Святой собор сказал: «Так как почтеннейший Макарий не признает силы православных посланий, представленных Агафоном, святейшим папою римским, уже прочитанных пред вашим благочестием и принятых всеми нами с благодарностью, то мы видим, что он должен встать со своей кафедры, как долженствующий отвечать».

Затем встал Макровий, боголюбезнейший епископ Селевкии исаврийской, вместе с Евлалием, епископом зенонопольским, Константином (епископом) далисандским, и Феодором, епископом олвийским, которые оба принадлежали к собору престола антиохийского, и сказал: «Я также думаю и верую согласно с силою посланий, представленных государю нашему благочестивому императору Агафоном, святейшим папою римским, и исповедую как два естества, так и два естественных хотения и два естественных действия, нераздельно, непреложно, неслиянно, в домостроительстве воплощения Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога нашего».

Константин, епископ далисандский, сказал: «Исповедую два естества в Господе нашем Ииcyce Христе, неслиянно и нераздельно в одном ли-

84

 

 

це и одной ипостаси, и два естественных хотения, а равно и два естественных действия».

Феодор, епископ олвийский, сказал: «Следую святому вселенскому собору, бывшему в Халкидоне, и сочинению Льва, блаженного папы древнего Рима, и исповедую Господа нашего Иисуса Христа, единого от святой Троицы, познаваемого неслиянно и нераздельно в двух естествах и в двух естественных хотениях и дейсвиях; также следую престолу константинопольскому и престолу римскому и посланиям, представленным государю нашему, благочестивому и великому императору, Агафоном, святейшим папою римским».

Евлалий, епископ зенонопольский, сказал: «Я также верую, что два естества неслиянно и нераздельно, и два хотения и два действия в домостроительстве воплощения единого от святой Троицы, Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога нашего».

Благочестивейший император Константин сказал: «Если угодно вашему святому собору, то пусть будут принесены сюда кодексы свидетельств, которые уже представлены Макарием, почтеннейшим епископом антиохийским и вами запечатаны; пусть они будут прочтены и сравнены с подлинными книгами, находящимися в здешней досточтимой патриархии».

Святой собор сказал: «Пусть будет то, на что дано благочестивое повеление вашею кротостию».

И Фотин, знатнейший тайный советник и секретарь императорский, принес три запечатанных кодекса; (они были поданы и предложены присутствующему тут Макарию, почтеннейшему apxиeпиcкoпy антиохийскому, чтобы он удостоверился, те ли это кодексы, которые им прежде были представлены). Взяв их в руки и осмотрев их, почтеннейший Макарий сказал: «Да, действительно, это они, и я узнаю их».

Благочестивейший император Константин сказал: «Пусть скажет Макарий, почтеннейший архиепископ антиохийский, и Стефан, благочестивейший пресвитер и инок, ученик его, какие это свидетельства нашли они здесь в свою пользу».

Макарий, святейший архиепископ, сказал: «Об одном хотении, которое принадлежит и Богу Отцу, и Господу нашему Иисусу Христу, и Святому Духу».

Благочестивейший император Константин сказал: «Как вы думаете о домостроительстве Господа нашего Иисуса Христа, единого от святой Троицы, Бога Слова?»

Макарий, святейший архиепископ, сказал: «Исповедую, что Господь наш Иисус Христос есть един от святой Троицы, и по воплощении пребывает в двух совершенных естествах неслитно и нераздельно в одном лице и в одной ипостаси, причем различие естеств чрез соединениe их нисколько не уничтожилось, а напротив особенности того и другого естества стеклись и в одно лицо, и в одну ипостась. А так как един от святой Троицы и по вочеловечении не принял другого лица, то мы и говорим, что Он не принял ничего, происходящего от греха; потому-то мы и исповедуем одного Господа нашего Иисуса Христа в новом образе,

85

 

 

без телесных хотений и человеческих помыслов, потому что, имея одно хотение к принятию всех этих страстей, Он, по учению святого и уважаемого Августина, имел одну и ту же силу к перенесению всех их. Об этом мы уже раньше изложили исповедание веры, и в этом мы согласны с учением как пяти святых соборов, так и богомудрого Гонория, Сергия, Павла, Петра и прочих, о которых мы упомянули и в поданных государю свидетельствах, исповедуя в Господе нашем Иисусе Христе одно ипостасное хотение и богомужное Eго действие; потому что мы, согласно учению святого Дионисия, исповедуем, что вочеловечившийся Бог Слово совершал и божественное не как Бог, и человеческое не как человек, но совершал некоторое новое богомужное действие».

Благочестивейший император Константин сказал: «Пусть будет принесено упомянутое, поданное нам Макарием, почтеннейшим архиепископом антиохийским, исповедание его собственной веры».

И оно было принесено Фотином, тайным советником и секретарем императорским.

И прочтено было оно Диогеном, тайным советником и секретарем императорским, и содержало в себе следующее:

 

Изложение или исповедание веры epecиapxa Maкapия.

Глава мира Божия, превосходящего всякий ум, есть благочестие; посредством его служа едиными устами и единым сердцем Богу живому и истинному, Троице, мы держимся исповедания, будучи объяты миром Божиим. Научившись этому не от человека и не чрез человека, но при помощи Божественной благодати, а все прочее считая второстепенным, как и прилично было божественному и священному твоему могуществу, ты, благовернейший император, показал присущую тебе божественную ревность. И возбуждая очи Церкви, то есть, архиереев ее, ты заставляешь каждого из них распространять присущий ему свет православия, чтобы он обильнее сиял в миpe. Да споспешествует Бог нескончаемому свету христианской проповеди и во время твоего благочестивого царствования, и да истребит Он новоизмышленные заблуждения еретиков. Итак, я охотно повинуюсь богоугодной воле твоей. И кто я, богоизбранный государь, человек низкий и отверженный, невидный и затоптанный в грязь, скажу даже — недостойный служить и предстоять страшному алтарю? Но так как вы почли меня достойным, то я и излагаю исповедание веры, обнародованной нашими отцами в Никее и после них. В этой вере я родился, в ней и воспитан, с нею желаю и умереть. Итак, я верую во единого Бога, Отца, вседержителя, творца всего видимого и невидимого; и во единого Господа (нашего) Иисуса Христа, Сына Его единородного, рожденного от Него прежде всех веков, Бога истинного от Бога истинного, совершенного Сына совершенного Родителя, Слово действенное, премудрость, содержащую — и силу, зиждущую все творение; и в Духа Святого, от Отца исходящего и чрез Сына открывшегося, то есть, людям, жизнь — причину живущих, бессмертную святость — раздаятеля всякого освящения; в Троицу совершенную, славою, и вечностию, и царством, и мыслю неразделяемую и неизменяемую, единое божество и господ-

86

 

 

ство. Ибо в святой Троице нет ничего ни служебного, ни подчиненного, ни привходящего, чего бы прежде не было, а потом привзошло. Не было времени, когда бы Сын не был присущ Отцу, а Дух Сыну, но всегда неизменная н единосущная святая Троица — Бог наш. Итак, когда я говорю о Боге, освещаюсь одним светом и тремя: именно — тремя по свойствам, то есть, по ипостасям и лицам, а одним по сущности, то есть, божеству. Ибо Он разделяется нераздельно, так сказать, и соединяется раздельно; потому что едино в трех божество и три едино, в которых — божество, или, сказать точнее, которые — божество. И мы ни единения не простираем до слияния, ни разделения до отчуждения. Одинаково да удалится от нас и савеллиево слияние и apиeво разделение: то и другое из этих зол между собою диаметрально противоположны, но сходны по нечестно. Потому что какая нужда или худо сливать Бога, или разделять Его на неравные части? Нам же один Бог Отец, из которого все, и один Господь Иисус Христос, чрез которого все, и один Святой Дух, в котором все. Один Бог — эти три, и эти три есть одно, как мы сказали. Мы исповедуем также, что один из этой святой Троицы, Господь Иисус Христос, Сын Божий единородный, ради нас в конце дней сошел с небес, и воплотился от Святого Духа и от святой непорочной владычицы нашей Богородицы и приснодевы Марии, и вочеловечился, то есть, принял истинную плоть от нее, одушевленную душою разумною и мыслящею, и что эта душа прежде отнюдь не существовала, но удивительным способом образовалась в Нем самом; и что посредством домостроительного соединения Он усвоил ее Себе; и что она образовалась не от семени человеческого или действия мужа, ни от хотения мужа, но действием и волею силы вышнего Бога. Ибо ангел сказал преславной и истинной Богородице: Дух Святый найдет на тя и сила Вышняго осенит тя: тем же и раждаемое свято, наречется Сын Божий (Лук. 1, 35). И поэтому только мы называем Деву, матерь Бога Слова, Богородицею в преимущественном смысле и по истине, так как она родила предвечная Бога, сверхъестественно из нее воплотившегося. И таким образом воплотившийся подобно нам Бог Слово родился так, что не перестал быть тем, чем был, хотя и принял плоть и кровь, остался, как и был, Богом, то есть, по естеству и по истине. Мы не говорим ни того, что бы плоть обратилась в естество божественное, ни того, чтобы в естество плоти переделалось неизреченное естество Бога Слова, как безумно учили нечестивые Аполлинарий, Евтихий и Север. Ибо чрез соединение нимало не уничтожается различие естеств, а скорее сохраняется особенность того и другого естества в одном лице и в одной ипостаси. Потому что исповедуя, что Слово соединилось с плотию ипостасно, мы воздаем божеское поклонение Ему единому, единородному Сыну, Богу истинному, Господу Иисусу Христу, познаваемому в двух естествах неслитно и нераздельно. Мы не разлагаем на части и не отделяем человека и Бога и (не говорим), что один творил чудеса, а другой переносил человеческие страдания, как говорят это разделяющее Его Феодор и Hecтopий. Но одного и того же исповедуем и Богом и совершенным человеком, единосущным Отцу по божеству и единосущным нам по че-

87

 

 

ловечеству; проповедуем два рождения одного и того же: одно предвечное от Отца по божеству, а другое, бывшее напоследок дней, от Марии девы Богородицы по человечеству, — (проповедуем) чудеса и страдания одного и того же, и веруем, что от одного и того же Христа, Бога нашего, новым образом происходить всякое действие, приличное Богу и приличное человеку. Ибо воплотившийся Бог Слово не совершает ни божеского как Бог, ни человеческого как человек, а (совершает) некоторое новое богомужное действие и все это действие являет животворным: хотя это и странно и страшно кажется для слуха тех, которые подозревают, что мы на погибель (себе и другим) допускаем это (богомужное действие) двух естеств неслитно и ипостасно соединенных во Христе Боге нашем; но этого никогда не было и не будет. Итак, мы говорим, что один и тот же и совершил, то есть, удивительным образом соделал наше спасение; Он же и страдал собственною плотию и истинно принял на Себя все спасительные страдания, что можно назвать и чудесами, тогда как страдала плоть, конечно не отделенная от божества, так как божеству и несвойственно было страдать; а дело Бога то, что Он, хотя и посредством своего человеческого естества, то есть, всего нашего состава, совершил его одним и единым божественным хотением, как будто бы в Нем и не было другого хотения, противоположного и препятствующего этому божественному и сильному Его хотению. Ибо невозможно, чтобы в одном и том же Христе Боге нашем находились одновременно два хотения, или взаимно противоположный, или совершенно одинаковый. А спасительное учение богоносных отцов ясно научает, что разумно одушевленная плоть Господа никогда не производила естественного своего движения отдельно и по своему стремлению, вопреки указанно соединенного с нею в ипостась Бога Слова, но производила, когда, чего и сколько желал сам Бог Слово, и сказать прямо: подобно тому, как наше тело управляется и украшается и приводится в порядок разумною и мыслящею душою, так и в Господе Христе весь человеческий состав Его, управляемый всегда и во всем божеством самого Слова, приводился в движение Богом, по учению Григория нисского, который в книгах против Евномия говорит так: «Поелику Сын есть Бог, Он совершенно бесстрастен и нетленен, а если в евангелии приписывается Ему какое-либо страдание, то Он действовал так по человеческому естеству, конечно допускающему таковую немощь. Поистине божество совершает спасение при посредничестве тела, им воспринятого; страдание принадлежит плоти, а Богу действование»1), посредством которого мы и получили спасение и относительно этого спасения не допускаем разделения. Ибо, однажды умерши и понесши грехи многих и снискавши Собою очищение и спасение нам, сущим во грехах, Он воскрес и воскресил и оживотворил нас, даровавши (нам) мир вечный. И, возшедши на небеса, Он воссел одесную Отца своего. И опять придет со славою судить живых и мертвых, и царствию Его не будет конца. Мы уповаем, что все восстанут и предстанут пред Божественным престолом, чтобы каждый получил от Бога праведное воздаяние,

_____________________

1)Твор. св. Григория нисск. в рус. перев. ч.6, стр.38. Москва, 1864.

88

 

 

не имеющее конца. Необходимо нам присовокупить и следующее: утверждая, что единородный Сын Божий, то есть, Иисус Христос, умер плотью и воскрес из мертвых, а также исповедуя, что Он вознесся на небеса, мы совершаем в церквах бескровное служение. Итак, мы сходимся для таинственных благословлений и освящаемся, делаясь причастниками святого тела и честной крови Христа, который есть Спаситель всех нас. Мы принимаем его не как обыкновенное тело, — да не будет, — даже не как тело мужа освященного и приблизившегося к Слову чрез единение в святости, или сделавшегося как бы жилищем Божиим, но как воистину животворящее и собственное тело самого Слова. Ибо Он, как Бог, будучи по естеству жизнью, и плоть свою сделал животворящею, после того как соединился с этою плотью. Поэтому, когда Он говорит нам: аминь, аминь глаголю вам: аще не, снесте плоти Сына человеческаго, ни пиeтe крови Его (Иоан. 6, 53), то мы принимаем ее не за плоть подобного нам человека, — потому что каким образом плоть человека сделается животворящею по своей природе? — но за истинно собственную (плоть) Сына Божия, который ради нас сделался Сыном человеческим. Впрочем изречений Спасителя, находящихся в евангелиях, мы не будем делить ни между двумя ипостасями, ни между лицами, но, правильно рассуждая, мы будем думать, что и человеческие, и в то же время божественные (изречения) говорились одним (и тем же лицом). Итак, все изречения, содержащиеся в евангелиях, следуетъ присвоять одному лицу, одной воплощенной ипостаси Слова; потому что по Писанию Господь один, Иисус Христос. Так рассуждать мы научены апостолами и евангелистами и всем богодухновенным Писанием, и истинным исповеданием блаженных отцов, собиравшихся в Никее и Константинополе, а также в Ефесе в первый раз, затем в Халкидоне и Константинополе вторично, то есть, пяти святых и вселенских соборов; и вместе с тем посланиями святых Кирилла и Льва; все, что они проповедали и приняли, и мы принимаем и проповедуем, а что отвергли, то и мы анафематствуем, и всякую ересь от Симона и до настоящего времени, в особенности же Apия, Евномия, Македония и Аполлинария, Савеллия, Новата и Савватия, Диодора и Нестория, Евтихия, и Диоскора, и Севера, и Юлиана, и невежду Фемистия и все нечестивое сборище их, также Оригена, Дидима и Еваргия и баснословные бредни их. Еще анафематствуем тех, кого отверг и пятый святой собор; я разумею Феодора мопсуестского, проклятого учителя Максимовой ереси и разделений, затем нечестивые сочинения Феодорита, (написанные) против правой веры и двенадцати глав святого Кирилла, и послание, написанное, как говорят, Ивою к Маре Персу. Сверх всех этих еретиков анафематствуем и еще недавно присоединившаяся к ним, не заслуживавшего имени, Максима и нечестивых учеников его; этот язычник учил манихействовать и отвергать тело Христа, Бога нашего; (анафематствуем) и нечестивое его учение, которое прежде нас отвергли блажешеннейшие отцы наши; я разумею Гонория, Сергия и Кира и бывших после них учителей и предстоятелей церквей, и кроме того еще блаженной памяти Ираклия, вашего прадеда; он был православным, и православную отрасль его Бог явил в нынешнее благочестивое царствование, потому что

89

 

 

и он со святыми отцами нашими тотчас осудил эту возродившуюся ересь максимиан. Им последовал и святой собор, созванный здесь по высочайшему повелению государя, блаженной памяти отца вашего; и всесвятейший вселенский патриарх Петр, и предшественник моего ничтожества блаженнейший Макарий, и местоблюститель александрийского (престола) Феодор, в присутствии вместе с ними бывших там блаженнейших епископов я императорского синклита, наследовавши то, что было написано против него (Максима), предали его анафеме и осудили на изгнание вместе с нечестивыми учениками его. Но предоставляя всех еретиков самим себе оплакивать анафемы, я снова обращаюсь к Богу и молю Его о сохранении вашего благочестия, поддерживающего слово православия; потому что вы и предки ваши были светильниками веры. Господь да просветит светильники веры! Господь да сохранить стражей православия! Бог да возвысит рог ваш! Бог да умирит царство ваше, изгнавшее всякую вражду и даровавшее глубокий мир церквам и всему миpy! Подпись. Макарий, милостию Божией епископ Феопольский, диктовавший всю вышеприведенную основу православия, согласно изложению пяти святых и вселенских соборов и поименно упомянутых мною святых и уважаемых отцов, изъяснявших по мере сил своих, что в Господе нашем Иисусе Христе, Боге нашем, одно хотение, и что Он являл нам свое богомужное действие, убежденный внутренно и исповедавший, что нечестиво говорить, будто в одном и том же Христе, Боге нашем, два хотения, и так думающий и учащий и надеющийся предстать пред страшным судом Божиим с этою православною верою моею, подписался»

Благочестивейший император Константин и святой собор сказали: «Мы узнали силу исповедания веры, представленного Макарием, боголюбезнейшим архиепископом антиохийским; пусть же скажет сам боголюбезнейший Макарий, согласен ли он с представленными им свидетельствами».

Святейший архиепископ Макарий сказал: «Да, государь!»

Благочестивейший император Константин и святой собор сказали: «Пусть сам боголюбезнейший Макарий объяснить, исповедует ли он два естественных хотения и два естественных действия в домостроительстве воплощения Христа, Бога нашего».

Макарий, святейший архиепископ антиохийский, сказал: «Я не скажу, что два естественных хотения, или два естественных действия в домостроительстве воплощения Господа нашего Иисуса Христа, хотя бы меня разрубили на мелкие части и бросили в море».

Благочестивейший император Константин и святой собор сказали: «Из кодексов, принесенных теперь и признанных боголюбезнейшим архиепископом антиохийским Макарием, первый кодекс пусть подвергнется чтению, для сличения с подлинными книгами святых и уважаемых отцов, находящимися в досточтимой патриархии, для чего они и были уже требованы стороною апостольского престола святейшего папы римского Агафона. Итак, Георгий, боголюбезнейший диакон и хартофилакс здешней святейшей великой церкви Божией, пусть принесет эти книги святых и уважаемых отцов из досточтимой патриархии».

90

 

 

Их принесли. Тогда славнейший консул Петр, по повелению благочестивейшего императора нашего Константина, стал сравнивать книгу святого Афанасия с тем первым кодексом, а по самому кодексу стал следить Диоген, знатнейший тайный советник и секретарь императорский; он читал ее, и она содержала следующее:

Святого Афанасия из второго слова против Аполлинария: «Ибо явно, что Бог Слово, сущий до пришествия во плоти, не человек был, но был Бог у Бога, невидимый и бесстрастный. Посему наименование: Христос употребляется не в отдельности от плоти, потому что за именем сим следуют страдания н смерть, как пишет Лука: яко Христос имеяше пострадати, яко первый от воскресенья мертвых (Деян. 26, 23), и как говорит Павел: пасха наша за ны пожрен быстъ Христос (1 Кор. 5, 7), и: человек Христос Иисус, давый Себе избавление за нас (1 Тим. 2, 5-6); говорит же не потому, что Христос не Бог, но потому, что Он и человек. Почему и сказано: поминай Ииcyca Христа, воставшаго от мертвых, от семене Давидова по плоти (2 Тим. 2, 8). Посему-то Писание сближает то и другое имя указанием на бытие как невидимо умосозерцаемого и истинно сущего Бога, так видимо осязаемого и истинно существующего человека, и не разделением лиц или имен, но естественным рождением и неразрывным единением, чтобы, когда истинно исповедуется в нем страдание, один и тот же истинно был исповедуем и удобостраждущим и бесстрастным»1).

Есть слова, опущенные Макарием и Стефаном: одни прежде этого свидетельства, а другие после. «Но говорите: “Если приял все, то, без сомнения, имел и человеческие помыслы: в человеческих же помыслах не возможно не быть греху; и как Христос будет разве греха?“ — Итак скажите: если Бог — зиждитель греховных помыслов, то Богу должно было присвоить созданное Им, потому что и пришел Он приблизить к Себе тварь свою. Но с другой стороны, не праведен будет суд, осуждающий согрешившего. Ибо если греховные помыслы сотворил Бог, то почему осуждаете согрешившего? И как возможно, чтобы такой суд произошел от Бога? Если и Адам имел таковые помыслы, даже прежде нежели преслушал Божию заповедь, то как же не знал он доброго и лукавого? Будучи разумен по естеству, свободен помыслом, не изведав опытно зла, зная только доброе, и быв как бы единомыслен (Пс. 67, 7), но преслушав Божию заповедь, человек впал в греховные помыслы, не потому, что Бог создал сии пленящие его помыслы, но потому, что диавол обольщением всеял их в разумное естество человека, соделавшееся преступным и отринутое, так что диавол в естестве человеческом постановил греховный закон, и ради греховного дела царствует смерть. Посему-то пришел Сын Божий, да разрушит дела диаволя (1 Иоан. 3, 8). Но говорите: «Разрушил, не согрешив; а это не есть разрушение греха. Ибо не в Нем первоначально диавол произвел трех; почему бы разрушился трех, когда

_____________________

1)  Твор. свят. Афанасия александр. в русск. переводе, ч. 3, стр. 387—388. Москва. 1853 г.

91

 

 

Он пришел в мир, и не согрешил»? Диавол произвел грех, всеяв оный в разумное и духовное естество человека. Потому невозможно было, чтобы разумное и духовное естество, согрешившее добровольно и подвергшееся осуждению смерти, само себя возвратило в свободу, как говорит апостол: немощное бо закона, в немже немоществоваше плотию (Рим. 8, 3). Посему-то пришел самолично Сын Божий восстановить естество человеческое в естестве своем из нового начала и чудным рождением, и не разделил первоначального состава, но отринул всеянное отложение, как свидетельствует пророк, говоря: прежде неже разумети Отрочати благое или злое, отринешь лукавое, еже избрати благое (Ис. 7, 16). А если бы безгрешность явилась не в согрешившем естестве, то как был бы осужден грех во плоти, когда и плоть не совершила греха самым делом, и Божество не знает греха? Почему же апостол говорить: идеже умножися грех, преизбыточествова благодать (Рим. 5, 20)? Не место описывая, но разумея естество, говорит он: якоже единым человеком грех в мир вниде, и грехом смерть; так единым человеком Иисус Христом благодать воцарится правдою в жизнь вечную (Рим. 5, 12. 21), чтобы в том же естестве, в котором произошло преспеяние греха, соделалось и явление правды, и таким образом, по освобождении естества человеческого от греха, разрушены были дела диаволя и прославился Бог».1)

Когда таким образом сличили эту книгу и опущенные слова прежде, после и в средине этого свидетельства, благочестивейший император Константин и святой собор сказали: «Пусть скажет боголюбезнейший Макарий: зачем он опустил эти нужные места из свидетельства святого и уважаемого отца?»

Боголюбезнейший Макарий сказал: «Те свидетельства, какие я представил, представил для своей цели».

После этого перерыва опять продолжалось чтение вышеприведенного свидетельства, бессвязно вырванного Макарием и Стефаном; несколько дальше оно читалось так: «Посему-то зрак раба, явившийся в божестве Слова, не подлежа необходимости, по естеству и силе являет в себе безгрешность, раззорив преграду необходимости и закон греха и пленив мучителя, уловившего в плен, как говорит пророк: возшел еси на высоту, пленил еси плен (Псал. 67, 19). Слово, противопоставив врагу зрак раба, одерживает победу чрез побежденная некогда. Посему Иисус прошел все искушение, потому что приял все, чем опытно изведано искушение; и сим одержал за людей победу, говоря: дерзайте, Аз победих мир (Иоан. 16, 33). Ибо диавол воздвиг брань не против Божества, которого не признал (и не cиe не дерзнул бы он, потому и сказал: аще Сын еси Божий (Матф. 4, 3)), но против человека, которого древле мог ввести в обман, и чрез обманутого на всех людей распространил действие злобы своей. Поелику душа Адамова содержима была в осуждении смерти и непрестанно

_____________________

1) Твор. св. Афанас. александр. в русск. переводе. Москва. 1853 г., ч. 3, стр. 392 - 394.

92

 

 

взывала к своему Владыке, а также и души благоугодивших Богу и оправданных законом естественным содержимы были вместе с Адамом и с ним сетовали и взывали, то Бог, умилосердившись над человеком, Им сотворенным, благоизволил таинством явления своего соделать человеческому роду новое спасение, низложить врага, прельстившего по зависти, явить же несравненное возвышение человека единением и общением его с Вышним в самом естестве и в самой действительности. Посему пришло Слово, Бог и Создатель первого человека, чтобы соделаться человеком, для оживотворения человека и низложения злобного врага; и родилось от жены, восставив Себе от первого создания человеческий зрак, в явлении плоти без плотских пожеланий и человеческих помыслов, в обновленном образе; потому что в Нем воля единого божества и целое естество Слова в явлении человеческого зрака и видимой плоти второго Адама, не в разделении лиц, но в бытии божества и человечества. Посему диавол приступил к Иисусу, как к человеку, но, не обретая в Нем признаков древнего своего всеяния, ни успеха в настоящем своем предприятии, посрамляемый и преодолеваемый, уступил над собою победу и в изнеможении сказал: кто сей пришедый от Едома, то есть, из земли человеков, наступающий зело с крепостию? (Ис. 63, 1). Потому и Господь сказал: грядет сего мира князь, и во Мне не обретает ничесоже (Иоан. 14, 30)»1).

Святой собор сказал: «Вот, благое благосклоннейший государь, он вырвал и еще свидетельство, потому что то, что следует за этим свидетельством и что будет прочтено по повелению вашего могущества, указывает, что этот пропуск сделан им намеренно и тайно; вот нечто из этого свидетельства, бессвязно вырванного Макарием и Стефаном: «Второй Адам имел и душу, и тело, и целого первого Адама. Ибо если бы речение: ничесоже относилось к бытию человеческому, то каким обрел бы видимое тело Сказавшего: ничесоже? Но не обрел в Нем ничего такого, что сам произвел в первом Адаме. И таким образом в Христе истреблен грех. Потому и Писание свидетельствует: Иже греха не сотвори, ни обретеся лесть в устех Его (1 Петр. 2, 22). Почему же говорите, что «однажды плененному человеку не возможно соделаться свободным от плена? Чтобы приписать невозможность Богу и возможность диаволу, именуете, как и прочие еретики, грех его неистребимым в естестве человеческом, и утверждаете, будто бы не уловляемое в плен Божество пришло в подобии плоти и души, чтобы самому Ему пребыть свободным от плена и таким образом явиться чистой правде. Когда же правда Божества не была чистою? И какое в сем благодеяние людям, если Господь явился не в тождестве бытия и не в обновлении естества, как говорит апостол: Еюже обновил есть нам путь новый и живой (Евр. 10, 19, 20), по сказанному: Аз есмь путь и истина и живот (Иоан. 14, 6)»2).

______________________

1)Там же, стр. 397 и 398.

2)Там же, стр. 398 и 399.

93

 

 

Святой собор сказал: «Вот ты и это свидетельство святого отца вырвал бессвязно; неприлично православным так обезображивать изречения святых отцов, вырывая их бессвязно; это скорее дело еретиков».

Макарий, почтеннейший архиепископ, сказал: «Я уже сказал, что я вырвал их для достижения собственной цели».

Святой собор воскликнул: «Он ясно показал, что он еретик: новому Диоскору анафема; да извержется он; прочь гони нового Диоскора; новому Аполлинарию злые лета! Справедливо да будет лишен он епископства; да будет он обнажен от находящегося на нем омофора». Затем, когда он был разоблачен и стал посредине вместе с учеником своим Стефаном, Феофан, благочестивейший пресвитер и игумен монастыря Байя, спросил этих самых Макария и Стефана: «Имел ли Господь наш Иисус Христос человеческое и безгрешное хотение?»

Макарий и Стефан сказали: «Мы не допускаем человеческого хотения во Христе, а божественное допускаем, притом без плотских пожеланий и человеческих помыслов как показывает представленное нами свидетельство святого Афанасия; ибо хотение принадлежит только божеству».

Феофан, благочестивейший пресвитер и игумен, сказал: «Как вы понимаете плотские пожелания и человеческие помыслы?»

Макарий и Стефан сказали: «Плотские пожелания и человеческие помыслы принадлежат подобным нам людям, а Христос не имел ничего из них».

Феофан, благочестивейший пресвитер и игумен, сказал: «Если свидетельство, вырванное вами бессвязно, вы приведете в целости, то из него будет следовать, что святой отец Афанасий имел в виду плотские пожелания и человеческие помыслы греховные и страстные, посеяваемые в человеческой природе диаволом, как сам святой отец сказал это выше. И я говорю, что Господь наш Иисус Христос, истинный Бог наш, имел не плотское хотение, всеянное после, и не греховные помыслы, — да не будет, — но естественное хотение, которое вложил ему сам Бог, создавший Адама. Я также спрошу вас вот о чем: имел ли Адам разумную душу».

Макарий и Стефан сказали: «Да».

Феофан, благочестивейший пресвитер и игумен, сказал: «Естественное имел он хотение»?

Стефан, благочестивейший инок, сказал: «Самовластное и свободное, потому что до преступления он имел божественное хотение и желал того же, чего и Бог».

Дометий, боголюбезнейший епископ прусиадский, сказал: «Куда идет твое нелепое богохульство? Если Адам желал того же, чего и Бог, то, значит, он был и творцом наравне с Богом».

Благочестивейшие пресвитеры Феодор и Георгий и благочестивейший диакон Иоанн, представители Агафона, святейшего папы апостольского престола древнего Рима, а также боголюбезные епископы, представители состоящего при нем собора, сказали: «Если Адам до падения имел божественное хотение, то, значит, он был единосущен Богу, и хотение Адама было неизменяемо и животворно. Как же он изменился, преступил заповедь и

94

 

 

подвергся смерти? Ибо имеющий одно хотение вполне единосущен. Или вы не знаете, что святой Кирилл говорил: (Иисус Христос) как единосущен своему Отцу, так и одно хотение имеет с Ним? Потому что в одном существе конечно одно и хотение».

Феофан, благочестивейший пресвитер и игумен, сказал: «Ответьте на то, о чем я уже спрашивал вас: естественное ли хотение имел Адам? да, или нет?»

Макарий и Стефан сказали: «Мы сказали уже: самовластное и свободное».

Феофан, благочестивейший пресвитер и игумен, сказал: «Или согласитесь, что он имел естественное хотение, или отвергните это; и я покажу это из святых и уважаемых отцов».

Когда же эти Макарий и Стефан долго упорствовали и не хотели ни согласиться, ни отвергнуть, то благочестивейший император Константин и святой собор сказали: «Пусть благочестивейший пресвитер и игумен Феофан приведет те свидетельства святых и уважаемых отцов, о которых он говорил».

И он привел два свидетельства: одно святого Афанасия, архиепископа александрийского, из его слова о вочеловечении, направленного против Аполлинария; в нем содержится следующее: «Когда Бог созидал Адама, ужели врожденным соделал ему грех? Какая же нужда была в заповеди? Почему осудил его согрешившего? Почему Адам до преслушания не знал доброго и лукавого? Кого Бог создал для нетления по образу своего присносущия, того сотворил Он по естеству безгрешным и по воле свободным1)». Другое блаженного Августина, епископа иппонийского, из пятой книги его против (пелагианиста) Юлиана; в нем содержится следующее: «Что такое движение души, если не движение естества? Потому что душа без сомнения есть естество, а потому хотение есть движение естества, то есть, движение души».

Святой собор сказал: «Благочестивейший пресвитер и игумен Феофан посредством приведенных им свидетельств святых и уважаемых отцов ясно и справедливо показал, что хотение естественно. Если же первый Адам имел естественное хотение, то как же не имел естественного хотения, в человеческом естестве своем соделавшийся подобным ему во всем, кроме греха, второй Адам, Господь наш Иисус Христос, истинный Бог наш? Итак, если Господь наш Иисус Христос по человечеству своему воспринял и человеческое безгрешное хотение, и божественное имел прежде веков со Отцом и Святым Духом, то очевидно, что православные должны в Нем исповедовать нераздельно и неслитно два естественных хотения, как и из многих отеческих свидетельств видно, что — два естественных хотения в домостроительстве воплощения одного лица или одной ипостаси единого от святой Троицы, Господа нашего Иисуса Христа, истинного Бога нашего».

Затем было прочтено из того же кодекса другое свидетельство святого Амвросия, епископа медиоланского, из его книги к императору Граци-

_______________________

1)Там же, стр. 377.

95

 

 

ану; в нем содержится следующее: «Однако же человека, которого Он показывал в истинности плоти, Он настолько представлял равным по желанию (прочим людям), что говорил: не якоже Аз хощу, но якоже Ты хощеши (Матф. 26, 39). И это равным образом показывает, что Христос всегда имеете тоже хотение, какое и Отец».

И несколько дальше из вышеприведенного свидетельства те же Макарий и Стефан выхватили (бессвязно) следующий отрывок: «Видишь, как не только Сын исполняет желание Отца, но и Отец — желание Сына. Что же иное обозначается словом: животворить, если не то, что соделано чрез страдание Сына? А страдание Христа есть хотение Отца. Итак, кого животворит Сын, животворит согласно хотению Отца. Значит, хотение одно. Какое хотение Отца, как не то, чтобы Сын пришел в сей мир и очистил нас от грехов? Послушай, что говорит прокаженный: аще хощеши, можеши мя очистити. Иисус ответил: хощу, очистися, и абие очистися ему проказа (Матф. 8, 3). Итак, видишь ли, что Сын самовластен в своем хотении, и что Христос хочет того же, чего хочет и Отец»?

А то, что опущено из этого свидетельства Макарием и Стефаном, читается так: «Если Он решительно говорит: елика имать Отец, моя суть (Иоан. 16, 15), то нет никакого сомнения, что здесь ничто не подлежит исключению. Потому что какое хотение имеет Отец, такое же имеет и Сын. Итак, где одно действие, там одно и хотение; потому что в Боге расположение хотения становится исполнением действия. Ибо иное хотение человеческое и иное —Божие. Хорошо известно, как хочется человеку пожить, так как мы боимся смерти; а Христос страдал согласно божественному хотению, чтобы пострадать за нас; когда Петр хотел отклонить Господа от страдания, то Господь сказал ему: не мыслиши яже суть Божия, но человеческая (Матф. 16, 23). Итак, Он принимает мое хотение, принимает и скорбь мою. Я смело говорю: скорбь, потому что проповедую крест. Мое это было хотение, которое Он назвал собственным, потому что Он принял мою скорбь, как человек, и как человек Он говорил, а потому и сказал: не якоже Аз хошу, но якоже Ты (Матф. 26, 39) хощеши. Скорбь, принятая Им за мои страсти, моя, потому что никто не радуется, когда готовится умереть. Мне Он сострадает, со мною скорбит и мне соболезнует. Итак, за меня страдал во мне не имевший никакого повода страдать за самого Себя. Итак, Ты, Господи, терпишь не свои язвы, но мои, не свою смерть, но нашу немощь. Пророк сказал: поелику о нас болезнуеши и мы вменихом Тя, Господи, быти в труде, так как Ты болезнуешь не за Себя, но за меня (Ис. 53, 4). И что удивительного, если проливавший слезы об одном страдал обо всех? Что удивительного, если пред своею смертию скорбит Тот, кто прослезился, намереваясь воскресить Лазаря? Но и там привела Его в слезы любовь сестры, участием которой затронуто было человеческое чувство, и здесь глубочайшее расположение Его производит дела домостроительства, чтобы, как смертию Его уничтожена смерть всех, и язвою Его исцелены наши язвы, так и скорбью Его были устранены наши печали. Итак, Он сомневается, колеблется как

96

 

 

человек и смущается как человек; не могущество и не божество Его смущается, но смущается душа, и смущается потому, что Он принял человеческую слабость, и потому еще, что Он принял душу страстную. Ибо Бог, поколику Он был Бог, не мог ни смущаться, ни умирать».

Еще было прочитано из того же кодекса другое свидетельство святого Дионисия, епископа афинского и мученика, из книги об именах Божиих; и также был сличен текст этого свидетельства. Он читается так: «Божественное благодеяние к нам обнаружилось в том, что пресущественное Слово подобно нам и от нас вполне и истинно приняло существо, совершало и терпело все, что свойственно человеческому богодействию особенного и преимущественного. В этом Отец и Святой Дух не участвовали ни в каком смысле, разве кто скажет — благим и человеколюбивым хотением».

Они от этого свидетельства оторвали следующее: «И всем своим высочайшим и неизреченным божественным действием, которое совершает и уподобившийся нам, но не изменившийся, так как Он Бог и Божие Слово».

Еще прочитано было из того же кодекса свидетельство святого Иоанна Златоустого, из беседы его на слова: Отче, аще возможно есть, да мимоидет от Мене чаша сия (Матф. 26, 39). (Начало ее: «глубокую рану»). Равным образом и это свидетельство было сравнено с книгою, находящейся в составе библиотеки досточтимой патриархии этого царствующего города. Это свидетельство читается так: «Так много благ было и бывает от креста, —и, скажи мне, Христос не хочет быть распятым? Кто может сказать это? А если бы Он не хотел, то кто принудил Его? Кто заставил? Для чего же Он предпосылал пророков, которые предвозвещали, что Он будет распят, если Он не намерен был распяться и не хотел подвергнуться этому? И для чего Он назвал крест чашею, если Он не хотел быть распятым? Ибо этим выражается желание, которое Он имел к такому делу. Как для жаждущих приятна чаша, так для Него распятие на кресте; посему Он и говорил: желанием возжелех cию пасху ясти с вами (Лук. 22, 15), сказав это не без причины, но потому, что после вечери предстоял Ему крест. Итак, Тот, кто называет это дело славою, укоряет ученика за возражение Ему, поставляет признаком доброго пастыря смерть за овец, говорит, что Он желанием желает этого, и добровольно идет на это, почему просит, чтобы этого не было? А если бы Он этого не хотел, то разве трудно было остановить тех, которые приступали к Нему? А теперь видишь, Он сам поспешает к этому. Когда приступали к Нему, Он сказал: кого ищете? Отвещаша Ему: Ииcyca. Глагола им: Аз есмь: и идоша вспять, и падоша на земли (Иоан. 18, 6). Так, Он сначала ослепил их и показал, что Он мог избежать, а потом и предал Себя, дабы ты знал, что Он не по необходимости или принуждению, или насилию приступивших подвергся этому, но добровольно, по собственному предызбранию и желанию и по давнему приготовлению к этому. Для того и пророки были предпосылаемы, и патриархи предсказывали, и словами и делами крест был предызображаем. Ибо и

97

 

 

жертвоприношение Исаака означало крест: посему и сказал Христос: Авраам отец ваш рад бы был, дабы видел день мой: и виде и возрадовася (Иоан. 8, 56). Итак, патриарх возрадовался, увидев образ креста, а Он отказывается от самого креста? И Моисей побеждал Амалика потому, что показывал образ креста; и бесчисленное множество событий можно видеть в ветхом завете, которые предызображали крест. Для чего же было так, если Тот, кто имел быть распятым, не хотел этого? Последующее возбуждает еще больше недоумений. Потому что, сказавши: да мимоидет от Мене чаша сия, Он присовокупил: обаче не якоже Аз хощу, но якоже Ты (Матф. 26, 39). Здесь, буквально, мы находим два противоположных одно другому желания, т. е. Отец желает, чтобы Он был распят, а сам Он не желает. Между тем везде мы видим, что Он желает одного и того же с Отцом, предызбирает одно и тоже с Ним. Так, когда Он говорит: дай им, якоже Ты, Отче, во Мне и Аз в Тебе, да и тии в нас едино будут (Иоан. 17, 21), — выражает не что иное, как то, что у Отца и Сына одна воля. И когда Он говорит: яже Аз глаголю, о Себе не глаголю: Отец же, во Мне пребываяй, той творит дела (Иоан. 14, 10), —выражает то же. И когда Он говорит: о Себе не глаголю (Иоанн. 14, 10), и: о Себе не приидох (Иоанн. 7, 28), и: не могу Аз о Себе творити ничесоже (Иоанн. 5, 30), — выражает не то, будто Он не имеет власти говорить или делать, — нет, — но хочет показать с точностью, что Его воля согласна с волею Отца и на словах, и на деле, и во всех распоряжениях одна и та же у Него с Отцом, и что (у них) одно и тоже существо, как уже неоднократно мы объясняли. Ибо слова: о Себе не глаголю означают не лишение власти, а согласие1)».

А следующие затем выражения из той же беседы, выпущенный из этого свидетельства теми же Макарием и Стефаном, читаются так: «Как же здесь Он говорит: обаче не якоже Аз хощу, но якоже Ты? (Матф. 26, 39). Может быть, мы причинили вам много труда, но ободритесь; хотя и много сказано, но я хорошо знаю, что ваше усердие сильно; и речь моя приближается наконец( к самому разрешению. Для чего же так сказано? Слушай(те) со вниманием. Учение о воплощении Бога было весьма неудобоприемлемо. Это чрезмерное человеколюбие Его и великое снисхождение было страшно и требовало многих приготовлений, чтобы оно было принято. Ибо представь, каково было слушать и поучаться, что Бог неизреченный, нетленный, непостижимый, невидимый, необъятный, в руце которого концы земли (Пс. 95, 4), призираяй на землю и творяй ю трястися, прикасаяйся горам и дымятся (Пс. 103, 32), великого снисхождения которого не могли видеть даже херувимы, но распростертыми крыльями покрывали свои лица (Ис. 6, 2), — Тот, который превосходить всякий ум и превышает рaзумение, оставив ангелов, архангелов и все разумные высшие силы, благоволил сделаться человеком, принять плоть, созданную из земли и пер-

_______________________

1)Твор. св. Иoaннa Златоуст. в русск. переводе: Христ. чтен. 1862 г. март, стр. 137—140.

98

 

 

сти, войти в утробу Девы, быть носимым во чреве девять месяцев, питаться молоком и испытывать все человеческое. Посему, так как имевшее совершиться было так удивительно, что и по совершении многие не веруют этому, Он, во-первых, предпосылает пророков, которые возвещали тоже самое. Так патриарх предвозвещал это, когда говорил: от леторасли, сыне мой, возшел еси: возлег уснул еси яко лев (Быт. 40, 9). Исаия говорит: се дева во чреве зачнет, и родит сына, и наречеши имя Ему Еммануил (Ис. 7. 14); и в другом месте: возвестихом Его, яко отроча, яко корень в земли жаждущей (Ис. 53, 2). Жаждущею землею Он называет чрево Девы; потому что оно не принимало семени человеческого, и не испытало совокупления, но родило Его без брака. И еще: Отроча родися нам, сын и дадеся нам (Ис. 5, 6); и еще: изыдет жезл из корене Иecceoвa, и цвет от корене ею взыдет (Ис. 11, 1). А (Варух) у Иеремии говорит: сей Бог наш, не вменится ин к Нему: изобрете всяк путь хитрости, и даде ю Иакову отроку своему и Исраилю возлюбленному от Него; по сем на земли явися и с человеки поживе (Вар. 3, 37. 38). И Давид, указывая на пришествие Его во плоти, сказал: снидет, яко дождь на руно, и яко капля каплющая на землю (Пс. 71, 6); потому что Он тихо и кротко вошел во чрево девы. Впрочем этого еще не довольно, но и по пришествии, чтобы не считали события призраком, Он удостоверяет в этом деле не одним только появлением, но в течении продолжительного времени, и прошедши все человеческое. Ибо не прямо входит Он в человека совершенного и полного, но во чрево Девы, так что потерпел и ношение во чреве, и рождение, и питание молоком, и возрастание, и продолжительностию времени и различием всех возрастов удостоверил в истине события. И этим не ограничивается удостоверение, но, облекшись плотию, Он попускает терпеть ей и недостатки природы, и алкать, и жаждать, и спать, и утомляться; наконец и шествуя на крест, Он попускает ей испытывать свойственное плоти. Потому и капли пота истекали из ней, и ангел явился укреплять ее, и печалится она и скорбит; ибо прежде, нежели Он сказал те слова, Он говорил: душа моя смутилась, и: прискорбна есть душа моя до смерти (Матф. 26, 38). Если же при всех этих действительных событиях злые уста диавола чрез Маркиона понтийского и Валентина и Манихея персянина и многих других еретиков решились низвратить учение о домостроительстве и распространить некоторую сатанинскую молву, будто Христос и не воплощался, не облекался плотию, но это было только видением, призраком, представлением и обольщением, несмотря на то, что об этом свидетельствуют Его страдания, смерть, погребение, алчба, то, если бы ничего такого не было, не гораздо ли более диавол посеял бы этих преступных мыслей нечестия? Посему Он как алкал, как спал, как утомлялся, как ел, как пил, так просит избавить Его и от смерти, показывая свое человечество и немощь природы, которая не может без страдания лишиться настоящей

________________________

1)Твор. св. Иоанна Златоуст. в русск. перев, см. Христ. чт. 1862 март, стр. 140—143.

99

 

 

жизни. Подлинно, если бы Он не говорил ничего такого, то еретик мог бы сказать: если Он был человеком, то Ему надлежало и испытать свойственное человеку. Что же именно? То, чтобы, приближаясь к распятию на кресте, страшиться и скорбеть и не без скорби лишаться настоящей жизни; ибо в природу вложена любовь к жизни настоящей. Посему Он, желая показать свое истинное облечение плотию и удостоверить в истине этого домостроительства, с великою ясностью обнаруживает свои страдания1)».

Благочестивейший император Константин сказал: «Для нынешнего дня довольно и того, что сделано; а остальное из этого кодекса, который читали, пусть будет прочтено в другой день».


Страница сгенерирована за 0.29 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.