Поиск авторов по алфавиту

Автор:Бриллиантов А.

Бриллиантов А. Профессор В.В. Болотов. Биографический очерк

Христианское чтение, 1910, IV, с. 421-442; V-VI, с. 563-590; VII-VIII, с. 830-854.


А.И. БРИЛЛИАНТОВ


Профессор Василий Васильевич Болотов.

Биографический очерк1).

 

ВАСИЛИЙ Васильевич Болотов2), профессор общей церковной истории в Петербургской духовной Академии, родился 31 декабря 1853 г.3) в селе Кравотыни тверской губернии осташковского уезда, в 12 верстах от г. Осташкова, на берегу оз. Селигера4). Отец его, Василий Тимофеевич Болотов, дьячок Троицкого собора в

______________________

1) Печатаемый очерк, не претендующий на исчерпывающую полноту изложения предмета во всех подробностях, предназначался первоначально для проектированного по случаю столетнего юбилея петербургской духовной Академии (17 февраля 1909), но не появившегося биографического словаря преподавателей Академии и издается теперь на память о В. В. Болотове в виду исполнения десятой годовщины со дня его кончины († 5 апреля 1900).

2) Фамилию В. В. Болотова в Петербурге произносили обычно с ударением на первом слоге. Сам он в одном письме замечает по этому поводу: «Выше я написал дважды свою фамилию с ударением: Бóлотов. В Осташкове и Твери был я подлинный Болóтов. Но здесь (в Спб.) почти все мою фамилию произносят по-дворянски, исковеркано: Бóлотов. Пришлось привыкнуть отзываться на такую кличку». Отрывок из письма, приведенный в некрологе его в «Тверских Епарх. Ведомостях», 1900, № 11. стр. 280 примеч.

3) Сам В. В. Болотов сообщал в письме прот. П. Н. Белюстину 13 января 1900 г.: «я сам записан [в метрической книге] родившимся 1 января 1854 года, а в действительности родился во время, когда служат вечерни в Ниловой пустыни (подробность, врезавшаяся в памяти родившей) 31 декабря 1853 года». Прот. П. Белюстин, Из воспоминаний о детстве покойного профессора В. В. Болотова. «Христ. Чтение» 1900, II 280.

4) В бумагах В. В. Болотова сохранились заметки ученого характера о его родном селе (географическое положение села Кравотыни:

421

 

 

г. Осташкове, вступивший во второй брак (от первого брака у него были еще сын и дочь) в этом году 10 мая с матерью В. В. дочерью умершего священника с. Кравотыни Иоанна Васильевича Вишнякова, Марьей Ивановной, до рождения еще В. В., утонул 16 ноября в оз. Селигере, загоняя по льду домашних гусей, 45 лет от роду. М. И. Болотова тотчас же переселилась тогда из Осташкова снова в Кравотынь в дом своей матери Анны Стефановны. Здесь родился и вырос В. В., находясь на попечении матери и бабушки (последняя скончалась, когда В. В. учился в духовном училище), в очень бедной обстановке.

О матери В. В. Болотова, Марье Ивановне, знавшие ее отзываются, как о «замечательно редкой», «чудной» женщине, — доброй, рассудительной, трудолюбивой, терпеливой, религиозно настроенной, пользовавшейся общим уважением и любовью. Средства для содержания она приобретала занимаясь шитьем платья для крестьян; на первых порах она занималась также печением просфор для местной кравотынской церкви, получая за это рублей 10-12 в год: кроме доходов от этих занятий получала еще 5 р. в год из епархиального попечительства. Сына своего она воспитывала с замечательною любовью и заботливостью. Первыми основами своей религиозной и нравственной настроенности В. В. обязан был именно своей матери. Она же положила начало и умственному его развитию в раннем возрасте. Сама выучившись еще в детстве читать и писать, она всегда была большой любительницей чтения духовных книг, причем прекрасно помнила прочитанное, и вела потом собственноручно постоянную переписку с В. В. до последних лет жизни. В. В. в свою очередь относился к матери с величайшей любовью и внимательностью и впоследствии она была предметом постоянных его забот (скончалась 27 мая 1899 г. на 7'5 году, за 10 месяцев 9 дней до смерти самого В. В.1).

______________________

φ=+57° 16' 50", λ=33° 8' 20" Greenwich; древнейшие известия о селе Кравотыни; вопрос об орфографии: Кровотынь или Кравотынь; клир Введенской церкви села Кравотыни за прежнее время); частью они должны были являться дополнением к сведениям в брошюре прот. В. П. Успенского, Часовня Божией Матери Троеручицы кровотынского прихода осташковского уезда, в связи с историею местности. Тверь 1891, стр. 3-8 (перепечатано из № 7 и 8 «Тверских Епарх. Ведом.» 1891 г.).

1) Сведения о ней у Рубцова, В. В. Болотов. Тверь, 1900, 4-8, и у прот. Белюстина, 1. с. 278-285, 295. Скончалась, по словам

422

 

 

Товарищем раннего детства В. В. (в возрасте от 3 1/2 до 5 1/2 лет) пришлось быть Д. А. Лебедеву, из поселка при погосте Рожке, в 10 верстах от Кравотыни (потом городской голова г. Осташкова). Отданный в ученье в кравотынскую школу осенью 1857 г., на 9 году, он поставлен был отцом на квартиру к М. И. Болотовой и жил здесь до перевода в другую школу в г. Осташкове в 1859 г. В своих воспоминаниях об этом времени он рассказывает о том добром настроении, которое всегда парило в приютившей его семье, и о ее постоянно трудовой жизни. Со второго года его пребывания у Болотовых, маленький В. В. стал, по словам Д. А. Лебедева, обнаруживать особый интерес к внешкольному приготовлению им уроков, внимательно слушал, что он читал или заучивал, и сам старался передать слышанное. Заинтересованный ученьем, охотно слушая всякие разъяснения, он «незаметно, и как бы не учась, перенял всю азбуку и выучился читать», и чем далее, тем более проявлял свою пытливость по поводу показываемых ему картинок1). По словам прот. П. Н. Белюстина, «очень рано научила тайне чтения» В. В. мать его; «на 7-м году он прекрасно читал и, обладая от природы феноменальною памятью, с поразительною точностью передавал прочитанное». Руководил также В. В. в чтении и особенно в письме часто бывавший в доме М. И. Болотовой учитель местной школы студент семинарии Д. М. Сперанский (потом священник в с. Святом осташк. уезда)2). Начатое дома первоначальное обучение В. В. продолжал затем в этой школе3).

После Д. А. Лебедева товарищами детских лет В. В. и также дальнейшей школьной жизни в духовно-учебных заведениях были его односельцы. Одних лет с ним был сын кравотынского священника К. А. Невский (ныне учитель московского мещанского училища), старше его на два года были сыновья кравотынских причетников, П. Н. Бе-

____________________

В. В. Болотова, «прожив на свете 74 г. и 58 или 59 дней»; «родилась по метрике 30 марта 1825 — при Александре Благословенном — а приходилось мне слыхать от нее, что она слыхала, что родилась в заутреню — в самую Пасху, следовательно — 29 марта». Белюстин, I. с. 295.

1) Д. А. Лебедев. Воспоминания о В. В. Болотове, профессоре петерб. дух. Академии. Тверь, 1901, стр. 2-5.

2) Прот. Белюстин, 1. с. 286-7.

3) Рубцов, 7.

423

 

 

люстин (ныне военный протоиерей) и Д. Н. Дубакин (ныне инспектор самарской духовной семинарии1).

В детстве В. В., по воспоминаниям его товарищей, не часто принимал участие в играх своих сверстников; чтение попадавших в его руки книг тогда уже было главным его занятием. Отмечают особый характер некоторых его игр: устройство им с товарищами пещеры-монастыря, при чем он играл роль настоятеля, постройку церкви, для которой он взялся нарисовать и икону Спасителя2), любовь его звонить в колокольчики, изображая этим колокольный звон3).

II.

В 1863 году В. В. Болотов 9 лет введен был в духовное училище в г. Осташкове и пробыл здесь 5 лет, пользуясь пособием от училищного правления сначала в 20 р., потом в 24 р. в год для уплаты за квартиру. Мать, за неимением средств для найма подводы, привозила его иногда зимой на вакационное время из Осташкова в Кравотынь и затем обратно сама на санках. Уде на приемных экзаменах он обратил на себя своими Ответами внимание смотрителя училища свящ. И. П. Салтыкова (потом протоиерея Троицкой церкви) и в последующее время также нередко удивлял наставников своими знаниями и своими интересами не по летам (читал напр. однажды во время пасхальных каникул разговор Иустина Философа с Трифоном иудеем и передал потом содержание его преподавателю свящ. Л. Преображенскому). Рядом с квартирой, где жил В. В., находилась еврейская молельня; по рассказу товарища В. В. по училищу М. А. Рязанцева (потом диакон села Березовского-Рядка, осташковского уезда), ученики иногда «ходили смотреть на еврейские моленья, а иногда и шали- вали с их детьми; здесь и от них В. В. в первый раз, познакомился с еврейским книжным языком и выучился на нем читать и писать»4).

______________________

1) Прот. Белюстин, I. с. 297.           

2) Рубцов, 8-9.

3) Прот. Белюстин, I. с. 286.

4) Рубцов, 14-15. У Рубцова (стр. 14) сообщается, что В. В. «весь шестилетний курс в училище простоял на одной сырой, тесной, грязной и богатой миазмами и насекомыми квартире», в доме

424

 

 

Товарищ детства В. В. Болотова, Д. Н. Дубакин, происходивший из одного села с ним и учившийся вместе с ним в духовном училище, рассказывает, что в то время, как он был в высшем отделении училища, а В. В. в среднем, они нашли в церковной библиотеке своего села «Богослужебные каноны на греческом, славянском и русском языках» Е. И. Ловягина, основательно изучили до того времени неизвестные им греческий и русский тексты и на летних каникулах в течение двух лет занимались сами составлением подобия канонов в честь соименных им святых также на греческом, славянском и русском языках, прочитав для этого предварительно оказавшиеся в церковной библиотеке жития этих святых. «У меня в памяти, говорит Д. Н. Дубакин, довольно живо сохранился и по настоящее время, хотя, разумеется, без детальных подробностей, составленный покойным В. В. один обширный канон в честь соименного ему святого, святителя Василия Великого, на греческом, славянском и русском языках», с акростихом для греческого текста: «величай, душе моя, во иерарсех Василия Великого». Работу приходилось производить при отсутствии даже русско-греческого словаря1).

В духовном училище В. В. кончил учение в. 1869 г., 15 лет. В свидетельстве, данном ему по окончании курса в 1869 г. (15 июля), значится, что он обучался «при способностях отлично хороших, прилежании отлично ревностном и поведении отлично хорошем» всем предметам, проходимым в училище, «отлично хорошо», кроме церковного пения, по которому обучался «весьма хорошо»2).

_______________________

соборной дьячихи вдовы, близ Синицыной площади. Но прот. Белюстин рассказывает, что В. В. сначала стоял вместе с ним два года с небольшим на многолюдной и неудобной квартире у мещанки Смольниковой, но потом мать перевела его на другую квартиру, к соборному (по-видимому) причетнику И. А. Дрызлову, где «Василию Васильевичу было совсем хорошо: и просторно, и покойно, и чисто, и сытно»; там он и оставался до окончания училищного курса. «Христ. Чт.» 1900, II, 288-292.

1) Д. Дубакин, Школьные ученические журналы, в «Церк. Ведом.» 1909, № 31, 1425-7.

2) Рубцов, 16-17.

425

 

 

III.

В сентябре 1869 г. В. В. Болотов поступил в тверскую духовную семинарию. Как не имевший отца, он был принят на казенное содержание и жил в неприглядных внешних условиях в семинарском общежитии или «бурсе».

Воспоминания о нем за это время, передаваемые в биографическом очерке о нем М. В. Рубцова, сохранили товарищи его по классу, А. П. Флоренский (потом священник села Еськи, бежецкого уезда) и сам М. В. Рубцов, шедший с ним вместе в семинарии до У класса и стоявший и потом в близких отношениях к нему (потом помощник инспектора в тверской духовной семинарии). И здесь В. В. с самого начала выдавался из всех прочих воспитанников своими знаниями (напр. в Св. Писании, в греческом языке), обнаруживая постоянную готовность делиться ими с своими товарищами и будучи вообще известен всегда за самого доброго товарища. В семинарии он свободно читал по-гречески и по-латыни. Здесь были изучены им немецкий и французский языки и начато изучение английского. Еврейским языком он пользовался при написании напр. сочинения ни библейской истории в 1873 г. (на тему: «чем особенно привлекало к себе Иудеев идолопоклонство?»), удивив своими знаниями в этом языке преподавателя. В семинарии же В. В. приобрел первое знакомство и с некоторыми другими восточными языками, именно сирийским и арабским, по Fessleri Institutiones как он сам сообщает в письме к свящ. А. П. Флоренскому1). Преподаватели обращались с столь даровитым учеником, который мог при случае дополнить и даже направить их объяснения, «не вполне так, как обращаются обыкновенно с учениками». О нем отзывались напр., что записав его на первом месте, нужно потом пропустить номеров 40 и тогда уже поставить второго ученика. В. В. Болотову поручалось иногда преподавателями, не могшими присутствовать почему-либо на своем уроке, показать и объяснить другим воспитанникам, что нужно; давались ему и поручения, имевшие более или менее ученый характер, в роде переводов с иностранных языков2).

_____________________

1) Тверск. Епарх. Вед. 1900, №·II, 270.

2) Рубцов, 30-31.

426

 

 

Биограф В. В. Болотова, М. В. Рубцов находит, что при своих природных способностях и трудолюбии В. В. тем, что он стал таким, каким был на самом деле, обязан немало также и воспитавшей его школе. Пытаясь выяснить значение существовавшего тогда в тверской семинарии учебного строя на развитие ее воспитанников, он отмечает, как благоприятствовавшие этому развитию условия, лекционный характер преподавания, с пособиями в виде кратких, по хорошо составленных записок, необширный круг предметов при довольно удачном их подборе, не строгое (до 1874 г.) применение программ, без пользы для дела стесняющих иногда преподавателей и учеников, достаточное количество свободного времени для чтения книг, внимательное отношение к письменным работам. Крайнее многолюдство, правда, гибельно отражалось на большинстве воспитанников в виду физической невозможности для преподавателей заниматься одинаково со всеми; но те, на ком сосредоточивалось внимание преподавателей, как это было с В. В. Болотовым, не теряли ничего от этого, или даже выигрывали1). Что касается влияния на образование умственного и нравственного облика В. В. со стороны отдельных лиц в ряду его наставников, то значение уроков прот. Г. П. Первухина, преподававшего Свящ. Писание, прекрасно выяснил сам В. В. в письме к нему по случаю 50-летняго юбилея его священства (уменье «даяти во время житомерие слушателям», содержательность уроков при простоте и высоком дидактическом лаконизме изложения, приучение к истинно-научному методу самостоятельного исследования вопросов)2). М. В. Рубцов ограничивается, затем, указаниями лишь относительно умерших уже лиц и считает нужным упомянуть о прот. А. В. Соколове († 1882), обращавшем особенное внимание на нравственно-религиозное воспитание своих учеников и в своем преподавании отличавшемся даром аналитического ясного изложения и критики разных доктрин, — о И. С. Васильевском, преподавателе библейской истории, привлекавшем своих учеников к самостоятельному мышлению чрез предложение вопросов на решение целого класса, — о

______________________

1) Рубцов, 31-43.

2) Письмо напечатано в «Тверских Епарх. Вед.» 1899, №12, 327-8, и оттуда заимствовано в книгу Рубцова 43-45.

427

 

 

А. С. Мореве, умело преподававшем греческий и французский языки (В. В. учился у него лишь греческому языку, французский изучил самостоятельно)1).

IV.

По окончании курса в семинарии в 1875 г. В. В. Болотов выразил желание, вопреки советам некоторых товарищей, склонявших его идти в университет (харьковский), поступить в духовную академию и именно петербургскую, хотя для ректора и инспектора семинарии, вышедших из московской академии, но словам самого В. В., и было бы приятнее, если бы он выбрал Москву2). По случайным обстоятельствам он был принят не первым, но вторым студентом, но не замедлил вскоре же занять принадлежащее ему по праву первое место (36 курс). Из времени его студенчества, кроме воспоминаний о нем товарищей, по курсу (прот. Η. Е. Дроздов)3) и лиц одновременно учившихся с ним в Академии (М. В. Рубцов 1876-1881, кандидат 38 курса) сведения почерпаются из собственных его писем к матери и друзьям (выписки из них приводятся в книге Рубцова).

Интересы его, как видно из этих писем, сосредоточивались исключительно на занятиях наукою; газет он почти не читал, толстые светские журналы читал мало, ограничиваясь «Церковным Вестником» и «Церковно-общественным Вестником» и духовными журналами.4). Подробно рассказывает он в своих письмах об академических диспутах; по замечанию М. В. Рубцова, его «суждения, высказывавшиеся при таких случаях, но своей меткости, рельефности и вообще по уму, который в них видится, представляют богатейший материал для характеристики, как его самого, так и всех описываемых им лиц и событий»5).

Записавшись на церковно-историческое отделение, из древних языков он избрал для изучения латинский, из но-

___________________

1) Рубцов, 45-48, 28.

2) Письмо к свящ. А. И. Флоренскому в «Тверск. Епарх. Ведом.» 1900, № II, 267. Рубцов, 48-49.

3) Прот. Н. Е. Дроздов. К годовщине смерти В. В. Болотова, в «Спб. Дух. Вестнике», 1901, J4 15, 171-173.

4) Письмо начала 1879 г. Рубцов, 51.

5) Рубцов, 53.

428

 

 

вых — английский; быстрыми успехами в английском языке изучавшие его тогда, по воспоминаниям самого В. В. Болотова, удивили лектора Π. М. Нурока. Занятия восточными языками он продолжал в академии в более широких размерах. Рассказывают, как он однажды в несколько минут написал по просьбе товарища эфиопский текст молитвы Господней с примечаниями о транскрипции и произношении1). Едва ли уже не к этому времени, хотя бы частью, относится ознакомление его с языками армянским, грузинским, турецким, мадьярским, о котором свидетельствуют сохранившиеся в его бумагах выписки из грамматик этих языков. Тогда уже, по-видимому, привлекала его внимание и метрология. Лекции профессоров он всегда, по-видимому, записывал, так что в случае утраты курсовых занятий; мог для товарищей восстановлять к экзамену недостающее (так было однажды, по его рассказу, с затерянной лекцией М. И. Каринского об Анникерисе киренском). Начиная с третьего курса, с осени 1877 г. (6 сентября) он занялся кандидатским сочинением на тему, взятую у проф. И. В. Чельцова: «Учение Оригена о св. Троице», которую продолжал потом разрабатывать й для магистерской диссертации. Удобство ее он находил, помимо внутреннего ее интереса, в том, что она давала возможность, «собрав около себя все источники и пособия, — сидеть дома и не мыкаться чуть не каждый вечер за 3 версты в [публичную] библиотеку»2).

V.

На кафедру древней церковной истории, неожиданно открывшуюся со смертью проф. И. В. Чельцова 5 марта 1878 г., В. В. Болотов был предназначен Советом академии почти за 1Ч года до окончания курса. Он находился в то время только еще на третьем курсе; не была еще подана им в этот момент и кандидатская диссертация. Сам он, как сообщает он это в письме к А. П. Флоренскому, вовсе не рассчитывал на занятие вообще какой бы то ни было кафедры в Академии и предполагал, что место И. В. Чельцова займет или А. И. Садов, первый кандидат 33 курса (1876 г.), или брат покойного, М. В.

____________________

1) Рубцов, 55.

2) Письмо М. А. Рязанцеву 1877 г. окт. 11, у Рубцова 51-53.

429

 

 

Чельцов, писавший уже магистерскую диссертацию И. Е. Троицкому и имевший окончить курс в 1878 г.1). Между прочим, свою кандидатуру на освободившуюся кафедру выставлял тогда (в прошении в Совет Академии от 27 марта) С. В. Кохомский, преподаватель псковской семинарии, ученик И. В. Чельцова, окончивший курс в 1874 г. и защитивший в 1875 г. магистерскую диссертацию. Но историческое отделение, которое давно уже обратило внимание на выдающегося студента и следило особым образом за его научным развитием2), сразу наметило его в преемники И. В. Чельцову. 23 марта 1878 г. Совет поручил отделению принять меры к замещению кафедры, временное же исполнение обязанностей преподавателя древней церковной истории возложено было на И. Е. Троицкого, который стал теперь после Чельцова руководителем В. В. в научных занятиях. В представлении Совету от 10 июня, доложенном в Совете уже 1 сентября, отделение сообщало, что оно «имеет в виду кандидата вполне достойного этой кафедры, но, к сожалению, могущего занять ее не раньше, как в будущем году», и потому просило Совет ходатайствовать пред высшим начальством об отсрочке замещения кафедры до следующего года и о продолжении временного заместительства ее проф. Троицким, выражая убеждение, что от этой отсрочки нисколько не пострадают научные интересы кафедры, переданной теперь опытному специалисту и затем имеющей перейти «в руки преподавателя, подающего самые отрадные надежды»3). При обращении митр. Исидора с этим ходатайством в Синод, в его представлении Синоду от δ сентября, дополнялось, что «из словесных заявлений членов Совета выяснилось, что указываемый в представлении отделения кандидат на замещение вакантной кафедры древней общей церковной истории есть студент IV курса Академии Василий Болотов, замечательными дарованиями и познаниями своими, равно и примерным поведением и трудолюбием обративший на себя внимание большинства академических преподавателей и действительно подающий наилучшие надежды для церковно-исто-

______________________

1) Тверск. Епарх. Вед. 1900, № 11, 267-209, извлечения у Рубцова 71-72.

2) П. Н. Жукович, Памяти проф. В. В. Болотова, «Церк. Вестн.» 1900, № 16, 491=Венок на могилу В. В. Болотова, 10.

3) Журн. Совета Академии 1878/9 г. стр. 4-5, ср. 148.

430

 

 

рической кафедры в Академии»1). Ответ на ходатайство в положительном смысле последовал в указе Синода 2 октября2).

В течение 1878-9 учебного года В. В. Болотов, будучи на IV курсе и избрав для специального изучения всеобщую церковную историю и историю русской церкви, подготовлялся к занятию кафедры и в то же время усиленно трудился над переработкой своего кандидатского сочинения в магистерскую диссертацию. В отзыве о кандидатском сочинении (10 июня 1878 г.) И. Е. Троицкий отметил его достоинства, признав его «исследованием прекрасным, совершенно научно разрешившим свою задачу»; в похвалу автору ставится не только «полное знание дела», но и «искусство, которое сделало бы честь и более опытному исследователю», с каким автор излагает результаты своего изучения источников и пособий, уменье справляться с затруднениями при встречающихся разноречиях, выдержанность и крайнюю осторожность в суждениях и выводах3). По представлению церковно- исторического отделения 20 января 1879 г. оно удостоено было 13 февраля премии митр. Иосифа.

10 июня 1879 года в переработанном виде сочинение представлено было на соискание магистерской степени и постановлением Совета 27 августа, по заявлению о нем И. Е. Троицкого, разрешено к печатанию на счет ассигнованных для этой цели сумм. В отзыве о печатном сочинении, выслушанном в церковно-историческом отделении 20 октября и внесенном в Совет 24 октября, И. Е. Троицкий сообщал, что хотя сочинение В. В. Болотова написано на ту же тему, как и кандидатское, но «по новому плану и с таким значительным расширением программы, что его кандидатская диссертация составляет немного более десятой части его новой диссертации, так что эта последняя без преувеличения может быть рассматриваема, как труд новый и по замыслу и выполнению». Новая диссертация, по словам рецензента, отличаясь теми же достоинствами, какими отличалась прежняя, только в высшей степени, дала сверх того автору, при более широкой постановке дела, возможность обнаружить силы

___________________

1) Дело Совета Академии 1878, № 53.

2) Журн. Совета Академии, 1878/9, 61-62.

3) Журн. Совета Академии 1877/8, 281-282.

431

 

 

своего таланта и размеры познаний не в богословской лишь сфере, как прежде, «но и в философской и церковно-исторической, которым впервые отводится и притом весьма широкое место в его новом исследовании. В этих новых сферах автор обнаружил столько же таланта и знаний, сколько в первой, так что трудно решить, с какими вопросами он легче справляется, с философскими, богословскими или церковно-историческими. Ко всем им он подступает, по-видимому, с одинаковой силой разумения и с одинаковой степенью научной подготовки». Результаты исследования «не поражают своей новизной и неожиданностью, но трудно что-либо сказать против их естественности и верности»1). 28 октября состоялась публичная защита сочинения, прошедшая необычайно блестяще; она была, как замечает П. Н. Жукович, «истинным праздником избранника науки, не имевшим уже себе подобных в последующей академической жизни»2). Официальными оппонентами были И. Е. Троицкий и Ф. Г. Елеонский, неофициальным выступал М. И. Каринский. Резолюция митрополита с согласием на утверждение магистранта в ученой степени последовала 31 октября.

В этот же день церковно-историческое отделение обратилось в Совет с официальной рекомендацией нового магистра на давно ожидавшую уже его кафедру. 2 ноября он единогласно был избран на нее посредством баллотировки в звании штатного доцента и 3 ноября утвержден митрополитом. 12 декабря он читал, в присутствии ректора Академии, прот. И. Л. Янышева, свою первую лекцию (о религиозной политике Константина В. с характеристикой при этом национально-культурных особенностей востока и запада) и произвел тогда же своим ораторским талантом то чарующее, по выражению П. Н. Жуковича, действие на слушателей, какое повторялось и впоследствии, когда он выступал, напр., на коллоквиумах. Подробно свои первые впечатления в положении академического преподавателя сам В. В. Болотов описывал тогда в письме к другу3).

__________________

1) Журн. Совета Академии 1879/80, 68-70.

2) Π. Н. Жукович, Памяти проф. В. В. Болотова. «Церк. Вестн.» 1900, № 16, 491=Венок, 10-11.

3) 1880 январь, у Рубцова 57-59. Сохранилась, между прочим, на вклеенной в его экземпляр диссертации об Оригене записке И. Е. Троицкого и Ф. Г. Елеонского с уведомлением об избрании на кафедру

432

 

 

VI.

Заняв кафедру древней церковной истории, В. В. Болотов явился, можно сказать, идеальным представителем своей науки и как преподаватель ее, и как ученый исследователь в ее области, объединяя в себе в полной мере те качества, какие только могут быть желательны в церковном историке1). С основательным и глубоким богословским образованием, необходимым для историка церкви, он соединял самые широкие и разносторонние филологические познания, постоянно им расширяемые и открывавшие ему непосредственный доступ ко всем без исключения первоисточникам его науки. По его словам в упомянутом выше письме к А. П. Флоренскому2) он сразy же по назначении на кафедру «признал обязательными для себя языки первоисточников древней церковной истории: греческий, латинский, сирский, арабский, коптский, эфиопский, армянский». Но при этом его лингвистические знания далеко не ограничивались этими лишь языками. Изучение языков стояло у него вообще на почве сравнительного языкознания и он имел к этой области непосредственный интерес, сам характеризуя себя именно как «лингвиста». Эфиопский язык он знал в двух видах: не только древний, богослужебный (гыыз), но и новый, разговорный (амхарский). С знанием коптского языка он соединял знакомство и с языком древне-египетским и иероглифами. Знаком был также с ассиро-вавилонскою клинописью. Занимался он и персидским языком в его различных видах (древняя клинопись, зенд и ново-персидский). Как для лингвиста, представлял для него интерес и санскрит. На греческом языке он по временам обращался с письмами к И. Е. Троицкому. Из новых языков, кроме общеизвестных —

_______________________

и поздравлением заметка его, писанная очевидно вскоре после лекции: «Decerabr. 12 (pridie idus) bora secunda post meridiem legere coepi. De Constantino M. Coram rever. P. Rectoris et stud. tanquam quinquaginta frequentia».

1) Cp. А. Бриллиантов, К характеристике ученой деятельности проф. В. В. Болотова, как церковного историка, в «Христ. Чтении», 1901, 1, 467-497; также речь при открытии памятника И. Е. Троицкому и В. В. Болотову в «Церк. Вестнике» 1903, № 17, 525-528.

2) Тверск. Епарх. Вед. 1900, № 11. 270-271, ср. Рубцов, 60.

433

 

 

немецкого, французского, английского и итальянского, он, по собственному его показанию, читал еще на языках: голландском, датско-норвежском и португальском (последний нужен был ему при занятиях историей Эфиопии). На немецком языке он писал иногда довольно обширные письма за границу. Знаком он был более или менее и с разными другими языками (готским, кольтским, финским, турецким, мадьярским). К столь широким лингвистическим знаниям присоединялась в нем замечательная склонность и способность к занятиям математикой. Благодаря этому, он выступает несравненным специалистом в трудной области хронологических изысканий. Но и к данным географии, как вспомогательной для истории науки, он хочет также применять математические приемы. Метрология также постоянно привлекала его внимание. При своем математическом складе ума и близком знакомстве с способами математического исчисления, В. В. Болотов и для истории хотел бы поставить идеалом ту точность результатов, какая имеет место в науках, где в широких размерах применяются эти приемы, и так как это не достижимо для истории, то он склонялся к тому взгляду, что история есть лишь искусство, а не наука в собственном смысле. Сам он и обладал на деле даром живого, в известном смысле творчески-художественного воспроизведения прошлой действительности в высшей степени; художественным является у него иногда и самый внешний способ изложения по неподражаемой выразительности и меткости его языка.

В печатных трудах своих, поставив задачею для себя с 1884 г. (как он говорит в письме к А. И. Флоренскому1) давать всегда что-либо новое, хотя бы в виде только поправки или дополнения к старому, он выступал всегда с указанного времени в качестве ученого исследователя в строгом смысле, давая этюды но отдельным вопросам с обширным ученым аппаратом, недоступные для читателей неспециалистов. Для целостного исторического изложения здесь не могло быть много места. Такое, изложение предлагалось им в его лекциях. В лекциях ему приходилось сообщать слушателям не только новое и свое, но и добытые раньше другими исследователями результаты.

______________________

1) L. с. стр. 272.

434

 

 

Но постоянная, по мере возможности, работа по первоисточникам и при составлении им своих курсов, хотя бы с целью проверки чужих результатов, самостоятельное проникновение мыслью и уменье своеобразно осветить всякий, хотя бы собранный другими, материал, своеобразный и высоко совершенный по ясности и выразительности способ литературного изложения, налагают более или менее печать оригинальности на все, что писал и говорил В. В. Болотов, далеко возвышая его над уровнем заурядной компиляторской деятельности и в подобных случаях. Из старого он всегда умел выбрать наиболее верное, и в его изложении даже общеизвестное обычно получает особую рельефность и наглядность. Но стоит лишь, по-видимому, для него, при его всеобъемлющих знаниях и совершенном методе исследования, несколько подольше остановиться вниманием на том или другом пункте, чтобы открыть и в общеизвестном предмете новые и не замечаемые дотоле стороны и представить ряд поправок и дополнений к тому, что было сделано другими. С чертами ученого исследователя поэтому выступает он всюду и в своих лекциях. Для него требовалось, по-видимому, лишь время, чтобы весь курс свой разложить на отдельные этюды, с новыми всюду, хотя бы касающимися лишь тех или других частностей, результатами. В исследовании деталей, по верному замечанию проф. А. П. Лебедева, он является неподражаемым1); но из деталей именно слагается целое. Сам В. В. Болотов придавал исследованию деталей нравственно-обязательное для историка значение, указывая в то же время, что «установить мелочи иногда бывает труднее, чем верно нанести основные, определяющие линии факта»2). Вооруженный как никто, наиболее совершенными средствами, какие дает современная наука для микроскопического, если можно так выразиться (respective — телескопического) исследования в области истории, с необходимым в этом случае применением микрометрической точности приемов, оп и направил сознательно свою деятельность главным образом в эту сторону, хотя он отнюдь не чужд был области исторических обобщений и

_______________________

1) А. П. Лебедев, Церковная историография в главных ее представителях с IV века по XX. М. 1898, стр. 518.

2) В. В. Болотов, Либерий, еп. римский, и сирмийские соборы, в «Христ. Чт.» 1891, I, 304-5, отд. оттиск 1-2.

435

 

 

мог одинаково легко разбираться и в вопросах философии истории и вообще богословской и философской спекуляции: способность к этому он блестяще заявил уже в своем магистерском сочинении.

В данном случае В. В. Болотов, как историк, отличается от своего учителя И. Е. Троицкого, внимание которого обращено было вообще не столько на частное и отдельное в истории, сколько на целое и на общие схемы исторических построений (что не исключало и у него художественно наглядного изображения исторической действительности в конкретных фактах, в его, напр., «Арсении и арсенитах»), и которого сам В. В. Болотов характеризовал еще будучи студентом в письме к товарищу, сравнивая его с И. В. Чельцовым, как архитектора, который берет соразмерностью плана, как историка, выясняющего причины событий, тогда как И. В. Чельцов — живописец и силен наглядным живым изображением исторических подробностей1). Внимание В. В. Болотова более привлекают также подробности, и он может не менее яркими красками, нежели И. В. Чельцов, изображать их. Но призвание свое он находит не в этом, и сам хочет всегда, когда можно, быть не живописцем, а лишь строгим до сухости и доступным лишь для специалистов, «пэрове по положению и оружию»2), ученым исследователем, и образцы своего ученого метода и изложения считает не бесполезным вводить по местам и на страницы своих лекций, предназначенных для академических слушателей.

Можно отметить, что если И. В. Чельцов, как церковный историк, имел руководителем в большей или меньшей степени из западных ученых Неандера, если для И. Е. Троицкого имели известное значение труды и метод Баура, то В. В. Болотов выступил с своей ученой деятельностью, когда на смену школам Неандера и Баура в западной церковно-исторической науке обнаружилось уже новое направление под влиянием ричлианского богословия и уже заявил себя первыми своими трудами современный корифей этой науки А. Гарнак. Сказавшаяся в этом направлении реакция

______________________

1) Письмо, сообщенное М. В. Рубцовым, в «Церк. Вестн.» 1901, № 33, 1069-1070.

2) Письмо А. П. Флоренскому в «Тверск. Епарх. Ведом.» 1900, № 11, стр. 272.

436

 

 

против гегельянских исторических построений Баура выразилась, между прочим, в обращении именно к детальному по возможности изучению в широких размерах древнейшей истории христианства. Этой тенденции к детальному изучению соответствует, хотя бы в самом общем смысле, характер и научной деятельности В. В. Болотова. С результатами работ представителей указанной школы ему приходилось иметь дело в отдельных случаях с самого начала его профессорства. Цельные курсы из среды новой школы (напр. труд самого Гарнака по истории догмы 1886-1890) появились однако уже несколько позже. Но в общем, при своих особых знаниях и тяготении к занятию историей христианского востока с ее малодоступными в подлинном виде для большинства и западных ученых источниками, он занял скоро особое самостоятельное положение в области своей науки. Руководителей для своей ученой деятельности он находил в среде западных ученых собственно вне сферы своей специальности, в лице гёттингенского профессора восточных языков Павла де Лагарда († 1891), ориенталиста, заявившего себя самыми высокими заслугами для богословской науки, и тюбингенского профессора древней гражданской истории Альфреда фон Гутшмида († 1887), авторитетного особенно в вопросах хронологии. К их именам он относился с особым уважением. Можно еще заметить, что для ученых работ он признавал наиболее соответствующим «гизелеровский» способ изложения: обоснование доказываемых положений всегда чрез приведение слов первоисточников по возможности в подлинных текстах; самую историю Гизелера он рекомендовал как могущую в крайнем случае до некоторой степени восполнять неимение под рукою важнейших первоисточников церковной истории и «способную заменить очень порядочную библиотеку»1).

________________________

1) Из старых руководств но церковной истории В. В. Болотов высоко ставил еще между прочим книги Kurtz'a Handbuch der Kirchengeschichte (2 Aufl. Mitau 1858), и Schaff’a Geschichte der alten Kirche (2 Aufl. Leipzig 1869) и рекомендовал обращаться к ним и после появления ценимого и им по достоинству учебника W. Мöller’а Lehrhuch der Kirchengeschichte (I-II. 1 Aufl. Tübingen u. Leipzig. 1889-1891. 2 Aufl. neubearbeitet von H. von Schubert, I. [1897—] 1902).

437

 

 

VII.

В первые годы В. В. Болотов писал свои лекции, и записки его сохранились в его бумагах. Существуют затем изданные за его подписью литографским способом курсы, частью, по-видимому, списанные с его собственных записок, частью представляющие записи его слушателей, тщательно им исправленные (1884/5, 1885/6, 1886/7, 1888/9). После 1889 г., когда отменено было Советом Академии литографирование исправленных профессорами лекций, имеются лишь неавторизованные литографированные курсы, частью списанные с прежних курсов, частью представляющие неисправленные или только бегло просмотренные им записи его чтений в позднейшие годы. На основании этих материалов предпринято посмертное издание его лекций по истории древней церкви1).

Чтения свои, при 4 недельных часах, распределенных на два года (на I и II курсах), В. В. Болотов вел эпизодически, останавливаясь с большею или меньшею подробностью лишь на некоторых отделах программы. Обычно один год он читал, посвящая особое внимание тем или другим частнейшим отделам, введение в церковную историю и историю церкви первых трех веков, другой — историю эпохи вселенских соборов; но бывали и отступления от этого порядка. Далее IX в. оп не шел в своих чтениях, хотя устав 1884 г. соединил с преподаванием древней церковной истории и занятия историей восточной церкви по разделении церквей. До этого устава позднейшая история христианского (греческого) востока, составляя вместе с позднейшей историей запада «новую церковную историю», находилась в руках И. Е. Троицкого. По издании нового устава, последний, чтобы сохранить за В. В. Болотовым его кафедру, решился пожертвовать восточной историей, как предметом преподавания, хотя византийская история и составляла его истинную специальность, и взял для себя вновь созданную уставом кафедру истории и разбора западных исповеданий. В действительности В. В. Болотов, хотя занимался некогда под руководством И. Е. Троицкого и историей во-

______________________

1) Проф. В. В. Болотов, Лекции по истории древней церкви. I. Введение в церковную историю. Посмертное издание под редакцией проф. А. Бриллиантова. Спб. 1907. Ср. предисловие, стр. I-IX.

438

 

 

сточной церкви под турецким игом и даже напечатал часть очерков из этой истории, считаясь преподавателем общей церковной истории с продолжением восточной до нового времени, сосредоточивал внимание по прежнему на древней эпохе и из позднейшей давал лишь изредка темы для семестровых и кандидатских сочинений.

В 1895 г. указом Св. Синода от 10 апреля было поручено наставникам Академий составить программы по своим предметам я затем, по утверждении программ, предписано было академическим Советам следить за их выполнением в течение положенного времени и отмечать причины невыполнения. В В. Болотов в 1897 г., в своем отчете, на вопрос: «почему программа не выполнена?», отвечал, что в прежнее время, в 1876-78 гг., общая церковная история в границах составленной им программы излагалась (двумя профессорами) на 7 недельных уроках и даже такого количества их оказывалось едва достаточно; четыре часа дозволили бы изложить программу в объеме лишь в три раза превышающем изложение учебника Е. Смирнова, но такое изложение не может быть научным (не пришлось бы обосновывать его на первоисточниках и знакомить слушателей с содержанием последних); поэтому он считает возможным предлагать лишь capita seleeta из своей программы, стараясь при этом по мере возможности восполнять возникающие пробелы1).

В программе, представленной В. В. Болотовым в силу указанного требования и написанной применительно к объему «общей церковной истории» по уставу 1884 г., следующая за «Введением» схема отдела «Древняя церковная история (история неразделенной церкви)», представляет ту особенность, что частнейшее подразделение всей этой эпохи на а) период до Константина В. и б) период вселенских соборов, хотя намечено, но не проведено со всею строгостью в частностях, — то, что должно быть во втором, иногда переносится в первый, и наоборот. Так в первом периоде, в главе о распространении в это время христианства, в виде приложения помещается (под рубрикой: «распространение христианства вне пределов римской империи») история распространения и вместе с тем частью и дальнейшей, до

______________________

1) Ср. И. А. Уберский, Памяти проф. В. В. Болотова, в «Христ. Чт.» 1903, I, 843-844. отд. оттиск 23-24.

439

 

 

известного момента, судьбы христианства в Персии, в Армении и соседних странах, в Грузии, Аравии, Эфиопии, у кельтов в Ирландии и Шотландии, у германских народов. Здесь же, в главе: «Выяснение начал церковной дисциплины и обряда», помещается, как приложение, история раскола донатистов, относящаяся к IV-V вв., также вся позднейшая история вопроса о праздновании пасхи. С другой стороны, в первом периоде нет речи о церковном строе этого времени, очевидно потому, что имеющиеся об этом в древних памятниках довольно скудные сведения признано более удобным сообщать в связи с позднейшей историей этого строя (в первое время однако В. В. Болотов вел речь об устройстве церкви до Константина В. особо). Эти особенности программы В. В. Болотова до некоторой степени, может быть, отражают принятый им способ чтения — чрез выделение некоторых capita selecta из курса; но по-видимому, такой порядок представлялся ему наиболее естественным и сам по себе. Чрез всю эпоху «древней» церковной истории (до IX, respective — XI в.), помимо подразделения на два периода, проводится у него еще особое деление на пять отделов, с общим для них счетом. Его программа церковной истории имеет, таким образом, в общем следующий вид.

Введение. 1. Предварительные понятия («церковь», «история»). 2. Вспомогательные науки в их генетическом взаимном отношении. 3. Источники. Фундаментальные издания. 4. Периоды церковной истории. — А) Древняя церковная история (история неразделенной вселенской церкви) а) в период до Константина В. I. Христианство и мир языческий: борьба христианства с язычеством в жизни и мысли. а) Церковь послеапостольская и римская империя (мученичество, причины гонений на христиан и история гонений). b) Апологии христианства, с) Борьба христианства с языческою мыслию в форме гносиса. c) Внешняя история распространения христианства (с указанным выше приложением). II. История богословской мысли. а) Стадия преимущественно «богословская» (выяснение учения о Богочеловеке и монархиане). b) Монтанизм. с) Выяснение начал церковной дисциплины и обряда (с приложениями). — б) в период вселенских соборов. III. Церковь и государство. а) Борьба государства с язычеством. b) Борьба

440

 

 

христианства с язычеством в области мысли, с) Борьба христианства с язычеством в жизни, d) Положение христианской церкви в государстве. IV. Церковный строй. а) Клир и иерархия. b) Формы церковного союза, с) Миряне (λαός) (сюда отнесена речь о вступлении в церковь и крещении, о жизни в церкви и о богослужении, о монашестве). V. История богословской мысли аа) преимущественно на востоке. а) Завершение «богословской» стадии (I и II вселенские соборы и заблуждения, возникшие под влиянием борьбы против арианства: Маркелла, Фотина, Аполлинария). b) «Христологическая» стадия (соборы III, IV, V и VI), с) Иконоборчество. бб) История богословской мысли на западе. а) Споры «христологические» (Лепорий, адоптиане). b) Спор о приснодевстве Богоматери (Гельвидий, Боноз). с) Споры о взаимном отношении свободы и благодати (пелагианство). d) Спор оригенистический между Иеронимом и Руфином. е) Споры но вопросам церковного обряда и аскетизма (Иовиниан, Вигилянтий). f) Спор sui generis (Прискиллиан). вв) Борьба церкви против заблуждений с дуалистическою основою (манихеи, Евстафий севастийский, ипсистарии, евхиты, павликиане, афинганы, аревурды и — в приложении — богомилы). Дальнейшая часть программы: Б) История православной восточной церкви, является собственно воспроизведением программы для этого отдела И. Е. Троицкого.

Нужно вообще заметить, что программа эта, составленная В. В. Болотовым в 1895 г. ad hoc — по требованию свыше, в частностях иногда представляет несколько иной порядок в сравнении с тем, какого держался он сам прежде в своих чтениях; равным образом он допускал отступления от нее и впоследствии, ссылаясь в своих годовых отчетах лишь на общие ее отделы. В программе нет во «Введении» главы о церковной историографии нового времени, хотя в первое время В. В. Болотов уделял часть лекций и этому предмету, как показывают оставшиеся после него записки (изложенные частью сокращенно и отрывочно). Касался он в первые годы вопроса о происхождении христианства, вел речь об ап. Павле; но потом, склоняясь к тому мнению, что церковную историю в собственном смысле следует начинать с времен послеапостольских, устранил эти параграфы из своего курса (хотя и подвергал и потом разбору предания о миссионерской деятельности апосто-

441

 

 

лов). Истории богослужения В. В. Болотов, кажется, за исключением вопроса о праздновании пасхи, не касался сколько-нибудь подробно в своих лекциях, хотя хорошо был знаком и с этою областью и мог бы дать этому отделу совершенно особую постановку в виду своего интереса к богослужению и богослужебным книгам восточных (негреческих) церквей и знакомства с ними. Не вводил он также в свои лекции сведений из истории христианского искусства.

В 1896/7 г. В. В. Болотов, между прочим, читал лекции по историческому изложению догматов (для студентов III и ИУ курсов, одну лекцию в неделю) по кафедре догматического богословия, согласно с определением Совета от 2 октября 1896 г., когда на эту кафедру был избран в качестве и. д. доцента П. И. Лепорский и для облегчения труда его, в виду важности кафедры, дано было поручение об этом В. В. Болотову*).

А. Бриллиантов.

______________

*) Продолжение·следует.

442

 

 

 

Профессор Василий Васильевич Болотов.

Биографический очерк*).

VIII.

Что касается чисто ученой деятельности В. В. Болотова, как исследователя, то при всей разносторонности проявлений ее по разным поводам, можно, однако, заметить, что собственные интересы его, при его исключительных способностях и знаниях лингвиста, всегда влекли его, и чем далее, тем по-видимому более, в область истории христианского востока в широком смысле (не греческого лишь). Эта область, при недостаточной вообще разработанности ее, по малой доступности ее источников во всем объеме для большинства и западных ученых, обещала более всего дать и новых результатов.

Первая ученая работа его, магистерское сочинение об Оригене, относилась к области греческого богословия. Первоисточники греческой церковной истории и во все дальнейшее время были для него предметом постоянного изучения в самом широком объеме. Знакомился он с ними, насколько это было возможно делать, не выезжая из Петербурга, и по рукописям, обращался в первые годы (вероятно под влиянием И. Е. Троицкого и по его указаниям) к неизданным памятникам и византийской церковной истории. Так он занимался в 1880-х годах изучением кодекса церковной истории Евсевия московской сино-

_______________________

*) Продолжение. См. апрель.

563

 

 

лальной библиотеки № 405 (50/LI) (кодекс J) и сделал тщательнейшую сверку его вариантов. Как можно видеть из сохранившихся в его бумагах начальных листков его письма на немецком языке к ростокскому профессору (потом гёттингенскому) К. Schwartz’у 23 марта 1891 г., заключив на основании известия в Theolog. Literaturblatt 1891, № 10, Sp. 96, что ему поручено Берлинской Академией Наук сличение рукописей истории Евсевия, он предложил ему свою сверку указанного кодекса, закопченную еще 22 февраля (6 марта) 1886 г. и произведенную им для своего употребления, по его выражению, «con amore und — mit aller Genauigkeit ernes μύωφ»; он рассчитывал при этом представить всю сверку в печатном виде уже в сентябре, на понятном и для адресата языке, лишь с написанным по-русски введением. Это намерение, однако, не было осуществлено, и неизвестно, было ли самое письмо отправлено Schwartz’y; последний в вышедшем в 1909 г. введении к своему изданию истории Евсевия говорит лишь о бывшей у него сверке указанного кодекса, произведенной киевским профессором Sonny1). В бумагах В. В. Болотова имеется, далее, под заглавием «Λέοντος μητροπολίτου Χωνῶν τὰ εὑρισκόμενα πάντα», копия с произведений этого писателя из Cod. Mosq. 418 (363/CCCL) f. 359-363 (I: Ἡ σύνοδος Κωναταντινουπόλει ἐνδημοῦσα ’εν ’έτει εξ, II: γνώμη περὶ τοῦ κορίνθου Βασιλείου). Из этой же рукописи была снята им копия произведения Георгия Кипрского — γκώμιον Евфмию мадитскому (f. 375v — 388r, издано в 1889 г. архим. Арсением). И. И. Троицкому В. В. Болотов содействовал, напр., при издании «Автобиографии» Михаила Палеолога в 1885 г.2) С другой стороны, если предметом его магистерской диссертации был восточный греческий богослов, то для диссертации докторской им избран был западный латинский писатель (хотя и имевший ближайшее отношение к истории востока и ее источникам) — диакон Рустик, и хотя задуманное сочинение и не появилось, но материалы для него были уже собраны. В написанных по особым внешним поводам этюде о папе Либерии и отзыве о сочинении проф. А. И. Садова о Лактанции он дал потом блестящие образцы

______________________

1) Eusebius Kirchengeschichte, herausgeg. von E. Schwartz. Th. III Einleitungen, Übersichten, Register. Leipzig 1909. S. XXXIV.

2) Христ. Чт. 1885, II. 529-570.

564

 

 

работ, касавшихся и западной латинской церковной истории. Но на ряду с этим уже с ранних пор он направляет внимание на особую область, на историю христианского негреческого востока.

Первый «серьезный» (после магистерского исследования), по взгляду самого И. В. Болотова, этюд его был посвящен истории Египта («Рассказы Диоскора о Халкидонском соборе» 1884); за ним потом последовали еще три (1886, 1892, 1893), некоторые сверх того остались не напечатанными при его жизни (см. ниже, в перечислении ученых трудов). История Египта, по-видимому, всегда привлекала к себе особенное внимание В. В.; напечатанные им труды его в этой области вызваны чисто теоретическим научным интересом к ней. Для работ его в других областях востоковедения были частью и внешние поводы. Единственным в своем роде, по-видимому, знатоком в ряду новейших ученых был В. В. в области церковной истории Эфиопии. Оживление в России интереса к Абиссинии после экспедиции Ашинова и предположения о православной миссии среди абиссин побудили его высказать в речи на годичном акте Академии 16 февраля 1888 г. свой научно обоснованный взгляд о несвоевременности и даже вреде в настоящий момент православной пропаганды между последователями эфиопской церкви. В том же году вышел его обширный этюд о богословских спорах в эфиопской церкви. Б. А. Тураев склонен признать это исследование «наиболее замечательным из трудов его по востоковедению, если впрочем вообще может идти речь об их сравнении». «Для оценки этого труда следует прежде всего иметь в виду, что исследования в области абиссинской истории дал собственно один Дилльман; ни Перрюшон, ни Перейра, ни даже Бассе не пошли дальше изданий текстов с комментариями. — Таким образом В. В. является вторым историком Абиссинии в собственном смысле этого слова и его работа исполнена мастерски: между тем тема ее куда труднее и сложнее дилльмановских. Уже одни богословские хитроплетения эфиопов едва ли были кому-либо из эфиопистов по плечу, кроме В. В.»1). По словам Б. А. Тураева, B. В. предполагал дать еще третье исследование «о темных эпохах абиссинской истории» и просил его для этой цели ско-

____________________

1) Тураев, Журн. Мин. Нар. Просв. 1900, авг. 90-91.

565

 

 

пировать в национальной парижской библиотеке родословия эфиопских преподобных, но этот материал не оказался доброкачественным источником. Ценные в научном отношении сведения касательно истории и литературы Эфиопии заключаются и в описаниях В. В. эфиопских рукописей библиотеки духовной Академии (№ 1 и 2 — Codd. Anatoliani в 1887 г., № 4 — Cod. Sablerianus в 1895 г.; описанием 3-й рукописи, по Б. А. Тураеву, В. В. также занимался, но оставил эту работу, так как не имел времени для изысканий по вопросу о содержащемся в нем аскетическом произведении «Духовный старец»), также в рецензии на «Часослов эфиопской церкви», изданный Б. А. Тураевым, которому он содействовал при корректуре и переводе этой книги. Хотел он, кроме того, как сообщает Б. А. Тураев, поместить в Записках Восточного Отделения Археологического Общества исследование об абиссинском таботе и уже собирал материалы для этой работы, но был отвлечен от нее сторонними обстоятельствами, между прочим — и необходимостью давать разъяснения лицам, отправлявшимся в Абиссинию и писавшим о ней, также возложенной на него обязанностью переводить разные абиссинские документы, так как он был первым из русских ученых, изучившим и современный язык абиссин-амхарский и долгое время оставался единственным. Вообще, по отзыву Б. А. Тураева, труды В. В. по отделу Aethiopica «представляют одно из наиболее крупных явлений современной ученой литературы и остается только пожалеть, что он не дал их больше»1). В близких отношениях В. В. был с прибывшим в Россию в 1892 г. и прикомандированным к Академии абиссинским диаконом, принявшим православие, Христодулом (Габра Христос). «Их отношения напоминают до известной степени ту дружбу, которая соединяла Людольфа и его авву Григория и которая в истории эфиопистики сделалась классической». Если бы не преждевременная смерть Христодула, он мог бы оказать, при посредстве В. В., такие же услуги русской науке, какие оказал при посредстве Людольфа и Григорий немецкой2). В последние годы он, в связи с своим участием в деле присоеди-

________________________

1) Тураев, 1. с. 93.

2) Тураев, 1. с. 96; его же статья «Абиссиния» в Правосл. Богосл. Энциклопедии, изд. под ред. А. П. Лопухина. Т. I. Спб. 1900, 30-31.

566

 

 

нения к православию сирийских несториан, с особою обстоятельностью занялся исследованием разных вопросов из истории церкви сиро-персидской, касаясь тут же частью и вопросов из армянской и персидской истории (1899-1900), и здесь в длинном ряде экскурсов «вполне вошел в свою любимую роль лингвиста и хронологического исследователя». Им же описаны были две сирийские рукописи академической библиотеки: монофизитский сиро-каршунский служебник и несторианский гимнологий. Свои соображения о первоначальной истории грузинской церкви он изложил в 1897 г. в отзыве о кандидатском сочинении студента Гамрекелова (сам он, по его словам, грузинского языка не знал настолько, чтобы читать и понимать писанное на нем, но несомненно он сделал бы со временем и этот язык предметом ближайшего изучения). Не успел он оставить какого-либо труда по истории христианства у арабов.

«Таким образом В. В. Болотов, заключает Б. А. Тураев свой обзор трудов его по востоковедению, оставил капитальные труды по церковной истории трех восточно-христианских народов: коптов, абиссин, и сирийцев или, другими словами, поработал со славой в трех областях востоковедения: хамитской, семитской и иранской, так как при исследованиях о персидской церкви ему приходилось постоянно обращаться к персидскому и армянскому языкам»1).

Можно думать, что в области истории восточных церквей, с обращением особого внимания на вопросы хронологии и исторической географии, также на вопросы филологического характера, и стала бы по преимуществу развиваться его деятельность, если бы он жил долее.

Если не совсем обычная для церковного историка широта лингвистических познаний, в связи с малой разработанностью истории христианского негреческого востока и научной важностью этого предмета, указывали для В. В. в этой именно истории область, наиболее соответствовавшую знаниям и стремлениям его как лингвиста, то для математических наклонностей его, как несравненного по компетентности исследователя хронологических проблем, определялась в свою очередь область вопросов хронологии и пас-

_______________________

1) Тураев, 1. с. 95-96.

567

 

 

халии, как такая, в которой он сам признавал себя призванным создать достойный его совершенно особых в этом отношении знаний специальный труд. О намерениях своих касательно этой области он высказывался в одном письме (15 февраля 1894 г.) к Д. А. Лебедеву (ныне священник в г. Можайске). «В программе моих затей — в отдаленном конце их — стоит и «Православная пасхалия на исторических основаниях». На «исторических». Потому что математическая сторона и в учебниках и в таблицах исчерпана, а в формуле Гаусса     доведена до последнего упрощения». «В отдаленном конце» В. В. полагал осуществление своего плана потому, между прочим, как он поясняет далее, что ему не удавалось пока достать одного нужного для его целей старого издания (Pauli alexandrini Εσαγωγὴ ες τὴν ποτελεσματικὴν [введение в астрологию], Wittenberg 1588). «Предполагаю, говорится далее, учебник изданный комиссиею духовных училищ в 1838 (?) г., и разных Лалошей и Яковкиных, подвергнуть строгому экзамену, поставить им за их мудрования балл не выше 1, и сказать, как дело стоит в действительности с элементами пасхалии, и изложить некоторые — существовавшие — методы вычисления пасхи». «Не ожидайте, что мои «исторические основания» узрят свет скоро: ни строки еще не написано, кроме — понятно — самого ключа к вопросу». Этот специальный труд о пасхалии, который обещал быть единственным в своем роде, так и остался не написанным. Высказываться по тем или иным вопросам касательно пасхалии и календаря В. В. приходилось лишь в некоторых его исследованиях, не посвященных прямо этому вопросу («День и год мученической кончины св. евангелиста Марка», «Из истории церкви сиро-персидской»), и на заседаниях комиссии по вопросу о реформе календаря.

IX.

В действительности, в истории ученой деятельности В. В. Болотова, как она проявилась на самом деле, помимо его собственных интересов и склонностей, помимо также направлявшей его всегда на широкое и основательное изучение первоисточников и лучших пособий своей науки обязанности академического преподавателя вообще, весьма большое

568

 

 

значение имели разные внешние обстоятельства, стоявшие главным образом также в связи с его положением как преподавателя. В этом случае находит полное применение характеристика, данная некогда им себе самому, что в его натуре заложено стремление «плыть по течению», делая всегда выдвигаемое тем или другим моментом дело1). И он всегда со всем вниманием п тщательностью выполнял и всякие обычные в академическом быту повинности, и разные выпадавшие на его долю экстраординарные поручения. Но нельзя не признать, что служа поводом к появлению разных печатных трудов его и записок ученого характера, в своей массе эти внешние обстоятельства немало не препятствовали вполне свободному проявлению этой деятельности.

Особенно часто приходилось ему выступать в роли рецензента ученых сочинений, также оппонента при публичной защите их авторами для соискания ученых степеней. Обязанности рецензента вызывали его собственно на критическую работу. Но на ряду с оценкой чужого труда В. В.. Болотов имел обыкновение давать и опыт собственного решения вопросов, трактуемых в этом труде или вообще возбуждаемых его предметом. Отсюда его рецензии имеют и весьма высокую положительную научную ценность (подобно таким же работам уважаемых им западных ученых де Лагарда и Гутшмида). Особенно в последние годы его деятельности, составление отзывов даже о кандидатских сочинениях служило для него поводом высказывать ценные научные замечания о предмете сочинения, или далее, в одном случае, дать целое исследование (упомянутое выше — о грузинской церкви). Тем более это было, когда ему приходилось давать отзывы о магистерских сочинениях или выступать оппонентом на магистерских коллоквиумах. Отзывы же его о докторских диссертациях, или о сочинениях, представлявшихся на соискание премий, иногда разрастались в целые книги с рядом новых выводов (отзывы о соч. Η. Н. Глубоковского, А. И. Садова).

Списки тем, какие вообще предлагаемы были В. В. Болотовым для кандидатских сочинений, имеются начиная

________________________

1) Письмо А. П. Флоренскому в «Тверск. Епарх. Вед.» 1900, № 11, 266-267.

569

 

 

с 1884 г. по год его смерти1). В 1884/5 г. ему писано было курсовое сочинение 1) X. Дроботовым на тему: «Римское образованное общество по письмам бл. Иеронима»2). В 1885/6 2) Е. П. Аквилоновым на тему: «Восточная агиология, как источник для точной и местной церковной истории» (Acta Sanctorum болландистов. январь и февраль, t. I-V). Задача для автора поставлялась в том, чтобы из обширного издания болландистов извлечь, с одной стороны, материал для воспроизведения церковной жизни за I-VIII вв. в тех «уголках древнего христианского мира», которые древними церковными историками оставляются в стороне, с другой — отметить все встречающиеся точные даты за указанное время и для истории христианских центров. «Если работа, начатая г. Аквилоновым, писал в своем отзыве В. В. Болотов, найдет для себя продолжателей, то в общем составится такой сборник, с которым — по его важности для всякого исследователя, имеющего дело с Acta Sanctorum, — можно будет сопоставить лишь очень немного научных работ по церковной истории и литературе»3). В 1886/7 г. та же тема в формулировке: «Восточная агиология (Acta Sanctorum), как источник для точной и местной истории церкви I-VIII вв.» предложена была для дальнейших месяцев Acta с распределением по 4 тома на каждого пишущего. Теперь В. В. Болотов составил для работ этого рода, чтобы сложный труд над Acta Sanctorum разных исполнителей удерживал единство типа, особую нормальную программу (сохранившуюся в его бумагах) с указанием, на какие стороны агиографических памятников следовало обратить особое внимание, и с длинным рядом примерных вопросов (379). Руководясь этой программой, писали в этом году на указанную тему сочинения: 3) М. Серебреницкий — месяц март4); 4) Μ. Пользинский — март5); 5) И. Лебедев — май 1-18, t. I-IV6); 6) Ф. Макарьев

_______________________

1) Напечатаны у И. А. Уберского, Памяти проф. В. В. Болотова, «Христ. Чт.» 1903, II, 401-406, и отдельно 66-71 (темы за 1879-1883, как замечается здесь, в академическом архиве не сохранились).

2) Отзыв в Журналах Совета Академии 1884/5, 229-230.

3) Журн. Сов. 1885/6, 345-347.

4) Отзыв в Журн. Сов. 1886/7, 231-232, с пояснениями относительно программы.

5) 1887/8, 68.

6) 1888/9, 43.

570

 

 

май 19-311); 7) Г. Сокальский — июнь, t. I-V2); 8) Г. Полянский — июль 1-24, t. I-V3); 9) И. Ливонцев — август 1-244). Нужно заметить, что, привлекая академических слушателей к разработке агиографических памятников, сам В. В. Болотов имел особый интерес к агиологии; об этом может свидетельствовать, между прочим, и находящийся в библиотеке его экземпляр труда архимандрита (потом архиеп. Владимирского) Сергия «Восточная агиология» (1 изд. 1875), высоко им ценившегося, испещренный его сиглами и заметками 5). В том же 1886/7 г. писал В. В. Болотову сочинение 10) В. Самуилов: «Семьдесят лет истории арианства на латинском западе (360-430)»6). В 1887/8 г. В. В. Болотов давал отзыв о сочинении 11) С. Сергиевского, перешедшего в петербургскую Академию из московской, на тему взятую в московской Академии: «История эдесской церкви»7). В 1888 9 г. писали ему кандидатские сочинения 12) М. И. Орлов: «Liber Pontificalis в исследованиях европейских ученых»8) и 13) Н. Преображенский: «Век иконоборцев в византийской хронографии»9). В 1894/5 г. 15) X. Иоаннов (Папаиоанну): «Жизнь и творения Геннадия И Схолария, патриарха константинопольского»10); 16) И. И. Лепорский: «История викариатства фессалоникского до присоединения его к константинопольскому патриархату»11); 17) Н. В. Малицкий: «Падение язычества в греко-римской империи (по исследованиям современных европейских ученых»)12). 18) X. Пападопуло: «Церковный и общественный быт в конце IV и начале V в. по творениям св. Златоуста»13). В 1896/7 г. — 19) А. И. Дьяконов: «История патриархата антиохийского в VI веке»14) и 20) Г. Гамрекелов: «Древнейшая история церкви в Грузии (от IV в. до прибытия сирских святых»)15). В 1897/8 г. 21) Н. А. Шеханин: «Хри-

________________________

1) 1887/8, 67-68.

2) Ibid. 68.

3) Ibid. 97.

4) Ibid. 67.

5) Предприняв второе исправленное издание своего труда, архиеп. Сергий обращался за этим экземпляром в петербургскую Академию в декабре 1900 г., но к тому времени, по-видимому, его книга была уже напечатана.

6) 1886/7, 229-231.

7) 1887/8, 317-318.

8) 1888/9, 219-221.

9) Ibid. 221-222.

10) 1894/5, 182-183.

11) Отзыв остался не напечатанным.

12) Ibid. 181-182.

13) Ibid. 183-184.

14) 1896/7, 246-253.

15) Ibid. 253-271.

571

 

 

стианство в оазисах» (сочинение не было представлено). В 1898/9 г. 22) А. Реморов: «Святоотеческая полемика против македониан»1). Из писавших В. В. Болотову сочинения кандидатов оставлены были при Академии в качестве стипендиатов и занимались под его руководством М. И. Орлов в 1889/90 г.2) и Н. В. Малицкий в 1895/6 г.3); П. И. Лепорский был оставлен в 1895/6 г. при кафедре догматического богословия.

Из названных кандидатских диссертаций переработано было в магистерскую прежде всего сочинение 1) В. Н. Самуилова с заглавием: «История арианства на латинском западе (353-430). Спб. 1890». Отзыв о нем представлен был в совет к 22 сентября 1889 г.4), коллоквиум происходил 8 октября 1890 г.5). Этот коллоквиум вызвал его на составление этюда о Либерии и сирмийских соборах (в «Христ. Чт.» 1891), оставшегося не оконченным. Затем — сочинение 2) М. И. Орлова, получившее заглавие: «Liber Pontificalis, как источник для истории римского папства и полемики против него. Спб. 1899». Отзыв представлен к 27 января 1899 г.6), коллоквиум был 15 марта7). Сочинение 3) Н. И. Лепорского, писанное под руководством В. В. Болотова, представлено на соискание магистерской степени под заглавием: «История фессалоникского экзархата до времени присоединения его к константинопольскому патриархату. Спб. 1901» уже после смерти В. В. и защищено 7 июня 1901 г. 4) Н. В. Малицким написано было вновь под руководством В. В. Болотова магистерское сочинение: «Борьба галльской церкви против пап за независимость. Опыт церковно-исторического исследования из эпохи IV-VI вв. М. 1903» и защищено 10 июня 1903 г.8)

_________________________

1) 1898/9, 217-221, с интересными выводами В. В. Болотова.

2) Отзыв В. В. Болотова о стипендиатском отчете в Журн. Сов. 1889/90, 279-280.

3) Отзыв в Журн. Сов. 1890/6, 356-359.

4) Журн. Сов. 1889/90, 103-105.

5) Замечания В. В. Болотова на коллоквиуме в «Церк. Вестнике» 1890, № 42, 699-700.

6) Журн. Сов. 1898,9, 75-85.

7) Замечания на коллоквиуме в «Церк. Вестнике» 1899, № 12, 452-455; заметка по поводу коллоквиума в «Христ. Чтении» 1899, I, 812-817: «Трактаты Геласия I».

8) На стр. 201 прим, указывается на содействие В. В. Болотова при составлении географического указателя стр. 201-216.

572

 

 

Близкое участие В. В. Болотов принимал иногда своими руководственными указаниями при составлении сочинений, писанных и на взятые у других профессоров темы. Можно указать в этом отношении прежде всего на сочинение А. П. Рождественского: «Откровение Даниилу о семидесяти седминах. Спб. 1896», в котором В. В. Болотову принадлежит «Приложение II» (271-274) по вопросу о том, как думал св. Ипполит римский о продолжительности служения Христа; в «Христ. Чт.» 1896, II, 143-145 им напечатано примечание о коптских переводах «откровения» в дополнение к его же переводу с коптского, помещенному в этом сочинении; это же сочинение вызвало его на составление этюда «Валтасар и Дарий Мидянин» в «Христ. Чт.» 1896, II, 279-341. Тоже нужно сказать о сочинении И. Е. Евсеева: «Книга пророка Исаии в древнеславянском переводе. Спб. 1897».

Официальным оппонентом, кроме упомянутых выше коллоквиумов: 1) В. Н. Самуилова и 2) М. И. Орлова, В. В. Болотов был еще при защите магистерских диссертаций: 3) И. С. Пальмова: «Вопрос о чаше в гусситском движении. Спб. 1881», 10 июня 1881г.; 4) А. И. Садова: «Виссарион никейский. Его деятельность на ферраро-флорентийском соборе, богословские сочинения и значение в истории гуманизма. Спб. 1883», 23 октября 1883 г.; 5) В. Дмитревского: «Александрийская школа. Очерк из истории духовного просвещения от I до начала V века по Р. Хр. Казань 1884»; 6) И. А. Орлова: «Труды св. Максима Исповедника по раскрытию догматического учения о двух волях во Христе. Спб. 1888», 9 июня 1888 г. (рассмотрение поручено было вместе с А. Л. Катанским 13 июня 1887 г., согласие с отзывом А. Л. Катанского заявлено 18 марта 1888 г.1); 7) Т. А. Налимова: «Вопрос о папской власти на Констанцком соборе. Спб. 1890», 4 ноября 1890 г.2); 8) И. С. Соколова: «Церковная реформа императора Иосифа II. Саратов 1892», 16 Ноября 1893 г. (вместо И. Е. Троицкого за его болезнию3); 9) А. И. Бриллиантова: «Влияние восточного богословия на западное в

_____________________

1) Журн. Сов. 1887/8, 202-207.

2) Отзыв в Журн. Сов. 1889/90, 180-182; замечания на коллоквиуме в «Церк. Вестнике» 1890, № 45, 745-746.

3) Замечания на коллоквиуме в «Церк. Вестн.» 1893, № 46, 730-731.

573

 

 

произведениях Иоанна Скота Эригены. Спб. 1898», 17 мая 1898 г. (также вместо И. Е. Троицкого1). В 1887 г. 28 августа В. В. Болотову было поручено вместе с Н. И. Барсовым рассмотреть представленное на соискание степени магистра богословия сочинение А. И. Приселкова: «Обозрение посланий св. Климента, еп. римского. Вып. I. Обозрение первого послания. Спб. 1887»; 19 ноября им заявлено было согласие с отзывом Н. И. Барсова2), но предположенный коллоквиум не состоялся вследствие болезни и затем смерти магистранта. В 1894 г. 14 октября ему поручено было дать отзыв о сочинении А. П. Попова: «Латинская иерусалимская патриархия эпохи крестоносцев»; отзыв представлен был к 1 января 1895 г.3), сочинение появилось в свет уже в 1903 г. и было защищено 9 марта этого года.

Оппонентом на докторских диспутах (по уставу 1869 г.) В. В. Болотов выступал при защите сочинений; 1) проф. Н. А. Скабалановича: «Византийское государство и церковь в XI в. Спб. 1884», 9 мая 1884 г.; 2) проф. Ф. Г. Елеонского: «История изральского народа в Египте от поселения в земле Гесем до египетских казней. Спб. 1884», 28 мая 1884 г. (для рассмотрения этой диссертации он назначен был в комиссию Советом 23 апреля вместе с В. Г. Рождественским, И. С. Якимовым и И. Г. Троицким). В 1889 г. он давал отзывы о представленных на соискание степени доктора церковной истории трудах 3) проф. Н. И. Барсова4). Затем ему принадлежит отзыв о докторском сочинении 4) проф. Н. В. Покровского: «Евангелие в памятниках иконографии преимущественно византийской и русской. Спб. 1892», читанный в заседании Совета 7 мая5), и обширный отзыв о сочинении 5) проф. А. И. Садова: «Древнехристианский церковный писатель Лактанций. Спб. 1895», читанный в заседаниях Совета 14

_______________________

1) Замечания на коллоквиуме в «Церк, Вестн.» 1898, № 21, 733-736.

2) Журн. Сов. 1887/8, 120-123.

3) Напечатан в Журн. Сов. 1902/3, 86-93.

4) Отзыв (с отрицательным заключением) остался ненапечатанным (дело в Архиве Совета 1889, № 33); небольшие отрывки из него приведены у Уберского, 62-63, 64, причем на последней странице то, к чему отнесено примечание 2, взято в действительности не из этого отзыва.

5) В ненапечатанных еще Журн. Сов. 1892/3. г.

574

 

 

и 18 декабря1). В 1899 г. 29 сентября им представлена была в Совет записка о богословских ученых трудах 6) проф. прот. С. А. Соллертинского, как вполне достаточных, вместе с его педагогическо-дидактическими трудами (о которых тогда же писал отзыв В. С. Серебреников) для присуждения автору степени доктора богословия2). В 1900 г. 5 марта (за месяц до смерти) им представлен был отзыв о сочинении 7) проф. А. А. Бронзова: «Преп. Макарий Египетский. Его жизнь, творения и нравственные мировоззрения. Т. I. Жизнь и творения преп. Макария Египетского. Спб. 1899»3).

X.

Ученая степень доктора церковной истории дана была В. В. Болотову Советом Академии в 1896 г. помимо соискания с его стороны и представления им особого сочинения с этою целью. Уже после его смерти, из оставшихся после него бумаг и из письма его к И. Е. Троицкому, найденного в бумагах последнего, сделалось известно, что у него с самых первых лет его академической службы собраны были материалы для докторской диссертации и требовалось для него самое незначительное время, чтобы обработать их и представить в виде книги, и только внешние обстоятельства заставили его отложить это намерение.

Еще в конце 1880 или начале 1881 г. он сделал открытие, что автор сборника документов, относящихся к истории несторианских споров 430-435 гг., которому Балюз дал заглавие Synodicon adversus tragoediam Irenaei (иначе Synodicon Lupi, по имени первого его издателя Вольфа в латинской его передаче), есть римский диакон Рустик, племянник папы Вигилия, что этот сборник есть лишь часть более обширного сделанного Рустиком собрания деяний III и IV вселенских соборов; тогда же он наметил Рустика с его произведениями «в продолжателя своего Оригена», в качестве темы для докторской диссертации. Некоторые обстоятельства (болезнь его матери в 1882 г., необходимость ближайшего освоения с самой темой и обстоятельного обоснования

______________________

1) Журн. Сов. 1895/6, 97-202.

2) Журн. Сов. 1899/1900, 43-55.

3) Журн. Сов. 1899/1900, 200-207.

575

 

 

выдвигаемых тезисов, написание этюдов «Из церковной истории Египта» для приобретения литературной известности, причем для этого потребовалось знание коптского языка) замедлили работу. Но уже в конце 1885-начале 1886 г. он, по его словам, «предоставил бы на соискание степени доктора богословия сочинение: Рустик, диакон римской церкви, и его сочинения [или: литературные труды], и вероятно защитил бы его публично», если бы не помешало «нашествие ныне действующей мглы» в виде устава 1884 г.. желающего «научного бесплодия» и сопровождавшегося «веянием, неблагоприятным для научных стремлений и докторантов», лично же ему, как думал В. В. Болотов, угрожавшего даже перспективой оставления Академии (в виду особой комбинации по этому уставу исторических предметов). В Синодике он нашел неизвестное ученым доселе письмо Нестория; опасение криков: «зачем извлекают на свет писания еретиков? Зачем занимаются изучением еретиков?», заставило его отложить мысль о докторстве вообще, так как «с обретением Нестория при нынешних порядках «присуждения» значило бы ломить на верное fiasco». Собранный материал остался в необработанном виде; по словам самого В. В. Болотова, потребовалось бы ему несколько месяцев, чтобы «из тетрадок, полосок и карточек составить готовую для печати книгу», которая вероятно была бы меньше «Оригена».

Краткое обоснование главных тезисов с пояснениями касательно материалов он оставил в двух найденных в его бумагах записках (одна, конца 1883-начала 1884 г., адресована, в случае смерти автора, М. О. Кояловичу, декану церковно-исторического отделения, другая написана не раньше 1890 г.)1). К мысли довести свою работу до конца он возвращался потом в 1896 г., когда поднят был вопрос об удостоении его степени доктора церковной истории

______________________

1) В последней из них он сообщает, что в 1890-х годах им была послана проф. московской Академии А. П. Лебедеву анаграмма:

«Salve, secunde comes, per cunetos saeculi laeti

Annos, ymni memor Cretiei!

Odi, о Cassi»,

составленная из фразы: «Synodi Cassinensis collectorem esse Rusticum, Romanae ecelesiae diaconum, puto».

576

 

 

за другие труды. Он предполагал ответить для выражения признательности за полученный уже помимо соискания докторский диплом изданием этого сочинения с соответствующим посвящением, поступив в этом случае «на европейский лад». И. Е. Троицкий, в письме к которому (полученном 1В апреля 1896 г.) он изложил свои намерения и вместе соображения о вызывающих опасения сторонах своей темы и просил его совета, отклонил его от намерения связать так или иначе издание задуманного труда с получением докторской степени, советуя в то же время приступить немедленно к работе независимо от этого1).

В действительности, докторская степень, как вполне верно замечает Π. Н. Жукович, не могла ничего прибавить к ученой славе В. В. Болотова. «И без этой степени он давно уже был и для Академии, и для всех ученых кругов, — как бы прирожденный доктор! Но самая докторская степень как бы принижалась тем, что ее не имел Василий Васильевич»2). Уже в 18ь0 г. вышедшие до этого времени ученые труды его получили частью должную оценку в отзыве И. Е. Троицкого, которому поручено было Советом Академии 22 сентября 1889 г. рассмотреть этюды В. В. Болотова «Несколько страниц из церковной истории Эфиопии», предложенные самим И. Е. Троицким на соискание академической премии митр. Макария. В отзыве эти этюды,

_______________________

1) Письмо И. T. Троицкому и две упомянутые записки о неоконченной работе о Рустике напечатаны в «Христ. Чт.» 1907, 1, 380-391. В ответном письме от 15 апреля И. Е. Троицкий писал: «Дорогой мой! Ваша альтернатива но в обоих своих моментах одинаково для Вас обязательна, но в обоих одинаково «сумнительна» — если я правильно понимаю Вашу тенденцию. — В случае удачи я находил бы издание Вашего труда в смысле gratias ago излишним: а) потому что в сущности Вам придется благодарить только самих себя и б) преждевременно нам вводить у себя западные обычаи, когда наши ученые богословы решают все научные вопросы посредством догматических формул. — В случае неудачи (чего впрочем я не предполагаю), попытка очистить — хотя бы даже в самой микроскопической дозе — память общепризнанного — еретики - - не может рассчитывать не только на благосклонный, но и на спокойный прием. - Но безотносительно к указанным случаям Ваше открытие и Вашу работу над ним я приветствую всеми силами своей души и советую приступить к ней немедленно. Могут открыться пути для доведения ее до сведения европейских ученых и помимо официального».

2) Церк. Вестн. 1900, № 16, 496=Венок, 18.

577

 

 

с присоединением к ним вышедших ранее этюдов «Из церковной истории Египта» (1884) и «Описания двух эфиопских рукописей, пожертвованных в библиотеку Спб. дух. Академии преосв. Анатолием, еп. Балтским», признаются «удовлетворяющими самым притязательным научным требованиям»; автору присуждена была Советом 7 февраля полная премия1). Чрез несколько времени после того, в 1894 г., ученые заслуги В. В. Болотова, высоко ценимые и вне Академии, доставили ему звание члена-корреспондента Императорской Академии Наук. Инициатива в этом случае принадлежала проф. В. Г. Васильевскому; отзыв опять написан был И. Е. Троицким2).

В 1896 г., после феноменального не только по объему, но более всего по своим внутренним качествам отзыва В. В. Болотова о сочинении А. И. Садова, И. Е. Троицкий вошел 21 мая в Совет с запискою (от 7 мая), в которой предлагал «в виду многочисленных и капитальных трудов В. В. в области церковной истории возвести его на степень доктора этой науки и ходатайствовать пред Св. Синодом об утверждении его в этой степени», полагая, что этим он выражает «общее мнение и желание всех членов академического Совета». В записке характеризовалась ученая деятельность В. В. Болотова, начиная с его магистерского сочинения, которое само, но трудности темы и мастерской ее разработке, вполне может быть признаваемо докторской диссертацией и «теперь занимает одно из самых почетных мест между докторскими диссертациями и предшествовавшими и последовавшими за нею», и продолжая дальнейшими трудами, свидетельствующими о постоянном расширении занятий как в области избранной им науки, так, в видах расширения научного горизонта, и в других науках, и определяющими для него «совершенно самостоятельное и равноправное положение среди ученых специалистов нашего времени, пользующихся всеобщею изве-

________________________

1) Отзыв в Журн. Совета 1889/90, 142-148.

2) В связи с делом об этом почетном избрании В. В. Болотова стоит, невидимому, написанный им самим список его собственных произведений до 1893 г. включительно с замечаниями о них, найденный в бумагах И. Е. Троицкого и напечатанный в «Христ. Чт.» 1907, I, 249-263.

578

 

 

стностью и заслуженным авторитетом в науке»1. Совет единогласно присоединился к этому предложению. 15 июля последовало утверждение его в степени доктора Синодом. 13 сентября он был затем избран Советом в звание ординарного профессора и утвержден в нем 19 октября (экстраординарным профессором он был с 24 октября 1884 г.). Свое отношение как к избранию своему на кафедру, так и к разного рода ученым промоциям, сам В. В. Болотов выразил в упоминавшемся уже письме к А. П. Флоренскому2).

В 1899 г., по выходе в отставку И. Е. Троицкого, он приглашаем был занять кафедру церковной истории и в Университете; уверенный тогда уже в близости смерти, он отказался от этого предложения3).

XI.

При своей напряженной учебной и ученой деятельности, В. В. Болотов принимал самое живое участие вообще в делах внутренней жизни Академии. В первое время службы, до 1884 г., при действии устава 1869 г., будучи членом церковно-исторического отделения, он работал под руководством старших профессоров; он брал на себя обычно даже переписку разных докладов и отзывов. Потом ему постоянно приходилось участвовать в разных комиссиях, назначаемых Советом, и вообще исполнять поручения, касавшиеся главным образом учебной стороны академического строя; выступал он по временам и с собственными предложениями4).

Что касается обычных, связанных с званием преподавателя работ, то семестровые сочинения В. В. Болотов читал 8 раз (1884/5, 1885/6, 1887/8, 1889/90, 1891/2, 1893/4, 1895/6, 1897/8)5); приемные экзамены производив 10 раз

_______________________

1) Отзыв в Журн. Сов. 1895/6, 290-297; извлечения у Π. Н. Жуковича, «Церк. Вестн.» 1900, № 16, 492-493=Венок, 12-13.

2) Тверские Епарх. Ведом. 1900. № II, 267-269, 278-279; извлечения у Рубцова, 71-73.

3) Тураев в «Журн. Мин. Нар. Просв.» 1900, август, 100-101.

4) Ср. общий обзор его трудов в этом отношении у И. А. Уберского, Памяти проф. В. В. Болотова, в «Христ. Чт.» 1903, I, 827-829=отд. оттиск 7-9.

5) Уберский, 1, 829=9.

579

 

 

(1881, 1885,1887, 1890, 1893, 1894, 1895, 1896,1897, 1899)1); в течение 5 лет он состоял в комиссии по поверке счисления экзаменационных баллов2).

В 1884 г. он трудился при выработке учебного плана для студентов II и III курсов применительно к новому уставу. В том же году он участвовал в составлении правил о подаче студентами семестровых сочинений. 19 мая 1887 г. ему получено было вместе с М. О. Кояловичем и И. Ф. Нильским составление правил о приеме в студенты Академии и о переводных испытаниях; правила представлены были в Совет 14 апр. 18883); впоследствии, по определению Совета от 13 декабря 1894 г., он состоял в комиссии по пересмотру этих правил: предложенные изменения правил были приняты Советом 23 марта 1895 г.4). В том же 1887 г. им составлено было расписание семестровых сочинений на время от 1887/8 до 1893/4 г. с равномерным распределением труда профессоров при их чтении (рассматривалось в заседании Совета 10 сентября). 26 ноября 1887 г. он назначен был в комиссию для ревизии библиотеки. В 1888 г. состоял в комиссии по выработке правил для распределения денежных наград за курсовые сочинения. В этом году 21 декабря он вошел в Совет с прошением о предложении к обсуждению вопроса о литографировании лекций и конспектов. В своем проекте он высказывался вообще против литографирования лекций с профессорской цензурой и исправлениями, в виду предполагаемой пользы для студентов от самостоятельного составления лекций и во избежание непроизводительной траты времени профессорами, допуская однако возможность на ряду с этим издания авторизованных сокращенных компендиумов. Совет постановил тогда — прекратить с 1889/90 г. лито-

_______________________

1) Отчеты напечатаны в Журн. Сов. 1881, стр. 25-26; 1885, 30-33; 1887, 35-36; 1890, 31-35; 1893, 74-76; 1894, 24-28 (извлечения у Уберского I, 838-839=18-19, II, 267-268=55); за 1895 г. отчет не напечатан; 1896, 86-90; 1897, 49-52; 1899, 26-29. Ср. Уберский I, 829=9, 838г=18. прим.

2) Уберский, I, 829=9.

3) Напечатаны в Журн. Сов. 1887/8, 222-226, ср. 248.

4) Представление комиссии напечатано в Журн. Совета 1894/5, 106-110.

580

 

 

графирование студенческих записей1). В 1889 г. он был членом комиссии для выяснения назначения пожертвованных в Академию капиталов и в частности так назыв. юбилейного капитала. В 1891 г. 18 сентября, при освобождении кафедры Св. Писания Нового Завета, он входил в Совет с запискою о временном незамещении ее и о командировании кандидата на нее к гёттингенскому профессору де-Лагарду для изучения семитских языков в целях замещения затем этим кандидатом кафедры Св. Писания Ветхого Завета. Проект его однако не был осуществлен2).

В 1894 г. 7 июня он назначен был в комиссию по выработке мер против несвоевременной подачи студентами семестровых сочинений и по выяснению оснований для распределения стипендий между студентами в начале каждого учебного года. Представление комиссии было принято Советом Академии 6 октября 1894 г. По первому вопросу выработаны были В. В. Болотовым и обстоятельно мотивированы в особой записке правила, доселе действующие в петербургской Академии. По вопросу о распределении казеннокоштных вакансий им также представлена обстоятельная записка о нецелесообразности существовавшего порядка удерживать эти вакансии за студентами в течении всех 4 лет академического курса на основании составленного лишь в первый раз после приемных экзаменов разрядного списка и прежний порядок был затем отменен3). В 1895 г. он был в комиссии, назначенной Советом Академии 30 января и представившей свой доклад 23 марта, по вопросу об изменении § 106 Устава Академий (о распределении вакансий ординарного профессора). В 1896 г. В. В. Болотов участвовал в комиссии, составленной по поручению высшего начальства для

___________________________

1) Дело Совета Акад. 1888, № 52, ср. Журн. Сов. 1888/9, стр. 99; проект напечатан у Уберского, I, 845-849 = 25-29.

2) Журн. Сов. 1881/2, 51-52; самая записка его не отыскана в академическом архиве. Уберский, II, 400=66.

3) Представление комиссии, без объяснительных записок В. В. Болотова, напечатано в Журн. Совета 1894/5, 47-50; правила о распределении стипендий и о взыскании за несвоевременную подачу сочинений помещены также в «Приложении к «Памятной Книжке» Спб. Дух. Академии. Спб. 1900», 5, 6-7. Записка В. В. Волотова по вопросу о стипендиях у Уберского, I, 821-837=11=17: записка с обоснованием правил о взыскании за неподачу сочинений и примерными таблицами у него же, II, 5-10=31-36.

581

 

 

выяснения желательных изменений в строе академической жизни, без радикальных, однако, реформ в постановке учебного дела в Академии. В своей записке он проектировал в целях большей плодотворности студенческих занятий ограничить срок писания каждого из 3 семестровых сочинений одним лишь месяцем, прочее же время употребить на усвоение преподаваемых предметов, и проверку знаний производить, с оценкою баллом, не только в конце года, но и в декабре — для пройденной части курсов; кандидатские сочинения писать на III курсе, на IV же, кроме слушания лекций, назначать студентам еще особые занятия по какому-либо предмету под руководством профессора. Эти предложения, однако, не были осуществлены1). В 1898 г. 29 сентября была читана в Совете его докладная записка о приобретении в академическую библиотеку книг на древне-сирийском языке и необходимых грамматических и лексикальных пособий в видах лучшего подготовления слушателей из природных сирийцев к делу перевода наших богослужебных чинов на новосирийский язык после присоединений урмийских несториан к православию. По ходатайству Совета Синодом была тогда ассигнована на это дело особая сумма2). В 1899 г. В. В. Болотовым, состоявшим тогда в комиссии по ревизии академической библиотеки (по назначению Совета 1898 г. 28 апреля) вместе с В. С. Серебрениковым, в виду обнаружившегося дефицита и вообще недостаточности ассигнуемых на приобретение необходимых книг в академическую библиотеку, был составлен подробный проект положения о выписке для библиотеки книг; предложенные тогда правила и были приняты Советом в заседании 21 декабря и в окончательной редакции 24 января 1900 г.3).

XII.

Работая прежде всего в академической среде и для Академии, В. В. Болотов нередко был призываем к испол-

_____________________

1) Дело Совета 1896, № 60; извлечения у Уберского, II, 11-15=87-41.

2) Дело Совета 1898, № 30; записка В. В. Болотова напечатана в Журн. Сов. 1898/9, 24-27; отрывок из нее у Уберского, II, 16=42.

3) Журн. Сов. 1899/900, 141-156, правила 167-168; некоторые извлечения у Уберского. II, 17-20=43-46.

582

 

 

нению разных поручений ученого характера и высшею церковною властью и иногда светскими учреждениями. Особенно часто это бывало в последние годы его жизни и деятельности, когда окончательно утвердился за ним авторитет вообще всестороннего компетентного ученого и единственного и несравнимого специалиста в некоторых областях.

В 1884 г., в силу постановления Св. Синода 25 октября, ему пришлось пересматривать и приводить в соответствие с новым семинарским уставом существовавшую тогда программу для преподавания общей церковной истории в семинариях. В представленных им в 1885 г. замечаниях он высказался вообще за сокращения в принятом учебнике Е. Смирнова, в виду перенесения древней истории по новому уставу из V класса в III и IV классы, что должно было сопровождаться большею тратою времени на заурядные разъяснения для менее зрелых воспитанников, в виду введения особой науки — библейской истории, в виду возможности повторения сведений по археологии в литургике, указывал также некоторые отдельные параграфы, требующие сокращения. Но с другой стороны, желательным признано расширение сведений о развитии папства, дополнения о ватиканском соборе, о старокатоличестве, в случае присоединения к шести урокам еще седьмого — пополнение патристического отдела учебника1). В изданную затем Учебным Комитетом программу, составленную применительно к существовавшему уже учебнику Е. Смирнова, были введены намеченные В. В. Болотовым изменения (в частности перестановка параграфов в изложении истории церкви первых трех веков по учебнику Е. Смирнова прежнего издания), и в объяснительной к программе записке приняты более или менее во внимание высказанные им пожелания.

По поручению Учебного Комитета при Св. Синоде ему приходилось давать отзывы о сочинениях, представленных на соискание премии митр. Макария, в 1885 г. — В. Кипарисова: «О свободе воли. Опыт исследования вопроса в области истории церкви и государства с I по IX в. Вып. I. М. 1883»2), в 1891 г. — Η. Н. Глубоковского:

______________________

1) Дело Сов. Акад. 1885, № 48; Журн. Сов. 1884/5, 17-18; записка у Уберского II, 21-26=47-52.

2) Христ. Чт. 1886, II, 265-301.

583

 

 

«Бл. Феодорит, еп. Киррский. Его жизнь и литературная деятельность. I-II. Μ. 1890»1), в 1898 г. — А. А. Спасского: «Историческая судьба сочинений Аполлинария Лаодикийского с кратким предварительным очерком его жизни. Сергиев Посад 1895»2).

В 1895 г. ему передана была для рассмотрения присланная в Академию петербургским духовным цензурным Комитетом книга на арабском языке: «Тэфсиру Анаджиль» (Толкование Евангелий) и дан им краткий отзыв о ней3). В 1898 г. по поручению Св. Синода он давал отзыв об изданной в Оксфорде брошюре: «Свящ. Писание на языках вселенной»4). В Архиве Синода найдена была, без всяких сопутствующих и разъясняющих происхождение документа бумаг, записка его об епархиальном управлении в древней церкви5).

Особенно важное значение имела деятельность В. В. Болотова в 1890-х годах, по назначению Св. Синода, в качестве члена и делопроизводителя старокатолической комиссии, затем по делу о присоединении несториан и, наконец, по вопросу о реформе календаря. В учрежденной по указу Синода 15 декабря 1892 г. комиссии под председательством архиеп. финляндского Антония для выяснения условий и требований, какие могли бы быть положены в основу переговоров о соединении старокатоликов с православною церковию, В. В. Болотову принадлежала главная дол работы. Им составлены и даже собственноручно переписаны все журналы заседаний комиссии в 1893 г. (января 8, 15, 22, 29, февраля 23, марта 2, 9, 15, апреля 6, 13, 20, 27, июня 1). Ему принадлежат обширные справки и заключения по вопросу о Filioque на заседании 22 января6). Из 11 приложений к журналам им написаны трактаты: «Несколько примеров отношения древней церкви к хиротониям канонически незаконным (к вопросу о том, допустимо ли раз-

______________________

1) Христ. Чт. 1892, II, 58-164.

2) Христ. Чт. 1908, II, 1253-1275, 1400-1420.

3) Журн. Сов. 1895/6, 59-60; отзыв, представленный 26 октября. 83-4.

4) Уберский, I, 828=8.

5) Напечатана в «Прибавлениях к Церк. Вед.» 1906, №№ 3, 4, 10.

6) Дело Архива Св. Синода об условиях воссоединения старокатоликов, ср. особенно л. 49 об.-74.

584

 

 

личие между понятиями «канонический» и «недействительный») (прилож. 2, к журн. 15 марта1); «К вопросу об опресноках» (прилож. 10, к журн. 20 и 27 апреля)2); «Спор об опресноках» (прилож. 11, к журн. 27 апреля)3). Им же составлен был проект доклада комиссии Синоду, принятый в последнем заседании комиссии4). Что касается напечатанных в 1898 г. в немецком переводе в Internationale Theologische Zeitschrift «Тезисов о Filioque» с предварительными замечаниями, то они написаны были им, как членом субкомиссии, избранной на заседании 29 января для составления проекта изложения православного учения об исхождении Св. Духа, в которой были еще архиеп. Антоний и А. Л. Катанский, и в журналы комиссии не вошли. При возобновлении заседаний комиссии в 1897 г. (4 и 8 августа) для составления ответа на мнение старокатолической Роттердамской комиссии от 10 августа 1896 г. В. В. Болотов не присутствовал.

В 1898 г. он принимал близкое участие в деле присоединения к православной церкви сиро-халдейских несториан в урмийской епархии. Движение этих восточных христиан к воссоединению с православной церковью, начавшееся еще в 1859 г. и возобновившееся потом в 1883 г., но находившее препятствия в разных соображениях некоторых представителей русской власти, теперь встречено было с большим сочувствием. Грузино-имеретинская синодальная Контора в рапорте Св. Синоду 1898 г. 28 февраля, сообщая о результатах миссии священников Синнадского и Алаверанова к несторианам в Персию, высказывалась за немедленное принятие сиро-халдеев и именно — «третьим чином», чрез отречение от ереси (согласно с мнением экзарха Павла в 1883 г. и некоторых других), а не чрез миропомазание (как полагал в 1862 г. митрополит Филарет, ссылаясь на видоизмененное в действительности в позднейшее время 95 правило трулльского собора, и за ним в 1891 г. экзарх Палладий).

_________________________

1) Л. 130-142.

2) Л. 207-217.

3) Л. 218-223.

4) Л. 1-12, напечатан в «Церк. Вестнике» 1896, № 37, 1195-1190, № 38, 1217-1227, и в отдельной брошюре: П. И. Янышев, Мнения уполномоченных представителей православия и старокатоличества по вопросу о соединении старокатоликов с православными. Спб. 1896. 7-25.

585

 

 

В. В. Болотов в своей записке также решительно высказался в этом смысле. «Сорок лет, писал он, представители этой народности толкутся в дверь православия, и этот многолетний искус показывает, что они не недостойны того, чтобы она им отверзлась». «Что будет по сих?» — спрашивает он далее, коснувшись догматической, канонической (с ссылкой на обстоятельное исследование преосв. Сергия) и литургической стороны дела и указав на опасность, угрожающую от инославных миссий. «Не в последний ли раз айсоры толкут в дверь православной церкви? И отсрочив воссоединение этого народа еще раз, не отлагаем ли мы это дело уже навсегда?»1).

Во всем этом деле В. В. Болотов был главным руководителем и деятелем. «Ему пришлось быть, говорит Б. А. Тураев, и переводчиком, и экспертом, и ученым секретарем, и даже литургистом и регентом певческого хора. Чрез его руки прошли все официальные сиро-халдейские документы и исповедание веры преосвящ. Ионы Супурганского; им составлены обширные доклады в св. сѵнод, не без его влияния составлен ad hoc и самый чин присоединения; он давал указания для пения псалма на сирийском языке во время торжества, наконец его редакции подвергался перевод на сирийский язык некоторых русских брошюр духовного содержания, предназначенных для раздачи этих первых переводов с русского на сирийский»2). Устные разъяснения, какие В. В. давал вообще по этому делу в Синоде, остались, к сожалению, незаписанными. Кроме указанной записки в упомянутом выше деле синодского Архива имеется письмо его к митр. Палладию о предполагаемом способе принятия обращающихся3) и разного рода замечания по этому вопросу с историческими справками4). Он же редактировал и вел корректуру исповедания веры на славянском языке5), переводил составленные им для чиноприема вопросы и ответы6) и исправлял вместе с В. К. Саблером проект «деяния» Синода 24 марта7). Торжественное присоединение к православной

_______________________

1) Дело Архива Св. Синода о присоединении айсор н учреждении урмийской духовной миссии, 1884, № 1663, л. 720-726.

2) Журн. Мин. Нар. Просв. 1900, август, 94.

3) Л. 697-698.

4) Л. 699-708, 709-714, 715- 718.

5) Л. 731-734.

6) Л. 746-747.

7) Л. 752-753.

586

 

 

церкви Ионы, епископа супурганского, с другими 4 духовными лицами состоялось 25 марта.

В 1899 г. В. В. Болотов назначен был Синодом представителем от духовного ведомства в комиссию по реформе календаря в России, образованную под председательством проф. С. II. Глазенапа при Русском Астрономическом Обществе по постановлению общего собрания Общества 18 февраля этого года. Из 8 заседаний комиссии (мая 3, 17, 31, сентября 20, ноября 1, 22, декабря 13, и 1900 февраля 21) он не присутствовал лишь на первом и последнем. Кроме устных разъяснений во время заседаний, им представлены были три письменных доклада, напечатанные в «Приложениях» к Постановлениям и Журналам Комиссии (17 мая — о годе рождества Христова, 31 мая — о времени празднования пасхи, 1 ноября — о первом дне года). Впечатление, какое произвел он там своей ученостью при своем всестороннем знании вопроса, не исключая астрономическо-математических его оснований, живо изобразил один из участников комиссии, дотоле совсем его не знавший и впервые услышавший его, когда ему пришлось говорить на первом же собрании (17 мая), на котором он присутствовал, о годе рождества Христова. «Посыпались, как из рога изобилия, цитаты, цифры, даты, сравнения, сопоставления. Блестящая лекция — импровизация продолжалась с неослабным интересом. Точно огромный известный словарь Ларусса раскрылся и заговорил человеческим голосом. Слушатели были ошеломлены. Едва верилось, что человеческая память в состоянии сохранить такую массу учености и выложить ее при первом требовании, с кристаллическою ясностью»1).

Краткий отчет о своем участии в работах комиссии до 20 сентября включительно (когда дальнейшие заседания были отложены на некоторое время вследствие болезни председателя комиссии) и о своем отношении к вопросу сам В. В. оставил в небольшой записке, представленной К. П. Победоносцеву. Так как, по его словам, он не был, не по собственной вине, на первом заседании комиссии, то ему пришлось заявить только «академический протест против

________________________

1) А. В. Половцев в «Моск. Ведом.» 1900, № 116. Ср. Тверские Епарх. Ведом. 1900, № 11, 276-278; Рубцов, В. В. Болотов, 69-70.

587

 

 

признания нормою тропического (а не аномалистического) года», как это было сделано комиссиею. «Чтение пункта о грегорианском календаре обнаружило всю разноцветность состава комиссии. Немногие, правда, заявляли, что в научных работах их ведомств грегорианский стиль уже принят фактически; но многие полагали, что занятия комиссии будут бесцельны, если не идет речь о введении грегорианского календаря в России; потому что более удачной реформы юлианского стиля выдумать и невозможно. Юлианистом из непримиримых оказываюсь пока только я. Во всяком случае pars Д. И. Менделеева требует и решений только научных и их поверки хотя приблизительно похожей на ту, какая принята в Главной Палате мер и весов». Далее он сообщает свой ответ о возможном отношении Св. Синода к перемене стиля и говорит о своих докладах на заседаниях 17 и 31 мая и о справке по вопросу о византийских проектах исправления пасхалии (не календаря) на заседании 20 сентября. Относясь почти с отвращением к грегорианской реформе, как не имеющей для себя «не только оправдания, но даже извинения» и совершенно не научной, В. В. Болотов заявлял с своей стороны, что «если полагают, что и Россия должна отказаться от юлианского стиля», то, как предлагал это в комиссии Д. И. Менделеев, «поправку Медлера должно предпочесть грегорианской, как более точную» (период в 128 лет вместо 100-летнего грегорианского). Но сам он в то же время решительно стоял за сохранение пока прежнего юлианского счисления и в этом разошелся с прочими членами комиссии, признавшими в своем постановлении реформу календаря в указанном направлении желательною. Об этом он заявил в особом кратком мнении, поданном уже после последнего заседания, (бывшего 21 февраля 1900 г.), когда мотивировка его оказывалась уже не нужною.

С некоторою подробностью свой принципиальный взгляд на дело с церковной точки зрения ему пришлось выразить в то же время, когда он назначен был в другую комиссию, учрежденную еще 29 ноября 1899 года для решения того же вопроса — о введении в России нового стиля — при Академии Наук под председательством президента Академии вел. кн. Константина Константиновича. Им написана была по этому случаю записка, предложенная то-

588

 

 

варищем обер-прокурора Св. Синода В. К. Саблером 8 марта 1900 г. Синоду. В записке выясняется, что «Св. Правительствующий Синод имеет много оснований — не желать, чтобы юлианский календарь в России был заменен каким-либо «исправленным». Введение грегорианского календаря не желательно потому, что этот календарь — «детище папства, т. е. силы всегда враждебной православию», и католическая пропаганда воспользуется его принятием в своих целях (между тем «не следует подписываться под тем мнением, что современные отношения папства к православию так деликатны, что старое полемическое отношение к Ватикану есть уже смешной анахронизм»). Но и введение какого-либо другого календаря «исправленного» — с точки зрения Синода тоже не желательно, потому что возложило бы на Синод новые ненужные по существу заботы (составление новой пасхалии — невозможное на строго научных принципах, между тем как возражения против принятой александрийской пасхалии на деле не серьезны, опасность большого отдаления от инославных церквей востока вместо желательного привлечения их к православию, опасность смуты в темных слоях православного русского населения, практические затруднения при сношениях с другими церквами по этому вопросу). «Отсюда следует: а) во-первых: самое лучшее quieta non movere; б) во-вторых: если «исправленный» календарь будет введен в России, то Св. Синод определит свое отношение к нему только по указаниям опыта, а до времени удержит в церковном употреблении юлианский календарь». Синод 9 марта на этих основаниях признал с своей стороны введение нового стиля не благовременным, о чем постановлено было сообщить председателю комиссии1).

Можно упомянуть еще о не имевшем строго официального характера приглашении В. В. Болотова в 1898 г. 19 ноября архиеп. финляндским Антонием к содействию комиссии по переводу богослужебных книг на финский язык в одном затруднительном случае, чем положено было начало дальнейшим сношениям между В. В. Болотовым и членом комиссии священником (ныне протоиереем) С. Окуловым. По этому поводу написаны им две

_________________________

1) Дело Архива Св. Синода по вопросу о введении в России нового стиля, 1900, № 158. л. 2-12.

589

 

 

записки с учеными замечаниями, посланные в комиссию чрез высокопреосв. Антония, и два письма о. С. Окулову (1898 декабря 28 и 1899 апреля 18); здесь он выступает в качестве и богослова и лингвиста, знакомого и с финским языком1).

Знаниями В. В. Болотова пользовалось не одно лишь церковное начальство. В 1895 г. ему пришлось давать отзыв о коптском служебнике, напечатанном в 1886-7 г. по-видимому в старом Каире и переданном проживавшим в Каире коптом Михаилом Ханна русскому дипломатическому агенту для поднесения Государю Императору. Азиатский Департамент Министерства Иностранных Дел обратился с ним к обер-прокурору Св. Синода 14 января 1895 г., 19 числа он препровожден был для рассмотрения В. В. Болотову. Отзыв, по заметке в деле архива Канцелярии обер-прокурора Св. Синода, доложен был 29 июля. В 1896 г. к В. В. Болотову обращались за разными указаниями и инструкциями члены отправившейся 25 марта в Абиссинию экспедиции2). Чрез год бывшие в Абиссинии медики возвратились кавалерами эфиопских орденов. Так как В. В. Болотов оказался единственным в то время в Петербурге знатоком ново-абиссинскаго (амхарского) языка, то Азиатский Департамент Министерства иностранных дел обратился к нему с поручением перевести писанные на этом языке грамоты на русский язык. Почти все документы «эфиопских кавалеров» прошли чрез его руки и пред самым отъездом его в этом году в Пepнов ему пришлось, по его словам, рассмотреть 23 эфиопские грамоты3). Министерство Иностранных Дел за эту услугу ходатайствовало о награждении его чином действительного статского советника прежде выслуги лет4).

А. Бриллиантов.

________________________

1) Напечатаны в «Христ. Чт.» 1906, I, 379-390, 671-696.

2) Извлечения об этом из письма самого В. В. Болотова 1896 г. 27 марта у Рубцова 78-79.

3) Извлечение из письма В. В. Болотова в «Тверск. Епарх. Ведом.» 1900, № 11, 271; у Рубцова 79.

4) Окончание будет. — В апрельской книжке «Христ. Чт.» на 424 стр. 14 строка сверху вместо «5 лет» нужно читать «6 лет», на 429 стр. 14-15 строка сверху —  вместо «занятий» — «записей».

590

 

 

Профессор Василий Васильевич Болотов.

Биографический очерк*).

XIII.

Всецело преданный интересам науки и углубленный в свои разнообразные занятия, В. В. Болотов жил в Петербурге ученым отшельником, совсем не заботясь об удобствах жизни. В первые два года службы, до ноября 1881 г., его помещение (Перекупной переул. д. Гулина № 6) представляло одну комнату с одним окном в пятом этаже. Вторая квартира (Невский просп. № 164) состояла из двух комнат и передней1). Лишь в 1897 г. он переместился, благодаря заботам близких к нему лиц, в более обширную и удобную в гигиеническом отношении квартиру в лаврском доме (Невский просп. № 182). Единственным богатством в его квартире была его библиотека, прекрасно подобранная им по интересовавшим его отраслям знания, после его смерти пожертвованная в собственность Петербургской академии наследником его, иркутским врачом А. Д. Болотовым, племянником В. В. по первому браку его отца (2593 названия в количестве 4095 томов и брошюр2).

От всяких почти визитов и гостьбы в Петербурге В. В. Болотов уклонялся; чуть ли не единственным исключением являлись «среды» у И. Е. Троицкого, на которых можно было видеть иногда и его в числе других немного-

______________________

*) Окончание. См. май-июнь.

1) Рубцов, 81.

2) Ср. Журн. Сов. 1900/1, 178-179 и 1901/2, 155-156.

830

 

 

численных избранных гостей. Обычный путь его был в Академию — на лекции или в академическую церковь. Но самому В. В. Болотову зато, по-видимому, довольно часто приходилось принимать разных лиц в качестве ученого консультанта, хотя он в подобных случаях, кажется, предпочитал вообще письменные сношения непосредственному обращению к нему. «Готовность помочь в научной области, замечает Б. А. Тураев в некрологе В. В., встречал со стороны покойного всякий, работавший в общей или смежной с ним специальности. И надо сказать, с ним не особенно в этом отношении церемонились. Его любезностью и отзывчивостью на все, касающееся науки и церкви, прямо злоупотребляли. И это было тем тяжелее для покойного, что он обладал недюжинными знаниями в разносторонних областях и по некоторым был первом, а то и единственным авторитетом; к нему обращались и богословы, и историки, и филологи, и туристы и даже популяризаторы. И каждого он принимал, с каждым беседовал, каждому отвечал на запросы не краткой справкой, а длинными письмами, заключавшими в себе нередко целые исследования»1). Постоянную правильную переписку вел он с своей матерью до конца ее жизни2). К регулярной более или менее переписке его относятся также ответные письма его, иногда весьма обширные, на поздравления с днем ангела и новым годом некоторым товарищам и друзьям.

На летние вакации В. В. Болотов, когда был профессором, почти каждый год отправлялся на родину в с. Кравотынь, к своей матери. Подробности о его образе жизни здесь сообщает в своем очерке М. В. Рубцов3) на основании рассказов посещавшего его товарища М. А. Рязанцева и затем местного священника Н. М. Берзина (с 1892 г.). Ветхий домик его матери с 4 небольшими окошками заключал пространство всего в 9 X 8 кв. аршин, с более чем скромным убранством, которое всегда оставалось одно и то же. Время его и здесь проходило главным образом в научных занятиях с книгами, привезенными из Петербурга, в содействии матери в ее хлопотах по хозяйству (он сам ставил самовар, даже готовил обед, в 1898 г.

____________________

1) Тураев, Журн. Мин. Нар. Просв. 1900, август, 96-97.

2) Рубцов, 75-80.

3) Стр. 82-96.

831

 

 

ему приходилось также ухаживать за больною матерью), частью в прогулках и беседах с каким-либо гостем. Сам охотно принимая к себе, он однако, по словам Η. М. Верзина, очень часто бывавшего у него, решительно при этом отказывался зайти в чужой дом; лишь в последний год (1898), который ему пришлось проводить в Кравотыни, он стал даже без зова и довольно часто заходить в дом священника. В августе месяце, пред отправлением в Петербург на службу (как и в более ранние годы — пред отправлением в школы, где он учился), В. В. имел обыкновение совершать с своей матерью паломничество пешком в близ лежащую пустынь преп. Нила Столобенского для поклонения мощам угодника; здесь после богослужения заходил к настоятелю архимандриту Арсению (1871-1898) и до вечера проводил время в беседе с ним.

XIV.

В последние годы жизни уже внешний вид В. В. Болотова ясно указывал на крайне расстроенное состояние его здоровья, как следствие чрезвычайных вольных и невольных трудов его и негигиеничного образа жизни, не смотря на природную крепость его организма. Постоянно сидячий образ жизни имел для него результатом с давних пор отказ желудка служить и сопровождавшиеся резко выраженной апэмией геморроидальные страдания. Со временем у него развилось хроническое воспаление почек (нефрит), осложненное болезнью печени и отчасти сердца. Эта болезнь, получив острый характер, быстро и неожиданно для всех и свела его в могилу, хотя сам он (как это видно из писем, приводимых у М. В. Рубцова) уже ранее сознавал свое положение, не переставая, однако, до последних дней работать по прежнему и исполнять все возлагаемые на него поручения.

В первый, по-видимому, раз ему пришлось обратиться за· серьезной медицинской помощью (к гофмедику Байкову) в 1896 г., когда у него появилась опухоль на ноге, — от привычки, как потом объяснил он сам, держать на левой ноге во время писания цитируемые книги, иногда до 15 фунтов; лето в этом году, в виду необходимости ле-

832

 

 

чения он провел в Петербурге1). В следующем 1897 г., в одном письме, показателем того, что его здоровье сравнительно с другими ему подобными «обстоит довольно сносно», он готов считать тот факт, что он «остается еще на земной поверхности», — «тогда как судя по тому, что всякими требованиями гигиены я пренебрегал столько времени—я с полным основанием мог бы отправиться ad patres». «Мой организм представляет дырявое решето, если не руину. Желудок изменяет предательски. Ревматизм и hamorroides. Последние накликали на меня острую, резко выраженную анэмию. Моя физиономия, поэтому, не из цветущих. Труповидна в достаточной степени»2)... От приглашения в этом году сделать поездку в Англию, приняв участие в путешествии архиеп. финляндского Антония, отправлявшегося туда на юбилейное торжество королевы Виктории, он решительно отказался. Летом этого года он был в Пернове, лифляндской губернии, где пользовался теплыми грязевыми ваннами3).

Болезнь матери В. В. в течении всего 1898 г. и смерть ее в 1899 г. 27 мая и соединенные с этим беспокойство и хлопоты должны были более или менее неблагоприятно отразиться и на его здоровье. В то именно время ему, между тем, приходилось принимать участие в деле воссоединения несториан (1898) и выступать в комиссии по реформе календаря (1899). Во время зимы 1899 г. он не раз был болен и чувствовал себя по временам так плохо, что, по его словам, в великом посту не раз, уходя в пятницу из аудитории, ставил себе вопрос, не в последний ли раз он был в Академии4). На приглашение занять кафедру в Университете он отвечал В. И. Ламанскому, что он «серьезно собирается еще в XIX веке умереть и остаться верным сыном XIX столетия»5). Когда он, «по настоянию

_____________________

1) Рубцов, 97-98.

2) Рубцов, 98, 93 примеч.

3) О встрече и знакомстве с ним здесь упоминает Н. В. Шляков в статье «Почему 1 августа бывает крестный ход на воду? (Посвящается памяти В. В. Болотова)», в Известиях Отдел. русск. яз. и словесности Имп. Акад. Наук, т. IX, кн. 2. Спб. 1904, стр 42. Им же посвящена «незабвенной памяти Н. А. Лавровского и В. В. Болотова» статья «О поучении Владимира Мономаха» в Жури. Минист. Нар. Просв. 1900 май-июль.

4) Рубцов, 100.

5) Тураев, Журн. Мин. Нар. Просв. 1900, август, 101.

833

 

 

многих», обратился к доктору (профессору Сиротинину), последний (22 июня), к его удивлению, не назвал его болезнь очень серьезной; прописанное ему леченье (эмсские воды) заставило его и в этом году остаться на лето в Петербурге1). На приглашение друзей приехать к ним на каникулы в следующем году, он отвечал в пессимистическом тоне, что их речь о «будущем годе» заставляет его «почти — улыбаться». В письме 1900 г. 5 января он подтверждал, что его «здоровье очень неважное — ревматизм не любит давать ни отдыха ни сроку»2). Он продолжал однако и теперь исполнять все обычные обязанности по академической службе.

20 марта 1900 г. В. В. Болотов должен был явиться на собрание Совета Для дополнительных разъяснений к своему отзыву о сочинении А. А. Бронзова, читанному в заседании 16 марта, но уже не был в состоянии сделать это. Последние дни и минуты ого жизни с подробностью описаны близким участником всех забот о нем за это время, его другом проф. И. С. Пальмовым3). Начиная приблизительно с 18 марта, он чувствовал себя весьма слабым и 22 окончательно слег в постель. Но и теперь он продолжал читать и просматривать недавно полученные им издания по церковной истории Египта и другие книги. 23 числа больного посетил митр. Антоний. В этот день, по совету друзей, он переселился в больницу Крестовоздвиженской общины, где оп. при особом внимании председателя совета общины, В. К. Саблера, был окружен самым заботливым уходом. После некоторого улучшения в течении первых трех дней, 27 числа у него обнаружились изнурительные эпилептические припадки. Созван был консилиум врачей, но бороться долго с принявшей острое течение болезнью было уже невозможно. В больнице В. В. посещали митрополит, В. К. Саблер, ректор Академии и многие сослуживцы и знакомые. 4 апреля оп опять почувствовал некоторое улучшение. Но на другой же день (в среду на страстной неделе) получена была весть о его тяжелом положении, заставившая поспешить к его одру некоторых его сослуживцев. После приобщения св. Таин и отходной молитвы, он снова оживился, и затем, то осла-

_______________________

1) Письмо от 22 июня. Рубцов, 99.  

2) Рубцов, 99-101.

834

 

 

бевая, то опять приходя в сознание, много говорил отдельными словами и отрывочными фразами («как прекрасны предсмертные минуты!», «иду ко кресту», «Христос идет», «Бог идет», слова на каких-то восточных языках). За четверть часа до смерти он перестал говорить и стал как бы засыпать, слагая руки на груди. В начале восьмого часа после полудни, между 7-7 ч. 10 м., он скончался, в присутствии священника А. П. Васильева, прочитавшего снова отходную молитву, И. С. Пальмова и дежурного врача и сестер общины.

Погребение В. В. Болотова совершено было с особою торжественностью 8 апреля, в великую субботу1). Перенесенное в четверг в многолюдной процессии из часовни Крестовоздвиженской общины в Академию, тело его находилось до субботы в актовом зале; в субботу пред литургией гроб перенесен был в академическую церковь. Литургию и отпевание совершал ректор Академии, преосв. Борис, с академическим духовенством, в присутствии всей академической семьи и многочисленных посторонних почитателей покойного. В ряде речей друзья и ученики почившего в ярких чертах обрисовали с разных сторон светлый, возбуждающий восторг и удивление образ его и излили наполнявшее их чувство тяжкой тоски· о понесенной неизмеримой утрате. Преосв. Борисом речь была сказана еще 6 апреля, при встрече гроба в актовом зале. Вынос его из зала в храм сопровождался речью инспектора Академии, архим. Сергия (ныне архиеп. финляндского). Проф. Т. А. Налимов в слове во время литургии, сказанном вместо запричастнаго стиха, характеризовал умершего, как «самого могучего, самого ревностного труженика» академической среды, «невольно возбуждавшего чувство претрепетного изумления мощью своего духа», с творческим умом соединявшего высоконравственный характер и чистоту сердца, и выяснял смысл совпадения дня покоя Христа. с днем погребения новопреставленного, жившего всегда по заветам Христовым и стремившегося к единению со Христом. Пред отпеванием речь, сказана была проф. Е. П. А нейлоновым. Далее следовали в разные моменты речи: профессорского стипендиата А. В. Кар-

_____________________

1) Описано проф. П. Н. Жуковичем, Церк.·Вестн., 503-505=Венок, 31-35.

835

 

 

ташова, студента IV курса В. Успенского, доцента М. И. Орлова, студента II курса А. Лаврова, помощника инспектора тверской дух. семинарии, товарища В. В. по школе, М. В. Рубцова, смотрителя московского Заиконоспасского дух. училища И. Е. Евсеева, студента II курса А. Судакова, студента I курса В. Потапова (в академическом вестибюле, пред выносом на кладбище). Последнее слово сказал над разверстой могилой с опущенным уже в нее гробом, проф. И. С. Пальмов, обращаясь к своему другу с прощальным приветом и напоминая присутствующим об оставленном им всею жизнью завете — внутреннего глубокого сочетания веры и знания. В телеграмме, посланной В. К. Саблером на имя митроп. Антония и прочитанной пред отпеванием, сообщалось о выражении Высочайшего соболезнования Академии со стороны Государя Императора по поводу ее утраты. Получены были и другие телеграммы от разных лиц и учреждений (К. П. Победоносцева, В. К. Саблера, епископа Арсения — ректора московской дух. Академии — от имени Академии, особо — от группы профессоров этой Академии, от харьковского университета — от ректора ее А. С. Будиловича, от ректора казанской дух. Академии еп. Антония). На гроб возложены были венки от товарищей — сослуживцев («Дорогому, незабвенному, славному профессору»), от студентов старших и младших курсов («Незабвенному», «Любимейшему») и от товарища В. В. по Академии и друга, проф. киевской дух. Академии В. З. Завитневича.

Погребен В. В. Болотов на Никольском кладбище Александро-Невской Лавры. Чрез год и 4 месяца возле него (в одну линию с ним) положен был учитель его, И. Е. Троицкий († 1901 августа 2). В 1903 г. над могилами их воздвигнут был общий памятник, в ознаменование их близости по духу и личных отношений, соединявших их при жизни. На двух сторонах памятника, кроме изображений святых, имена которых они носили при жизни (преп. Иоанна Ветхопещерника и св. Василия В.), помещена одна и та же надпись: «Блажени алчущии и жаждущии правды». Открытие памятника (19 апреля) сопровождалось речами доцента А. И. Бриллиантова, ректора Академии еп. Сергия (ныне архиеп. финляндского) и студента IV курса В. Потапова1).

______________________

1) Описание открытия памятника и речи помещены в «Церк. Вестнике» 1903, № 17.

836

 

 

Студентами Академии сразу после смерти В. В. Болотова, для сохранения о нем памяти, помещен был портрет его в той аудитории, где он обычно читал в последнее время свои лекции. Возникшее тогда же в среде друзей и почитателей его желание увековечить его образ устройством бюста (для чего тогда сделана была с лица умершего маска), в настоящее время, когда материальные средства .для этого оказались достаточными, постановлением Совета 28 января 1910 г. решено привести в исполнение; заказанный академику скульптуры М. А. Чижову бюст из мрамора предположено поставить в актовом зале Академии.

Десятилетняя годовщина со дня кончины В. В. ознаменована была совершением 4 апреля (воскресенье) заупокойной литургии в академическом храме и литии на могиле В. В., где произнесены затем речи студентом III курса А. Акимовым и совершавшим богослужение архиепископом варшавским Николаем. Вечером 5 апреля, в день и час смерти В. В., отслужена в академическом храме панихида и дотом открыто торжественное собрание в память В. В. в актовом зале, устроенное Советом Академии. Речи произнесены были проф. И. С. Пальмовым, А. И. Бриллиантовым, И. Е. Евсеевым и Б. А. Тураевым1).

ХV.

Самим В. В. Болотовым, как было уже выше замечено2), составлен был список статей и заметок его, напечатанных в «Церк. Вестнике» и «Христ. Чтении» от 1880 до 1893 г., с разного рода замечаниями по поводу их; этот список издан в «Христ. Чтении» 1907, I, 250-263, и отдельно. В «Венке на могилу проф. В. В. Болотова» в «Церк. Вестнике» 1900, № 16, 498-500, и отдельно стр. 22-26, напечатан перечень всех вообще его статей, помещенных в академических журналах, составленный проф. A. П. Рождественским независимо от списка самого B. В. Болотова по данным редакции того и другого журнала,

_______________________

1) Ср. П. Н. Жукович, Десятилетняя годовщина со дня кончины проф. В. В. Болотова, в «Церк. Вестн.» 1910, № 15-16, 480-483, — Речь на могиле † проф. В. В. Болотова по случаю 10-летней годовщины со дня его смерти, студ. III курса Академии Афанасия Акимова, там же, 483-486.

2) Христ. Чт. 1910, май-июнь, 578.

837

 

 

но вполне почти совпадающий для указанного времени с этим списком; извлечение из него помещено у М. В. Рубцова в биографическом очерке, 64-65. Обзор трудов по истории восточных церквей дан проф. Б. А. Тураевым в некрологе, напечатанном в «Журн. Мин. Нар. Просвещения» 1900, октябрь. Вполне точная в частностях классификация всех трудов В. В. Болотова по их содержанию едва ли возможна.

I) К переводным трудам принадлежат;

1) Перевод с примечаниями сочинения доктора Овербека «Бесспорные преимущества православной кафолической церкви пред всеми другими христианскими исповеданиями». (А plan view of the claims of the orthodox catholic church as opposed to all other Christian denominations. By J. J. Overbeck. D. D., из журнала, издававшегося Овербеком, The orthodox catholic review, за 1881 г.). Христ. Чт. 1882, I, № 5-6, 776-798; II, № 7-8; 176-207; № 9-10, 385-413; 1883, I, № 1-2, 56-114, № 3-4, 407-445. Были и отдельные оттиски перевода (180 стр.).

2) Сокращенный перевод статьи проф. Р. Ф. Гpay из «Beweis des Glaubens» 1881 «Тайна еврейского вопроса». Церк. Вест. 1884, № 49, 5-7, № 50, 7-8, № 51-52, 9-12; 1885, № 2, 29-30, № 3. 51-52, № 4, 74-75.

II) За одной частью написанного им сам В. В. Болотов не признает научного значения, замечая, что, однако, и все это написанное им, вероятно, «не будет хуже того, что обычно появляется в свет в русской журналистике»1). Сюда он прежде всего относит все, помещенное некогда

а) в «Церк. Вестнике» под сиглою «Б-л-ъ» и в одном случае «Р».

1) «Журнальное Обозрение» (русские богословские журналы) за 1880, № 2 (стр. 6-9), № 27 (6-9), № 33-34 (5-7) и 1881, № 3 (11-13), № 6 (15-16).

2) Еще о «Справочном и объяснительном словаре к Новому Завету» г. Гильтебрандта. 1884, № 6 (стр. 4-7) № 7 (5-7).

3) Библиографическая заметка о книге В. И. Ламанского: «Secrets d’état de Venise». Documents, extraits, notices et études servant à eclaircir les rapports de la seignerie

_______________________

1) Христ. Чт. 1907, I, 250.

838

 

 

avec les grecs, les slaves et la Porte ottomane à la fin du XV et au XVI siècle, par Vladimir Lamansky. St.-Pétersbonrg». 1884, № 29, (стр. 6-9).

4) «Несколько слов о новом издании греческого текста перевода LXX» (Р. de Lagarde, Librorum Veteris Testamenti canonicorum pars prior graece. Göttingen 1883). 1884, № 41 (стр. 6-8).

5) Библиографическая заметка о книге проф. А. Лебедева: «Эпоха гонений на христиан и утверждение христианства в греко-римском мире при Константине В.». 1885, № 13 (223-224 с сиглою Р.)1).

б) К этому же разряду В. Б. Болотов относит из напечатанного в «Христ. Чтении»:

1) «Троякое понимание учения Оригена о св. Троице» (Речь пред публичною защитою магистерской диссертации). 1880, I, № 1-2, 68-76.

2) «Немецкая богословская литература. (Библиографические заметки)». (Рефераты о 15 книгах: Гольстена, Липсиуса, Гельцера, Бригера, Буркгардта, Францисса, Бахмана, Гергенрётера, Шмида, Ландерера, Бюлера, Михелиса, Лаурина, Зома и Дикгофа). 1881, II, № 9-10, 514-5742).

________________________

1) У А. П. Рождественского отмечено еще «Оглавление неофициальной части «Церковного Вестника» за первое полугодие 1885 г.» — «первое систематическое оглавление, по образцу которого составляются оглавления и до настоящего времени». 1885, № 25-26, 424-428. Затем еще отмечены под рубрикой статей, помещенных в «Церк. Вестнике», указанные уже ранее (Христ. Чт. 1910, май-июнь, 572-574) замечания на коллоквиумах Т. А. Налимова 1890, № 45, П. С. Соколова 1893, № 46, А. И. Бриллиантова 1898, № 21, М. И. Орлова 1899, № 12.

2)Монографии: 1) С. Holsten, I)as Evangelium des Paulus. T. I. Abt. 1. Berlin 1880. 2) R. A. Lipsius, Die edessenische Abgarsage, kritisch untersucht. Braunschweig 1880. 3) H. Gelzer, Sextus Julius Africanus und byzantinische Chronographie. Th. I. Die Chronographie des Julius Africanus. Leipzig 1880. 4) Th. Brieger, Constantin der Grosse als Religionspolitiker. Gotha 1880. 5) J. Вurkhardt, Die Zeit Constantin’s des Grossen. Leipzig 1880. 6) F. Franciss, Der deutsche Episcopat in soinem Verhältniss zu Kaiser und Reich unter Heinrich III. 1039-1056. Zwei Theile. Regensburg 1879.7) R. Bachmann, Niclas Storch, der Anfänger der Zwiekauer Wiedertäufer. Zwiekau 1880. Системы·. 8) J. Hergenröther, Handbuch der allgemeinen Kirchengeschichte. В. I-III. Freiburg i. Br. 1879-80. 9) H. Schmid, Handbuch dor Kirchengeschichte. Th. 1. Erlangen 1880. 10) M. A. Landerer, Neueste Dogmengeschichte (von Semler bis auf die Gegenwart). Heilbronn 1881. 11) Ch. Bühler, Der Altkatholicismus, historisch und kritisch dargostellt. Leiden 1880. 12) F. Michelis, Katholische Dogmatik. Zwei

839

 

 

3) «К истории внешнего состояния константинопольской церкви под игом турецким». 1882, I. № 1-2, 138-172; II, № 9-10, 353-384.

4) «Иностранная богословская литература. (Библиографические заметки)». (О 12 книгах: Кейма, Лангена, Ленера, Шегга, Функа, Дрэзеке, Рисселя; Копаллика, Гуйллью, Грегоровиуса, Марра [Marrast], Гавэ). 1882, II, № 11-12, 796-8351); 1883, I, № 5-6, 778-8172).

III) Оригинальные труды с серьезным, по его собственной оценке, научным значением относятся частью

А) специально к истории восточных негреческих церквей. Таковы прежде всего его

а) этюды из церковной истории Египта.

1) «Рассказы Диоскора о Халкидонском соборе». (Перевод с коптского похвального слова Макарию, епископу города Ткоу, и «Примечания. Церковно-исторические очерки и наброски»). Христ. Чт. 1884, II, № 11-12, 581-625; 1885, I, № 1-2, 9-94; то же в сборнике «Сердечный привет» в память пятидесятилетия служения митр. Исидора в архиерейском сане. Спб. 1884, 169-299. В отдельных, оттисках: выпуск первый (131 стр.).

2) «Житие блаженного Афу, епископа пемджеского». С экскурсом «А. Ignatiana у коптов» в конце («Примечания.

_______________________

Theile. Freiburg i. Br. 1881. 13) F. Laurin, Der Cölibat der Geistlichen nach canonischem Rechte. Wien 1880. 14) R. Sоhm, Zur Traunngsfrage. Heilbronn 1879. (15) W. Dieckhoff, Civilehe und kirchliche Traunng. Rostock 1880.

1) I) T. Keim, Rom und das Christenthum. Berlin 1881. II) J. Langen, Geschichte der römischen Kirche bis zum Pontificate Leo’s I quellenmässig dargestellt. Bonn 1881. III) F. A. von Lehner, Die Marienverehrung in den ersten Jahrhunderten. Stuttgart 1881. IV) P. Schegg, Das Todesjahr des Königs Herodes und das Todesjahr Jesu Christi. München 1882. V) Opera patrum apostolicorum. Textuni recensuit - - F. X. Funk. Vol. I-II. Tubingae 1881. VI) J. Dräseke, Der Brief an Diognetos nebst Beiträgen zur Geschichte des Lebens und der Sehriften des Gregorios von Neocäsarea. Leipzig 1881. VII) V. Ryssel, Gregorius Thaumaturgus. Sein Leben und seine Sehriften. Leipzig 1880.

2) VIII) J. Kopallik, Cyrillus von Alexandrien. Mainz 1881. IX) A. Gouilloud, Saint Eucher. Lérins et l’église de Lyon au V-e siècle. Lyon 1881. X) F. Gregorоvius, Athenais. Geschichte einer byzantinischen Kaiserin. Leipzig 1882. XI) A. Marrast, La vie byzantine au VI-e siècle. Paris 1881. ХII) J. Havet, L’hérésie et le bras seculier au moyen âge jusq’au XIII siècle. Paris 1881.

840

 

 

Церковно-исторические очерки и наброски»); другой набросок Б, который должен был содержать очерк истории города Пемдже (Оксиринха), не появлялся. Хр. Чт. 1886, I, № 3-4, 334-377. В отдельных оттисках: выпуск второй (стр. 133-177). — Общее заглавие для первого и второго выпусков: «Из церковной истории Египта. По Revue égyptologique, publiée sous la direction de H. Brugsch, F. Chabas, Eug. Revillout, 1880, pp. 187-189; 1881, pp. 21-25; 1883, pp. 17-25 et 27-33». [«Ревилью и его издания»].

3) «Архимандрит тавеннисиотов Виктор при дворе константинопольском в 431 г. (Но The Church Quarterly Review 1891 October)». Хр. Чт. 1892, I, № 1-2, 63-89, № 5-6, 335-361. Appendix: «Параволаны ли»? (Орфографический вопрос). 1892, II, 18-37. В отдельных оттисках: выпуск третий (стр. 181-255)1).

4) «День и год мученической кончины св. евангелиста Марка». Хр. Чт. 1893, II, № 122-174, № 11-12, 405-434. В отдельных оттисках: выпуск четвертый (стр. 259-434).

5) «Βρεβίον Мелития ликопольского, как источник для исторической географии Египта». Напечатано в 1909 г. по найденной в бумагах В. В. Болотова рукописи в «Византийском Временнике» за 1908 г., т. ХV, 1, стр. 2-31 (не XIV т. 1907 г., как помечено на отдельных оттисках).

6) К истории же Египта (эпоха завоевания арабами) должно было, по-видимому, относиться в целом исследование, часть которого сохранилась без общего заглавия в бумагах В. В. Болотова и издана в 1908 г. под общим названием «К истории императора Ираклия» в «Визант. Временнике» за 1907 г. т. ХIV, 1 (1908), стр. 68-124 (в отд. оттиск. 57 стр.). Кроме экскурса: «Кто был «аль-мукаукис»? Что значит слово «аль-мукаукис»? (68-73=1-6, заглавие принадлежит самому В. В. Болотову), здесь дается разъяснение некоторых вопросов из хронологии царствования Ираклия (74-98=7-31), затем ведется речь о судьбе патр. Кира (= мукаукис) (98-106=31-39) и о данных хроники Иоанна никиуского для

________________________

1) Немецким переводом (рукописным) статьи о Викторе пользовался W. Kraatz, Koptische Acten zum Ephesimschen Konzil vom Jahre 431. Uebersetzung und Untersuchungen. (Texte und Untersuchungen, herausgeg. von O. Gebhardt und A. Harnack. N. F. XI, 2) Leipzig 1904. О главном тезисе статьи, с которым автор не соглашается, говорится в особом приложении, S. 202-214.

841

 

 

истории административного строя Египта в эпоху арабского завоевания (106-124=39-57). Сюда же относится «Экскурс о географии Египта» (заглавие принадлежит редакции), напечатанный в «Визант. Временнике» за 1908 г., т. XV, 1, стр. 32-48 (в отд. отт. вместе с «Βρεβίον»).

7) Отзыв о сочинении проф. А. А. Бронзова: «Преп. Макарий Египетский. Его жизнь, творения и нравственное мировоззрение. Т. I. Жизнь и творения преп. Макария Египетского. Спб. 1899». Журн. Совета Академии 1899/1900, 200-207.

б) К истории Эфиопии и эфиопской церковной письменности относится прежде всего:

1) «Описание двух эфиопских рукописей, пожертвованных в библиотеку Спб. Дух. Академии преосвященным Анатолием, епископом балтским (ныне острогожским)». Хр. Чт. И887, II, № 7-8, 137-160.

Затем 2) и 3) этюды «Несколько страниц из церковной истории Эфиопии». «I. К вопросу о соединении абиссин с православною церковью». (Речь, читанная на годичном акте академии 16 февраля 1888 г.). Хр. Чт. 1888, I, № 3-4, 450-469. «II. Богословские споры в эфиопской церкви». 1888, II, № 7-8, 30-62, № 11-12, 775-832. В отдельных оттисках оба этюда вместе с указанным общим заглавием (111 стр.); первый также в брошюре: «Годичный акт в Спб. духовной Академии в 1888 г. (16 февраля). Спб. 1888», стр. 33-521).

4) «Описание четвертой эфиопской рукописи библиотеки Спб. Духовной Академии (Cod. Aethiop. Sablerianus Membranac. 4)» [Акад. библ. № 11/39]. Спб. 1900 (40 стр.; извлечено из «Протоколов [= Журналов] Совета Академии» за 1895/6 г.).

5) «Часослов эфиопской церкви. Издал и перевел на основании нескольких рукописей Б. Тураев. Спб. 1897. (Библиографическая заметка)». Хр. Чт. 1898, I, № 2, 189-198.

в) Сирийской церкви и ее литературы касаются:

1) Описание сирско-каршунской рукописи — монофиситского служебника (№ 3702 библ. митр. Исид.). В «Алфавитном указателе книг и рукописей, поступивших в библиотеку Спб. Дух. Академии в 1893 г.» Спб. 1894, стр. 95-99.

2) Описание сирской рукописи, пожертвованной в библио-

________________________

1) Оба этюда переведены были, хотя плохо, на итальянский язык, Тураев, Журн. Мин. Нар. Просв. 1900, август, 91.

842

 

 

теку Академии К. В. Харламповичем. (Акад. библ. № Б III/1). Хр. Чт. 1900, I, № 4, 676-679.

3) «Из истории церкви сиро-персидской». Глава I. Супурган. Значение этого имени. Хр. Чт. 1899, I, № 1, 95-112 (отд. отт. — 1-18). Экскурс А. Sephakan-Waspurakan. (Из исторической географии Армении. 1899, I, № 1,112-121 (=18-27). Экскурс Б. Древнейшие митрополии в церкви персидской. 1899, I, № 2, 323-349 (=28-54). Экскурс В. Смутное время в истории сиро-персидской церкви. 1899, I, № 3, 535-547 (=55-67). Глава II. Список католикосов селевкие-ктисифонских. 1899, I, № 4, 789-804, № 5, 1004-1031, № 6, 1182-1204 (=67-134). Экскурс Г. Что знает о начале христианства в Персии история? 1900, I, № 1, 65-99, № 3, 428-439 (= 137-171, 100-111). Πάρεργον. Из эпохи споров о пасхе в конце II в. № 3, 439-454 (= 111-126). Экскурс Д. Календарь персов. 1901, I, № 3, 439-462, № 4, 499-515 (= 127-167). Экскурс Е. Церковный год сирохалдеев. 1901, I, № 6, 937-948 (= 169-180). Corrigenda. № 6, 949-965 (=181-197). — Экскурсы Д и Е и Corrigenda напечатаны по смерти автора. В отдельном оттиске 197+72=269 стр., так как после 171 (=99 в Хр. Чт.) страницы вместо 172 стоит по недосмотру во второй раз 100 и этот счет идет до последней 197 страницы оттиска. — В этих исследованиях из истории сиро-персидской церкви, как видно уже из оглавления, В. В. Болотов касался и истории Армении.

г) Специально армянской письменности касается сделанный для проф. Н. К. Никольского перевод жития свв. Бориса и Глеба из армянского айсмавурка, с примечаниями. Напечатан (с армянским текстомъ) у проф. В. Н. Бенешевича: «Армянский пролог о свв. Борисе и Глебе», в Известиях Отделения русского языка и словесности Импер. Академии Наук. 1909, т. XIV, кн. 1, стр. 201-236, на стр. 216=236, и в отдельном оттиске.

д) Относительно церковной истории Грузии В. В. Болотов высказывался, как было уже упомянуто, в отзыве о кандидатском сочинении студента Г. Гамрекелова «Древнейшая история церкви в Грузии» (от IV в. до прибытия сирских святых»), в Журналах Совета Спб. духовной Академии за 1896-7 г., 253-271. Главное содержание перепечатано в «Журналах и протоколах заседаний высо-

843

 

 

чайше утвержденного Предсоборного Присутствия». Т. III, Спб. 1907. Журналы заседаний II Отдела, 214-221 (—приложение к «Церк. Ведомостям» 1907, № 7)1).

Б) Из произведений, посвященных истории греко-латинского христианства и развивавшегося в среде его богословия (с неизбежными однако в некоторых случаях экскурсами в историю восточных церквей) прежде всего должна быть названа

1) его магистерская диссертация: «Учение Оригена о св. Троице. Спб. 1879» (ср. также упомянутую выше речь при ее защите, II б 1).

2) «Отзыв об удостоенном Учебным Комитетом при Св. Синоде премии преосв. митрополита Макария в 1886 г. сочинении В. Кипарисова: «О свободе совести. Опыт исследования вопроса в области истории церкви и государства с I по IX в. Вьш. I. М. 1883». Хр. Чт. 1886, II, 265-301.

3) «Либерий, епископ римский, и сирмийские соборы. (Четверть часа магистерского коллоквиума 8 октября 1890 г., дополненная и разъясненная)». (По поводу коллоквиума В. Н. Самуилова при защите сочинения: «История арианства на латинском западе»). Хр. Чт. 1891, I, № 3-4, 304-315, № 5-6, 434-459; II, № 7-8, 61-79, № 9-10, 266-282, № 11-12, 386-394. Экскурсы: «Сардика или Сердика»? (Орфографический вопрос), I, № 5-6, 511-517; «Реабилитация четырех документов 343 г.», II, № 7-8, 79-109. — В отдельном оттиске: выпуск первый (главы I-X Спб. 1903 (119 стр.); второй выпуск не появлялся.

4) «Отзыв об удостоенном Св. Синодом полной премии митрополита Макария в 1892 г. сочинении Η. Н. Глубоковского: «Блаж. Феодорит, епископ киррский. Его жизнь и литературная деятельность. I-II. М. 1890». Хр. Чт. 1892, II, № 7-8, 58-62, 63-124, 125-164. Отдельный оттиск с заглавием: «Theodoretiana. I. Отзыв. II. Addenda-Corrigenda [к сочинению]. III. Addendis Superaddenda. Спб. 1892» (164 стр.).

5) «Михайлов день. Почему собор св. архистратига Ми-

_________________________

1) Из упомянутых уже выше (Христ. Чт. 1910, май-июнь, 570-574) различных отзывов В. В. о кандидатских и магистерских сочинениях в настоящем списке указываются вообще лишь имеющие особо важное значение.

844

 

 

хаила совершается 8 ноября? (Эортологический этюд)». Хр. Чт. 1892, II, № 11-12, 593-644. В отдельном оттиске 56 стр.

6) «Следы древних месяцесловов поместных церквей». Хр. Чт. 1893, I, № 1-2, 177-210. В отдельных оттисках: «Следы древних месяцесловов поместных церквей. Appendix к этюду Михайлов день» (стр. 57-94).

7) «Отзыв о представленном на соискание степени доктора церковной истории сочинении А. И. Садова «Древнехристианский церковный писатель Лактанций. Спб. 1895». В Журналах Совета Академии 1895/6 г., 97-202, и отдельно, Спб. 1900 (106 стр.).

8) «Заметка о книге: Каноны важнейших древне-церковных соборов вместе с апостольскими правилами, изд. проф. Фр. Лаухерта (Die Kanones der wichtigsten altkirchlichen Concilien nebst den Apostolischen Kanones, herausgeg. von Lic. Dr. Fr. Lauchert. Fr. i. B. und Leipzig. 1896). Хр. Чт. 1896, II, № 7-8, 178-195 (и отдельно).

9) Отзыв о представленном в 1897 г. на соискание премии митр. Макария сочинении А. А. Спасского: «Историческая судьба сочинений Аполлинария Лаодикийского с кратким предварительным очерком его жизни. Сергиев Посад 1895». Хр. Чт. II, №8-9, 1253-1275, № 10, 1400-14201).

10) «Thesen über das “Filioque“». В Internationale Theologische Zeitschrift, 1898, Heft 24, S. 681-712, и отдельно. Немецкий перевод (А. А. Киреева при участии протопр. И. Л. Янышева) составленных В. В. Болотовым, как членом старокатолической комиссии, тезисов о Filioque с введением к ним и особо написанным для печати предисловием.

11) «Трактаты» Геласия I» (заметка по поводу коллоквиума М. И. Орлова 15 марта 1899 г.). Хр. Чт. 1899, I, № 4, 812-817, и отдельно.

12) «Гонение на христиан при Нероне». Хр. Чт. 1903,1, № 1, 56-75 (в рукописи В. В. озаглавлено: «Гонение при Нероне»).

13) «К вопросу об Acta Martyrum Scilitanorum». Хр. Чт.

_________________________

1) Ср. по поводу этого отзыва N. Bonwetsch, Zum Briefwechsel zwischen Basilius und Apollinarius, в Theolog. Studien und Kritiken 1909, H. 4, 625-628.

845

 

 

1903, I, № 6, 882-894; II, № 7, 60-76. Обе эти статьи, изданные по оставшимся после В. В. Болотова в его бумагах рукописям, имеются также в особом оттиске (50 стр.).

14) Под общим заглавием «Письмо и две записки о неоконченной работе о Рустике» изданы относящиеся к предмету его предполагавшейся докторской диссертации о диаконе Рустике письмо И. Е. Троицкому от 1896 г. и записки, одна написанная в конце 1883 или начале 1884, другая после 1890 г. Хр. Чт. 1907,1, № 3, 380-381. Часть второй записки была напечатана в французском переводе в некрологе В. В. Болотова в Internationale Theologische Zeitschrift (=Revue intern, de Theologie), № 31, 1900, S. 43 (cp. также Христ. Чт. 1900, II, № 8, 316-317). В отдельном оттиске эти документы соединены с упомянутым выше «Списком статей и заметок, напечатанных в «Церк. Вестнике» и «Христ. Чтении» от 1880 до 1893 г., с замечаниями ad instar retractationum» (Хр. Чт. 1907,1, № 2, 250-263) (26 стр.).

15) В «Прибавлениях к Церковным Ведомостям» за 1906 г. помещена записка В. В. Болотова по некоторым вопросам из истории церковной организации в древности, носящая в подлиннике лишь неопределенное заглавие «Очерк» и разделенная при напечатании на три статьи с особыми заглавиями: α) «Епархии в древней Церкви», № 3, стр. 99-105 (98-99-предисловие редакции); β) «Хорепископы и периодевты», № 4, 149-154; γ) «Остатки древнего церковного сирского чина постановления в церковные степени», № 10, 486-492.

В) Некоторые из статей и заметок В. В. Болотова разного содержания выходят за пределы указанных рубрик, касаясь, напр., вопросов из области библейской истории и экзегетики, или по крайней мере с большим удобством могут быть выделены в особую группу, относясь к области вспомогательных для истории наук, филологии, хронологии, метрологии.

1) «Валтасар и Дарий Мидянин. Опыт решения экзегетической проблемы. С двумя приложениями: А. Antedatirung или Postdatirung? Спорный вопрос в вавилонской хронологии. Б. Имя «Астиаг». Хр. Чт. 1896, II, № 9-10, 279-341 (и отдельно).

2) «Приложение II» в соч. А. П. Рождественского: «Откровение Даниилу о семидесяти седьминах. Спб. 1896», по

846

 

 

вопросу о том, как думал св. Ипполит римский о продолжительности общественного служения Господа И. Христа, стр. 271-274.

3)    Примечание относительно коптских переводов откровения о седьминах (в дополнение к переводу с коптского в упомянутом сочинении). Хр. Чт. 1896, II, №7-8,143-145 (в отдельном оттиске сброшюровано вместе с заметкой о книге Лаухерта, III Б 8).

4) «Замены понятия ἵλεως в восточных языках. Письмо к свящ. М. И. Орлову» (4 января 1897 г.). Хр. Чт. 1897, I, № 4, 633-641 (также отдельно, вместе с статьей М. И. Орлова: «Понятие милости. Богословско-филологический опыт разграничения λεεῖν и ἱλάσκεσθαι»).

5) Ученые заметки и письма проф. В. В. Болотова, относящиеся к сношениям его с комиссией по переводу богослужебных книг на финский язык. Хр. Чт. 1906, I, № 3, 379-390, № 5, 671-696 (отд. оттиск 37 стр.).

6) Отзыв о богословских ученых трудах проф. прот. С. А. Соллертинского: «О мученической кончине св. Иоанна Предтечи» [в Хр. Чт. 1886, I], «Объяснение Мф. V, 22; V. 38-42; VII, 1; Лук. VI, 37 у гр. Толстого» [в Хр. Чт. 1887, I]; «Пастырство Христа Спасителя. Спб. 1896». Журн. Совета Академии 1899/1900, 43-55 (и отдел. оттиск).

7) В «Постановлениях» и «Журналах заседаний комиссии по вопросу о реформе календаря при Русском Астрономическом обществе» (3 мая 1899-21 февраля 1900) помещено, кроме устных разъяснений и справок по разным отдельным вопросам (стр. 10, 11, 13-14, 14-15, 20, 21, 24, 25, 28-29; ср. особенно 17-19: против мнения, будто в Византии еще в XIV в. предпринимались попытки реформы календаря), α) особое мнение В. В. против отмены юлианского календаря, стр. 33-34 (как приложение к журналу 8 заседания комиссии). Затем в «Приложениях» к Журналам заседаний комиссии (с особым счетом страниц) напечатаны: β) сообщение по вопросу о годе Рождества Христова, как начале эры (Прилож. II, к 2 заседанию 17 мая, представляет письменное изложение того, что было сказано устно на этом заседании, написанное В. В. Болотовым по заявленному 22 ноября пожеланию Д. И. Менделеева) стр. 7-18. γ) Сообщение по вопросу о начале (первом дне) года (Прилож. IV, к 5 засед. 1 ноября) (27-30). δ) Доклад по вопросу

847

 

 

о времени празднования пасхи (Прилож. V, к 3 засед. 31 мая), 31-491).

8) Заметки о метрологических терминах (καρλίον и ταόμενον) в приложении к очерку проф. И. С. Пальмова «Новые данные к истории охридской архиепископии ХVI, XVII и XVIII вв.» в «Славянском Обозрении». Спб. 1894, стр. 232-235 (в отд. оттиске 38-41).

9) Под заглавием: «Заметки о селе Кравотыни» напечатана в Хр. Чт. 1910, I, 527-640, найденная в бумагах В. В. статья о его родном селе (географическое положение, орфография — Кравотынь или Кровотынь, клир села Кравотыни за прежнее время), написанная не раньше 1895 г.

IV) Лекции по истории древней церкви. I. Введение в церковную историю. Спб. 1907. II. История церкви в период до Константина В. Спб. 1910. Посмертное издание под редакцией проф. А. Бриллиантова (печаталось как приложепие к Христ. Чтению за 1907 и 1908—1910 г.г.).

Из поименованных выше трудов по смерти В. В. Болотова напечатаны: III А а 5, 6, 7, III А б 4, часть III А в 3, III А г, III Б 9, 12, 13, 14, 15, III В 5, 6, 9, IV.

Ненапечатанными доселе остаются из разных записок, отзывов и трактатов:

1) Русский текст «Тезисов о Filioque» и рефераты, помещенные в приложениях к журналам старокатолической комиссии2).

2) Записки, находящиеся в деле о воссоединении несториан3).

3) Записка в деле Св. Синода о реформе календаря (в архиве Св. Синода) и отчет В. В. об участии его в деятельности комиссии при Русском Астрономическом Обществе по реформе календаря, представленный К. П. Победо-

________________________

1) Постановление комиссии о составлении резюме всех трудов ее и о переводе на французский язык для рассылки всем ученым обществам русским и иностранным (журнал 7 заседания 13 декабря, стр. 29), осталось, по-видимому, невыполненным. Как сообщается в F. Wislicenus, Der Kalender. (Aus Natur und Geisteswelt. Sammlung wiesenschaftlich-gemeinverständlichen Darstellungen. 69. Bändchen). Leipzig 1905, S. 23, постановления комиссии и протоколы напечатаны в немецком переводе в Richters Kalender für Riga auf das Jahr 1901.

2) Cp. выше, Христ. Чт. 1910, I, 584-585.

3) Cp. выше, 586.

848

 

 

носцеву (в бумагах К. П. Победоносцева в архиве Канцелярии обер-прокурора Св. Синода)1).

4) Отзыв о брошюре «Св. Писание на языках вселенной»2).

5) Отзыв о коптском Евхологии, поднесенном Государю Императору коптом Михаилом Ханна3)

6) Отзыв об ученых трудах проф. Н. И. Барсова, представленных на соискание степени доктора богословия («История первобытной христианской (до 4-го века). Спб. 1886»)4).

7) Отзыв о сочинении проф. Н. В. Покровского «Евангелие в памятниках иконографии преимущественно византийской и русской. Спб. 1892»5).

8) Трактат по метрологии или, может быть, часть не окончательно обработанного трактата, без особого заглавия (по поводу сочинения Епифания кипрского Περὶ μέτρων καὶ σταθμῶν) (в оставшихся после В. В. бумагах).

Не напечатаны большею частью и многочисленные (V) письма В. В. к разным лицам, иногда весьма обширные по объему и представляющие также целые ученые трактаты. Изданы из них лишь немногие. В «Тверск. Епарх. Ведом.» 1899, № 12, 327-328, помещено письмо прот. Г. П. Первухину; там же 1900, № 11, 363-282, в некрологе В. В. Болотова, напечатано отдельными частями весьма важное по содержащимся в нем автобиографическим сведениям письмо свящ. А. П. Флоренскому, писанное из Пернова летом 1897 г. и помеченное 21 июля-3 августа. М. В. Рубцов в своем биографическом очерке пользуется, кроме этих писем, также письмами В. В., адресованными к нему самому, письмами к матери, к М. А. Рязанцеву и приводит из них немало извлечений; у него же упоминается о переписке В. В. Болотова с прот. В. П. Успенским († 28 декабря 1894 г.) по вопросам местной осташковской археологии6). Им же сообщено письмо, напечатанное в «Церк. Вестн.» 1901, № 33, 1069-1070 (с сравнительной характеристикой проф. И. Е. Троицкого и И. В. Чельцова). В

__________________________

1) Ср. выше, 588-589.

2) Ср. выше, 584.

3) Ср. выше, 590. Можно думать, что этот отзыв, равно и предыдущий, также будут найдены в бумагах К. П. Победоносцева.

4) Ср. выше, 574.

5) Ср. выше, 574.

6) Стр. 14.

849

 

 

«Христ. Чт.» были напечатаны письма М. И. Орлову (ср. выше III В 4), о. С. Окулову (III В 5) и И. Е. Троицкому (III Б 14, имеется еще до 15 писем). Ср. также у Уберского, «Христ. Чт.» 1903,1, 839 (=19), И. А. Уберскому; 840-842 (=20-22), А. П. Дьяконову; у прот. Η. Е. Дроздова, «Спб. Дух. Вестник», 1901, № 15, 173, и «Прибавления к Церк. Ведомостям, 1910, № 14, 668-670 (два письма). В «Отчетах о заседаниях Имп. Общества Любителей древней письменности в 1897-1898 г.г. (Спб.] 1898». Приложение, стр. 22, примеч., помещено извлечение из письма Б. А. Тураеву 1897 г. ноября 26, о календарной части описанной Б. А. Тураевым эфиопской рукописи № 4046 QCCX библиотеки Общества. В «Автобиографических записках» Саввы, архиеп. тверского, т. IX, 259—260 (Богословский Вестник 1910, март), напечатано письмо от 24 июня 1892 г. архиеп. Савве (по случаю посещения Саввою 28 мая села Кравотыни и разговора его с матерью В. В.).

Адресатами В. В. Болотова, кроме указанных лиц, между прочим, являются: митроп. спб. Антоний (письма, напр., по делам старокатолической комиссии, письмо об ареопагитских творениях), прот. Π. Н. Белюстин, Η. Н. Глубоковский, И. Е. Евсеев, В. 3. Завитневич (более или менее регулярная переписка), П. В. Кедринский (1895 окт. 29, об отсутствии оснований сомневаться в историческом существовании св. Павла исповедника, епископа никейского, память которого празднуется 10 сентября), Η. М. Коркунов (О термине καθολικὴ κκλησία), проф. А. П. Лебедев, свящ. Д. А. Лебедев (весьма обширная переписка), И. С. Пальмов, И. В. Помяловский (4 письма: 1892 окт. 13 и 30, ноябр. 15, 1893 дек. 9, хранятся в Импер. Публ. Библиотеке: письмо 1892 ноябр. 15 заключает подробные рассуждения по вопросу о русской транскрипции или точнее, по В. В., транссонации иностранных слов), А. П. Рождественский, А. В. Розов, А. И. Садов, Н. И. Троицкий (о значении имени Варсонофий). Н. В. Шляков.

Из оставшихся в бумагах В. В. Болотова черновых набросков, частью из написанных уже набело, но не пошедших в дело отдельных листков, видно, что он писал письма и к западноевропейским ученым на немецком языке. Но всегда ли были эти письма отправляемы по адресу, неизвестно. По рассказу его самого, он предлагал не-

850

 

 

когда Вюстенфельду составленный им указатель к вышедшей части коптскаго синаксаря (Synaxarium der coptischen Christen, übers, v. F. Wüstenfeld. Göttingen 1879), но получил от него ответ, что воспользоваться этим указателем для печати не придется, так как издание по независящим от самого немецкого ученого причинам не будет продолжено. В бумагах его сохранилось начало письма его от 10/22 апреля 1885 г. к Land’y по поводу выраженного им в его Anecdota Syriaca, t. IV (1876) мнения о диалекте в Fragmenta Syro-Palaestina, как языке потомков удалившихся в Пеллу христиан. По поводу появления второго издания Regesta pontificnm romanorum (t. I, 1885) под редакцией Wattenbach’a в обработке Loewenfeld’a, Kaltenbrunner’a и Ewald’a, он, как можно заключать по черновому наброску, обратился, или намеревался обратиться, вероятно к Wattenbaсh’y, с письмом, где указывал на необходимость приложения сравнительного указателя папских писем по старым изданиям и желательность напечатания его отдельной книжкой, и прилагал свой опыт подобного указателя для писем Льва В. В 1888 г. или вскоре после этого года, получив от французского ориенталиста René Basset некоторые его произведения, он послал ему свои эфиопские этюды, и вместе с тем написал для него (но неизвестно, отправил ли их, или нет) длинный ряд замечаний, составляющих целое обширное исследование, на немецком языке, по поводу изданной Basset эфиопской хроники в его книге Études sur l’histoire d’Ethiopie. Paris 1882 (замечания приготовлены к печати Б. А. Тураевым). От другого французского ориенталиста Zotenberg’a он также получил его труды в предшествовавшем году. Было уже упомянуто о письме его проф. Schwartz’y (в Ростоке) 23марта 1891 г. Когда вышло издание Н. lzer’a Leontios’ von Neapolis Leben des Heil. Johannes des Barmherzigen, Erzbischofs von Alexandrien. Fr. i. B. u. Leipzig 1893, с ученым комментарием издателя, он написал с целью послать Гельцеру ряд замечаний на его ценный труд. Переписку, касавшуюся не только лишь заказов на книги, вел он с лейпцигским книгопродавцем и издателем Harrassowitz’ом, своим поставщиком, исполняя иногда просьбы его о разных справках (напр. о петербургском сирийском кодексе церковной истории Евсевия для издания Р. Bedjan’a).

851

 

 

Более или менее полная биография и характеристика В. В. Болотова возможна лишь на основании полного собрания его писем.

__________________

Памяти В. В. Болотова посвящен был после его смерти весь № 16 «Церковного Вестника» за 1900 г., ст. 489-528, вышедший также отдельною брошюрою: «Венок на могилу в Бозе почившего ординарного профессора Спб. Духовной Академии, доктора церковной истории, Василия Васильевича Болотова (1 января 1854 г. † 5 апреля 1900 гг.). Спб. 1900» (с портретом, 4 + 72 стр.). Здесь помещены: некролог его, написанный проф. И. Н. Жуковичем: «Памяти проф. В. В. Болотова» (491-498 = отд. изд. 9-21); «Перечень статей В. В. Болотова, помещенных в академических журналах» А. П. Рождественского (498-500=22-26); «Последние дни и минуты жизни проф. В. В. Болотова» И. С. Пальмова (501-503=27-30); «Погребение проф. В. В. Болотова» П. Н. Жуковича (503-505=31-35); речи, перечисленные выше (506-525 = 36-71): телеграммы (525=1, 7-8); речь митр. Антония в академической церкви 11 апреля (526-528=3-6). Затем были напечатаны некрологи, Н. В. Малицкого в «Владимирских Епарх. Ведомостях» 1900, № 10; Б. Μ. Мелиоранского в «Визант. Временнике» 1900, т. VII, вып. 4, 614-620; анонима в «Тверских Епарх. Ведом». 1900, № 11, 263-282; В. С. Соловьева в «Вестнике Европы» 1900, июль, 416-418; Б. А. Тураева в «Журн. Минист. Нар. Просвещения» 1900, октябрь, 81-101. Ср. также воспоминания [А. В. Половцева] об участии В. В. Болотова в комиссии по реформе календаря в «Московских Ведомостях» 1900, апр. 28, № 116: «Памяти проф. В. В. Болотова» (извлечения в «Тверских Епарх. Ведом.» 1900, № 11, 276-278, и более сокращенно у Рубцова в биографическом очерке, 69-70).

Обстоятельную биографию В. В., составленную на основании личных воспоминаний и сообщенных другими сведений и на основании писем В. В·, дал М. В. Рубцов: «Василий Васильевич Болотов. (Биографический очерк). (С приложением двух портретов: Вас. Вас. и его матери и двух факсимиле)». М. Рубцова. (Издание Тверской Ученой Архивной Комиссии). Тверь 1900“. (III+129 стр.). Содержание очерка: I. Родители Василия Васильевича, детство его и воспитание (4-9). II. Осташковское духовной училище (9-16). III. Тверская духовная Семинария начала семидесятых годов (16-48). IV. Василий Васильевич — студент С.-Петербургской духовной Академии (48-55). V. Василий Васильевич — профессор и ученый (56-74). VI. Василий Васильевич — в частной жизни (75-96). VII. Болезнь Василия Васильевича, последние дни его жизни и кончина (97-105). В конце очерка, в приложении, напечатано сочинение В. В. Болотова, по церковной истории, писанное им в VI классе семинарии: «Аналогия истории распространения христианства в России с историею распространения христианства в Римской империи» (106-128, ср. 29, прим. 2). Особый интерес и значение очерк имеет в главах, посвящен-

852

 

 

ных времени детства В. В. и обучения его в духовном училище и семинарии, также изображению частной жизни его (именно — в каникулярное время в Кравотыни), но содержит также много весьма важных документов и данных и для других периодов и сторон жизни и деятельности В. В. О детстве В. В. на основании личных воспоминаний подробные сведения сообщает прот. П. Н. Белюстин: «Из воспоминаний о детстве покойного профессора В. В. Болотова». «Христ. Чтение» 1900, II, № 8, 278-297. Некоторые данные о раннем детстве В. В. приводит Д. А. Лебедев: «Воспоминания о В. В. Болотове, профессоре Петербургской духовной Академии. Тверь 1901. (Читано в заседании тверской ученой архивной комиссии 21-го февраля 1901 г.)» (8 страниц). Ср. также в статье Д. Дубакина «Школьные ученические журналы» в «Прибавлениях к Церковным Ведомостям» 1909, № 81, стр. 1425-1427. Воспоминания, между прочим, о времени студенчества В. В. в петербургской Академии содержатся в статье прот. П. Дроздова: «К годовщине смерти В. В. Болотова», в «С.-Петербургском Духовном Вестнике» 1901, № 15, 171-173. Ср. его же: «Памяти проф. В. В. Болотова», в «Прибавлениях к Церковным Ведомостям», 1910, № 14, 666-610.

О В. В. Болотове как ученом, в особенности нужно отметить упомянутый выше некролог, написанный Б. А. Тураевым и дающий обозрение и оценку трудов В. В. в излюбленной им области — истории восточных церквей. А. Бриллиантов: «К характеристике ученой деятельности проф. В. В. Болотова, как церковного историка», в «Христ. Чтении» 1901, I, №4, 467-497 (с портретом), также отдельно (33 стр.); ср. также речь при открытии памятника И. Е. Троицкому и В. В. Болотову в «Церк. Вестнике» 1903, № 14, 525-528. Об участии В. В. Болотова во внутренней жизни Академии подробно говорит И. А. Уберский: «Памяти проф. В. В. Болотова» в «Христ. Чтении» 1903, I, № 6, 821-849, II, № 7, 3-26, № 9, 265-277, № 10, 399-406 (с портретом), также отдельно (72 стр.) (с многими извлечениями из ненапечатанных документов академического Архива). Слишком общим характером отличается брошюра свящ. Д. Якшича: «Взгляд профессора В. В. Болотова на старо-католицизм и римско-католицизм. Спб. 1903» (10 стр.). — По случаю десятилетней годовщины со дня смерти В. В. посвящены его памяти статьи — иеромонаха Анатолия: «Памяти профессора В. В. Болотова. (По поводу десятилетия со дня его смерти 5 апреля 1900г.)», в «Трудах Киевской Духовной Академии» 1910, апрель, 556-576 (начало статьи), А. И. Архангельского: «В. В. Болотов. (К 10-летию со дня его смерти», в «Светоче» (приложение к журналу «Русский Паломник») 1910, кн. 4 (апрель), 386-390, и упомянутая выше прот. Н. Дроздова в «Прибавл. к Церк. Ведом.» 1910, № 14.

Из статей о В. В. Болотове, помещенных в разных словарях, напечатанная еще при жизни В. В. статья В. С. Соловьева в издании С. Венгерова «Критико-биографический словарь русских писателей и ученых». Т. V. Спб. 1897, стр. 122-130, посвящена собственно почти вся диссертации В. В. об Оригене и философской

853

 

 

стороне учения Оригена о Св. Троице. Биографический очерк общего характера анонимного автора дан в «Православной богословской энциклопедии» изд. под редакцией проф. А. II. Лопухина. Т. II. Спб. 1901, 930-936. Анонимный также очерк (извлечения из некролога, написанного П. Н. Жуковичем) дается у Брокгауза-Эфрона в «Энциклоп. Словаре». Дополнит. том I. Спб. 1905, 294-295. [В «Русском биографическом словаре» Спб. 1908 (Бетанкур-Бякетер) нет биографии В. В. Болотова].

О магистерской диссертации В. В. Болотова об учении Оригена о Св. Троице помещена была очень краткая, но притязательная и несправедливая в разных отношениях библиографическая заметка К. К. [Арсеньева, по В. С. Соловьеву, 1. с. 122] в «Вестнике Европы» 1880, т. II, № 3, 338-339. О первом выпуске посмертного издания лекций: проф. И. А. Бродович в «Трудах Киевской духовной Академии» 1908,I, № 1, 139-142; проф. А. А. Спасский в «Богословском Вестнике» 1908, II, № 5, 110-140 (ср. А. Бриллиантов, «К вопросу о бенедиктинских изданиях творений св. отцов», в «Христ. Чтении» 1908, II, 1365-1378).

В иностранной литературе на немецком языке имеется краткий очерк о В. В. и его ученых трудах Ν. Вonwetsch’a «Ein gelehrter russischer Theologe» в «Neue kirchliche Zeitschrift», herausgeg. von W. Engelhardt. 1907 (XVIII Jahrgang), Heft 4, S. 536-547. Очерк составлен в большей части на основании «Списка» трудов самого В. В., напечатанного в «Христ. Чтен» 1907. № 2; автору известен также «Венок на могилу проф. В. В. Болотова», и очерки А. Бриллиантова «К характеристике ученой деятельности проф. В. В. Болотова» 1901, и И. Уберского «Памяти проф. В. В. Болотова» 1903; имел он возможность познакомиться и с большею частью сочинений самого В. В., которые были присланы ему проф. Н. Н. Глубоковским. На французском языке был помещен в свое время краткий анонимный некролог в старокатолическом журнале Revue Internationale de Théologie, 1900, № 31, p. 43. Краткие биографические сведения сообщает А. Palmieri в А. Vacant “Dictionnaire de theologie catholique”, continué par E. Mangenot. T. H (fascic. XII, 1904), col. 951-952. Его же краткие заметки об издании лекций В. В. Болотова в «Revue dhistoire écсlésiastique» 1907, № 2, 465; 1908, № 2, 459. На английском языке Н. В. Opловым сообщены были сведения о В. В. в «The Journal of Theological Studies», 1901, April (Vol. II, № 7), p. 417-420, и в “Review of Reviews” ed. by W. T. Stead, 1901, May 15, p. 4421).

А. Бриллиантов.

___________________________

1) В предыдущей книжке «Христ. Чт.» (май-июнь) на 564 стр. 23 строка сверху вместо «363r» нужно читать «364v», на 569 стр. 12 строка сверху вместо «не мало не» — «не мало», на 570 стр. 10 строка снизу вместо «март5» — «апрель5)», на 575 стр. 9-10 строка сверху вместо «нравственные мировоззрения» — «нравственное мировоззрение».

854

 

 


Страница сгенерирована за 0.42 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.