Поиск авторов по алфавиту

Автор:Лебедев Д. А., священник

Лебедев Д. А., свящ. Из эпохи арианских споров. Павлин и Зинон, епископы тирские

Разбивка страниц настоящей электронной статьи соответствует оригиналу.

 

 

 

ОТДЪЛЪ I.

свящ. Дмитрий Лебедев

 

Из эпохи арианских споров.

Павлин и Зинон, епископы тирские.
I.

В начале арианского спора довольно видную роль в числе восточных покровителей Ария играл Павлин, епископ тирский. Первое время он видимо несколько колебался принять под свою защиту Ария, быть может потому, что ему — не лукианисту, а только левому оригенисту по своему догматическому направлению — кое-что казалось подозрительным в догматической системе Ария, даже и в том смягченном виде, в каком александрийский пресвитер излагал ее в письмах к своим восточным покровителям. Поэтому „великий“ Евсевий никомидийский вынужден был обратиться к нему с особым письмом, в котором убеждал его примером Евсевия кесарийского прервать молчание и написать Александру александрийскому — в защиту Ария, и выражал надежду, что, если такой муж, как Павлин, напишет Александру, то он „обратит“ его

Но сам Арий в своем письме к Евсевию никомидийскому в числе восточных епископов, которые вместе с ним „говорили, что Бог [Отец] безначально предшествует Сыну“, и вместе с ним подвергнуты Александром александрийским анафеме, называет на 3-м месте (в числе 6-и названных по именам) и Павлина2).

1) Письмо Евсевия никомидийского к Павлину тирскому: Οὔτε ἡ τοῦ δεοπότου μου Εὐοεβὶον — сохранилось у Феодорита, hist, eccles. I, 6.

2) Theodoret. h. e. I, 5: Ἀρείου ἐπιστολὴ πρὸς Εὐσέβιον τὸν Νικομήδειας ἐπίσκοπον: „Του πατρός μου Ἀμμονίου“; p. 21 Α: καὶ ἐπειδὴ Εὐσέβιος ὁ ἀδελφός σου

1

 

2

Писал ли Павлин тирский, как того хотел Евсевий никомидийский, Александру александрийскому, об этом до нас не дошло прямых сведений. Но Маркелл анкирский упоминает письмо Павлина, в котором последний ссылался на Оригена, и Швартц считает, „по меньшей мере вероятным“ zum Mindesten wahrscheinlich, что это и есть то самое письмо к Александру, которым Павлин исполнил просьбу „великого Евсевия“ Бесспорно, однако, что престарелый александрийский папа остался непреклонным в своих убеждениях, и старания друзей Ария помирить его с своим епископом не увенчались успехом. — Но, что и Павлин тирский принимал потом весьма деятельное участие в покровительстве Арию и его сообщникам, это не подлежит никакому сомнению.

Вместе с Евсевием кесарийским и Патрофилом скифопольским, Павлин был одним из главных деятелей того палестинского собора, который по просьбе Ария предоставил ему и его последователям право иметь свои богослужебные собрания в Александрии, как они делали их раньше, хотя и быть в подчинении у Александра и постоянно молиться о том, чтобы удостоиться мира и общения с ним2).

В заимствованном из Συναγωγὴ συνόδων Савина ираклийского сообщении об этом соборе у историка Созомена имя Павлина тирского стоит на первом месте; следовательно, он

ὁ ἐν Καισαρείᾳ καὶ Θεόδοτος καὶ Παυλῖνος καὶ Ἀθανάσιος καὶ Γρηγόριος καὶ Ἀέτιος, καὶ πάντες οἱ κατὰ ὴ λέγουσιν ὅτι προϋπάρχει ὁ Θεὸς τοῦ Υἱοῦ ἀνάρχως ἀνάθεμα ἐγένοντο. — — —. Пояснение Феодорита (D): Τούτων τῶν ὑπὸ τούτου καταλεχθέντων, Εὐσέβιος μὴν Καισαρείας ἐπίσκοπος ἦν, Θεόδοτος δὲ Λαοδικείας, Τύρου δὲ Παυλῖνος, Ἀνὰζαρβοῦ δὲ Ἀθανάσιος, καὶ Γρηγόριος Βηρυτοῦ∙ Ἀέτιος δὲ Λύδδων. Λύδδα δὲ ἐστιν ἡ νῦν καλούμενη Διόσπολις.

1) Euseb. c. Marcel. ΙἈ, 17 (ниже стр. 7 в прим. 1). Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius VI. S. 262.

2) Sozomen. h. e. I, 55 pp. 32—33 (Migne, S. G. t. 67. col. 908) [по Савину] Ὡς δὲ οὐδὲν ἧττον παρὰ γνώμην αὐτοῖς ἐχώρει ἡ σπουδή [попытка вифинского собора помирить Александра с Арием], Ἀλεξάνδρου μὴ εἴκοντος, πρεσβεύεται ὁ Ἄρειος πρὸς Παυλῖνον τοῦ Τύρου ἐπίσκοπον, καὶ Εὐσέβιον τὸν Παμφίλου, ἐπιτροπεύοντα τὴν Ἐκκλησίαν τῆς ἐν Παλαιστίνῃ Καισαρείας, καὶ Πατρόφιλον τὸν Σκυθοπόλεως∙ καὶ ἐξαιτεῖ ἅμα τοῖς ἀμφ’ αὐτὸν ἐπιτραπῆναι ἐκκλησιάζειν τὸν μετ’ αὐτῶν λαόν, ὡς πρότερον τὴν τῶν πρεσβυτέρων τάξιν ἐπέχοντας. Εἶναι γὰρ ἐν Ἀλεξανδρεία ἔθος, καθάπερ καὶ νῦν, ἑνός ὄντος τοῦ κατὰ πάντων ἐπισκόπου, πρεσβυτέρους ἰδιᾳ τὰς ἐκκλησίας κατέχειν, καὶ τὸν ἐν αὐταῖς λαὸν συνάγειν [cp. Epiph. haer. 69, 2]. Οἱ δὲ καὶ ἄλλοις ἐπισκόποις ἐν Παλαιστίνῃ σινελθόντες ἐψηφίσαντο τῇ Ἀρείου αἰτήσει, παρακελευσάμενοι συνάγειν μὲν αὐτοὺς ὡς πρότερον∙ ὑποτετάχθαι δὲ Ἀλεξάνδρῳ, καὶ ἀντιβολεῖν ἀεὶ τῆς πρὸς αὐτὸν εἰρήνης καὶ κοινωνίας μετέχειν.

 

 

3

едва-ли не был преседателем этого собора, хотя самый собор, по всей вероятности, собрался в Кесарии палестинской, и его естественным председателем был бы митрополит Кесарии — Евсевий. Но сам Евсевий относился к Павлину с таким высоким уважением, что было вполне естественно, если он уступил ему первое место на этом соборе.

Трех вождей этого палестинского собора: Павлина, Евсевия, и Патрофила, нужно думать, имеет в виду и св. Александр александрийский, когда в своем обширном послании к „единодушному“ и соименному ему епископу фессалоникскому говорит о „поставленных в Сирии трех епископах“, которые соглашались с Арием и его сообщниками и тем „подогревали их на худшее“1).

1) Theodoret. I, 4. Vales, р. 15 С. καὶ οὐκ οἶδ’ ὅπως ἐν Συρίᾳ χειροτονηθέντες ἐπίσκοποι τρεῖς διὰ τοῦ συναινεῖν ἀντοῖς, ἐπὶ τὸ χεῖρον ὑπεκκαίουσι, περὶ ὧν κρίσις ὑπανακείσθω τῇ ὑμετέρᾳ δοκιμασίᾳ. — Валуа (Valesius) в примечании к Theodoret. I, 4 Annotationes р. 7а С, предполагал, что под этими „тремя епископами“ у св. Александра разумеются: Евсевий кесарийский, Феодот Лаодикийский и Павлин тирский, на которых ссылается Арий в письме к Евсевию, Theodoret I, 5 (выше стр. 1 прим. 2). Intelligit Eusebium Caesareae Episcopum Theodotum Laodiceae et Paulinum Tyri. Hos enim anathemate damnatos fuisse ab Alexandro Alexandriae Episcopo testatur Arius in Epistola ad Eusebium Nicomediensem Episcopum. — Но уже Тилльмон совершенно справедливо заметил, что в этом письме Арий кроме упомянутых трех ссылается еще и на Афанасия аназарвского, Аетия лиддского и Григория виритского и всех вообще восточных епископов. Le Nain de Tillemont, Mémoires pour servir à l’histoire ecclésiastique, t. VI. S. Alexandre. Note VI p. 736. Mais cette lettre parle tout de mesme d’Athanase, de Grégoire, d’Aece, et de tous les autres de l’Orient en général. Ainsi il semble que les trois Évêques marquez par S. Alexandre, sont plustost, Eusèbe de Cesarée, Paulin de Tyr, et Patrophile de Scythople, que Sozomene dit avoir permit à Arius de tenir les assemblées schismatiques: et c’est ce que le Mr Hermiant a jugé la plus probable. Это предположение Тилльмона в новейшее время разделяют те два ученые, которым наука более всего обязана правильной установкой общего хода событий истории начала арианского спора: Р. Snellmann, Der Anfang des arianischen Streites. Helsingfors 1904, SS. 95—96 [S. 96. Man kann nicht umhin diese zwei Angaben (Theodoret. НЕ I, 4 S. 21 u. Sozom. НЕ I, 15 S. 76 ff.) zu vereinigen und somit die drei ungenannten bei Alexander mit den ausdrücklich dem Namen nach bei Sozomenus Erwähnten zu identifizieren] и Eduard Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mittheilung VI, Nachrichten von der Königlichen Gesellschaft der Wissenschaften zu Göttingen. Philologisch-historische Klasse. 1905. Heft 3, S. 291, Anm. 1: Sozom. 1, 15u, mit dem die Stelle in Nr. 15 [в 15 документе по истории начала арианского спора по счету Швартца, т. е. в послании Ἡ φίλαρχος] über die syrischen Bischöfe [Theodoret I, 437] längst combinirt ist. —Mittheilung VII, Nachrichten 1908, Heft 3, S. 349 [против Гарнака] Wer jene drei Bischöfe sind, steht schon in dem Fundamentalwerk zu lesen, dass jeder ernsthaft zu nehmende Forscher zunächst nachschlägt, in den Mémoires pour ser-

 

 

4

С догматическим направлением Павлина знакомят нас несколько — только, сохранившиеся у Евсевия, сообщения Маркелла анкирского. По его словам, Павлин, один из „муд-

vir à l’histoire ecclésiastique des alten Lenain de Tillemont [t. VI, p. 7346]: Paulinus von Tyrus, Euseb von Caesarea und Patrophilus von Skythopolis. — До 1905 года, до выхода в свет VІ-го Mittheilung „К истории Афанасия“ Э. Швартца, такое отождествление представлялось даже единственно возможным: ни о каких других „трех епископах“- покровителях Ария в Сирии история ничего не знала. Догадка Валуа несостоятельна потому, что он произвольно выбирает 3 имени из 6-и, упомянутых у Ария. Тот факт, что из упоминаемых у Созомена трех епископов не было ни одного из собственной Сирии (Килисирия, Syria Coeles), а один (Павлин) был из Финикии и другие двое из Палестины, не возбуждает сомнения, так как и Финикия и Палестина входили в состав Сирии в широком смысле слова, в смысле диоцеза Востока, почему св. Александр александрийский и в конце того же послания Ἡ φίλαρχος, перечисляя провинции, епископы которых подписали его τόμος, называет только Сирию, и не говорит о Финикии и Палестине, хотя в Палестине у него было больше сторонников, чем в самой Сирии. — Но в открытом Швартцем послании антиохийского собора 324 года к Александру фессалоникскому [см. о нем мою статью: „Антиохийский собор 324 года и его послание к Александру, епископу фессалоникскому“ в Христианском чтении за 1911-й год, июль-август и сентябрь, стр. 831—858; 1008—1023] упоминаются другие три восточных епископа — арианского образа мыслей, из которых только один Евсевий кесарийский присутствовал и на палестинском соборе, Sсhwаrtz VI, S. 277—278: πάντες τε οἱ συλλειτουργοὶ ταὐτὸ περὶ τούτων ἐφρόνουν, μόνον Θεόδοτος ὁ τῆς τῶν Λαοδικέων καὶ Νάρκισσος ὁ ἀπὸ Χερωνιάδος καὶ Εὐσέβιος ὁ ἀπὸ Καισαρείας τῆς Παλαιστίνης — — ὅμως ἐναντία τούτοις εἰσάγοντες ἐφάνησαν. καὶ γὰρ ἐναργῶς ἐξ ὧν ὴρωτὴθησαν καὶ ἠλέγχθησαν ὁμοδοξοῦντες μετ' Ἀρείον καὶ ἐναντία τοῖς προκειμένοις φρονοῦντες. За это собор и подверг их отлучению, дав им однако возможность покаяния и познания истины в виду предстоящего „великого и священного собора в Анкире“. Несмотря на это, Швартц присоединяется к мнению Тилльмона и даже защищает его взгляд против Гарнака. Но А. А. Спасский, История догматических движений в эпоху вселенских соборов. Т. 1-й. Тринитарный вопрос, Сергиев Посад 1906, стр. 153, прим. 2, именно этих трех епископов антиохийского послания и отождествляет с тремя епископами в Ἡ φίλαρχος. „Второе послание Александра александрийского“ — пишет он — „намекает очевидно, на этих епископов: „я не знаю, как это произошло, что рукоположенные в Сирии (?)“ [что значит этот знак вопроса, я затрудняюсь решить] „три епископа приняли их (арианский) образ мыслей“ [так: ср. ДВС, I, 55: „решились принять их образ мыслей и тем самым разожгли в них ревность в распространении своего лжеучения“. Вместо 8-ми слов в греческом, у русских переводчиков получилось 16! И это без всякой надобности. Притом же слово συναινεῖν не значит „принять образ мыслей“, а значит только — Passow, Handwörterbuch der griechischen Sprache, II. Bd., 4. Aufl., Lpz. 1831, S. 1015: mit od. zugleich loben, rühmen, billigen, genehmigen; 2) zustimmen, beistimmen. Св. Александр не думает утверждать, будто эти три епископа сначала были вполне православны, а потом, познакомившись с Арием и его товарищами до отлучению, „приняли их образ мыслей“, стали и сами арианами; а говорит только, что они одобрили учение ариан, т. е. признали его согласным с своим собственным. Ὑπεκκαίουσι в ДВС

 

 

5

рейших отцов“ для софиста Астерия, который называет его „блаженным Павлином“, называл Христа то „вторым Богом“, то „тварью“ и в своем письме (ἐπιστολὴ) [к Алексан-

передано чрез „разожгли“, настоящее время чрез прошедшее, как будто это все равно. На деле время глагола в данном случае очень важно для хронологии событий, а, следовательно, и для понимания хода их и самого смысла]. Theodoret. Η. E. I, 3 (Sirmond = 4 Vales). Это замечание Александра и ввело в заблуждение Snellmann’a, заставившего палестинский собор предшествовать второму посланию [= посланию Ἡ φίλαρχος]. Snellmann в этих трех епископах несправедливо увидел упоминаемых у Созомена трех епископов, присутствовавших на палестинском соборе (Sozom. H. Е. I, 15)“. — Что на стороне Снелльмана в данном случае оказывается и сам Э. Швартц, А. А. Спасскому как будто остается неизвестным. — Так уверенно о „заблуждении“ Снелльманна А. А. Спасский говорит потому, что по его мнению палестинский собор состоялся после того, как Александр александрийский обратился к Александру „византийскому“ с своим „вторым посланием“ Ἡ φίλαρχος. Стр. 149, прим. 3: „Snellmann (S. 115) считал собор в Палестине состоявшимся ранее второго послания Александра, отправленного на имя византийского епископа, и поэтому утверждает, что Арий и его сторонники ко времени составления этого послания возвратились в Александрию. Но Александр ясно отмечает, что Арий, Ахилла и др. были тогда „изгнаны из церкви“ (Theodor[et] Η. E. I, 3)“. — Но и здесь А. А. Спасский опять не замечает, что на стороне Снелльмана оказывается и Швартц: и по его мнению Ἡ φίλαρχος написано уже после того, как ариане возвратились в Александрию и после палестинского собора. Schwartz, VI, SS. 291—292. — В противоположность Спасскому Швартц в самом послании Ἡ φίλαρχος находит указание на то, что оно писано уже по возвращении Ария и его товарищей в Александрию. — В чем же здесь дело?

Св. Александр (‘Η φίλαρχος рр. 9—10) пишет об арианах: Ἄρειος γοῦν καὶ Ἀχιλλᾶς — — — οὐκ ἔτι τῆς ἐκκλησίας ὑποχείριοι μένειν ἐκαρτέρησαν' άλλ’ ἑαντοῖς σπήλαια ληστῶν οἰκοδομήσαντες, ἀδιαλείπτως ἐν αὐτοῖς ποιοῦνται συνόδους [припомним, что именно палестинский собор разрешил арианам делать свои церковные собрания; но св. Александр с своей точки зрения, разумеется, не мог признать таких собраний законными и места их называет „вертепами разбойников“], νύκτωρ τὲ καὶ μεθ’ ἡμέραν ἐν ταῖς κατὰ Χρίστον καὶ ἡμῶν διαβολαῖς ἀσκούμενοι. ――― στάσεις δὲ ἡμῖν καθ’ ἡμέραν καὶ διωγμοὺς ἐπεγείροντες. —―― ἡμεῖς μὲν οὖν ἃ καὶ τῷ βίῳ αὐτῶν καὶ τῇ ἀνοσίῳ ἐπιχειρήσει πρέπει, διὰ τὸ λανθάνειν, βραδέως ἐπιστήσαντες, παμψηφεὶ τῆς προσκννούσης Χρίστον τὴν θεότητα ἐκκλησίας ἐξηλάσαμεν [Эти слова, по-видимому и имеет в виду А. А. Спасский; но 1) речь здесь идет не об изгнании из города, а просто о церковном отлучении. Даже русские переводчики в ДВС I, 43 перевели эти слова: „отлучили их от церкви“. 2) Следует обратить внимание на время глагола: ἐξηλάσαμεν: речь идет здесь о постановлении александрийского собора, низложившего Ария с его сообщниками; но это постановление, с точки зрения св. Александра, оставалось в силе и тогда, когда ариане, в силу постановления палестинского собора, возвратились в Александрию. Но даже и в том случае, если бы ариане искренно покаялись, и сам Александр принял бы их в общение, оставался бы тот бесспорный факт, что раньше они были „изгнаны из церкви“ решением александрийского собора; об этом факте можно было говорить в прошедшем времени, где бы ни находились изгнанники в данную минуту].

 

 

6

дру александрийскому?] ссылался как на своего учителя, на Оригена, и приводил из него такое место, где Ориген доказывал нематериальность рождения Сына. От Маркелла же мы

Ἐπεχείρισαν δὲ περιδρομαῖς χρὡμενοι καθ’ ἡμῶν, παρεκβαίνειν πρὸς τοὺς ὁμόφρονας συλλειτουργούς, σγήματι μὲν εἰρήνης καὶ ἑνώσεως ἀξίωσιν ὑποκρινὸμενοι. — ―― οὐχ ἅπερ γοῦν παρ’ ἡμῖν πονηρῶς ἐδίδαξάν τε καὶ διεπράξαντο, ὁμολογονσιν αὐτοῖς, δι’ ἃ καὶ ἐξὡσθησαν [опять аорист !]. ἀλλ’ ἢ σιωπῇ ταῦτα παραδιδόασιν, ἢ πεπλανημένοις λόγοις καὶ ἐγγράφοις ἐπισκιάζοντες ἀπατῶσιν. — Таким образом в сообщении св. Александра о решении александрийского собора из 100 епископов, осудившего Ария с его сообщниками, А. А. Спасский усмотрел свидетельство о местопребывании Ария cum sociis в то время, когда Александр писал послание Ἡ φίλαρχος, и просмотрел то место в этом послании, из которого видно, что оно было писано уже после кесарийского собора. — То конечно факт, что и о внеегипетской деятельности ариан св. Александр говорит в настоящем времени. Но это, в крайнем случае, можно, вместе с Snellmann’oм, объяснять тем, что ариане не все вернулись в Александрию после палестинского собора, а только часть их; остальные же продолжали агитировать в других церквах (S. 115: einige Freunde des Arius noch im Auslande die Interessen der Partei vertraten). Но, допустим даже, что в Ἡ φίλαρχος сохранились бы ясные указания на то, что ариане еще не вернулись в Александрию; и отсюда еще не следовало бы, что послание это написано раньше палестинского собора: о решении этого собора св. Александр мог и даже должен был узнать раньше возвращения ариан в Александрию. О постановлениях этого собора Евсевий кесарийский конечно известил св. Александра особым посланием, которое и отправил, разумеется, не с Арием или с кем-либо из его сподвижников (от них Александр и не принял бы послания), а вероятно с одним из клириков кесарийской церкви. По всему этому, я думаю, что „заблуждается“ не Snellmann, а сам А. А. Спасский: послание Ἡ φίλαρχος было ответом на решение палестинского собора, а не наоборот. [По моим наблюдениям и вообще чуть ли не во всех тех случаях, где Спасский расходится с Снелльманном, прав Снелльманн, а не Спасский].

Но допустим невероятное, допустим, что в данном случае (в вопросе о времени палестинского собора) А. А. Спасский прав. Но даже и в этом случае его гипотезу о „трех епископах“ нельзя считать вероятною. А. А. Спасский, сам этого не замечая, запутывается в противоречиях. Под „тремя епископами“ в Ἡ φίλαρχος можно бы было разуметь Феодота Лаодикийского, Наркисса нерониадского и Евсевия кесарийского, отлученных от общения антиохийским собором 324 года, только в том случае, если бы можно было доказать, что послание Ἡ φίλαρχος написано после этого антиохийского собора. Ведь отцы этого, собора говорят, что эти три епископа скрывали свои заблуждения, и только на самом соборе выяснился их действительный образ мыслей (καίτοι πολυτρόπως λαθεῖν πειρηθέντες καὶ κατακρύπτειν τὰς πλάνας αὐτῶν πιθανολογίαις οὐκ ἀληθέσιν ὅμως ἐναντία τούτοις εἰσάγοντες ἐφάνησαν). О Наркиссе, как своем единомышленнике, не упоминает сам Арий в письме к Евсевию. — Но, раз Александр говорит только о трех епископах, то нужно думать, что эти трое заявили себя чем-то особенным. Одного сочувствия Арию для этого было недостаточно. Епископов, сочувствовавших Арию и даже заявивших об этом своем сочувствии, на Востоке было не трое, а гораздо больше. Отлучение, наложенное антиохийским собором, могло

 

 

7

узнаем, что Павлин был некогда и в самой Анкире и вел там беседу с Маркеллом1).

бы быть достаточным поводом для упоминания о трех епископах. Это были во всяком случае вполне убежденные сторонники Ария, не испугавшиеся того, что против них оказалось большинство епископов антиохийского округа. Припомним, что Аетий лиддский и Григорий виритский (преемник — по виритской кафедре — „великого“ Евсевия никомидийского!) на этом соборе изменили делу Ария и перешли на сторону его противников. Следовательно, для А. А. Спасского — с точки зрения его гипотезы о трех епископах — необходимо было-бы поставить послание Ἡ φίλαρχος позже не только кесарийского, но и антиохийского собора. На деле же он вслед за Швартцем ставит антиохийский собор после „24“ декабря 324 года [мнимый день кончины Филогония антиохийского], а послание Ἡ φίλαρχος, как и Snellmann, относит ко времени Ликиния. Что это последнее предположение ошибочно, показал B. В. Болотов, Theodoretiana, Superaddendum L (Христ. Чт. 1892, II, 149—154). Но и относить Ἡ φίλαρχος ко времени после антиохийского собора, невозможно. Собор этот состоялся уже после того, как назначен был „великий и священный собор в Анкире“ (перенесенный потом в Никею); в ‘Н φίλαρχος же нет и намека на то, что дело об Арии перенесено будет на суд вселенской церкви. Но ставить ли Ἡ φίλαρχος прежде или после кесарийского собора, остается тот бесспорный факт, что в это время в Палестине и Сирии самыми видными деятелями были те три епископа, о которых говорит Созомен: Павлин тирский [его имя, вероятно, не напрасно стоит на первом месте: это был епископ более уважаемый и влиятельный, чем сам Евсевий кесарийский. Сам А. А. Спасский на стр. 151 называет его — едва ли вполне правильно — „богословскою знаменитостью того времени“], Евсевий кесарийский и Патрофил скифопольский. Они были духовными вождями сторонников Ария на Востоке (Sozom. II, 19), их мнению следовали восточные епископы. Наоборот, отлучение, наложенное антиохийским собором именно, но Феодота, Наркисса и Евсевия, было простою случайностью, которую невозможно было предвидеть заранее. Павлин тирский не попал под это отлучение, по-моему, потому, что уже умер раньше этого антиохийского собора, а Патрофил должно быть намеренно уклонился от участия на этом соборе. Было бы странно, если бы св. Александр александрийский, говоря о трех сирийских покровителях Ария, имел в виду Наркисса и Феодота, и позабыл о Павлине и Патрофиле. В числе покровителей Ария первые в то время ничем особенным не отличались (видным деятелем в рядах евсевиан Наркисс сделался уже после Никейского собора. Ср. В. В. Болотов, Либерий, епископ римский, и сирмийские соборы, стр. 4 [= Хр. Чт. 1891, I, 307], прим. 6), тогда как вторые вместе с Евсевием кесарийским провели на палестинском соборе разрешение низложенным александрийским клирикам делать особые церковные собрания; следовательно, сделали для Ария и его сообщников чуть ли не больше, чем сделал для них сам Евсевий никомидийский. — Поэтому вместе с Тилльмоном, Швартцем и Снелльманом я считаю в самой высокой степени вероятным, что именно этих трех епископов и имеет в виду св. Александр в Ἡ φίλαρχος, а следовательно это послание написано в ответ на постановление кесарие-палестинского собора.

1) Eus. с. Marc. I, 4,17, ed. Gaisford, рр. 43—44 [21]: (слова Маркелла:) Συνηγορῆσαι γὰρ βουληθεὶς [ὁ Ἀστέριος — известный софист, защитник арианства, с которым полемизирует Маркелл в своей книге] τῷ τὴν ἐπιστολὴν

 

 

8

Отсюда ясно, что Павлин был такой же богослов-оригенист левого крыла, как и его друг Евсевий кесарийский и его деятельный сотрудник Патрофил скифопольский, что он при-

κακῶς γράψαντι Εὐσεβίῳ, πρῶτον μὲν οὐ διδασκαλικῶς ἀναπτύξας ἐφ’ ᾗ τὸ δόγμα τὴν ἐπιστολὴν συνέταξεν, οὐ γὰρ πρὸς τὴν ἐκκλησίαν οὐδὲ πρὸς τοὺς ἀγνοοῦντας ἐγίγνετο τό γράμμα ἀλλὰ πρὸς τὸν μακάριον Πανλῖνον, μακάριον αὐτὸν διὰ τοῦτο εἰπών, ὅτι τὴν αὐτὴν εἶχεν Ἀστερίῳ δόξαν. Οὐκοῦν ἐπειδήπερ τοὺς σοφωτάτους πατέρας Ἀστεριου μεμαθήκαμεν [в числе их конечно и блаженный Павлин], ἄκόλουθον ἡγοῦμαι λέγειν, καὶ τὸν Παυλῖνου τε καὶ τῶν ἄλλων γενόμενον διδάσκαλον [этот учитель Павлина и других есть, как видно из дальнейшего, Ориген]. Ἀπὸ γὰρ τῆς Παυλῖνου ἐπιστολῆς [к Александру александрийскому? ср. выше к прим. 1 стр. 2] ὁ κάκείνου διδάσκαλος γεγονὼς εὔδηλος γένοιτ’ ἂν ἡμῖν [слова Евсевия:] Kaὶ μεταξύ τινα εἰπών, τὸν αὐτὸν [Павлина, как видно из дальнейшего] αὖθις διαβάλλει, ὡς οὐχ ὀρθῶς ἀποδεξάμενον τὸν Ὠριγένη, λέγων οὕτως∙ [Маркелл, далее его слова:] Οὐκ εὐαγγελικης ὑπομιμνὴσκων διδασκαλίας ταῦτ’ ἔγραψε Παυλῖνος, ὁμολογῶν δὲ ἐνίους μὲν ἀφ’ ἑαυτῶν οὕτω κινεῖσθαι, ἐνίονς δὲ ἐκ τῶν ἀναγνωσμάτων τῶν προειρημένων ἀνδρῶν τοῦτον ἦχθαι τὸν τρόπον, [продолжение слов Маркелла, не слова Евсевия, как это принято в издании Гэйсфорда] Εἶτα τέλος, ὥσπερ τινὰ κορωνίδα τῆς ἀποδείξεως ἐπάγων, ἐκ τών Ὠριγένους ῥητῶν τῆς ἑαυτοῦ ἐπέγραψεν ἐπιστολης [уже это ,,ἐπιστολῆς“ показывает, что пишет Маркелл о Павлине, не Евсевий о Маркелле: Маркелл написал книгу, а не письмо. И, что особенно важно, Маркелл не стал бы в своей книге ссылаться, как на новый авторитет, κορωνὶς τῆς ἀποδείξεως, на Оригена], ὡς μάλλον πεῖσαι δυναμένου παρὰ τοὺς εὐαγγελιστάς καὶ τοὺς ἀποστόλους. Ἔστι δὲ τὰ ῥητὰ ταῦτα∙ [слова Оригена, цитируемые Павлином:] ὥρα ἐπαναλαβόντα περὶ Πατρός, καὶ Υἱοῦ, καὶ ἁγιου Πνεύματος, ὀλίγα τῶν τότε παραλελειμμένων διεξελθεῖν∙ περὶ Πατρὸς ὡς ἀδιαίρετος ὢν καὶ ἀμέριστος Υἱοῦ γίνεται πατήρ, οὐ προβαλὼν ἀντόν, ὡς οἴονταί τινες. εἰ γὰρ πρόβλημά ἐστιν ὁ Υιός τὸν Πατρὸς, καὶ γεννᾷ μὲν ἐξ αὐτοῦ ὁποῖα τὰ τῶν ζώων γεννήματα, ἀνάγκη σωμα εἶναι τὸν προβάλλοντα καὶ τὸν προβεβλημένον. — Маркелл не привел здесь (в цитуемых Евсевием его словах) ни единой строки из упоминаемого им письма Павлина. Но из приводимой Павлином тирады из Оригена совершенно ясно, в каком духе он высказался. Взято такое место из Оригена, где проводится воззрение особенно симпатичное арианам: нематериальность рождения Сына Божия. А далее (рр. 45—46 [22]) Маркелл упрекает Павлина за то, что он не ссылается на такие места из Оригена, где доказывается вечность рождения Сына. И конечно не даром Астерий называл Павлина „блаженным“, и „отцом*, а сам Евсевий кесарийский „Божиим человеком, поистине треблаженным“. Ясно, что в вопросе об арианах Павлин был на стороне обоих Евсевиев. Но по своему догматическому направлению он был не лукианист, как Евсевий никомидийский, а левый оригенист, как Евсевий кесарийский. По предположению Гуоткина (Gwatkin, р. $4), разделяемому и Гарнаком (Harnack DG. II3, 183 [2184], 1), оба они были учениками Дорофея, пресвитера антиохийского (Eus. h. e. VII, 32, 2—3, S. 717—8).

Несколько ближе с богословскими воззрениями Павлина знакомит нас другое место из цитуемого Евсевием — отчасти буквально — отчасти в перифразе — сочинения Маркелла. Eus. с. Marcel. I. 4, 38, рр. 56—7 (27—8). [слова Маркелла:] Τούτοις δὲ τοῖς ῥητοῖς καὶ ὁ τούτου [Астерия] πατὴρ πειθόμενος Παυλῖνος, ταῦτα λέγειν τε καὶ γράφειν οὐκ ὀκνεῖ, ποτὲ μὲν δεύτερον Θεὸν λέγων τὸν Χριστόν, καὶ τοῦτον ἀνθρωπικώτερον γεγενῆσθαι Θεοῦ [вар. θεὸν, лат. перев.: eumdemque humano more Deum genitum; для меня смысл этой фразы не ясен;

 

 

9

нимал деятельное участие в агитации в пользу Ария, вел диспуты с самыми убежденными его противниками и по-видимому даже предпринимал с этою целью далекие путешествия1).

Но обстоятельства жизни этого выдающегося арианского деятеля известны нам так мало, что до сих пор мнения ученых до противоположности расходятся в вопросе о времени его кончины: дело идет здесь не о точной установке года и месяца, а о решении того основною вопроса: дожил ли Павлин до 325 года и принимал ли он потом участие в интригах евсевиан против виднейших деятелей никейского собора. Если по одним Павлина уже в 325 году не было в живых, то другие думают, что он не только пережил никейский собор, но и был одним из главных деятелей антиохийского собора около 330 года, низложившего св. Евстафия, и первым преемником его на антиохийской кафедре. И такое разнообразие взглядов объясняется конечно не произволом ученых, и не стремлением к оригинальности, а самым состоянием источников наших сведений о Павлине.

не значит ли она, что Павлин считал Сына Богом более близким к людям, чем Бог Отец?] ποτὲ δὲ [καὶ] κτίσμα ἀντὸν εἶναι διοριζόμενος. Ὅτι δὲ τοῦθ’ οὕτως ἔχει, καὶ πρὸς ἡμᾶς ποτὲ τὴν Ἀγκύρων διϊών, κτίσμα εἶναι τὸν Χριστόν ἔφασκε, [слова Евсевия:] Kaὶ πάλιν μνθολογῶν διειλέχθαι τῷ Πανλίνῳ φησίν. Ἔπειτα διαβάλλει τὸν μακάριον, ὡς Θεοὺς πολλοὺς εἰρηκότα, καὶ καταλιπὼν τὸν Πανλῖνον, πάλιν τῷ Εὐσεβίω [самому Евсевию кесарийскому] σχολάζει φάσκων∙ [слова Маркелла:] Οὕτω δὲ καὶ Εὐσέβιος ὁ τῆς Καισαρείας γέγραφε καὶ αὐτός, τὴν αὐτὴν ἔχων Παυλίνῳ τε καὶ τοῖς ἔξωθεν [с внешними, т. е. с язычниками] περὶ Θεῶν δόξαν. Γέγραφε γὰρ, οὐχ ὡς ὄντος μόνον Θεοῦ, ἀλλ’ ἑνὸς ὄντος τοῦ μόνον ἀληθινοῦ Θεοῦ. Ὅθεν τοίνυν μαθὼν καὶ ὁ Ἀστεριου πατὴρ Παυλῖνος νεωτέρους Θεοὺς εἶναι ᾤετο. Таким образом Маркелл сообщает, что Павлин был когда то в Анкире, и Маркелл имел там с ним беседу, что и из разговора с ним и из его писаний Маркелл убедился, что он называл Христа [как и Ориген и Евсевий кесарийский] то „вторым Богом“, то „тварью“ и вообще вел речь о „многих“ и „младших“ богах; что Евсевий кесарийский, имевший то же мнение о „богах“, как и Павлин и язычники, писал, что существует не то что вообще один Бог, а только один истинный Бог, и что, научившись от него, и „отец“ Астерия Павлин учил о „новейших“ или „младших“ богах. — Во всех этих сообщениях Маркелла нет ничего, что заставляло бы видеть в Павлине арианина более решительного, чем Евсевий кесарийский, и противоречило бы предположению о его оригенизме.

1) Возможно конечно и то, что Павлин был в Анкире случайно, может быть, во время гонения, подобно тому как напр. Мелитий севастопольский прожил 7 лет в Палестине, Euseb. h. e. VII, 32, 28. Но вероятность этой возможности не особенно велика, так как самое содержание разговора между Павлином и Маркеллом доказывает, что арианский спор уже начался.

 

 

10

Поэтому новая попытка осветить этот спорный исторический вопрос будет далеко не излишня, тем более, что решение, к которому приходит автор предлагаемой заметки, до противоположности расходится с тем взглядом, которого держится большинство и старинных, и новейших авторитетных ученых.

 

II.

Два, независимых один от другого свидетеля: близкий друг и сотрудник Павлина Евсевий кесарийский1), и арианский историк Филосторгий2) — сообщают нам, взаимно дополняя один другого, что Павлин тирский не до конца своей жизни оставался на тирской кафедре. Сам родом антиохиец и бывший антиохийский пресвитер, он незадолго до смерти (за 6 месяцев или немного более) переведен был в Антиохию и умер в сане епископа антиохийского. И с этим вполне согласуется и тот факт, что в хронике Иеронима и у других позднейших авторов и в списках антиохийских епископов, в числе антиохийских епископов 1-й половины IV века, упоминается и Павлин3).

Но когда же именно Павлин тирский занимал антиохийскую кафедру? Кто был его предшественником на ней и кто преемником?

Евсевий не называет по имени ни предшественника · ни преемника Павлина, и из его слов видно только то, что, когда Евсевий писал свои книги против Маркелла, Павлина уже давно не было в живых.

Филосторгий не только называет по имени преемника Павлина Евлалия, который по Феодориту был одним из арианских епископов, поставленных в Антиохии по низложении св. Евстафия; но и упоминает Павлина в числи тех

1) Eusebii Contra Marcellum I, 42 ed. Gаisfоrd, Oxonii 1852 pp. 37—38 [18—19].

2) Philostorg. III, 15, ed. Valesius (Moguntiae 1679) p. 486 f. и у Свиды под словом Ἀέτιος, у Valesius рр. 542—543.

3) Hieronymi, Chronicon Olymp. 277, 4 (ehr. 332) Constantini 22 ap. Migne S. G. е. XIX coli. 587—588. — Eusebii Chronicorum libri duo ed. A. Schoene. Vol. II Berolini 1866. p. 192 (Olymp. 277, i. Abr. 2345). — Место это приведено будет далее — в ІV-й главе.

 

 

 

11

22 епископов, qui ab Ario steterunt на никейском соборе1).

Отсюда обычно и заключают, что Павлин тирский был на антиохийской кафедре преемником св. Евстафия и принимал деятельное участие в его низложении. При мотивировке этого взгляда, однако ученым историком приходится встречаться прежде всего вот с каким затруднением:

Если Павлин тирский переведен был в Антиохию только по низложении св. Евстафия, то он — современник самого начала арианского спора — очевидно занимал эту кафедру непрерывно от начала спора и по год низложения св. Евстафия. Между тем св. Епифаний кипрский имел под руками сборник посланий св. Александра александрийского, числом около 70-и, и одно из них было адресовано Ζήνωνί τινι ἀρχαίῳ ἐν Τύρῳ2). И с этим сообщением вполне гармонирует и тот факт, что и в сохранившихся списках отцов· Никейского собора епископом тирским является тоже Зинон, а не Павлин3).

1) Theodoret. h. e. I, 22, р. 53. Philostorg. ар. Nicetas Thesaurus orthod. fid. 1. 5. c. 7. in fin. ap. Valesius p. 539.

2) Epiph. haer. 69, 4 y Schwartz VI, 259: καὶ γράφει [св. Александр александрийский] ἐπιστολὰς ἐγκυκλίους, αἵτινες παρὰ φιλοκάλοις ἔτι σῴζονται ὡς τὸν ἀριθμὸν ἐβδομὴκοντα, τῶν ἐπισκόπων ὲκάστῳ, Εὐσεβίω εὐθὺς [diese standen also am Anfang des Bandes, поясняет Швартц: собрание начиналось с посланий к палестинским епископам] τῷ ἐν Καισαρείᾳ (περιῆν γὰρ) καὶ Μακαρίῳ Ἱεροσολύμων, Ἀσκληπιω ἐν Γάζῃ, Λογγίνῳ ἐν Ἀσκάλωνι, Μακρινῳ τῷ ἐν Ἰαμνία καὶ ἄλλοις [т. е. Палестине],· ἐν δὲ τῇ Φοινίκη Ζήνωνί τινι ἀ ῥ χ α ί ῳ ἐν Τνρω καὶ αλλοις [nämlich in Phoenike], ἀλλὰ [ἅμα в рукописи] καὶ ἐν τῇ κοίλῃ Συρίᾳ.

3) Вот полная справка по Н. Geizer, H. Hilgenfeld, O. Cuntz, Patrum nicaenorum nomina latine graece coptice syriace arabice armeniace, Lipsiae 1898: Latin. I, VI. Prouinciae Phenices 41. Zenon de Tyro [thiro B de 4.] cletiro F1]. II, VI Phoenicis 40. Zenon Tyrius [zeno H thyrius L thirius KMN thyryus O terius H], III, VI Phoeniciae, 40. Zenon Tyri (zeno Q tyria S thyri'a T tiria U]. IV, VI Prouincia Phenicis 37. Zenon Tyro [zonon X zeton Z tiro Z]. Феодор Чтец [= Сократ по Е. Schwartz] VIII. Φοινίκης 41 Ζήνων Τύρου. Коптский 43 ζήνων ἐν τύρος. Сирский Index coenobii Nitriensis VI דפוניקא = Phoenices עסרא = десять [епископов], 40 דצור זאנון Авдишо VI דפוניקא 40 דצור זנון. Список Маруты майферкатского (О. Braun, De sancta Nicaena synodo. Syrische Texte des Maruta von Maupherkat. Münster i. W. 1898. S. 30); Z’nön von Sūr. Армянский ξενον ι τιυροσέ. Арабский 194 Zjnwn’Tjrw’[так, конечно, нужно читать — вместе с Hilgenfeld.— вместо наличного: ’bθrw’]. Vaticanus 91 Ζήνων Τύρου. — В найденных В. Н. Бенешевичем списках: Синайский 195 — оба иерусалимские (Metoch 2 и Patr 167) 196 Ζήνων Τύρου. — Таким образом имя Зинона приводится решительно во всех сохранившихся списках никейских отцов и во

 

 

12

Спрашивается: куда же девался в 324—5 году Павлин тирский, если и Александр александрийский писал послание Зинону тирскому, и на соборе в Никее присутствовал тоже Зинон? Какую роль играл при Павлине этот Зинон или же Павлин при Зиноне?

Новейшую попытку решить это затруднение, представляемое ходячим мнением о времени антиохийского епископства Павлина, дает Эдуард Швартц, которому вторит и корифей французской церковно-исторической науки Л. Дюшен.

Зенон“ — говорит Швартц в примечании к приведенным у него словам св. Епифания haer. 69. 4 — „и в Никее подписался как епископ тирский, как показывают списки. Твердого свидетельства за то, что Павлин до 325 года был епископом, не имеется: ни Евсевий никомидийский не называет его так, ни Евсевий кесарийский в посвящении 10-й книги церковной истории; места 10, · 41·23 могут быть столь же хорошо отнесены и к Зенону“ 1).

В крайнем случае для этого можно бы сослаться на Савина [у Созом. 1 1511] в связи с местом в письме Александра [у Феодорита I 434], а также на то, что Арий в письме № 1“ [по счету Швартца] „называет его вместе с несомненными епископами; но это можно объяснять так, что Павлин, который был пресвитером в Антиохии, дан был в помощь престарелому Зенону, фактически правил тирскою общиною и заступал место Зенона на палестинском арианском соборе“2).

Возможно даже, что он еще при жизни Зенона носил

всех систематических занимает 1-е место в числе епископов провинции Финикии. — Имени же Павлина тирского нет решительно ни в одном из списков.

1) Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius. Mitth. VI, S. 259, Anm. 1. Zenon hat auch in Nicaea als Bischof von Tyrus unterzeichnet, wie die Listen zeigen. Ein sicheres Zeugniss, dafür dass Paulinus vor 325 Bischof von Tyriis war, giebt es nicht: weder Euseb von Nicomedien nennt ihn so [unten Nr. 3 = Theodoret h. e. I, 6] weder Euseb von Caesarea in Dedication des 10 Buches der KG; die Stellen 10, 41·23 können ebenso gut auf Zeno bezogen werden.

2) Höchstens konnte Sabinus [Sozom 1, 1511] combinirt mit der Stelle in dem Brief Alexanders Theodoret 1, 437 dafür ins Feld geführt werden, auch dass Arius ihn in dem Brief Nr. 1 mit lauter Bischöfen zusammen nennt; doch lässt sich das so erklären, dass Paulinus, der ' Presbyter in Antiochien war, dem hochbetagten Zeno zur Hülfe beigegeben wurde, factisch die Gemeinde von Tyrus leitete und Zeno auf der palaestinischen Synode der Arianer vertrat.

 

 

13

титул епископа. Такие случаи, не говоря уже об известном примере Августина, находятся в списке египетских епископов, который сообщает Афанасий в 19-м пасхальном послании, и насмешливое замечание Александра οὐκ οἶδ’ ὅπως ἐν Συρίᾳ χειροτονηθέντες ἐπίσκοποι τρεῖς относится вероятно сюда“ 1).

После никейского собора, когда Зенон умер, Павлин был во всяком случае единственным и полноправным епископом (Eus. с. Marc. I, 42 Philost. 3, 15) тирским“ 2).

Дюшен3) называет Павлина епископом тирским en disponibilité (причисленным, сверхштатным), и думает, что и во главе антиохийской церкви он находился некоторое время только

1) Ja es ist möglich, dass er noch zu Zenos Lebzeiten den Bischofstitel geführt hat; solche Fälle finden sich, um von dem berühmten Beispiel Augustins zu schweigen, in der Liste der ägyptischen Bischöfe, die Athanasius im 19. Osterbrief mittheilt, und Alexanders spöttische Bemerkung οὐκ οἶδ’ ὅπως ἐν Συρία χειροτονηθέντες ἐπίσκοποι τρεῖς geht vielleicht darauf. — В приписке к 19-му пасхальному посланию (на 347-й год, пасха 17 φαρμουθί = 12 апреля) Афанасий в. сообщает, что для города Панополя (Panos) им поставлен был епископом Арий еще при жизни престарелого и больного Артемидора. F. Larsow, Die Fest-Briefe des Heiligen Athanasius Bischof von Alexandria. Leipzig-Göttingen 1852. S. 150. — Другие упоминаемые в той приписке случаи в [Антинополе Афанасий в. вместо Аммония и Тиранния поставил Ариона, в Нилополе вместо Феона (бывшего мелитианина? См. В. В. Болотов, BPEBION Мелития ликопольского стр. 1) поставлены были им Амата и Исаак, „после того как они помирились между собою“; в Ксои (Xois) — вместо Анувиона, Феодор, при нем и Исидор, после того как он был приобретен для церкви; в Клисме вместо Иакова, Тифона, при нем и Павел, после того как он снова приобретен для церкви] по-видимому сюда не относятся, так как дело идет здесь о воссоединившихся с церковию — епископах-схизматиках (мелитианах?).

2) Nach dem nicänischen Concil, als Zeno gestorben war, ist Paulinus jedenfalls einziger und vollberechtigter Bischof (Eus. c. Marc. I, 42. Philost. 3, 15) von Tyrus gewesen.

3) L. Duchesne, Histoire ancienne de l’Église t. IL 3-ème édition, Paris 1908 p. 164. Paulin, évêque de Tyr en disponibilité, antiochénien d’origine, fut quelque temps à la tête de l’église [антиохийской, по низложении св. Евстафия], peut-être comme administrateur provisoir. Note 2. Paulin avait été, on ne sait pourquoi [очень характерно это on ne sait pourquoi: Дюшен, как истинный ученый, не скрывает, что обычное мнение сопряжено с значительными трудностями, и он не видит выхода из них], remplacé comme évêque de Tyr; c’est Zénon, qui signa en cette qualité, au concile de Nicée. Eusèbe lui [NB. конечно Павлину, a не Зинону] dédia, peu après semble-t-il [значит веских-то данных за то, что ономастик писан после 325 г. не имеется], son onomastique. Dans son ouvrage contre Marcel [I, 4] il dit que l’église d’Antioche l’avait revendiqué comme un bien qui lui appartenait [a о том, что здесь же Евсевий говорит о Павлине, как давно умершем, Дюшен умалчивает].

 

 

14

как administrateur provisoire. О том, какую роль играл Павлин при Зиноне, Дюшен определенно не высказывается.

Изложенная гипотеза Швартца не представляет чего-либо совершенно нового в научной литературе. Оно высказано было еще в XVII веке знаменитым Тилльмоном1) и принято болландистом ван-Босхом (Boschius)2).

Нельзя сказать, чтобы попытка Швартца вновь аргументировать это предположение отличалась особою убедительностью, как это может показаться при поверхностном чтении. Кто даст себе труд — по цитатам Швартца — навести справки в источниках, тот увидит, что с вопросом о епископстве Павлина тирского дело стоит как раз наоборот, чем выходит по Швартцу. Что в начале арианского спора и даже раньше Павлин был полноправным и влиятельным епископом тирским, это — факт не подлежащий никакому сомнению. Напротив, не то что епископство, но и самое существование Павлина около 330 года, не имеет за себя решительно ни одного свидетельства в первоисточниках и покоится только на произвольных комбинациях ученых.

Ни Евсевий никомидийский, ни Евсевий кесарийский не называют Павлина прямо „епископом“. Это конечно правда. Но при этом Швартц совершенно, упускает из вида, что епископы в посланиях к другим епископам и вообще никогда

1) Tillemоnt, Mémoires, t. VII. S. Eustathe. Note I, p. 649. Предложив сначала понимать слова св. Епифания 69, и в том смысле, что св. Александр писал Зенону, который был старым епископом Финикии, и потом к епископу тирскому [другому, отличному от Зенона], т. е. поставить запятую пред ἐν Τύρῳ (так понимали это место Баронио и кажется Пето), Тилльмон говорит далее: Cette solution satisfait à S. Epiphane, mais non aux souscriptions du Concile de Nicée, où nous trouvons Zenon de Tyr à la teste des Évêques de la Phénicie. Cela nous oblige de proposer encore une autre solution, qui est que Zenon estoit effectivement ancien Évêque de Tyr, comme le dit S. Épiphane, ἀρχαίος, c’est à dire qu’il avoit este Évêque de Tyr avant Paulin, et qu’il l’avoit pris pour son coadjuteur, ou plustost pour son successeur, en se conservant l’honneur de l’épiscopat, comme S. Narcisse de Jérusalem avoit fait a l’égard de Saint Alexandre. Ainsi il ne faudra pas s’étonner qu’il ait toujours este considéré comme Évêque de Tyr, et qu’il ait eu rang en cette qualité dans le Concile de Nicée.

2) Acta Sanctorum Julii t. IV. p. 41 n. 174: Ego rem omnem brevi compendio confectam iri existimo, si Paulinum ac Zenonem simul episcopos fuisse Tyri dicamus; et hunc quidem ἀρχαῖον, hoc est, antiquum, ut eum vocat Epiphanius, quia episcopatum illum ante Paulinum gesserit, eumque sibi sive senii, sive affectae valetudinis, sive alia qua causa coadjutorem aut successorem adsciverit, ad eum modum, quo de S. Narcisso Hierosolymitano aliisque non semel est dictum.

 

 

15

не называли их епископами. Но и адрес и самое содержание послания Евсевия никомидийского к Павлину не оставляет ни малейшего сомнения в том, что Павлин в это время был таким же полноправным епископом, как и его „брат“ — Евсевий кесарийский, и даже более уважаемым и влиятельным, чем Евсевий.

Владыке моему Павлину Евсевий о Господе радоватися.“

Τῷ δεσπότῃ μου Πανλίνῳ Εὐσέβιος ἐν κυρίῳ χαίρειν.

Вот — адрес этого послания.

Мыслимо ли, чтобы в IV веке какой-нибудь епископ в письме к какому ни наесть уважаемому пресвитеру или хотя и епископу-викарию наименовал его своим „владыкою“? То бесспорно, что Евсевий до известной степени унижался, называя Павлина своим владыкою, даже и в том случае, если Павлин был настоящим и единственным епископом тирским. Ведь сам он был такой же епископ-митрополит Вифинии, как и Павлин — епископ-митрополит Финикии. Но такое наружное (часто только словесное) самоунижение в письмах от равных к равным представляет собою вполне обычное явление и в древности и в настоящее время. Но в письмах от высших к низшим, в особенности от епископов к пресвитерам такое возвеличение адресата было недопустимо. Как ни уважал епископ какого-нибудь выдающегося пресвитера, в письме к нему он мог самое большее наименовать его только своим „сопресвитером“ или „сослужителем“, но не „владыкою“.

Далее, в начальных словах послания Евсевий никомидийский прилагает тот же титул „владыка мой“ и к Евсевию кесарийскому.

Ни владыки моего Евсевия“ — пишет он — „ревность об истинном слове предана молчанию, но достигла и до нас, ни твое молчание, владыка“.

Οὔτε ἡ τοῦ δεσπότου μου Εὐσεβίου [кесарийского] σπουδή, ἡ ὗπὲρ τοῦ ἀληθοῦς λόγου παρεσιωπήθη, ἀλλ’ ἔφθασεν ἕως καὶ ἡμῖν, οὔτε ἡ σοῦ ἐπὶ τούτῳ σιωπὴ δέσποτα.

И, как это было и естественно, о владыке моем Евсевии, мы возрадовались, о тебе же опечалились, предполагая, что и молчание такого мужа будет для нас плохо (вредно)“.

 

 

16

καὶ ὡς ἦν ἀκόλουθον ἐπὶ μὴν τῷ δεσπότῃ μου Εὐσεβίῳ εὐφράνθημεν. ἐπὶ δὲ σοὶ λοιπούμεθα, στοχαζόμενοι καὶ τὴν σιωπὴν ἀνδρὸς τοιούτου ἥτταν ἡμῖν εἶναι.

Владыкою“ своим Евсевий называет потом и Александра александрийского.

Следовательно, „великий“ Евсевий никомидийский, по-видимому имел такое обыкновение: называть епископов в письмах к ним „владыками“. И у других современных Евсевию епископов IV века, хотя они обычно величали других епископов „братьями“ или „сослужителями“, встречается по крайней мере в обращениях к выдающимся епископам и титул δεσπότης. Так, напр., называет Филогоний Александра александрийского в подписи под его τόμος’ом, а сам Александр в заголовке сохранившегося отрывка томоса — Мелития севастопольского. Но может быть и Евсевий никомидийский прилагал титул δεσπότης не к всем епископам, а только к выдающимся. Павлин тирский, Евсевий кесарийский и Александр александрийский были в его глазах „владыками“ не только, как равные с ним по положению, но и как старшие его и по летам и по времени занятия митрополичьих кафедр (может быть даже и вообще по времени хиротонии). Евсевий никомидийский, преемник на никомидийской кафедре Евстолия, присутствовавшего на анкирском и неокесарийском соборах, по-видимому только незадолго до возникновения арианского спора перебрался из Вирита в Никомидию, и может быть и в самом Вирите был епископом недолго. Павлин же едва-ли не был непосредственным преемником епископа-мученика Тиранниона, пострадавшего в диоклитианово гонение 1); и Евсевий кесарийский, если и сделался епископом по окончании гонения2), то все же вскоре по окончании и раньте перемещения Евсевия в Никомидию.

Что Павлин был епископом чрезвычайно влиятельным, доказывает и выражение „ἀνδρὸς τοιούτου“ и все дальнейшее содержание послания к нему Евсевия.

1) Euseb. h. е. VIII, 13, з. ed. Е. Schwartz p. 772. — Le Quien, Oriens Christianus II (Parisii 1740) col. 803 считает преемником Тиранниона Дорофея, упоминаемого в хронике Феофана. Но Евсевий и другие более ранние историки об этом Дорофее хранят полное молчание.

2) Е. Schwartz, Zur Gesch. d. Athanasius VII. S. 352, Anm. 1.

 

 

17

Опечаленный молчанием Павлина, Евсевий призывает его, „знающего, что не прилично мужу разумному иное мыслить [чем говорят и пишут другие, т. е. Александр александрийский] и умалчивать истину“, „начать писать об том, принося пользу и себе“ и другим1).

Далее, изложив главные положения своего (лукиановского) учения о Сыне2), которые должны были служить для Павлина как бы программою, в каком духе он должен был высказаться, Евсевий в заключение письма просил Павлина исследовав это „по присущей ему от Бога благодати,“ „поспешить написать владыке моему Александру“ и выражает уверенность, что если он напишет ему, то „обратит его“3).

Это заключение евсевиева письма опять не оставляет никакого сомнения в том, что Павлин в это время был епископ, и епископ уважаемый и влиятельный, не какой-то там викарий. Простого пресвитера или епископа-викария Александр, как это должен был понимать и Евсевий, не послушался бы, каким бы уважением этот пресвитер или епископ-помощник ни пользовался в Антиохии.

Письмо Евсевия к Павлину, как замечает сам· Швартц4), вместе с письмом Ария к Евсевию (где тоже упоминается Павлин) относится к самому началу арианской агитации.

В самом деле, письмо к Павлину показывает, что положение дела еще не выяснилось окончательно. Евсевий еще надеется, что письмо Павлина наставит Александра на путь истинный, и церковная смута закончится.

Следовательно, Павлин был тирским епископом, и епископом более даже уважаемым и влиятельным, чем ученый

1) Διὸ παρακαλῶ εἰδότα σε, ὡς ἀπρεπὲς ἀνδρὶ φρονίμῳ, ἀλλοῖα φρονεῖν καὶ σιωπᾷν τάληθῆ, περὶ τὸ γράφειν περὶ τούτου ἄρχου [следовательно, Павлин, по-видимому, до сих пор вовсе не высказался по спорному вопросу письменно, ничего не написал] λυσιτελοῦντος καὶ σοὶ καὶ τοῖς ἀκούουσί [так!] σου.

2) Об отношении Евсевия никомидийского к Лукиану см. мою статью: „Евсевий никомидийский и Лукиан» в Богословском Вестнике 1912 г, апрель (стр. 722—737) и май (стр. 80—89).

3) ἅπερ [— догматические положения Евсевия] λαβὼν καὶ ἐξεργασάμενος κατὰ τὴν προσοῦσάν σοι θεόθεν χάριν γράψαι τῷ δεοπότῃ μου Ἀλεξάνόρῳ σπούδασον∙ πεπῖατευκά γε ὡς εἰ γράψειας αὐτῷ, ἐντρέῳειας αὐτόν.

4) Schwartz VI, SS. 261—262. Оба письма сохранились у Феодорита I. 5—6 и в латинском переводе у Мария Викторина Contra arianos.

 

 

18

Евсевий кесарийский, при самом возникновении арианского спора. — Но он был таковым еще и до начала спора.

Посвящая Павлину 10-ю книгу своей „Церковной истории“ Евсевий называет его ,,ἱερώτατέ μοι Παυλῖνε“ 1).

Не доказывая, что Павлин в это время был епископом, это выражение во всяком случае нисколько не говорит и за то, что он был только пресвитером.

Но в той же 10-й книге Церковной Истории Евсевий приводит свой собственный панегирик при освящении нового храма в Тире, сказанный εἰς πρόσωπον τἀ πάντα ἀρίστου καὶ θεοφιλούς ἐπισκόπου. Панегирик этот надписывается:

ΠΑΝΗΓΥΡΙΚΟΣ ΕΠΙ ΤΗΙ ΤΩΝ ΕΚΚΛΗΣΙΩΝ ΟΙΚΟΔΟΜΗΙ ΠΑΥΛΙΝΩΙ ΤΥΡΙΩΝ ΕΠΙΣΚΟΠΩΙ ΠΡΟΣΠΕΦΩΝΗΜΕΝΟΣ.

А в самом панегирике Евсевий обращается к Павлину с такими словами:

συ τε, ὦ νέον ἁγιου νεὼ θεοῦ σεμνολόγημα, γεραιρᾷ μὲν φρονήσει παρὰ θεοῦ τετιμήμενε, νέας δὲ καὶ ἀκμαζουσης ἀρετῆς ἔργα πολυτελῆ καὶ πράξεις ἐπιδεδειγμένε, ᾧ τὸν ἐπὶ γῆς οἰκον αὐτος ὁ τὸν σύμπαντα κόσμον περιέχων θεὸς δείμασθαι καὶ ἀνανεοῦν Χριστῷ τῷ μονογενεῖ καὶ πρωτογενεῖ δὲ αὐτοῦ λόγῳ τῇ τε ἁγίᾳ τούτου καὶ θεοπρεπεῖ νύμφῃ γέρας ἐξαίρετον δεδώρηται2).

Эта речь произнесена была Евсевием — по Гарнаку — „не позднее 315 года“, „вероятно в 314 г.“, — по Швартцу — около 317 года3). Следовательно уже в это время Павлин был не только полноправным, но и престарелым епископом тирским.

Но если старец-епископ нуждается в помощнике, то в таковые ему выбирают не другого старца, а человека сравнительно молодого.

Предполагать же вместе с Швартцем, что Евсевий разумеет здесь не Павлина, а Зинона, т. е. заподазривать точность

1) Euseb. h. e. X, 1, 2, ed. Schwartz p. 856.

2) Eus. h. e. X, 4, 2. S. 862. Далее (n. 3) Евсевий сравнивает Павлина с Веселеилом, Соломоном и Заровавелем, и в п. 23 с Аароном и Мелхиседеком.

3) А. Harnack, Die Chronologie der altchristlichen Literatur bis Eusebius. B. 2. Leipzig 1904. S. 108. — Einleitungen, Übersichten und Register zu Eusebius Kirchengeschichte, bearbeitet vou Eduard Schwartz und Theodor Mommsen. (Berlin 1909) SS. LIV—LV.

 

 

19

сохранившегося надписания панегирика, можно бы было только располагая на то принудительно вескими основаниями. А их не только не имеется, но и все говорит за то, что, если Евсевий кесарийский говорил речь какому-то епископу тирскому, то это мог быть только Павлин. Ведь именно Павлину, как этого не оспаривает и Швартц, Евсевий посвятил 10-го книгу своей церковной истории1). И по его же просьбе написаны им и ему посвящены 4 сочинения по географии Палестины (и вообще Библии)2).

Об отношении же Евсевия к Зинону тирскому нам решительно ничего не известно. — 0 нем он не упоминает вовсе пи в Церковной Истории, ни в других своих сочинениях. Но этого вероятно не случилось бы, если бы Зинон был действительно преемником Тиранниона и предшественником Павлина.

Что на палестинском соборе (у Созомена I, 15 11) Павлин тирский принимал участие, как полноправный епископ, в этом не может быть никакого сомнения. Созомен ведь не даром и здесь и в II, 19 ставит его имя на первом месте: он был очевидно председателем этого собора. Но пресвитер, заместитель епископа или епископ-викарий, каковы бы ни были его личные качества, в то время не мог быть председателем собора, тем более, что собор состоялся не в Тире, а вероятно в Кесарии, и председательствовать должен бы был на нем Евсевий. Честь, предоставленная здесь Евсевием Павлину, понятна лишь в том случае, если Павлин был именно тот старец, которому Евсевий говорил свой панегирик в 314—317 гг.

И если Зинон действительно, как это предполагают Швартц, Тилльмон и Ван-Босх, уже в 320—4 гг. был так стар и немощен, что нуждался в помощнике, который присутствовал за него и па палестинском соборе, то как же объяснить то, что этот якобы дряхлый старец, для которого даже и путешествие в Кесарию или Антиохию было тягостно,

1) Посвящение содержится в самом тексте 10-й книги.

2) 1. Перевод этнологических терминов Св. Писания на греческий язык; 2. Описание древней Иудеи; 3. План Иерусалима и храма. Эти 3 сочинения не дошли до нас. Сохранилось только 4-е: Περὶ τῶν τοπικῶν ὀνομάτων τῶν ἐν τῇ θείᾳ γραφῇ. — Harnack, Chronologie. B. II. S. 122.

 

 

20

является сам на собор в далекую Никею, а не посылает туда своего заместителя1). Если допустить, что сам Зинон

1) Эту трудность [как я узнал уже после того, как у меня данное возражение против Швартца было записано] отлично видел Тилльмон, и не находил из нее лучшего выхода, как ссылка на недостоверность Никейских списков, и даже св. Епифания. — Tillemont, Mémoires t. VII. S. Eustathe. Note 1 p. 649 (cp. выше стр. 14 прим. 1). Il y a néanmoins à cela une grande difficulté. Car on ne voit pas que Zenon ait pu quitter les fonctions de l’épiscopat, en en gardant l’honneur qu’à cause de sa vieillesse, comme saint Narcisse: et s’il estoit si âgé lorsque Paulin fut fait Évêque de Tyr, c’est à dire apparemment des assez longtemps avant l’an 319 — aura t’il esté en état en 325 de faire le voyage de Nicée, auquel on peut dire qu’il n’estoit point obligé? Assurément le moyen le plus court pour se tirer de cet embarase, et peut-être le plus véritable, est de dire que les' souscriptions du Concile de Nicée ne sont pas d’une grande autorité dans l’histoire —; S. Épiphane mesme y en a assez peu, surtout en ce qui regarde l’histoire de l’Arianisme. — Попытку решить это затруднение предлагает Boschius 1. с. n. 175—176 p. 41 (ср. прим. 2 на стр. 14) Grandem tamen, scio, in hoc responso difficultaten Tillemontius apprehendit n. 186. At mihi quidem ejus argumentum nequaquam tanti est, ut eo adigat. Quid enim? Si Zenonem annos finxerit (ut agam liberalster) LXVIII natum ad annum Christi circiter CCCXIV, ac nonnulla insuper tentatum aegritudine, quae tardam ac dubiam exigeret medicinam; numquid non satis id causae erat, cur sibi adjutorem adlegeret, iis maxime temporibus, cum, sublata persecutione, instauranda temporum aedificia, corrigendi mores, collapsa pene religio revocanda, instruendi fideles, dispersi colligendi, lapsi restituendi, pagani certatim ad veri Dei cultum convolantes Christianis sacris imbuendi, validissimum sane sine mora praesulem requirebant? Fac igitur id aetatis tum fuerit Zenon; quid ni octogenorio minor, Tyro, ex porto longe celeberrimo solvere in Bithyniam potuit? Quam vero graves eo rationes impellabunt? Invitatio imperatoris, S. Alexandri Alexandrini aliorumque orthodoxorum, quibus Paulini nimium quantum suspecta fides erat, adhortatio, ultimum denique, in quod res catholica; imo ecclesia prae multis aliis Tyria, vocabatur, discrimen. Quid? Tot inter senes aetate decrepitos, qui etiam effossis istuc oculis, ac poplitibus succisis adrepserunt, unum se, et quidem solo senectutis obtentu, desiderari, si modo aliquid vitae supererat, Zenon ille sit passus? Non equidem crediderim: neque adeo desperatum illud placet effugium: qua aut subscriptionum in hoc nomine fides, aut S. Epiphanii elevatur auctoritas. — В моих глазах факт, что Тилльмон видит эту трудность и не пытается слишком легко отделаться от нее, является новым доказательством необычайной критической проницательности этого историка: даже там, где он в конце концов приходит к ошибочному выводу, от его внимания не ускользают те возражения против этого вывода, которые говорят за противоположное положение. Поэтому „и неполное совпадение“ в подробностях аргументации со взглядами „такого ученого, как Тилльмон“ является часто „хорошим προγνωστικόν“ за правильность такого или иного решения спорного вопроса. Ср. В. В. Болотов, Либерий, епископ римский и сирмийские соборы. Стр. 314 [= Хр. Чт. 1891 г., I, 11] прим. 32. Попытка же ван-Босха показать мнимую слабость этого возражения Тилльмона свидетельствует лишь о том, что он был далеко не Тилльмон. — Разумеется нельзя считать безусловно невозможным того, что Зинон в 314 г. в возрасте под 70 лет пожелал иметь себе помощника; но к 325-му году успел разочароваться в нем, и потому сам поехал в Никею. Не невозможно ведь даже, что в

 

 

21

не был решительным сторонником Ария и сначала полагался на Павлина, потом разуверился в нем и сам поехал в Никею, то как объяснить его отсутствие на православном антиохийском соборе [324 года]? Ведь Павлин свое направление достаточно выказал на соборе палестинском. И если Зинон стал решительно на сторону Александра, то как он мог допустить, что Павлин стал его преемником?

Таким образом, попытка Швартца показать, что Павлин тирский до 325 года мог быть и не настоящим и единственным епископом тирским, а только епископом-викарием престарелого Зинона или даже только пресвитером, управлявшим тирскою церковью, оказывается совершенно несостоятельною. Если что стоит твердо о Павлине, так это то, что он был полноправным и влиятельным епископом Тира в 316—323/4 гг.

это время Зинона постигла тяжкая болезнь, от которой он не думал оправится. Но случилось то, чего он не ожидал: к 325 году он оправился и вновь вступил в управление своей паствой. Но вопрос: насколько велика вероятность этой возможности? Ведь, если бы мы имели совершенно ясное и вполне достоверное свидетельство, что пред 314—315 гг. епископом тирским был Зинон, тот самый, какой был и в Никее, то и такая рискованная гипотеза могла бы претендовать на научное значение. Если же на деле о Зиноне говорят нам только св. Епифаний и никейские списки, и следовательно самое существование его как епископа тирского в 314 году есть простая гипотеза, и гипотеза даже невероятная; то ван-Босху не мешало бы принять во внимание, что случаи назначения престарелым епископом епископов помощников, которые потом становились и их преемниками, были и вообще очень редким явлением в древней церкви, допускались лишь тогда, когда неспособность епископа к управлению церковью была для всех очевидным фактом. Простые потребности времени, требовавшие особенно бдительного надзора за паствою, едва ли могли быть к этому достаточным поводом. Никому не охота расставаться с властью, и в древности, как и теперь, вероятно бывали и такие епископы, у которых всеми делами правил не епископ-викарий, а просто „секретарь,“ т. е. какой-нибудь любимый епископом пресвитер или диакон. Но уж совершенно исключительным явлением был бы предполагаемый ван-Босхом случай, что Зинон еще в 314 году выбрал себе помощника и будущего преемника, но прожил после этого minimum 11 лет, к 325 году успел настолько разочароваться в этом помощнике, что отстранил его, и сам явился в Никею; и, однако не смотря на это Павлин все-таки стал потом его преемником. — В Никее присутствовали несомненно и убеленные сединами старцы (таким был например сам Александр александрийский) и епископы-исповедники, изувеченные в диоклитианово гонение. Но все это были епископы единственные в данном городе, не имевшие у себя помощников. А тот факт, что на Никейский собор явилось всего 260—270 епископов, на деле же в то время их было гораздо больше, — доказывает, что к поездке в Никею никого не принуждали. Явились те, кто имел возможность.

 

 

22

III.

Посмотрим теперь, как стоит дело с епископством Павлина после Никейского собора, около 330 года?

Швартц в доказательство того, что Павлин в то время был полноправным и единственным епископом тирским, ссылается на двух свидетелей: Евсевия и Филосторгия.

Но Eusebii, Contra Marcellum 1, 4 2 Швартц привлекает в свою пользу по какому то недоразумению. Это место в самом лучшем случае нисколько не подтверждает его предположения, если не прямо опровергает его. Вот что пишет Евсевий1) [о Маркелле].

Ἄρτι μὲν γὰρ πρὸς Ἀστέριον τὴν ἀντίρρησιν ποιείται [Маркелл] ἄρτι δὲ πρὸς Εὐσέβιον τὸν μέγαν [никомидийского]. [n. 2] Kai ἔπειτα ἐπὶ τὸν τοῦ Θεοῦ ἄνθρωπον, τὸν ὡς ἀληθὦς τρισμακάριον [вариант: τρισμακάριστον], τρέπεται ΙΖαυλῖνον, ἄνδρα τιμηθέντα μὲν τῆς Ἁντιοχέων ἐκκλησίας πρεσβείῳ, διαπρεπώς τ' ἐπισκοπευοντα τῆς Τυρίων, οὕτω τε ἐν τῇ ἐπισκοπῇ διαλάμψαντα, ὡς τὴν Ἀντιοχέων ἐκκλησίαν ὡς οἰκείου ἀγαμοῦ μεταποιηθῆναι αὐτοῦ. Ἀλλὰ καὶ τοῦτον μακαρίως μὲν βεβιωκότα, μακαρίως δὲ ἀναπεπαυμένον, πάλαι τε κεκοιμημένον, καὶ μηδέὲ αὐτῷ διενοχλοϋντα, ὁ θαυμαστὸς οὗτος συγγραφεὺς σκώπτει.

Две книги против Маркелла написаны Евсевием в 335—6 гг. 2).

И уже в это время Павлина, по словам Евсевия, давным-давно не было в живых. От Евсевия мы узнаем и краткое curriculum vitae Павлина: сначала он был антиохийским пресвитером, потом стал епископом тирским и так „просиял“ в епископстве, что Антиохия как свое собственное благо οἰκεῖον ἀγαθόν [следовательно, Павлин был вероятно антиохиец родом] опять взяли его к себе, т. е., как разъясняет это Филосторгий, он переведен был при конце жизни на антиохийскую епископскую кафедру.

О том, когда же именно Павлин стал епископом тирским и когда потом перешел в Антиохию, Евсевий не гово-

1) Eus. с. Marcell. I, 4, 1—2 ed. Gaisford, Oxonii 1852 рр. 87—38 (18—19).

2) Harnack, Chronologie, II, 124—125.

 

 

23

рит ясно, не называет по имени ни его предшественников, ни преемников на этих кафедрах. Вся вероятность, однако за то, что это было не около 330 года, а гораздо раньше. Для того, чтобы „просиять в епископстве“, требуется время: каких-нибудь 3—4 лет для этого недостаточно (даже и для самого талантливого человека). А между тем, если Павлин сделался епископом тирским только после 325 года, то он был им не более 4 лет: О человеке, умершем после 330 года, Евсевий едва ли сказал бы, что он „давно почил“.

Гарнак1) относит кончину Павлина к 328—9 году, не приводя оснований. Совершенно бесспорно, по-моему, что Павлин умер никак не позднее этой даты. Но полный смысл выражение «πάλαι κεκοιμημένον» имеет в том случае, если Павлин умер лет за 10 до того, как Евсевий писал свои книги против Маркелла. Давно умершим он был ведь и в то время, когда сам Маркелл писал ту свою книгу, которую опровергает Евсевий: иначе упоминание о том, что Павлин „давно почил“ в полемике с Маркеллом, не имело бы смысла. Но мало того Павлина не было в живых еще в то время, когда писал в защиту арианства софист Астерий, с которым полемизировал Маркелл в своей книге2), так как и Астерий называл

1) Harnack, Chronologie II, 125. 122.

2) Euseb. с. Marc. I, 4, 17, p. 434 (21): Eh’ άγανακτών [Маркелл] ὅτι Πανλῖνον μακάριον ἀπεκάλεσεν [Ἀστέριος], ὁμοῦ τε κακῶς Εὐσεβίου πάλιν μνημόνευαν, οὕτω γράφει∙ [слова Маркелла:] Συνηγορήσαι γὰρ βουληθεὶς τῷ τὴν ἐπιστολὴν κακῶς γράψαντι Εὐσεβίῳ [никомидийскому], πρῶτον μὲν οὐ διδασκαλικῶς ἀναπτύξας ἐφ’ ᾗ τὸ δόγμα τὴν ἐπιστολὴν συνέταξεν, οὐ γὰρ πρὸς τὴν ἐκκλησίαν οὐδὲ πρὸς τοὺς ἀγνοοῦντας ἐγίγνετο τὸ γράμμα ἀλλὰ πρὸς τὸν μακάριον Πаυλῖνον, μακάριον αὐτὸν διὰ τοῦτο εἰπών, ὅτι τὴν αὐτὴν εἶχεν Ἀστερία δόξαν. — Что Павлина не было, в живых, когда Астерий писал свое сочинение в защиту письма Евсевия к Павлину, признает теперь и сам Швартц. — Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mitth. VIII. Nachr. d. K. Ges. d. Wiss. zur Gött. Phil.-Hist. Kl. 1911, S. 403, Anm. 1. Но мало того: самая защита эта, по справедливому замечанию Швартца, имела свой полный смысл только до конца 327 года, до возвращения Евсевия никомидийского из ссылки. Поэтому и нисхождение св. Евстафия Швартц склонен теперь относить ко времени раньше 327 года. Die Schrift, die er [Marcell] angriff, war ein Brief [Eus. c. Marc. 1, 4 4], in der eine Verteidigung des Briefes stand, den Euseb von Nicomedien vor Nicaea an Paulinus von Tyrus geschrieben hatte. — — Das hatte am ersten Sinn vor der Restitution Eusebs im Jahr 327; andererseits scheint der Brief nach Paulinus Tode geschrieben zu sein, denn er wird μακάριος genannt [Eus. c. Marc. 1, 4 17]· Wenn die Combination richtig ist, muss Eustathius schon vor 327 abgesetzt worden sein. Поэтому и собор издавший 25 канонов, собравшийся по

 

 

24

его „блаженным Павлином“, μακάριον — как в то время принято было называть умерших.

Далее Евсевий наделяет Павлина такими" почетными эпи-

смерти Евлалия, Швартц склонен относить не к 332 году, как Баллерини (ср. Mitth. VI, S. 281, 1), а к 328—329 гг. — Schwartz VIII, 397. — Разумеется, если Евстафий низложен был не позже 327 года, то Евсевий никомидийский не мог принимать участия в его низложении. Поэтому сообщения об этом Феодорита и Филосторгия Швартц считает недостоверными — S. 397: Wenn Euseb von Nicomßdien an diesem [dem Sturz des — Eustathius] beteiligt war, kann er frühestens 328 erfolgt sein; doch ist das, was Theodoret [1, 21] und Philostorgius [2, 7] von dieser Beteiligung erzählen, zu unzuverlässig, um darauf Schlüsse aufzubauen [cp. Mittheilung VII Nachr. 1908, Heft 3 SS. 357]. Ja es giebt Indicien, die es wahrscheinlich machen, dass Eusthatius schon vor der Restitution des Euseb im Jahre 328 abgesetzt wurde: sie werden weiter unten zur Sprache kommen (ссылка na S. 403, 1). — При этом Швартц забывает спросить: возможно ли было низложение Евстафия, митрополита столицы Востока Антиохии, до 328 года, когда сам Евсевий никомидийский находился еще в ссылке? Достоверно или нет сообщение Феодорита и Филосторгия, что и низложение Евстафия было делом Евсевия никомидийского, то бесспорно, во всяком случае, что пока „великий“ Евсевий был в ссылке и пока, следовательно, и император Константин в. не подпал снова под его влияние, ни Евсевий кесарийский и никто другой не отважился бы созвать в Антиохию собор для суда над ее митрополитом — видным деятелем Никейского собора Евстафием. Если Асклипий газский низложен был Евсевием кесарийским по-видимому уже в 326 или даже 325 году (Schwartz, VI, 286, VIII, 406) [за 17 лет до сердикского собора 342/3 года], то ведь Асклипий был подчиненный Евсевию кесарийскому как митрополиту Палестины епископ, и „устранить“ его (в отместку за свое отлучие на антиохийском соборе 324 года) для Евсевия кесарийского было не трудно. Совсем другое дело Евстафий антиохийский. Против него кесарийский митрополит мог выступить только заручившись заранее содействием императора. А Константин до 328 года далеко не был на стороне евсевиан. И содействие Евсевия никомидийского для Евсевия кесарийского было в этом случае далеко не бесполезно, если не прямо необходимо. — При том же по сохранившимся известиям (они будут приведены и отчасти разобраны ниже) в низложении св. Евстафия принимал известное участие и император Константин в.: он именно отправил его в ссылку, и истинною причиною низложения Евстафия едва ли не было действительное или мнимое оскорбление им матери Константина Елены. Отсюда ясно, что евсевиане к этому времени уже успели переманить на свою сторону императора, и кто же мог скорее достичь этого, как не сам „великий“ Евсевий никомидийский? — Словом, изложенная гипотеза Швартца о времени низложения св. Евстафия показывает только, к каким невозможным заключениям приводит обычные хронология жизни Павлина тирского-антиохийского.

Факт, что софист Астерий пишет особое сочинение в защиту письма Евсевия никомидийского к „блаженному“ Павлину, интересен в другом отношении. И Евсевий никомидийский и Астерий были лукианисты. Не потому ли Астерий выступил в защиту письма Евсевия, что в нем дано было наиболее точное изложение учения Лукиана? Ср. мою статью „Евсевий никомидийский и Лукиан“ в Богосл. Вести. 1912, апрель и май.

 

 

25

тетями („человек Божий“, „воистину треблаженный“), что нужно допустить, что это был епископ выдающийся. Но Павлин несомненно не был плодовитым писателем, следовательно, прославился не столько литературными трудами, сколько практической деятельностью. Само собою напрашивается предположение, что епископ тирский, о котором речь у Евсевия Ц. И. ΙΌ, 4, и есть никто иной, как Павлин, хотя бы даже об том и не говорила надпись панегирика. Следовательно, и Eus. с. Marc. I, 4, 1—2 вполне благоприятствует тому выводу, что Павлин был епископом тирским уже в 316—317 гг. и был вероятно непосредственным преемником епископа-мученика Тиранниона. И эти слова Евсевия, таким образом, вполне гармонируют с приведенными выше местами из писем Ария и Евсевия никомидийского, и церковных историй Созомена [= Савина] и самого Евсевия кесарийского и подтверждают вывод, что Павлин в эпоху возникновения арианского спора и даже раньше был самостоятельным и единственным епископом тирским; но вовсе не подтверждают предположения Швартца, что он сделался или только оставался таким после Никейского собора.

Нисколько не противоречит упомянутому выводу и нисколько не доказывает того, что хочет доказать им Швартц, и цитуемое им место из Филосторгия 3, 15. У Филосторгия (который по своему догматическому направлению, как известно, принадлежал к числу строгих ариан-аномиев) здесь идет речь собственно не о Павлине, а об Аетии, известном основателе секты аномиев и учителе Евномия; и это место дошло до нас в двух редакциях: более полной у Фотия, и более краткой, но с важными вариантами, у Свиды.

У Фотия Филосторгий рассказывает, что Аетий, родившийся в Килисирии, рано лишился отца — военного чиновника, имение которого после его смерти было конфисковано, и впал в бедность; поэтому Аетий сделался золотых дел мастером и этим ремеслом прокармливал себя и свою мать. Затем он обратился к литературным занятиям и прежде всего стал слушать Павлина, только что переведенного из Тира в Антиохию.

ἐπὶ τἀς λογικὰς ἐπιστραφῆναι μαθήοεις καὶ Παυλίνου μὴν ἀκροάσασθαι πρότερον, ὅς ἐκ τῆς ἐφορείας Τύρου εἰς τὴν τῆς Ἀντοχείας μετέθη.

Этим занятиям он и посвятил себя всецело, когда умерла

 

 

26

его мать. Аетий сделался выдающимся диалектиком и тем возбудил против себя зависть. Но пока был жив Павлин, эта зависть не имела силы. Когда же спустя 6 месяцев [не вполне ясно, после чего: после ли перемещения Павлина в Антиохию, или же после того как к нему пришел туда Аетий] Павлин умер и вместо него антиохийскую кафедру занял Евлалий, пришедшая в силу зависть побудила Евлалия антиохийского прогнать Аетия.

ἀλλἀ μέχρι μὴν ὁ Παυλῖνος ἔζη, τὴν ἰσχὺν ὁ φθόνος παρηρεῖτο∙ ἐπεὶ δὲ ἐκεῖνος μετὰ μῆνας ἐξ ἀπεβίω, ἀντ’ αὐτοῦ δὲ Εὐλάλιος τὸν θρόνον εἶχεν, εἰς τὴν αὐτοῦ δύναμιν ἐπανελθὼν ὁ φθόνος, κινεῖ τὸν Εὐλάλιον τῆς Ἀντιόχειας, τὸν Ἀέτιον ἀπελάσαι.

Аетий удалился в Аназарв и там снова принялся за ремесло золотых дел мастера, не упуская, однако случая показать и свой диалектический талант. В Аназарве он слушал епископа-лукианиста Афанасия, который объяснял евангелистов. Оттуда Аетий удалился в Тарс и сделался там слушателем другого лукианиста Антония, который был тогда еще пресвитером, и объяснял послания апостола [Павла]. У Антония Аетий пробыл довольно долгое время, ἱκανὸν αὐτῷ συνδιέτριβε χρόνον, τὴν τοῦ πρεσβυτέρου τάξιν πληροῦντι. Когда же Антоний стал епископом (ἔφορος), то Аетий снова возвратился в Антиохию и слушал там лукианиста-пресвитера [впоследствии епископа] Леонтия, объяснявшего пророков, в особенности же Иезекииля.

Таким образом, и сообщение Филосторгия в передаче Фотия вполне гармонирует с Eusebii Contra Marcellum I, 4, 2· Филосторгий не упоминает только о том, что Павлин до епископства в Тире был пресвитером антиохийским. Но это и естественно, раз Аетий, о котором ведет речь здесь Филосторгий, учился у Павлина уже в то время, когда он сделался антиохийским епископом. Но за то Филосторгий дополняет Евсевия двумя важными подробностями:

а) Епископом антиохийским Павлин был очень недолго: по-видимому, всего 6 месяцев.

б) Его преемником на антиохийской кафедре был Евлалий.

Но в какое именно время занимал Павлин антиохийскую кафедру, до Никейского собора, или после него, об этом и Филосторгий в передаче Фотия не говорит ни слова. Та, однако

 

 

27

подробность, что по Филосторгию Аетий слушал Антония тарсского, когда этот был еще только пресвитером, не позволяет относить антиохийское епископство Павлина к слишком позднему времени, так как Аетий учился у него довольно долгое время, и возвратился в Антиохию еще когда Леонтий был пресвитером, следовательно, до 344 года; а раньте после Павлина слушал Афанасия аназарвского. К сожалению, определить точно время, когда Антоний сделался епископом тарсским, невозможно. Несомненно только то, что это было после 325 года: на Никейском соборе присутствовал Феодор, епископ тарсский, только что возведенный на тарсскую кафедру, преемник Лупа, присутствовавшего на анкирском ц неокесарийском поместных соборах и на антиохийском соборе 324 года, умершего след. в самом конце 324 — начале 325 года1).

Это конечно не доказывает, что Антоний сделался епископом тарсским долго спустя никейского собора. Феодор ведь мог сделаться епископом тарсским и в очень преклонном возрасте, или же умереть молодым. — В списках епископов антиохийского собора около 333 года, издавшего 25 канонов, с именем того или другого епископа тирсского мы не встречаемся вовсе. Феодор (תאודורם = Θεόδωρος) № 8 сирского списка в codex Parisinus 622) есть, как доказывает латинский список — епископ уасадский (Οὐασάδων) в Исаврии, присутствовавший и на Никейском соборе (№ 184 в. Index restitutus Гельцера), или же Феодор, епископ сидонский в Финикии (№ 43 в Index restitutus Гельцера)3). В пользу того предположения, что

1) См. мою статью: „Антиохийский собор 324 года“ в Хр. Чт. 1911 г., стр. 831.845.— А. А. Спасский, История догматических движений, стр. 215, по какому то недосмотру заносит Антония в число присутствовавших на Никейском соборе арианствующих епископов-лукианистов!

2) Издан у F. Nau, Littérature canonique syriaque inédite: Concile d’Antioche etc. в Revue de l’Orient Chrétien. Deuxieme série. Tome IV (XIV). 1909. № 1, p. 13 (французский перевод) 17—18 (сирский подлинник). В латинском списке на 26 месте стоит Theodorus Vasadens.

3) В изданных недавно Э. Швартцем (в греческом переводе) (Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mittheilung VIII в Nachrichten d. K. Ges. d. Wiss. zu Göttingen. Phil.-hist. Cl. 1911. S. 392—3) двух сирских списках (по рукописи А) епископов этого собора Феодор сидонский занимает 2-е место — прямо после Евсевия кесарийского: А1: Θεόδωρος Σιδῶνος Φοινίκης; А2: Θεόδωρος πᾶσι τοῖς ὁ ὁρισθεῖσιν τῆς ἁγίας συνόδου παρὼν συγκατίθεααι. 3-е место во 2-м списке занимает тоже Θεόδωρος — вероятно — уасад-

 

 

28

Антоний стал епископом на много раньше Леонтия, вскоре после Никейского собора, можно сослаться на тот факт, что Филосторгий1), перечисляя учеников мученика Лукиана, называет в числе их καὶ Λεόντων, τὸν ὕστερον γεγονότα τῆς Αντιόχειας ἐπίσκοπον, καὶ Ἀντώνιον τὸν Ταρσού τῆς Κιλικίας; и хотя тот же Филосторгий приписывает Антонию вместе с Леонтием честь, что оба они сохранили в неповрежденном виде благочестие, ἀπαράτρωτον τὴν εὐσέβειαν διασώσασθαι λέγει; но в истории арианского спора мы с Антонием тарсским, как не то что выдающимся, но и сколько-нибудь заметным деятелем не встречаемся. Не значит ли это, что он довольно рано сошел со сцены, что к 343-му, может быть даже к 335-му, году его уже не было в живых? С этим предположением вполне гармонирует и тот факт, что ничего не знаем мы и о предшественнике Антония Феодоре тарсском. В преемнике „мужа апостольского“ Лупа тарсского, сменившем его в эпоху полного торжества православия, когда антиохийский собор 324 года разгромил партию восточных защитников Ария, мы вправе предполагать убежденного никейца. Между тем в числе жертв евсевианских интриг имя Феодора не упоминается. Не значит ли это, что кафедра тарсская перешла от Феодора к Антонию совершенно мирным путем, после смерти первого, еще до начала евсевианских интриг против виднейших никейцев?

В передаче Свиды о пребывании Аетия у Павлина и Евлалия говорится таким образом:

καί δῆτα συγγίνεται Παυλίνῳ, ἀρτίως ἀπὸ Τύρου εἰς Ἀντιόχειαν ἀφικομένῳ ἔτι κατὰ τοὺς Κωνσταντίνου χρόνους, τούτου ἠκροάτο, πολλὴν ἐπιεικῶς φαίνων τῆς ἀσεβείας [так! это уже конечно переделка в православном духе сообщения Филосторгия, который мог говорить не об ἀσέβεια, а только об εὐσέβεια Аетия] τὴν ῥώμην εἰς τάς πρὸς τοὺς διαφορουμένους ζητήσεις, καὶ οὐχ ὑποστατός ἤδη τοῖς πολλοῖς ἦν. ἐπεὶ δὲ Παυλῖνος ἐτεύλνήκει, Εὐλάλου τρίτου καὶ εἰκοστού ἀπὸ τῶν ἀποστόλων ἔχοντος τὸν

ский; в А1 именно другого Феодора нет; но вероятно он скрывается под одним из двух Феодотов, занимающих два последних (28-е и 29-е) места в этом списке (ни один из них не тождествен с Феодотом Лаодикийским, который занимает в этом списке 10-е место). — Под другим же из этих Феодотов скрывается, по моему, Феодосий трипольский.

1) Philostorg. И, 14 cf. 15 р 475 (Vales.).

 

 

29

θρόνον, πολλοί τῶν ὑπὸ τοῦ Ἀετίου ἐλεγχομένων, δεινόν ποιησάμενοι πρὸς ἀνδρὸς δημιουργοῦ καὶ νέου κατὰ κράτος ἐλαύνεσθαι, συστάντες ἐξήλασαν αὐτὸν τῆς Ἀντιόχειας, ἐξελαθεὶς δὲ εἰς Ἀνάζαρβον ἀφικνεῖται. Нетрудно убедиться, что и у Свиды, как и у Фотия, мы имеем дело только с сокращенной [а отчасти и искаженной, исправленной в православном духе] передачей рассказа Филосторгия, а не с подлинным его текстом. У Свиды рассказ об Аетий даже короче, чем у Фотия (у Фотия 102 строки в ed. Valesii 1679 г., у Свиды 25 строк, след. вчетверо меньше). По интересующему нас вопросу у Свиды опущено замечание о том, что Павлин по переходе в Антиохию, или после того, как к нему пришел Аетий, жил только 6 месяцев. Но в других отношениях Свида дополняет Фотия.

1) Он сообщает, что, когда Аетий пришел в Антиохию к Павлину, последний только недавно, ἀρτίως, переведен был сюда из Тира. Следовательно, если даже „6 месяцев“ у Филосторгия относятся только к пребыванию Аетия у Павлина, и в таком случае последний все же не на много дольше 6-и месяцев был антиохийским епископом, — менее года во всяком случае.

2) У Свиды Филосторгий говорит, что Павлин перешел в Антиохию „еще во время Константина“. Но для вопроса о времени епископства Павлина эта подробность безразлична, так как не подлежит никакому сомнению, что он был епископом антиохийским при Константине. Если же кто вздумает упирать на ,,ἔτι“, и в этом словечке усмотрит доказательство, что Павлин был антиохийским епископом в последние годы царствования Константина, следовательно после 325 года, то очень легко показать всю ненадежность такого аргумента. „Ἔτι“ имеет здесь совсем другое значение. — Аетий, как это, конечно, хорошо знал Филосторгий, и вероятно, и его первые читатели, как видный церковный деятель, глава партии аномиев, выдвигается около 357 года, одновременно с опубликованием 1-й сирмийской формулы („сирмийского манифеста“, как называл ее Гуоткин), следовательно уже в конце царствования Константия. До того времени Аетий был величиною незаметною в ряду арианских деятелей. Филосторгий, сам из числа аномиев, описывая жизнь Аетия, основателя этой секты, и передает своим читателям, что Аетий еще задолго до 357 года,

 

 

30

еще при Константине, слушал в Антиохии Павлина и вел там блестящие диспуты. Было ли это в конце или в начале царствования Константина, из слов Филосторгия не видно. Но

3) у Свиды Филосторгий передает, что Аетий даже и при Евлале был еще „молод“, νέος (след. не старше 44 лет, но может быть и гораздо моложе). Следовательно ничто не препятствует думать, что у Павлина Аетий был за 33 года до 357 года, в 324 году: если Аетий родился, допустим, в 300 году, то в 324-м году ему было 24 года, в 357-м — 57 лет.

4) Евлал, по Свиде, был 23-м епископом антиохийским от времен апостолов. Это сообщение, которое Филосторгий взял конечно не от „ветра главы своея“, а из какого-то списка антиохийских епископов, очень важно для оценки списка антиохийских епископов в хронике Иеронима и других позднейших списков.

Таким образом, и Филосторгий не подтверждает того, что нужно Швартцу; и из его слов не видно ясно того, что Павлин был полноправным и единственным епископом тирским в эпоху после Никейского собора и только после Никейского собора. О Никейском соборе Филосторгий, как и Евсевий, не говорит в данном месте ни слова. Да и сам Павлин интересует его только как епископ антиохийский; о тирском же его управлении он не сообщает ни единого факта. — А некоторые подробности его рассказа говорят скорее против Швартца, чем в его пользу.

За предположение, что Павлин тирский на антиохийской кафедре был преемником св. Евстафия, говорит по-видимому только то сообщение Филосторгия, что преемник Павлина на этой кафедре был Евлалий (Евлал).

Чтобы разобраться в вопросе, насколько и это сообщение доказывает то, что им хотят доказать, необходимо привести все сохранившиеся известия о том, какие епископы занимали антиохийскую кафедру от начала арианского спора и до тирского собора 335 года [что в 335 году Павлина тирского уже не было в живых, этого не оспаривает никто].

 

 

31

IV.

Хорошо известно, что при возникновении арианского спора епископом антиохийским был Филогоний — строгий антиарианин, которого Арий заносил в число 3-х „еретиков-неучей“. Но к 325 году Филогония уже не было в живых. На Никейском соборе присутствовал антиоуийский епископ Евстафий, бывший епископ верийский. Как к Филогонию антиохийскому, так и к Евстафию верийскому св. Александр александрийский обращался с посланиями аналогичными с Ἡ φίλαρχος1).

Но вскоре после Никейского собора Евстафий по интригам евсевиан был низложен, и антиохийская кафедра перешла в руки ариан. — Но на вопрос о том, кто был непосредственным преемником св. Евстафия, историки отвечают далеко не одинаково.

Из вполне достоверного источника — из сохранившихся в Eusebii De vita Constantini III, 61, 62—63 двух писем императора Константина: 1) к Евсевию кесарийскому ,,Ἀνέγνων πληρέστατα“ и 2) к Феодоту [Лаодикийскому], Феодору [ираклийскому? уасадскому? сидонскому?], Наркиссу [нерониадскому], Аетию [лиддскому], Алфию [апамийскому] и прочим епископам сущим в Антиохии“ Ἄνέγνων τἁ γραφέντα, мы знаем, что в это время [вскоре по низложении св. Евстафия, но неизвестно: непосредственно ли после этого события] кафедра антиохийская по желанию как народа [антиохийского], так и самого императора Константина предложена была самому Евсевию — ученому митрополиту кесарийскому. Но он отказался от этой чести, ссылаясь на церковный канон2), т. е. видимо на 15-ое правило 1-го вселенского собора, воспретившее переходы епископов с кафедры

1) Theodoret. I, 4, 62 (cf. Е. Schwartz VI, S. 270): συνῳδὰ τούτοις [согласно с посланием Ἡ φίλαρχος, которое приведено у Феодорита непосредственно перед этими словами] ἐπέστειλε καὶ Φιλογονίιρ τῷ τῆς Ἀντιοχίων ἐκκλησίας προέδρω καὶ Εὐσταθίῳ [ed. Valesii Εὐσταδίῳ] τῷ τῆς Βέροιαν ἰθύνειν πεπιστευμένιυ καὶ τοῖς ἄλλοις ὅσοι τῶν ἀποστολικῶν ἦσαν δογμάτων συνήγοροι.

2) Eus. d. vit. Qonst. III, 62: ἐπειδὴ τοῦτο τοῖς γράμμασιν ὑμῶν περιείχετο, ὥστε κατὰ γε τὴν τοῦ λαοῦ καὶ τὴν τῆς ὑμετέρας προαιρέσειος σύνεσίν τε καὶ βούλησιν [var. βουλὴν] Εὐσέβιον τὸν ὶερώτατον ἐπίσκοπον τῆς Καισαρείαν ἐκκλησίας, ἐπὶ τῆς Ἀντιοχέων προκαθέζεσθαι, καὶ τὴν ὑπέρ ταῦτης ἀναδέξασθαι φροντίδα, τὰ γε μὴν Εὐσεβίου γράμματα τὸν θεσμὸν ἐκκλησίας μάλιστα φυλάττοντα ἐφαίνετο. Ср. Ш, 61 (см. ниже стр. 40, прим. 2).

 

 

32

на кафедру1). За это Константин в. признал Евсевия достойным быть епископом всей церкви2), и предложил собравшимся в Антиохию епископам избрать на антиохийскую кафедру или Евфрония пресвитера Кесарии каппадокийской, или Георгия пресвитера арефусского, доставленного во пресвитеры еще Александром александрийским [это известный впоследствии Георгий, епископ Лаодикийский, один из вождей омиусианской партии]3).

Кто именно поставлен был в этот раз епископом антиохийским, Евсевий не сообщает. Но об этом мы имеем свидетельство другого современника, одного из самих кандидатов на антиохийскую кафедру, предложенного Константином в., Георгия Лаодикийского. В своем похвальном слове, ἐγκώμιον, Евсевию емисскому, которое имел под руками Сократ [и Созомен?], Георгий рассказывает, что Евсевий был в Антиохии как раз в то время, когда Евстафий, оклеветанный Киром верийским в савеллианстве, был низложен. После этого Евсевий жил некоторое время в Антиохии вместе с преемником Евстафия — Евфронием; но потом, избегая священства, удалился в Александрию, и в Антиохию возвратился уже при преемнике Евфрония Флакилле4).

1) Nicaen. сап. 15: ἔδοξε παντάπασι περιαιρεθῆναι τὴν συνήθειαν, τὴν παρὰ τὸν κανόνα εὑρεθεῖσαν [след. правило, воспрещавшее переход епископов существовало, по-видимому, и ранее, но не приводилось в исполнение] ἔν τισι μέρεσιν, ὥστε ἀπὸ πόλεως εἰς πόλιν μὴ μεταβαίνειν μήτε ἐπίσκοπον μήτε πρεσβὐτερον μήτε διάκονον.

2) Eus. de Vit. Const. III, 61: μακάριον δὴ σαυτὸν καὶ ἐν αὐτῳ τούτῳ νόμιζε, ὡς τῇ τοῦ κόσμου παντός, ὡς ἔπος εἰπεῖν, μαρτυρίᾳ, ἄξιος ἐκρίθης πάσης ἐκκλησίας ἐπίσκοπος εἶναι∙ εἰ γὰρ ποθοῦσιν ἅπαντες εἶναἰ σε παρ’ αὐτοῖς, ταύτην σοι τὴν εὐδαιμονίαν ἀναμφισβήτως συναύξουσιν.

3) III, 62: [после слов в прим. 38] ἐχρῆν δ’ ὑμῶν τῇ συνέσει καὶ τὴν ἐμὴν γνώμην ἐμφανῆ γενέσθαι. ἀφίκται γὰρ εἰς ἐμὲ /συνέβη/ Εὐφρόνιόν τε τὸν πρεσβὐτερον, πολίτην ὄντα τῆς κατὰ Καππαδοκίαν Καισαρείας∙ καὶ Γεώργιον τῶν Ἀρεθουσίων πρεσβύτερον ὡσαύτως, ὅν ἐπί τῆς τάξεως ταύτης Ἀλέξανδρος ἐν Ἀλεξάνδρειᾳ κατεστήσατο, εἶναι τὴν πίστην δοκιμωτάτοὺς. καλῶς οὐν εἰχε δηλώσαι τή συνέσει ὑμῶν, τοὺς τε προχειρισαμένους, καὶ ἑτέρους, οὓς ἂν ἀξιους ἡγήσησθε πρὸς τό τῆς ἐπισκοπῆς ἀξίωμα, ὁρίσαι ταῦτα, ἃ τῇ τῶν ἀποστόλων παραδόσει σύμφωνα ἂν εἴη∙ τῶν γὰρ τοιούτων εὐτρεπισθέντων, δυνήσεται ὑμῶν ἡ σύνεσις κατὰ τὸν τῆς ἐκκλησίας κανόνα∙ καὶ τὴν ἀποστολικὴν παράδοσιν, οὕτω ῥυθμῖσαι τὴν χειροτονίαν ὡς ἀν τῆς ἐκκλησιαστικῆς ἐπιστήμης ὑφηγήται λόγος.

4) Socr. h. e. II, 9, p. 86. Μετὰ ταῦτα δὲ ἐπιδημήσαντος αὐτοῦ τῇ Ἀντιόχεια, συνέβη Εὐστάθιον ὑπὸ Κύρου κατηγορηθέντα τοῦ Βεροιέως καθαιρεθειναι ὡς Σαβελλίζοντα. Εἶτα αὐθις τὸν Εὐσέβιον συνεῖναι Εὐφρονίῳ τῷ διαδεξαμένῳ Εὐστάθιον. Cf. Sozomen. h. e. III, 6, p. 99. Παραγενόμενός τε εἰς Ἀντιόχειαν, ἐπεὶ συνέβη Εὐστάθιον καθαιρεθῆναι διὰ τὴν Κύρου κατηγορίαν, Εὐφρονίω τῷ μετ’ αὐτὸν συνῆν. —

 

 

33

Этого Евфрония Сократ и Созомен и считают поэтому первым преемником св. Евстафия, с тою разницею, что по Созомену Евфроний хиротонисован был сразу же по получении в Антиохии письма Константина в.1); по Сократу же по низложении св. Евстафия кафедра антиохийская вдовствовала 8 лет и только после этого поставлен был Евфроний2).

Таким образом, Сократ и Созомен не знают как антиохийских епископов ни Павлина, ни Евлалия. За Евстафием у них следует кандидатура Евсевия кесарийского, и затем прямо Евфроний, и за ним Флакилл. — Преемником Евстафия считал Евфрония и Феодор мопсуестийский3).

Более подробные сведения об арианских преемниках св. Евстафия дает антиохиец Феодорит. — По его словам первым по низложении св. Евстафия поставлен был Евлалий; но он вскоре умер. После этого хотели перевести Евсевия палестинского; но после того, как он и сам уклонился от этого, и „император“ этому „воспрепятствовал“, поставили Евфрония. Но и он прожил только год и несколько месяцев, после чего кафедра антиохийская перешла к „Флакиту“ (Флакиллу)4).

Сочинение Георгия Лаодикийского называется у Сократа II, 9 βιβλίον, а в I, 24 ἐγκώμιον [Γεώργιος ὁ Λαοδικείας τῆς ἐν Συρίᾳ ἐπίσκοπος — — ἐν τῷ ἐγκωμίῳ τῷ εἰς Εὐσέβιον τὸν Ἐμισηνόν].

1) Sozom. II, 19, p. 69. Ἐπεὶ δὲ τὰ βασιλέως ἐδέξαντο γράμματα, Εὐφρόνιον ἐχειροτόνησαν.

2) Socr. I, 24, p. 59. Ἐφεξῆς οὖν [после отказа Евсевия] ἐπὶ ἔτη ὀκτὼ λέγεται τὸν ἐν Ἀντιόχεια θρόνον τῆς Ἐκκλησίας σχολάσαι. Οψὲ δὲ ποτὲ σπουδῇ τῶν τὴν ἐν Νίκαια πίστιν παρατρέπειν σπουδαζόντων χειροτονείται Εὐφρόνιος.

3) У Никиты по сообщению Валуа в примеч. к Socr. 1, 24 χειροτονείται Εὐφρόνιος. Idem scribit Sozomenus et Theodorus Mopsuestenus apud Nicetam in Thesauro orthodoxae fidei [слов Феодора Валуа не приводит].

4) Theodoret. 1, 22, р. 53: Οὐτοι δὲ [евсевиане] πρῶτον μὲν ἀντ’ αὐτοῦ [Εὐσταθίου] χειροτονοῦσιν Εὐλάλιον. Τούτον δὲ ὀλίγον ἐπιβιώσαντος χρόνον, Εὐσέβιον μεταθεῖναι τὸν Παλαιστινὸν ἠθέλησαν’ ἐπεὶ δὲ καὶ αὐτὸς ἐξέφυγε τὴν μετάθεσιν, καὶ βασιλεὺς διεκώλυσεν [явная неточность: Константин сам желал перевести в Антиохию Евсевия; но только не стал настаивать на этом, когда Евсевий отказался] Εὐφρόνιον προεβάλοντο, καὶ τούτου δὲ τελευτήσαντος, ἐνιαυτόν γε καὶ μήνας ὀλίγους μετὰ τὴν χειροτονίαν ἐβίω, Πλακεντίῳ [так y Migne, т. е. в издании Валуа; но, по словам Швартца, Zur Gesch. d. Ath. VШ, 396, Anm. 5: führt die Überlieferung bei Theodoret (vgl. den Index zu Parmentier Ausgabe) auf Φλάκιτος. — Мне издание Parmentier пока недоступно] τῆς Ἐκκλησίας ἐκείνης τὴν προεδρίαν παρέδωσαν. πάντες δὲ ὁμοίως τὴν Ἀρείου λώβην εἶχον ἐγκεκρυμμένην. — Преемник Евфрония называется у Сократа (II, 8. 9) Πλάκιτος, у Созомена (III, 5) Πλάκητος. Но настоящее его имя было по-видимому Флакилл Φλάκιλλος, Flacillus (Flaccillus?). — [Ср. впрочем Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius VШ, Nadir, d. K. Ges. d. Wiss. z. Göttingen, Phil.-hist. CI. 1911, S. 396, Anm 5.]

 

 

34

Полный список антиохийских епископов 1-й половины IV века, начиная от Тиранна и кончая Мелетием, сохранился в хронике Иеронима. По его словам, после Тиранна 20-м епископом антиохийским поставлен был Виталий, после него 21-м Филогоний, которому преемствовал 22-й — Павлин; после него 23-й Евстафий. Когда же он за веру отправлен был в ссылку, антиохийской церковью завладели ариане „до настоящего дня“ [т. е. до того времени, как писал Иероним] т. е. Евлалий, Евсевий, Евфроний, Плакилл, Стефан, Леонтий, Евдоксий, Мелетий, Евзоий, Дорофей, снова Мелетий. Времена их (годы правления), как замечает Иероним, он потому не приводил, что считает их скорее врагами Христа, чем епископами1).

Antiochiae post Tyrannum XX ordinatur episcopus Vitalis. Post quem XXI Filogonius. Cui successit XXII [vicesimas secundus] Paulinns. Post quem XXIII [vicesimus tertius] Eustathius. Quo in exsilium ob fidem truso, usque in praesentem. diem, Amani ecclesiam occupaverunt, id est Eulalius, Eusebius, Eufronius [Eufronius Eusebius A.], Placillus, Stefanus, Leontius, Eudoxius, Melitius [F. Meletius], Euzoius, Dorotheus, rursum Melitius [св. Мелетия антиохийского Иероним — сторонник Павлина, как известно, считал арианином]. Quorum idcirco tempora non digessi, quod eos hostes potius Christi quam episcopos judicem.

Можно пожалеть о том, что Иероним не пожелал отметить в своей хронике годы правления антиохийских епископов, и тем лишил нас возможности определить с точностью и самый год низложения св. Евстафия. Но нельзя не видеть, что он имел в своем распоряжении полный список антиохийских епископов с отметою их лет правления и — что особенно важно в данном случае — со счетом их, начиная от

Так называет его Евсевий кесарийский в письме, с которым препровождает ему свое сочинение Περὶ τῆς ἐκκλησιαστικῆς θεολογίας (в 336—7 г. Harnack, Chronol. II, S. 125), и римский епископ Юлий у Athan. apol. с. arian. 20. Этот Флакилл несомненно присутствовал на тирском соборе 335 года, низложившем Афанасия в., и играл там видную роль (Athan. apol. с. arian. an. 79—81). Комит Дионисий прямо называет отцов тирского собора οἱ περὶ Φλάκιλλον (τοῖς κυρίοις μου τοῖς περὶ Φλάκιλλον). По Harnack, ο. c. S. 125, Флакилл поставлен был антиохийским епископом в 333 году.

1) Hieronymi Chronicon в Eusebii Chronicorum libri duo ed. A. Schoene vol. Il Berolini 1866 p. 192. Olympias CCLXXVII, 1 = год Авраама 2345 [и ap. Aligne S. G. t. 19. coll. 587—8 Olympias 277, 4 Christi 332. Constantini 22]. В тексте дан текст по изданию Шёне; в [ ] — варианты до изданию Миня.

 

 

35

времен апостолов. И это предположение вполне подтверждается тем фактом, что такой же, как у Иеронима, список (с именем Павлина между Филогонием и Евстафием) сохранился и у целого ряда позднейших хронистов и писателей, не только западных, но и восточных1).

Но мало того, по меньшей мере один такой список сохранился и отдельно в одной из флорентийских рукописей после церковной истории Евсевия. Единственное важное отличие этого списка от списка Иеронима состоит в этом, что 22-й антиохийский епископ в нем называется не Павлином а Романом. Подобный же список, очевидно, имел под руками и Созомен: и у него предшественник св. Евстафия называется Романом 2).

Никита Хониат, у которого сохранился и Павлин, как преемник Филогония, ставит однако между Павлином и Евста-

1) Из западных хронистов упоминают Павлина, как преемника Филогония, Проспер аквитанский, Hermannus Contractus и Marianus Scotus, из восточных — Никифор (у которого он называется Павлом), св. Феофан и Евтихий (у него он назван Аполлинием), а из писателей Зонара и Никита Хониат. Сведения об этих авторах мне к сожалению приходится брать из вторых рук, именно из Tillemont, Mémoires t. VII. p. 646. B о s c h i u s в Act. SS. Julii t. IV. p. 32 u. 130 (только у него приведены и западные хронисты). Le Quien, Oriens Christianus t. II. Paris. 1770, coli. 708.

2) Sozom. h. e. I, 2, p. 11—12. Κρίσπου καὶ Κωνσταντίνον τῶν Καισάρων ὑπατευόντων [разумеется вероятно 324-й год Crispo Caesare III et Constantino Caesare III consulibus, а не 321-й Crispo II et Constantino Caes. II], ἡγείτο μὲν τῆς Ῥωμαίων ’Εκκλησίας Σίλβεστρος∙ τῆς δε Ἀλεξανδρέων Ἀλέξανδρος, καὶ Μακάριος τῆς ‘Ιεροσολύμων∙ τῆς δὲ Ἄντιοχέων τῶν πρὸς τῷ Ὀρρόντη, μετὰ ‘Ρωμανόν οὅπω τις ἐπετέτραπτο, τῶν διωγμῶν, ὡς εἰκός, μὴ σνγχωρησάντων γενέσθαι τὴν χειροτονείαν. Οὐκ εἰς μακράν δὲ οἱ εἰς Νίκαιαν σννελεληθότες, θαυμάσαντες τὸν βίον καὶ τῶν λόγων Εὐσταθίον, ἀξιον ἐδοκίμασαν τὸν ἀποστολικον θρόνον ἡγεῖσθαι∙ καὶ ἐπίσκοπον ὄντα τῆς γείτονος Βερροίας, εἰς Ἀντιόχειαν μετεστήκασιν. Сообщение, будто Евстафий верийский только на Никейском соборе переведен был в Антиохию, невероятно уже потому, что на деле никейский собор запретил такие переходы епископов с кафедры на кафедру. [Эти строки писал я не имея под руками Tillemont, Mémoires VII, где р. 646 Тилльмон пишет: Selon Sozomene, cette Eglise estoit vacante en 324 par la mort de Romain: et S. Eustathe alors Evesque de Berée y fut transféré [en 325] par le Concile de Nicée. Mais il n’y a aucune apparence que le Concile de Nicée qui a condamne tous ces changements d’évechez, par son XV Canon, les eust voulu autoriser luy mesme par un exemple si signalé. Против Созомена Тилльмон справедливо выдвигает еще важный в данном случае argumentum а silentio: молчание Феодорита]. Прямо же это известие опровергается новооткрытым посланием антиохийского собора 324 года к Александру фессалоникскому. См. мою заметку об этом соборе в Хр. Чт. 1911 г., июль-август и сентябрь, стр. 831—858, 1008—1023. Из этого послания ясно, что св. Евстафий во всяком случае был уже епископом антиохийским осенью 324 года, когда состоялся этот собор. По поводу ‘Ρωμανόν Валуа в примечании к этому месту говорит: Hunc Romanum

 

 

36

фием и Романа. Однако место, занимаемое этим Романом во флорентийской рукописи, не оставляет, по моему, никакого сомнения в том, что под этим „Романом“ как в флорентийском списке, так и у Созомена, скрывается все тот же Павлин

Antiochenis Ecclesiae episcopum, nescio undenam hauserit Sozomenus, Nam Hieronymus in Chronico nullam Romani mentionem facit. Nicephorus quoque patriarcha eum praetermittit. Habetur tamen in indice episcoporum qui majores Ecclesias rexerunt a Christo usque ad tempora Magni Constantini. Hic index habetur i.n Bibliotheca Florentina, post Historiam Ecclesiasticam Eusebii Caesariensis. In eo igitur indice inter episcopos Antiochenos decimus septimus ponitur Timaeus, decimus octavus Cyrillus, decimus nonus Tyrannus, vicesimus Vitalis, vicesimus primus Philogonius, vicesimus secundus Romanus, vicesimus tertius Eustathius [счет антиохийских епископов, следовательно, и в флорентийском index’b совершенно тот же, как и у Иеронима]. In margine vero ad nomen Philogonii ascriptum est hoc scholion, Σημείωσον ὅτι Θεοδώρητος ἀπὸ τοῦ Φιλογονίου Εὐστάθιόν φησι.

1) От списка Иеронима флорентийский Index отличается только тем, что ставит „Романа“ на место Павлина. А что этот Роман не взят у Созомена доказывает цифра „vicesimus secundus“, которой нет у Созомена, и маргинальная заметка: этот Роман, поставленный между Филогонием и Евстафием, смутил кого-то, читавшего историю Феодорита, и он счел нужным заметить, что по Феодориту непосредственным преемником Филогония был Евстафий. Едва ли можно поэтому допустить, что какой-то позднейший читатель списка взял это имя у Созомена и заменил им имя Павлина. Вероятно этот загадочный Роман и у Созомена так же смутил бы позднейшего читателя, который обратил бы на него должное внимание, и побудил бы его писать заметку на поле. Скорее всего в этом Іndex’е мы имеем дело с источником Созомена: такой список епископов, как в флорентийской рукописи, стоял может быть и в том экземпляре церковной истории Евсевия, которым пользовался Созомен. Ср. В. В. Болотов, Theodoretiana (= Хр. Чт. 1892 г. II) 163—164. Почти буквальное совпадение этого списка с списком Иеронима: 1) ручается за его достоверность в целом и 2) показывает, что „Роман“ Index’a есть то самое лицо, которое у Иеронима названо Павлином. И нетрудно понять, что действительное имя этого антиохийского епископа было Павлин, а не Роман, что ΡΩΜΑΝΟΣ есть плохо разобранное ΠΑΥΛῖΝΟΣ, а не наоборот. За правильность чтения этого имени в рукописях Иеронима ручаются и „Павел“ Никифора и „Аполлиний“ Евтихия: оба эти имена понятны как искажение имени Παυλῖνος, а не ‘Ρωμανός. А если, как сообщает далее Валуа, Никита называет Романа преемником Павлина, и говорит, что этот Роман был схвачен и пострадал за Христа, после чего антиохийская кафедра вдовствовала, так как в гонение тиранов выбор епископов не был свободен, то это доказывает не много: Никита комбинировал данные разных источников, в числе их и Созомена, и, не догадываясь, что под его „Романом“ скрывается тот же Павлин, увидел в Романе преемника Павлина и кроме того отождествил этого Романа, как кажется видел это и Валуа, с палестинским мучеником Романом, который был диаконом и заклинателем, ἐπορκιστἡς, кесарийской парикии и пострадал мученически в Антиохии (Eusebii, de martyribus Palaestinae c. 2, p. 909 Schwartz), но епископом никогда не был. Этого же Романа едва ли не имел в виду и сам Созомен. Паджи (Pagius в

 

 

37

Феодорит не знает ни Павлина, ни Романа и считает св. Евстафия непосредственным преемником Филогония 1).

Notae variorum к цитированному месту Созомена) думал, что Sozomenum non de martyre illo quem memorat Eusebius — l.c. — sed de alio quodam Romano esse intelligendum. Но 1) об этом другом Романе мы ровно ничего не знаем; 2) и Созомен говорит о гонении и о вдовстве кафедры по кончине Романа; след., естественно предположить, что и он видел в нем мученика. Но, если бы и в самом деле существовал антиохийский епископ-мученик Роман, то о нем не умолчал бы современник гонения Евсевий, и мартирологи не опустили бы его имя. — Список антиохийских епископов у Никиты во всяком случае не имеет никакого значения подле иеронимова и флорентийского. Никита не ведет счета епископов, тогда как Иероним и флорентийский Index совершенно согласно называют Филогония 21-м, а Евстафия 23-м епископом, и следовательно для двух епископов между ними не оставляют места. Ясно, следовательно, как 2X2 = 4, что vicesimus secundus Romanus Index’a есть vicesimus secundus Paulinus Иеронима. — Что под „Романом“ у Созомена скрывается Павлин, видел (как узнал я уже после того, как предлагаемая заметка у меня в существенном была уже написана) еще Gothofredus, dies, in Philost. lib. III. c. XV. 1. c. ap. Boschius Act. SS. Julii t. IV. n. 142. p. 34. (Parergon. De Romano). Сам ван-Босх однако не соглашался с этим и предполагал, что хотя Роман Созомена и одно лицо с Павлином Иеронима, но это не значит, что Созомен ошибочно написал, как думал Gothofredus, μετὰ Ῥωμανόν вместо μετὰ Πανλῖνον; этот антиохийский епископ — думает ван-Босх — носил двойное имя, назывался как Павлином, так и Романом. Ego ex hoc catalogo [т. e. из флорентийского Index’a] — говорит Boschius — non temere suspicari mihi videor, Romanum illum, qui Paulini locum istic occupat, eumdem cum Paulino,·atque adeo binominem fuisse; ita ut nullo negotio Sozomenum cum catalogo, et cum antiquis omnibus unum, inter Philogonium Eustathiumque, Paulinum agnoscentibus conciliabis: neque erroris eum arguens aut cum Gothofredo — dicendo eum scripsisse ματὰ [sic] Ῥωμανόν pro ματὰ Πανλῖνον. — Таким образом ван-Босх согласен со мною и Готофредом (Годфруа) в самом существенном, что Роман Созомена есть одно лицо с Павлином. Но его предположение о двуименности Павлина-Романа требовало бы аргументов более веских, чем авторитет Созомена и флорентийского Index’a. По такой логике можно пожалуй предположить, что Павлин носил еще и имена Павла и Аполлиния; а Флакилл — имена Флакита, Плакита, Плакилла и Плакентия. При сходстве окончаний этих имен превращение Павлина в Романа так естественно, что сомневаться в правильности догадки Годфруа не приходится. Но можно даже сказать, что Павлин не мог носить еще и имя Романа. Дело в том, что по два имени в римской империи носили иностранцы, не желавшие носить свои природные имена и хотевшие выдавать себя за настоящих римлян. Ср. примеры таких двойных имен у В. В. Болотов, Отзыв о сочинении А. И. Садова стр. 32—32 = Протоколы Совета С.-Петербургской Духовной Академии за 1895/6 г., стр. 138—129. Paulinus же и Romanus были имена одинаково латинские. — Еще более неправдоподобно и излишне предположение Паджи, будто Роман post Paulini abdicationem [об этом отречении — после] ecclesiam Antiochenam pastore destitutam rexit. — Тилльмон, Mémoires VII, 646а своего собственного окончательного мнения о том, кто такой был этот Роман, не высказывает.

1) Theodoret. h. e. 1,7, p. 25 B. Ὁ μίγας Εὐβτάθιος, ὁ τής Ἀντιοχίων ἐκκλη-

 

 

38

Мы обладаем таким образом довольно противоречивыми известиями о преемстве антиохийских епископов от Филогония до Евфрония. Согласовать эти известия и составить точный, не вызывающий никаких возражений, список антиохийских епископов за это время, не особенно легко.

Для наглядности сопоставляю имена антиохийских епископов этого времени по Иерониму, Филосторгию, Сократу, Созомену и Феодориту в· виде таблицы:

Иероним

Филосторгий

Феодорит

Сократ

Созомен

21. Philogonius

Φιλογόνιος

22. Paulinus

22. Παυλῖνος

Ῥωμανός

23. Eustathius

Εὐστάθιος

Εὐστάθιος

Εὐστάθιος

Eulalius

Εύλάλιος

Εύλάλιος

Eusebius

[Εὐσέβιος]

[Εὐσέβιος]

[Εὐσέβιος]

Euphronius

Εὐφρόνιος

Εὐφρόνιος

Εὐφρόνιος

Отсюда видно, что

1) Павлин ни у одного из авторов не называется преемником св. Евстафия: не только у Иеронима, но и у Созомена [если исправить его „Романа“ в Павлина] он является наоборот предшественником Евстафия.

2) Евлалий только у одного Филосторгия оказывается непосредственным преемником Павлина; но Иерониму же и Феодориту он был первым преемником св. Евстафия.

Сократ и Созомен совсем не знают Евлалия и по низложении Евстафия прямо ставят кандидатуру Евсевия кесарийского. И в этом случае на их стороне оказываются и Георгий Лаодикийский и Феодор мопсуестийский.

Таким образом на вопрос: кто был первым преемником Евстафия на антиохийской кафедре возможно три ответа: 1) Евфроний (авторитеты — Георгий Лаодикийский, Феодор мопсуестийский, Сократ, Созомен), 2) Евлалий (авторитеты — Иероним, Феодорит) и 3) Павлин (авторитет — Филосторгий?).

σίας τὴν προεδρίαν λαχών. Φιλογόνιός γε οὗ προεμνήσθην [I, 3, p. 8 Β. Φιλογόνιος δὲ μετὰ τοῦτον (= Βιτάλιον) τὴν προεδρίαν λαχών, τά τε λειπόμενα τῇ οἰκοδομίᾳ (церкви ἐν τῇ Παλαιᾳ, разрушенной „тиранами“ и начатой восстановлением при Виталии) προσέταξε, καὶ τὸν ὑπὲρ τῆς ενσεβείας ἐν τοῖς Λικιννίου καιροῖς ἐπεδείξατο ζήλον] εἰς τὸν ἀμείνω μεταβεβηκεναι βίον, τοντον δὲ ακοντα, ποιμένην ἀντ’ ἐκείνου τὴν ἐκκλησίαν ψήφῳ κοινῇ κατηνάγκασαν, ἀρχιερεῖς τε καὶ ἱερείς καὶ ἅπας ὁ λαὸς ὁ φιλόχριστος.

 

 

39

Бесспорный перевес древних авторитетов, следовательно, на стороне 1-го и 2-го предположений.

Однако и старинные и новейшие ученые, комбинируя сообщения Феодорита и Филосторгия, обычно принимают за факт, что первым преемником Евстафия был именно Павлин тирский, за ним следовали Евлалий и Евфроний, потом Флакилл. Предполагается, что Феодорит почему-то опустил Павлина. Но так как у Филосторгия Павлин является по-видимому непосредственным предшественником Евлалия, который и по Феодориту и по Иерониму был преемником Евстафия, то отсюда и делают вывод, что, следовательно, Павлин был первым преемником Евстафия, опущенным Феодоритом и всеми другими в виду кратковременности его правления.

Из старинных ученых представителями такого взгляда являются Валуа1), Тилльмон2), и ван-Босх3), из новейших Гарнак4), Швартц5), Дюшен6), Каваллера7) и у нас в России В. В. Болотов8) и А. А. Спасский9).

1) Валуа свой взгляд подробно мотивировал в примечаниях к 10-й книге церковной истории Евсевия, мне сейчас недоступных. Кратко же в Notae к Theodoret. h. e. I. 22 p. 16 и к Sozom. 111, Il p. 107. — Nota ad Theodoret. p. 16 Post Eustathium, Antiochensis Episcopus factus est Paulinus qui tunc Episcopus erat Tyri, ut notaui ad lib. 10. Historiae Ecclesiasticae Eusebii. Cui successit Eulalius, quemadmodum testatur Philostorgius apud Suidam in voce ἀέτιος.

2) Tillemont, Mémoires t. VII. S. Eustathe p. 22. — Note 1 pp. 646—650. t. VI. — S. Philogone Note II, p. 726. — Тилльмон наиболее нерешительный защитник этого обычного взгляда и приводит с свойственным ему научным безпристрастием важнейшие аргументы и за противоположное мнение.

3) Acta sanctorum Julii t. IV, рр. 31—42.

4) A. Harnack, Chronologie II, SS. 122, 125.

5) E. Schwartz, Zur Gesch. d. Ath. VI, S. 259, Anm. 1 (выше стр. 12 прим. 1 и 2, стр. 13, прим. 1 и 2), Vil, S. 358, Anm. 1. VIII, 397.

6) Duchesne, Histoire ancienne de l’Eglise II3 (Paris 1908), p. 164, note 1 ср. выше стр. 13 прим. 3).

7) F. Cavallera, Le schisme d’Antioche (IV-e—V-e siècle) Paris 1905 — pp. 66—69.

8) B. B. Болотов в лекциях, курс 1888/9 г. стр. 20. Ср. Из истории церкви сиро-персидской. Экскурс Г. стр. 99 = Хр. Чт. 1900, I, 171, где Евстафий называется — вопреки Иерониму — 22-м антиохийским епископом, считая от апостолов.

9) А. А. Спасский, История догматических движений, стр. 215. (Пав линь тирский упоминается в числе участников никейского собора. О преемниках св. Евстафия А. А. Спасский стр. 296 не говорит ни слова.)

 

 

40

При этом Валуа даже и кандидатуру Евсевия кесарийского (вопреки всем древним авторам) ставил раньше перемещения Павлина из Тира на антиохийскую кафедру1).

Но тут Валуа как будто упускает из вида, что император Константин, в том самом месте, на которое он ссылается, предлагает в качестве кандидатов на антиохийскую кафедру двух пресвитеров: Георгия и Евфрония, „и других“ каких отцы антиохийского собора „найдут достойными епископского достоинства“; следовательно, отказывается от мысли перевести в Антиохию кого-либо из выдающихся епископов. А в письме к Евсевию кесарийскому Константин прямо ссылается на „апостольский и церковный канон“, следуя которому Евсевий пожелал остаться епископом той церкви, в которой по воле Божией сначала принял епископство2).

1) Ad Theodoret. 1,12, nota p. 16. Non possum assentire Theodorito, qui post mortem Eulalii Eusebium Caesariensem ad Episcopatum Antiochenae urbis vocatum fuisse dicit. Nam Eusebius ipse in lib. 3 de vit. Const. aperte indicat, id statim post depositionem Eustathii factum fuisse. Sed et litterae Imperatoris Constantini ibidem ab Eusebio relatae id ipsum non obscure indicant.

2) Eus. Vit. Const. III, 61: Ἀνέγνων πληρέστατα τὴν ἐπιστολήν καὶ τὸν κανόνα τής ἐκκλησιαστικῆς ἐπιστίμης εἰς ἀκρίβειαν φυλαχθέντα κατανόησα ἀλλ’ ――― ἡ σννεσις, ἤγουν τὰς τε ἐντολὰς τοῦ θεοῦ καὶ τὸν ἀποστολικὸν κανόνα καὶ τῆς ἐκκλησίας φυλάττειν ἔγνωκεν ὑπέρευγε πεπόνηκε, παραιτούμενη τὴν ἐπισκοπῖαν τῆς κατὰ τὴν Ἀντιόχειαν Ἐκκλησίας' ἐν ταύτῃ τε διαμεῖναι σπουδάζουσα, εἰς ἣν ἐκ πρώτης θεοῦ βονλήσειτήν ἐπισκοπῖαν ὑπεδέξατο. Константин, очевидно, имеет в виду 15-е правило 1 вселенского собора, на которое вероятно сослался и сам Евсевий. — Этому предположению по-видимому противоречит тот факт, что в Contra Marcellum I, 4, 9 Евсевий пишет: (Маркелл) οὐ τὸν Αστέρων μόνον, άλλα καὶ τὸν μέγαν Εὐσέβιον [никомидийского], οὗ τῆς ἐπισκοπῆς πλεῖσται καὶ διαφανεῖς ἐπαρχίαι τε καὶ πόλεις μεταποιὴθησαν, κακίας ἀγορεύει κ. τ. λ. Евсевий кесарийский таким образом плетет здесь венок своему никомидийскому соименнику из того, в чем и Александр и Афанасий александрийские не без основания видели только его позор: доказательство его честолюбия, и в чем не решился подражать ему и сам кесарийский историк. Но читатель благоволит обратить внимание на то, что и здесь Евсевий кесарийский представляет дело таким образом, что Евсевий никомидийский не по честолюбию перебирался с кафедры на кафедру, а сами эти славные епархии — Никомидия и Константинополь — пожелали иметь его своим епископом [относительно Никомидии это, впрочем, не только возможно, но и вполне вероятно, так как Евсевий был учеником мученика Лукиана, пострадавшего в Никомидии]. Желали ли иметь Евсевия кесарийского своим епископом все антиохийцы, это — вопреки словам Константина в. в письме к собравшимся в Антиохии епископам — далеко не бесспорно, даже прямо невероятно. Во всяком случае пример „великого“ Евсевия никомидийского не был законом для его ученого соименника. При том же на лицо был и другой пример — отрицательного — с евсевианской точки зрения — характера: низложенный Евстафий был

 

 

41

После этих писем императора [и письмо его к Евсевию едва ли осталось неизвестно собравшимся в Антиохии епископам], Павлину ли тирскому [если он был жив в это время] или кому другому из епископов было бы уже невозможно согласиться перейти на антиохийскую кафедру — это значило бы оказаться в глазах императора нарушителем апостольского и церковного канона. Приходилось волей-неволей выбирать в антиохийские епископы — простого пресвитера. Поэтому, думаю, стоит твердо то положение, что после отказа Евсевия кесарийского епископом антиохийским выбран был не Павлин тирский.

Относительно Евлалия мы не имеем сведений, был ли он возведен на антиохийскую кафедру из епископов, или из пресвитеров, и, следовательно, не невозможно, что Феодорит и Иероним ошиблись, помещая его между Евстафием и Евсевием,

тоже переведен в Антиохию из Верии. И Евсевий быть может не хотел подражать ему в этом. Я впрочем думаю, что истинною причиною отказа Евсевия кесарийского от антиохийской кафедры было не столько это желание соблюдать правило никейского собора, сколько другие причины житейского характера. Епископом кесарийским он был давно, и по-видимому в Кесарии им все были довольны: письмо Евсевия к кесарийцам доказывает, что они были настроены далеко не в духе никейского символа. С Кесариею у Евсевия были связаны самые дорогие воспоминания (пресвитер Памфил); там была его библиотека [cf. Du ch es ne II3, 165: Celui-ci (Eusèbe de Césarée) ne tenait guère a quitter, pour l’enfer d’Antioche, son évêché tranquille et sa commode bibliothèque]. Патриархальная система в IV веке была в зародыше, и Евсевий, митрополит Кесарии палестинской, был совершенно независим от митрополита антиохийского; и, следовательно, переход в Антиохию не льстил и честолюбию; но главное, угрожал большими неприятностями. Сам же Евсевий De Vita Constantini III, 59, и за ним Сократ и Созомен (Socr. I, 77, Soz. II, 19) рассказывают, что по низложении Евстафия в Антиохии было большое волнение; дело дошло бы и до вооруженного столкновения, если бы не вмешался император [Eus. μεγιστον δ’ оὖν ἐξάψας πυρσόν, τὴν Ἀντιοχέων ἐκκλησίαν τραγικαῖς διελάμβανε συμφωραῖς∙ ὡς μικρόν τὴν πάσαν ἐκ βάθρων ἀνατραπήναι πόλιν∙ εἰς δύο μὲν γὰρ τμήματα διῄρητο ο τῆς ἐκκλησίας λαός∙ τὸ δὲ κοινὸν τῆς πὸλεως αὐτοῖς ἀρχουσι καὶ στρατιώταις πολεμίων τρόπον εἰς τοσοῦτον ἀνακεκίνητο’ ὡς καὶ ξίφων μέλλειν ἅπτεσθαι, εἰ μὴ θεοῦ τις ἐπισκοπή, ὁ τε παρὰ βασιλέως φόβος, τὰς τοῦ πλὴθους ἀνέστειλεν ὁρμάς]. И это понятно: у Евстафия было много сторонников; и Антиохия далеко не была (как это часто утверждают) центром антиникейской реакции. След., в Антиохии Евсевий был бы епископом не всего христианского населения города, а только части его, и может быть даже меньшей части. По таким или подобным мотивам он послал отказ. Но это нисколько не препятствовало ему в письме к императору сослаться на канон никейского собора, от которого Константин в., хотя и подпавший к тому времени под влияние Евсевия никомидийского, не отрекался до конца жизни.

 

 

42

что отцы антиохийского собора, низложившего св. Евстафия, выбрали сначала — вопреки указанию Константина в. — не Евфрония, а Евлалия. Но это предположение и недоказуемо и невероятно. Помещая отказ Евсевия пред Евфронием Феодорит сходится не только с Иеронимом, но и с Георгием Лаодикийским, Феодором мопсуестийским, Сократом и Созоменом. И едва ли можно допустить, чтобы собравшиеся в Антиохии „придворные епископы“, получив письмо императора с указанием двух кандидатов на антиохийскую кафедру, не выбрали ни одного из них, а предпочли им нового кандидата. Поэтому· нужно считать высоко вероятным и то, что после отказа Евсевия кесарийского — перейти в Антиохию, епископом антиохийским выбран был согласно указанию императора Евфроний.

Поэтому новейшие ученые: Каваллерй, Дюшен, Швартц1) и др. обычно предполагают что антиохийская кафедра предложена была Евсевию кесарийскому не сразу по низложении св. Евстафия, а спустя год или более, и на этот промежуток времени между низложением Евстафия и кандидатурою Евсевия и падает епископство Павлина и Евлалия.

И по-видимому это вполне возможно. Павлин был епископом антиохийским 6 месяцев (или немного больше), Евлалий, быть может, и того меньше. Собор антиохийский и в это время (как потом в 338—342 гг.) мог продолжаться более года. И у Евсевия (вопреки заявлению Валуа) в de vita Constantini и в самых письмах Константина в. нет ясного указания на то, что Евстафий только что низложен, и Антиохия после его низложения не имела еще ни одного епископа. И те беспорядки в Антиохии, о которых говорит Евсевий, не возникли ли именно потому, что одного епископа низложили, а два его преемника один за другим умерли после кратковременного правления? В этом не только убежденные сторонники св. Евстафия, но и многие из числа нейтральных естественно могли увидеть перст Божий, карающий евсевиан за низложение св. Евстафия, и кандидатура Евсевия могла быть выдвинута именно потому, что он, как человек умеренного направления, более других οπο

1) Cavalierà, p. 69. Duchésne, II3, 164—165. Schwartz VIL SS. 358—359.

 

 

43

собен был умиротворить взволнованную смутами антиохийскую церковь 1).

Словом, с этой гипотезой дело стояло бы прекрасно, если бы против нее не говорили 1) Зинон тирский, существование которого 324—5 гг. засвидетельствовано св. Епифанием и списками никейских отцов и 2) список антиохийских епископов блаж. Иеронима. — Как решают ученые, в частности Швартц, 1-е возражение мы уже видели2). Посмотрим теперь, как отделываются они от авторитета Иеронима.

 

V.

Новейшие авторитетные ученые Дюшен и Швартц разделываются с Иеронимом очень легко. Просто противопоставляют ему [мнимый] авторитет Филосторгия, который якобы очень точен, и очевидно предполагают, что имя Павлина в списке Иеронима очутилось не на месте по какому-то недосмотру.

Дюшен3) пишет: „Каталоги епископов антиохийских согласуются“ между собою в том, что „помещают прежде Евстафия или после [но какие же именно каталоги помещают Павлина после Евстафия? Насколько они древни и авторитетны? есть ли между ними хотя один равный по значению с каталогом Иеронима? — Я — признаюсь — не знаю ни одного каталога, в котором бы имя Павлина стояло после имени Евстафия] некоего Павла или Павлина, которому они приписывают 5 лет

1) Таков взгляд Дюшена рр. 164—165: alors un certain Eulalius fut élu évêque: lui aussi dura peu et l’agitation recommença. Constantin envoya à Antioche un comte de son entourage intime. Un calme relatif s’établit: on parvint à reunir nombre de suffrage sur le nom d’Eusèbe de Césarée.

2) Старинные ученые решали это затруднение гораздо проще. Тогда списки никейские известны были в 2-х — 3-х редакциях, изобиловавших ошибками, и легко было ссылаться на их недостоверность. Заодно с ними налагали подозрение в ошибке и на св. Епифания. Ср. стр. 20 прим. 1. В VІ-м томе своих Mémoires, Le Nain de Tillemont писал особую Note (Le Concile de Nicée. Note III p. 306, 599), De le peu d’autorité de tous les souscriptions de ce Concile, где в качестве аргумента против этих подписей указывал и на la souscription de Zenon de Tyre, потому что il est fort difficile et peut estre impossible de la defendre, estant certain que Paulin estoit Evesque de Tyre en ce temps. — В настоящее время такие подозрения являются уже анахронизмом.

3) Duchesne, II3, 165, 2: (ср. выше стр. 13 прим. 3) les catalogues des évêques d’Antioche s’accordent à placer, avant Eustathe ou après un Paul ou Paulin, à qui ils assignent cinq ans d’épiscopat.

 

 

44

епископства1); св. Иероним в своей хронике имеет также некоего Павлина и отмечает его раньше Евстафия2)“ [с точки зрения Дюшена это несомненная ошибка Иеронима. Но при этом не сделано ни малейшей попытки выяснить, насколько вероятна такая ошибка у этого ученого пресвитера, жившего долго на востоке и имевшего полную возможность достать точный список антиохийских епископов]. „Феодорит (I 21) не говорит об нем. Филосторгий (III, 15) очень точен“ [однако этот якобы очень точный историк в число лиц, qui ab Ario steterunt на никейском соборе, заносит лиц давно умерших !] „он помещает Павлина непосредственно пред Евстафием и говорит, что он умер после шести месяцев управления“ 3).

Таким образом вся аргументация Дюшена, если не считать голословной ссылки на списки антиохийских епископов с именем Павла или Павлина после Евстафия, основывается на авторитете Филосторгия.

Несколько иначе пытается обосновать тоже самое предположение Э. Швартц.

Твердо стоит“ — говорит он4) — „чрез подписи под томосом Александра и никейские списки, что Евстафий следовал

1) 5 лет епископства приписывают этому Павлину Никифор, Феофан, Евтихий и Зонара. Le Quien, Oriens Christianus t. II. Paris 1740 col. 708.— Tillcmont, Mémoires t. VII p. 22. — Bos chius в Act. SS. Julii t. IV, p. 33, n. 137.

2) Saint Jérôme, dans sa ChiOnique, a aussi un Paulin et il le marque avant Eustathe.

3) Theodoret (I, 21) n’en parle pas. Philostorge (III, 15) est très précis; il place Paulin immédiatement avant Eulalius et dit qu’il mourut après six mois de gouvernement.

4) E. Schwartz, Zur Gesch. d. Ath. VII (Nachr. 1908) S. 358. Anm. 1. Fest steht durch die Subscription unter dem Tomos Alexanders [Nachr. 1905, 267, 27О11. — Отрывки из томоса Александра в сирском переводе сохранились в Add. Brit. Mus. 11, 156 и изданы у Pitra, Anal, sacra 4. 195 ff., a в греческом переводе у Schwartz 1. с.; в конце томоса стоит подпись Филогония антиохийского: καὶ μετὰ τὰς ὑπογραφὰς τὰς τῶν ἐκ πάσης Αἰγυπτου [перечислены все провинции, епископы которых подписались под томосом] — ὑπέγραῳεν Φιλογόνιος ἐπίσκοπος Ἀντιόχειας τῆς Συρίας — — —: Φιλογόνιος ἐπίσκοπος τῆς καθολικῆς ἐκκλησίας τῆς Ἀντιόχειας μεγάλα ἐπαίνων τὴν πίστην τὴν ἐν τω τόμῳ τοῦ δεσπότου καὶ ὁμοψύχου μου Ἀλεξάνόρου καὶ συντιθέμενος αὐτῇ καὶ τῇ ὁμολογία τὸν ἁγιου τάγματος τῶν ὁμοψύχων, ὑπέγραψα καὶ πάντες οἱ ἐν τή Ἀνατολῇ τοῖς ἄνω γεγραμμένοις] und die nicänische Liste, dass Eustathius auf Philogonius folgte, ferner dass Paulinus den Thronos von Tyrus mit dem von Antiochien vertauschte [Euseb. c. Marcell. 1, 4, 2], aber sechs Monate danach starb und durch

 

 

45

за Филогонием, далее, что Павлин кафедру тирскую переменял на антиохийскую, но спустя 6 месяцев после этого умер и заменен был Евлалием, наконец, что преемником Евфрония был Флаккилл, который принимал участие на тирском соборе 335 года“.

Следовательно ошибочно, если Феодорит I, 21, 1 опускает Павлина и заставляет Евстафия следовать непосредственно за Евстафием; напротив правильно, что он связывает отказ Евсевия с возникшею вследствие смерти Евлалия вакантностью кафедры“ 1).

Сильнее запутан порядок у Иеронима (олим. 277, 1): Филогоний, Павлин, Евстафий, по его изгнании „ариане“ Евлалий, Евсевий, Евфроний, Флаккилл; здесь Павлин фальшиво причислен к православным и поставлен прежде Евстафия, далее сосчитан и Евсевий, хотя он никогда не был епископом антиохийским“2).

Верные даты получаются только чрез предположение, что на место низложенного Евстафия вступил Павлин, ему преемствовал Евлалий и по его смерти возгорелся спор, который закончился избранием — по повелению императора — Евфрония“ 3).

Таким образом Швартц отмечает 1) одну бесспорную ошибку у Иеронима (в число антиохийских арианских епископов, он занес Евсевия кесарийского, который на деле был только кандидатом на антиохийскую кафедру), и 2) ссылкою на τόμος Александра и никейския подписи пытается обосновать то

Eulalius ersetzt wurde [Philostorg. 3, 15], endlich dass Euphronius Nachfolger Flaccillus war, der am tyrischen Concil 335 teilnahm [Theodoret. 1, 22, 1. Athan. apol. c. Arian. 87].

1) Es ist also verkehrt, wenn Theodoret I, 22, 1 Paulinus auslässt und Eulalius unmittelbar auf Eustathius folgen lässt, richtig dagegen, dass er die Ablehnung Eusebs mit der durch Eulalius Tod entstandenen Sedisvaeanz verbindet.

2) Stärker verwirrt ist die Reihe bei Hieronymus [ol. 277, 1]: Philogonius, Paulinus, Eustathius, nach dessen Verbannung die „Arianer“ Eulalius, Eusebius, Euphronius, Flaccillus; da ist Paulinus fälschlich zu den Orthodoxen gerechnet und vor Eustathius gestellt, ferner Euseb mit aufgezählt, obwohl er nie Bischof von Antiochien gewesen ist.

3) Die sicheren Daten schieben sich nur durch die Annahme zurecht, dass an Stelle des abgesetzten Eustathius Paulinus trat, Eulalius ihm succedierte und nach dessen Tode der Streit ausbrach, der mit der vom Kaiser befohlenen Wahl des Euphronius endete.

 

 

46

положение, что Евстафий был непосредственным преемникоим Филогония.

Если первое возражение Швартца особенно важного значения для данного вопроса не имеет, и устранить его не трудно (арианскими антиохийскими епископами Иероним, как он сам говорит, особенно не интересовался, и Евсевий у него попал в число их как кандидат й может быть временный заместитель кафедры), то 2-е из них заслуживает более серьезного внимания. Конечно для тех, кто не имел случая подробно ознакомиться со взглядом Швартца на историю начала арианского спора, эта ссылка на подпись Филогония под τόμος’οм Александра не имеет никакого значения и способна вызвать только недоумение. Ведь и без этой подписи хорошо известно, что арианский спор начался при Филогонии, и он успел заявить себя решительным сторонником Св. Александра. Но дело в том, что по обычному мнению начало арианского спора относится еще к тому времени, когда императором восточной половины империи был Ликиний; но по мнению Швартца спор возгорелся только после окончательной победы Константина над Ликинием (18 сент. 323 г.1), и так как рассылка τόμος’а относится не к самому началу спора, то для Павлина между Филогонием и Евстафием, по его хронологии, не остается места.

По моему мнению, это предположение Швартца ошибочно: я не вижу возможности все события от начала спора и до никейского собора уместить в те 21 месяц, которые протекли от победы Константина над Ликинием (18 сент. 323 г.) и до открытия никейского собора (19 июня 325 года). Но для доказательства этого потребуется особое исследование. Во всяком случае и Швартц, как и Дюшен, не пытается выяснить, каким же образом у Иеронима Павлин очутился не на месте и даже превратился из арианского епископа в православного. И тот факт, что у Иеронима Павлин называется 22-м епископом от апостолов нисколько не интересует ни Дюшена, ни Швартца.

Гораздо серьезнее относились к списку Иеронима старинные ученые: Валуа, Тилльмон и ван-Босх. Они вовсе не думают,

1) Schwartz. Zur Gesch. d. Ath. VI SS. 297—299.

 

 

47

что „Павлин“ „22-й“ епископ в списке Иеронима есть Павлин тирский, ошибочно поставленный не на месте. Они не предполагают такой неточности у Иероним.а. По их мнению в Антиохии в первую половину IV века (следовательно, не считая известного Павлина антиохийского, рукоположенного Люцифером калариским) было два епископа с именем Павлина: один преемник Филогония и предшественник Евстафия, другой преемник Евстафия. Этот последний, не упоминаемый Иеронимом, есть епископ тирский; первый же не имеет с ним ничего общего; он никогда не был епископом тирским; и по своему догматическому направлению был не арианин, а строго православный епископ.

Гипотеза об этом православном Павлине антиохийском, преемнике Филогония, покоится не столько на списке Иеронима и других сродных ему, сколько на следующем темном месте в послании восточных отцов сердикского („филиппопольского“) собора 343 (342?) года.

Перечисляя вины Осия кордубского, которого они низложили, восточные, между прочим, пишут1).

Et quod convixerit in Oriente cum sceleratis ac perditis. Turpiter namque Paulino quondam episcopo Daciae individuus amicus fuit, homini qui primo de maleficiis fuerit accusatus et de Ecclesia pulsus, usque in hodiernum diem in apostasia permanens cum concubinis publice et meretricibus fornicetur, cujus maleficiorum libros Macedonius episcopus atque confessor a Mopso combussit. Sed et Eustasio et Quimatio adhaerebat pessime et carus fuit, de quorum vitae infamia turpi dicendum nihil est: exitus enim illorum eos omnibus declaravit.

Это послание восточных конечно принял в свою Χυναγωγὴ συνόδων Савин ираклийский, и Созомен, имевший под руками это собрание, по своему обычаю кратко резюмирует приведенное место в таком виде:

Ὅσιόν τε τὸν ὁμολογητήν /καθεῖλον — οἰ ἀπο Ανατολῆς] καὶ ὅτι φίλος ἐγένετο Παυλίνῳ καὶ Εύαταθίῳ τοῖς ἡγηβαμένοις τῆς Ἀντιοχέων ἐκκλησίας 2).

Таким образом Paulinus episcopus Daciae латинского пере-

1) Hilarii, fragm. III, n. 27. p. 663 Migne S. L. t. 10, col. 674.

2) Sozomen h. e. III, 11. p. 107.

 

 

48

вода этого послания является у Созомена как Павлин антиохийский.

Неизвестно, на основании ли только Созомена или же по какой-либо неизвестной рукописи Валуа, первый обративший внимание на это сообщение, читал и у Илария вместо Daciae —Antiochiae1).

Вот этого то Павлина, который имел у себя какие-то „магические книги“, которые исповедник Македоний, епископ мопсуестийский, сжег; который был за эти книги низложен; но еще и в 342 г3 г. был жив и был в дружеских отношениях с Осием кордубским, — этого загадочного Павлина Валуа и отождествляет с Павлином в списке Иеронима, не смотря на то, что позднейшие писатели: Никифор, Зонара и Никита отождествляют этого последнего Павлина с Павлином тирским 2).

Тилльмон находит приводимое Валуа основание за существование этого Павлина „очень значительным“ (une raison très considérable), хотя вообще по его мнению „трудно поверить, чтобы в одной церкви почти в одно и то же время существо-

1) Nota ad Sozom. h. e. 111. 11. p. 107. Так как и вместо Eustasio Валуа читает Eustathio и вместо Quimatio — Cymathio, то я лично более склонен думать, что и Daciae Валуа „исправляет“ на Antiochiae ex conjectura на основании Созомена, в примечании к которому он и цитует это место. Но Тилльмон t. VII р. 650 указывает, что Валуа сам же поддерживал тот принцип, что не должно изменять текста ex conjectura, не сообщая об этом и не приводя оснований, и жаловался на свободу в этом отношении Сирмона. Можно однако допустить, что Валуа сделал тут недосмотр и отступил от своего же принципа. „Daciae“ у Илария стояло еще, как сообщает Тилльмон, в вышедшем 1598 году издании Le Fevre.

2) Valesius ad Philost. III, 15. Notae p. 137: De hoc Paulino, qui ab Episcopatu Tyri ad Antiochenum sedem translatus est, vidi quae notavi — — ad librum decimam H. E. Eusebii. Gothofredus enim graviter hic lapsus est, qui Paulinum hunc anno Chr. 324 mortuum esse existimavit. Ab hoc Paulino distinguendus est alter Paulinus, qui post mortem Philogonii — eandem Ecclesiam texit; de que observavi ad Sozom. p. 116. Hujus Paulini praeter Hieronymum meminit Nicephorus Patriarcha, in Chronogr., Zonoras in tom. 2 ann. et Nicetas in Thesauro orthodoxae fidei; qui tamen eum cum Paulino Tyriorum Episcopo, qui post Eustathium ad Antiochenam sedem translatus est, perperam confuderunt. Ad Sozom. III, 11, p. 107. Exstat epistola synodica sive decretum Orientalium apud Serdicam episcoporum. Ubi notanda sunt haec verba in depositione Hosii, Sed ct Hosium — — Et quod comixerit — declaravit (см. в тексте стр. 47). Dubitari merito potest, quis nam sit hic Paulinus episcopus Antiochiae, quem tot probris lacerant Orientales episcopi. Equidem existimo hunc esse Paulinum, qui Philogenio Antiochensi episcopo successit. Quo deinde post breve temporis spatium Ecclesia expulso, Eustathius Antiochensem episcopatum adeptus est. Hujus Paulini notitiam uni Hieronymo debemus.

 

49

вали два епископа с одним и тем же именем“1) и никто из древних авторов не полагал в данное время (20-е—30-е годы IV в.) два Павлина антиохийских.

Указывая на то, что в тексте у Илария вместо Paulinus Antiochiae стоит в действительности Paulinus Daciae, Тилльмон однако находит, что, хотя бы предлагаемая Валуа конектура и не опиралась ни на одну из рукописей, она достаточно авторизована показанием Созомена, которое значит больше, чем рукописи2).

Такого же взгляда держится и Boschius, с тою разницею, что увереннее, чем Тилльмон, высказывает то убеждение, что Валуа, сам протестовавший против произвольной замены рукописных чтений, имел под руками какую-то рукопись, в которой на место Daciae стояло Antiochiae3).

По моему мнению, прежде чем поверить в существование этого Павлина антиохийского, отличного и от Павлина тирского и от Павлина, противника св. Мелетия, ученые должны бы поставить вопрос, для чего требуется предполагать его существование? Вносит ли гипотеза трех Павлинов хотя какой либо свет в темный вопрос о Павлине и Зиноне тирских?

В действительности этот Paulinus Antiochiae-Daciae не только ничего не объясняет, но и сам представляет собою неразрешимую загадку, если согласиться с Валуа, что правильно чтение „Antiochiae“ (и под этой Antiochia разумеется великая Антиохия сирийская). Этот Павлин, который по словам восточных отцов сердикского собора 343 (342) г. был „неразлучным другохм“, individuus amicus, Осия кордубского, хотя и был низложен за maleficium, очевидно был человек строго православного образа мыслей. И низложили его, следовательно, евсе-

1) Tillemont, VII р. 649. Voilà ce que nous pouvons dire sur la translation de Paulin de Tyr, en supposant qu’il n’y a eu en ce temps ci qu’un seul Paulin Evesque d’Antioche, ou avant ou après S. Eustathe. Car nous ne voyons point en effet qu’aucun ancien auteur en ait mis deux. Et c’est toujours une chose difficile à croire, qu’il y ait eu dans une Eglise deux Evesques d’un mesme nom presque en mesme temps. Cependant M-r Valois paroist l’avoir cru. ― ― ― et il en allègue une raison très considérable.

2) p. 650. Mais quand cette correction ne serait pas autorisée par des manuscrits, elle l’est par Sozomène― ― ―, et je croy que cela vaut mieux que des manuscrits.

3) Acta Sanctorum Julii t. IV. p. 33 n. 134.

 

 

50

виане, а не православные. Но в таком случае он не мог быть предшественником св. Евстафия. Раз его низложили ариане, то и его преемник был бы тоже из числа евсевиан: лукианист или — по меньшей мере — левый оригенист·, а никак не „савеллианин“ Евстафий. А если бы арианам удалось сначала низложить Павлина, но потом в Антиохии взяли верх православные, то для этих последних не было надобности переводить в Антиохию Евстафия из Верии: они могли бы восстановить Павлина. Если же Павлин низложен был не по интригам евсевиан, а самими православными, то ни Осий, и никто другой не стали бы после того обращаться с ним, как с другом.

Епископом тирским этот загадочный Павлин во всяком случае никогда не был: нельзя же считать возможною такую случайность, что в данное время было два Павлина епископа тирских, и оба они переведены были из Тира в Антиохию. Поэтому для вопроса о Зиноне тирском этот Павлин послания отцов восточного сердикского собора 343 (342) года не дает ничего.

В виду этого приобретает значение и то указанное уже Тилльмоном возражение1) против гипотезы Валуа, что нет надобности увеличивать без нужды число лиц с одинаковым именем и титулом. В. В. Болотов в своей статье „День й год мученической кончины св. евангелиста Марка“2), касаясь вопроса о тождестве Иоанна Марка племянника Варнавы с евангелистом Марком, говорит:

1) Само по себе оно не имело-бы решающего значения, так бак мода на известные имена (как у нас в России на Иванов, Николаев, Сергеев, Александров и т. д.) существовала бесспорно и в древности. И эта мода бесспорно могла повести к тому, что епископы с известным именем могли занимать известную кафедру чрез очень короткие промежутки времени, и даже и прямо один за другим. Римские папы напр. в XIX в. носили имена Пия, Григория и Льва, а в конце его и начале ХХ-го только Пия и Льва. А у несториан в последнее время водворился „тупоумный обычай“ давать католикосам при посвящении всегда одно и то же имя. См. В. В. Болотов. Из истории церкви сиро-персидской. Экскурс Г. Смутное время в истории сиро-персидской церкви стр. 56. Хр. Чт. 1899. стр. 536.

Имя Павлина в Антиохии, как доказывает бесспорное существование подле Павлина тирского-антиохийского еще евстафианского пресвитера Павлина, рукоположенного Люцифером в епископы, было бесспорно весьма обычно.

2) Христ. Чт. 1893, II, 431 = Из церковной истории Египта, IV, 339.

 

 

51

во всяком случае теоретическое правило „simplex veri signum“ в данном случае принимает вид „non sunt multiplicandi Marci““.

В применении к данному случаю это правило приходится перефразировать так:

Non sunt multiplicandi Paulini, episcopi Antiochiae“.

Существование двух Павлинов, епископов антиохийских есть конечно совершенно бесспорный факт, равно как и существование двух Зинонов тирских. Но третий Павлин антиохийский возбуждает подозрение уже тем, что он третий, и чтобы поверить в существование его, требовались бы аргументы более веские, чем приведенное темное место в послании восточных отцов сердикского собора. — В существе дела даже и Павлин тирский в виду своего кратковременного правления не оставил о себе особенно твердой памяти у самих антиохийцев: антиохиец Феодорит совсем не знает о том, что Павлин тирский, письмо к которому Евсевия никомидийского он сохранил для нас, был когда-то и епископом антиохийским. Не знают об этом ничего и Созомен и Сократ. О переходе Павлина из Тира в Антиохию знают только Евсевий и Филосторгий. И, если теперь и Иероним и позднейшие авторы знают только одного Павлина антиохийского в первой половине IV века, то имеем ли мы научное право отличать этого Павлина от Павлина тирского, о переходе которого в Антиохию сообщают свидетели вполне достоверные?

Поэтому даже и в том случае, если бы чтение Paulinus Antiochiae в послании восточных было бы не только преданным рукописно, но и было бы единственным сохранившимся чтением и не имело бы себе противовеса в виде „Paulinus Daciae“, было бы не только можно, но и должно усомниться в точности этого „Antiochiae“* Что как епископ антиохийский этот Павлин является и у Созомена, это доказывает только, что так искажено было название кафедры этого „Павлина“ в некоторых рукописях послания восточных отцов сердикского собора уже к середине V века, и такая именно рукопись попала в руки Созомена. Суждение Тилльмона, что показание Созомена значит „больше, чем рукописи“, мне совершенно непонятно; ведь и Созомен мог иметь под руками только рукопись по-

 

 

52

слания восточных (в Συναγωγὴ Савина?), а не самый оригинал его. А что рукописи, какими пользовался Созомен, далеко не отличались исправностью, доказывает его „Роман“, под которым скрывается Павлин.

Кто же скрывается в послании восточных отцов сердикского собора 343(2) года под Paulinus Daciae resp. Antiochiae? — Первая мысль, какая пришла мне в голову, когда я читал это место у Валуа в примечании к Soz. III, 11, была: не есть ли этот загадочный Павлин антиохийский в действительности Маркелл анкирский, имя которого и в письмах Никейских отцов передается в искаженном виде?

Однако это предположение пришлось оставить в виду указания профессора А. И. Бриллиантова, что выражение maleficium и maleficiorum libri есть технический термин для магии и магических книг. Маркелла же, насколько известно, в занятиях магией никто не обвинял. При том же, если Antiochiae могло довольно легко получиться из Ancyrae, то относительно Daciae это довольно трудно допустить: между PAULINUS DACIAE и MARCELLUS ANCYRAE сходства так мало, что происхождение первого чтения из последнего прямо невероятно.

А что чтение „Daciae“ более первоначально, чем „Antiochiae“, в этом едва ли можно сомневаться. Имя Антиохии, столицы Востока, было слишком хорошо известно, чтобы в ком либо возбуждать сомнение; и при этом вслед за этим Павлином сердикские восточные епископы упоминают и о бесспорном антиохийском епископе Евстафий, имя которого в списках антиохийских епископов следует за именем Павлина. Следовательно, искажение слова Daciae в Antiochiae более понятно, чем обратное явление.

Однако Валуа не без всякого основания заменил Дакию Антиохией. Дакия ведь это — провинция западной половины римской империи („Европы“), единственным представителем которой на никейском соборе был Протоген сердикский, низложенный евсевианами тоже на их сердикском соборе вместе с Осием и уже поэтому нетождественный с Paulinus Daciae их послания. Но восточные отцы этого собора ставят Осию в упрек то, что он „постыдно жил вместе с преступниками и погибшими на Востоке“, in Oriente, и первым в числе этих восточных

 

 

53

преступников и называют Павлина. Следовательно, этот Павлин был не дакийский — западный, а восточный епископ. За это говорит и тот факт, что его книги сжег восточный киликийский епископ — Македоний мопсуестийский. — Но это не доказывает, что правильно чтение „Antiochiae“: и „Antiochiae“ и „Daciae“ представляют собою искажение какого-то другого названия. Но какого-же именно? — Предположение, что этот загадочный Павлин был епископом антиохийским — настолько невероятно, что в крайнем случае позволительно было бы здесь успокоиться на простом non liquet: кафедра этого загадочного Павлина нам неизвестна.

В действительности однако вопрос об этом Павлине допускает решение не столь гипотетическое, как это может показаться с первого взгляда.

Все ученые, которые имели случай высказаться об этом Павлине, по-видимому, упускали из вида, что на Никейском соборе присутствовал между прочим Павлин, епископ аданский из Киликии, сосед по кафедре как того самого Македония мопсуестийского, который сжег магические книги загадочного Павлина, так и Лупа и Феодора тарсских1).

Имя Павлина аданского сохранилось решительно во всех списках никейского собора и во всех их, за исключением одного только позднейшего ватиканского, стоит рядом с именем Македония мопсуестийскаго2).

1) Город Адана — древняя (и теперешняя) столица Киликии (город в недавнее время обративший на себя всеобщее внимание бывшим там избиением армян) лежит приблизительно на полпути между Тарсом и Мопсуестией на реке Саросе. Ср. Kiepert, Lehrbuch der alten Geographie. Lpz. 1878. S. 131. § 125.

2) Вот полная справка по изданию Gelzer’a:

Latin I, 90 Paulinus Adanon [Adenus В].

II, 89 Paulinus Adanensis [Andanensis I].

III, 88 Paulinus Adanorum [Adanensis R.].

IV, 85 Paulinus Adana.

Федор Чтец (= Сократ?) Παυλῖνος Ἄδάνων.

Коптский 95 Παυλῖνος ѵ αδανών.

Nitriensis 89 דאדאנא פולינום

Ав д и ш о 92 דאדנא פולינום

Армянский 83 παυλῖνος ι αδανέ — во всех этих (систематических) списках на 7-м месте в числе епископов Киликии между Евдемоном хорепископом и Македонием мопсуестийским.

Арабский 89 Bwljnws ‘l’ç’nwn.

 

 

54

Присутствовал Павлин аданский и на антиохийском соборе 324 года, в списке епископов которого его имя занимает 31-е место1). Но в списках епископов соборов: анкирского, неокесарийского и антиохийского посленикейского (около 333 г.), издавшего 25 канонов, мы не встречаем его имени. В 343 году епископом аданским был уже бесспорно не Павлин. В подписях под посланием восточных сердикских отцов стоит, правда, на 5-м месте подпись некоего Павла: Paulus episcopus opto vos in Domino bene valere. Но отождествлять этого Павла с Павлином аданским нет ни малейшего повода, так как на Никейском соборе, присутствовали даже два Павла: Παύλος Ἀναίας в Асии (№ 128 в Index restitutus Гельцера) и Παύλος Ἀπαμῦας (№ 143) во Фригии. — Но на 38 месте, под упомянутым посланием подписался Pison episcopus а. Vanis. Нет повода сомневаться в тождестве этого Писона, название кафедры которого несомненно искажено, с Писоном, епископом аданским, подписавшимся через своего пресвитера Ламидриона (Ламириона) [Πίσων Ἀδάνων διὰ χίαμυδριὦνος πρεσβυτέρου] на 19 месте под посланием антиохийского собора 363 г. к императору Иовиану „τὴν Εκκλησιαστικήν εἰρήνην“2). О догматическом направлении этого Павлина возможны одни лишь предположения. Из

В найденных В. Н. Бенешевичем списках (ср. его Синайский список отцов никейского первого вселенного собора. Спб. 1908. Изв. Имп. Ак. Н. 1908 стрр. 281—306).

Синайский 87 = оба иерусалимские (еще неизданные: Hierosolym. Metoch. 2 ff. 3881—3897 и Hieros. Patr. 167. f. 2344 233*-ь, 235а) 88. Παυλῖνος Ἀδανῶν.

Следующее имя (Sin. 88 HM и HP 89) Μακεδόνιος Μουσικέων = Арабский M’k’dwnjws ’lMwsjk’wn.

Ho № 115 арабского списка F’r’ks ’l’djn’s есть, как доказывают синайский и иерусалимский списки [Син. 113 = Metoch. 114: Μάρκος Αἰδοίας, Patr. 114: Μάρκος Ἀοιδίας] и сличение их с систематическим списком Μάρκος Βοίας из Ахаии N 213 в Index restitutus Гельцера.

Vaticanus 133 Παυλῖνος Ἄδάνων, тогда как Μακεδόνιος Βουκισσοῦ занимает 117-е место. Но, кто дает себе труд заглянуть в изданный В. Н. Бенешевичем Синайский список стр. 291, тот убедится, что в оригинале и этого позднейшего (ватиканского) списка имена эти стояли рядом, но написаны были в виде двух столбцов, причем читать их нужно было в строку, автор же ватиканского списка прочел их сверху вниз. — Подробнее об этом будет речь в особой заметке.

1) См. „Антиохийский собор 324 года“ в Хр. Чт. 1911 г. июль—август стр. 848 (оттиск стр. 18).

2) Socr. h. e. III, 25, p. 208.

 

 

55

его соседей по кафедрам Луп тарсский был убежденный и выдающийся поборник православия, тогда как исповедник Македоний мопсуестийский в 40-х годах IV века действовал в рядах евсевиан. Тот однако факт, что Павлина аданского мы встречаем на антиохийском соборе 324 года позволяет думать, что это был скорее единомышленник „мужа апостольского“ Лупа тарсского, чем Македония мопсуестийского. И так как из Ἀδάνων или Adanae очень легко могло получиться как Κακίας [чрез посредство δάκων], Daciae, так и Ἀντοχείας, Antiochiae, то я не вижу ничего неправдоподобного в том предположении, что Paulinus Daciae послания восточных отцов 343 (342) года и есть никто иной, как Павлин аданский. Как убежденный никеец он был вероятно неприятен евсевианам. Один из них, сосед по кафедре Павлина, Македоний мопсуестийский нашел у него какие-то магические книги и сжег их; а самого Павлина за это низложили, но он был еще жив в 343 году. То конечно факт, что нигде Павлин аданский в числе низложенных евсевианами епископов не упоминается. Но наши источники хранят столь же глубокое молчание и о низложении Павлина антиохийского. А между тем низложение епископа антиохийского почти накануне вселенского собора было бы событием более выдающимся, чем низложение епископа аданского (Адана в то время не была митрополией Киликии), когда то после этого собора. Павлин аданский во всяком слуичае имеет то преимущество пред Павлином антиохийским, что историческое существование его засвидетельствовано списками соборов антиохийского 324 г. и никейского вселенского. Молчание о Павлине аданском напр. Афанасия в.1), помимо предположения, что Афанасий в. не дает полного списка всех низложенных по интригам евсевиан епископов, можно объяснять и тем, что низложение его было проведено так, что и его единомышленникам стало потом неудобно защищать его.

Что Осий кордубский оставался неразлучным другом этого Павлина еще и в 343 г., этого не видно и из слов евсевианского сердикского послания: fuit указывает на прошедшее время:

1) Низложенные евсевианами епископы у Афанасия в. перечисляются в Apol. de fuga n. 3. и hist. Arian. ad mon. nn. 4—7.

 

 

56

вероятно Осий был дружен с Павлином во время своего путешествия на восток пред Никейским собором и на самом никейском соборе.

В конце концов, если кому либо моя гипотеза о Павлине аданском покажется слишком рискованной, я могу согласиться с тем, что Paulinus Daciae есть неразрешимый х. Сообщение о нем стоит совершенно одиноко. Но отсюда никоим образом не следует, что мы должны — вопреки здравому смыслу — допускать существование православного антиохийского епископа Павлина, низложенного в 324 году. Кто бы ни был этот загадочный Павлин, он к вопросу о Павлине и Зиноне тирских не имеет отношения и не дает ни малейшего основания сомневаться в том, что 22-й епископ антиохийский у Иеронима и в других списках и есть Павлин тирский.

(Окончание следует.)

Свящ. Д. Лебедев.


Страница сгенерирована за 0.39 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.