Поиск авторов по алфавиту

Автор:Федотов Георгий Петрович

Федотов Г.П. Агиология

 

Разбивка страниц настоящей электронной статьи соответствует оригиналу.

 

 

 

ГЕОРГИЙ ПЕТРОВИЧ ФЕДОТОВ

 

АГИОЛОГИЯ

 

 

H. DELEHAYE. Les passions des martyrs et les genres littéraires. Bruxelles 1921.

 

«Формальный метод», вызвавший переворот в теории и истории литературы, давно уже начал про­сачиваться в исторические богословские дисциплины. Еще до войны вышла очень полезная (благодаря но­вому — не хронологическому, а формальному распре­делению материала) книга Jordana: «Geschichte der alten christlichen Litteratur». После войны в Гер­мании Dibelius сделал опыт нового литературного под­хода к евангельским текстам в своей нашумевшей ра­боте: «Das Formproblem des Evangeliums». Теологи к классики — Голль, Рейценштейн — применяли — конечно, не первые — формальный метод в агиологии в исследованиях о связи Афанасиева жития св. Антония с античной биографией.

В рецензируемой работе мы находим не столько новый опыт приложения формального метода, сколь­ко подведение итогов всей жизненной работы самого выдающегося представителя современного боллан-дизма. Постановка новых, чисто литературных проб­лем является скорее уступкой духу времени, мало отразившейся на самом построении книги.

Книга эта дополняет работу того же автора: «Les origines du culte des martyrs» (1911), подходя к агиологии мучеников с точки зрения агиографии, т. е. литературных памятников культа. Конечно, даже исчерпав свои темы, обе эти книги не исчерпали бы задачу агиологии мученика. Оставался бы, как предмет изучения, сам мученик и его подвиг — историческая обстановка и религиозный смысл его. Впрочем, эта область исследований — о святости, как религиозном явлении — лежит как будто вне круга интересов болландистской школы.

К агиографической проблеме «страданий мучени­ков» автор, невзирая на заглавие, подходит с точки зрения чистого историка. Его интересуют не литератур­ные формы, а историческая достоверность содержания. Отсюда разделение памятников на три основные группы: «Страдания исторические», «панегирики» и «страдания эпические», дополняемые второстепенны­ми жанрами.

Под «историческими страданиями» о. Делеэ пони­мает то, что обычно называется «подлинными» мученическими актами. Он отказывается от старой терминологии из-за ее неточности. Но с формальной и литературной точки зрения, конечно, нет ничего обще­го между посланиями Смирнской и Лионской церквей о своих мучениках, судебными протоколами и слож­ными «пассиями», с автобиографическими записями видений (св. Перепетуи и др.). Историческими все эти страдания называются потому, что они современны

223

 

 

кончине мученика, представляют надежный историче­ский материал.

Ценность этой части работы в точном определении объема надежной исторической литературы «пассий» и в критическом анализе отдельных памятников. Круг исторических «пассий» очерчен автором четко и стро­го. В него вошли 17 «актов», к которым следует приба­вить не вошедшие в книгу, но обещанные автором, критические исследования о свв. Феликсе и Марцелле африканских и о египетских мучениках. До сих пор появились только реконструированные автором подлин­ные акты св. Феликса (Аnal. Boll. т. 39).

Во второй главе автор идеализирует «панегирики» — похвальные слова греческих (только греческих) от­цов церкви конца IV — начала V в. с точки зрения литературной формы. Панегирик изучается в связи с каноном античной риторики. Эта часть наиболее соот­ветствует «формальной» задаче книги, но историче­ское внимание автора — мысль о достоверности — и здесь остается руководящей. Вполне отсутствуют эстетические оценки. Не находим и ожидаемого вы­вода о том, что дала панегирическая форма — в смы­сле канона агиографического стиля — для всей последующей «эпической» литературы.

Под именем «эпических» автор обнимает всю огромную массу поздних памятников, рисующих герои­ческий подвиг мучеников. О. Делеэ не считает нужным выделить из этого необозримого круга произведения, имеющие хотя бы относительную историческую цен­ность. Безыскусственные запоздалые записи преданий местных церквей, еще свободные от поэтической обра­ботки, вообще не находят себе места в этой классифи­кации, и неудобство это ощущается тем сильнее, что объем «подлинных» актов определяется в науке да­леко не однозначно. Читатель хотел бы отдать себе отчет в том, что находится за пределами, но в ближай­шей близости, центрального, более или менее обще­признанного ядра.

Прием трактовки «эпического» жанра — литера­турно типологический. Автор рассматривает всю хаоти­ческую груду памятников, как литературное единство и устанавливает характерные, типические его черты. Получается образ, знакомый каждому и ярко нари­сованный некогда автором в его ранних «Legendeshagiographiques». Такая суммарная разработка — един­ственно, может быть, возможная в наше время — по­казывает, как мало еще сделано в этой сложной и трудной отрасли христианской литературы. Нет и на­мека на определение местных школ, филиацию памят­ников, общую эволюцию формы. Не изучены даже формальные законы этой классической агиографии, особенно важные в связи с ее литургическим значением. А между тем несколько наблюдений Узенера, набросан­ных когда-то рукою мастера-филолога в его «Der heilige Tychon» (мы говорим, разумеется, исключительно

224

 

 

о его филологическом анализе жития), открывают ши­рокие перспективы для целых поколений исследовате­лей.

Отметим, что в этой главе автор остается преиму­щественно на почве Востока, проявляя изумительную начитанность в греческой агиографии.

Добавочные главы в книге о. Делеэ о «второсте­пенных» и «смешанных» жанрах, о «жизни агиогра­фических текстов» дают лишь отрывочные наблюде­ния, анализ некоторых спорных памятников, щедрый и не стесненный рамками дар много знающего, много поработавшего автора из собранных им научных кладов. В этом, повторяю, главное достоинство книги. Не мы будем жалеть о том, что этот дар достался нам без последней окончательной отделки, которая, по со­стоянию науки, заставила бы долго себя ждать. И в таком незавершенном виде (без index'а и указания ли­тературы, на желтоватой бумаге — свидетельствующей о скудости послевоенных годов) эта книга, как един­ственная и незаменимая, как первый опыт синтеза, останется надолго необходимым научным пособием на столе каждого работника в области агиологии.

225


Страница сгенерирована за 0.17 секунд !
Map Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Правообладателям
Контактный e-mail: odinblag@gmail.com

© Гребневский храм Одинцовского благочиния Московской епархии Русской Православной Церкви. Копирование материалов сайта возможно только с нашего разрешения.